ПРОПУЩЕННАЯ БУКВА

ПРОПУЩЕННАЯ БУКВА – "Бета. Военный. Бывший военный. Комиссован по ранению". – "Альфа. Молодой. Ученый?" – "Приятно пахнет… Металл, тепло и м-м-м… больница. Врач?" – "Как от него тянет… стремительностью и скошенной травой. Прямо холодком повеяло", – Джон невольно улыбнулся. – Ирак или Афганистан? – Что? Круглолицый Майк, довольно ухмыляясь, наблюдал, как эти двое переглядывались и принюхивались друг к другу. Кажется, он нашел Шерлоку нового соседа. Дай бог, надолго. – Джон, ты оглох? – крикнул Шерлок, валяясь на диване и внимательно разглядывая потолок. – Подай телефон! – Шерлок! – взорвался Джон. – Возьми сам свой чертов телефон! Ты меня уже пятый раз отрываешь от статьи! В конце-то концов… – он раздраженно пихнул в требовательно протянутую руку томно охающий мобильник. – И удали ты уже этот блядский стон! – Одевайся! – Шерлок слетел с дивана. Доктор даже загляделся на него. В этот момент, с взметнувшимися шелковыми полами халата, он стал похож на синюю птицу. – У нас убийство! Майкрофт звонил. – Майкрофт? – опешил Джон. – Не Лестрейд? – Он с ним, пошли! – Господи, уж не королеву ли шлепнули? – взволнованным шепотом спросил Джон на улице у голосующего Шерлока. – Нет, Джон, хуже. Шерлок, глядя на тело, почувствовал себя вмиг онемевшим и оглохшим. – Что? – Джон стоял рядом, растерянно переминаясь с ноги на ногу. Он не понимал этой, вдруг охватившей всех подавленности. – Шерлок? Детектив повернулся к нему, но взгляд невидящий, далекий. Стало совсем уж тягостно. Необычно тихий Майкрофт за спиной, закаменевший Лестрейд. Они что, все знали этого парня? Или это кто-то, кого и сам Джон должен знать, но в силу своей обыденности никогда не слышал и не замечал? – Кхм… Джон вздрогнул. – Был бы весьма признателен, если бы все беты покинули место преступления, – вежливо выговорил Майкрофт. – Вас, инспектор, и вас, доктор, это, конечно, не касается. Он отошел на пару шагов и, не обращая внимания на молчаливо расходящихся полицейских и криминалистов, отрывисто сказал что-то помощнице. – Сейчас приедут. – Он резко кивнул брату, – Шерлок, приступай. Инспектор, – Майкрофт цепко глянул на Лестрейда, – вам потом передадут все необходимые материалы. Но расследовать это дело будет специальная группа альф. Шерлок – за старшего. – Шерлок, поясни… – Джон начал злиться. – Ты идиот, что тут пояснять? – Детектив пошел вокруг трупа. – Мозги у тебя как у всех, но ведь и обоняние должно быть таким же! Ты что, запах не чувствуешь? Джон недовольно сжал губы, принюхался. – Как же кровью все забивает… Черт… – прошипел он. – Это же омега… Он склонился ближе к телу: – И тут был альфа… – Вот именно, наконец-то до тебя дошло. Тело сфотографировали? Лестрейд кивнул. У светловолосого парня было перерезано горло. Он, голый, стоял на коленях, в луже засохшей крови, с завернутыми за спину руками. Лодыжки зафиксированы в оковы для ног со штангой и крепко привязаны к бедрам. Посиневшие, опухшие кисти туго скованы наручниками. К ним привязана веревка, перекинутая через потолочную балку. – Когда субъект был еще жив, – затарахтел Шерлок, торопливо натягивая латексные перчатки, – то ужасно мучился. Мышцы рук в таком положении напряжены, и он еле доставал коленями до пола. Встать на ноги омега, естественно, тоже не мог. Собственно говоря, он висел на вывернутых назад руках. А после смерти мышцы расслабились, и тело опустилось на колени. – Детектив быстро присел и раздвинул ладонями ягодицы покойного. – Течки не было. Проникновения не было. Странно… И это не сексуальная игра. На теле уже проступили синяки. Убийца – сильный молодой альфа. Горло перерезано одним движением. О, смотрите, на спине что-то написано кровью. – Шерлок хмыкнул. – Как романтично… Интересно… "Это не он". Джон, что с тобой? – детектив обратил внимание на побелевшего друга. Джон и сам не мог понять, что с ним. Он с разным встречался в своей жизни, более страшные позы и более кровавые смерти повидал, но почему-то убийство именно этого невысокого, крепкого омеги заставило засбоить его сердце. Показалось, что ледяная волна побежала вверх по позвоночнику, цепко захлестнула шею, перехватывая дыхание, поднимая дыбом волосы на затылке. Джон вдруг осознал, что еще немного, и он свалится в позорный обморок. Да что за животный страх? У него приступ паники? – Мне… надо выйти, – дрожащими губами умудрился вымолвить Джон и медленно побрел к балкону. Неожиданно Майкрофт подлетел к нему и бережно поддержал за локоть. Шерлок раздраженно сузил глаза, наблюдая за непонятной прытью брата. Джон, часто вдыхая, вдруг вырвался из его руки. – Альфа, – непонятно просипел он. – Чертовы альфы… Майкрофт, ничуть не обидевшись на грубость, бросился распахивать балкон. Шерлок даже прекратил разглядывать труп, настолько его заинтересовали бережные танцы своего высокомерного братца вокруг Джона. – Отойди от него, – Шерлок оттолкнул Майкрофта и вышел на балкон. – Ты что, Джон? Что случилось? Джон, прислонившись спиной к перилам, опустив голову, часто и неглубоко дышал раскрытым ртом. Шерлок обхватил его за плечи, потянул к себе. Доктор безвольной, тряпичной куклой упал ему на грудь, ткнулся носом в ключицу. Шерлок обнял крепче, успокаивающе похлопывая по спине. – Все, все, все прошло… – бормотал он. – Давай, сядь. Вот. Он опустил приятеля на большое кресло и присел перед ним на корточки. – Джон, посмотри на меня, – Шерлок обхватил ладонями лицо доктора. – Ну, давай. Да что с тобой? Майкрофт! Принеси воды! Взволнованно переминающийся за балконной дверью брат кинулся на кухню. Лестрейд с недоумением следил за этой сценой. Джон, стуча зубами о стекло, неловко глотал холодную воду из стакана. Шерлок поил его как маленького ребенка, потому что у доктора тряслись руки. Остаток воды детектив вылил себе в ладонь и бережно обтер бледное лицо Джона. – Фу… – Джон, наконец, прямо посмотрел в лицо Шерлока. – Черт знает что. – Он медленно моргал, подрагивая мокрыми ресницами. – Прости, сам не понимаю… – Тебе надо в больницу, Джон. Надо выяснить, что с тобой, – Шерлок обеспокоенно поглаживал его ладони. – Нет, не хочу в больницу, все прошло. – Джон медленно поднялся. Шерлок подался вперед, готовый в любой момент подхватить его. – Вас отвезут домой, – Майкрофт испытующе смотрел на Джона. – Шерлок, я – к себе, а ты – здесь пока. Шерлок кивнул, с недоумением анализируя смесь страха и сострадания на обычно надменном лице брата. За окном постепенно сгущались сумерки. – Очень любезно с твоей стороны навестить меня. Но, отмечу, что вовремя. Нужно поговорить, Шерлок, – сухо произнесли из полумрака. – И как я только догадался? – Язвительный брат щелкнул выключателем. Майкрофт поморщился. – Сначала посмотри это, – он вкрадчиво подвинул к Шерлоку папку и нажал кнопку под столом. – Антея, дорогая, принеси, пожалуйста, нам чая и… коньяку. Шерлок проводил взглядом ладную фигурку помощницы брата, с интересом замечая, как Майкрофт, улыбаясь, легонько погладил ее пальцы. – Посмотри документы, – прервал его наблюдения недовольный голос. Шерлок быстро глянул: – Хочешь всучить мне новое дело? – Нет, старое. Просто прочти. Это касается твоего соседа. Шерлок раскрыл папку, пробежал глазами страницу, перелистнул еще пару и вдруг резко втянул воздух. – Это… это Джон? – Он на мгновение зажмурился и даже не заметил, как смял фотографию. – Это на фронте? – Нет. – Майкрофт подался вперед и разжал его пальцы. – Не порть улики. – Какого черта! Что с ним произошло? Его пытали? – Джон – жертва группового изнасилования. Его целую неделю, в подвале, распяленного на коленях, со связанными за спиной руками и подвешенного, кстати, за эти руки, насиловали двое альф. Тебе это ничего не напоминает? – Я поверить в это не могу, – всегда хладнокровный Шерлок заметно побелел. – Как это произошло? – Случайно. – Майкрофт смотрел внимательно, прямо в глаза. Шерлок громко сглотнул, взял еще одну фотографию: – Случайное изнасилование? Альфами? Майкрофт, ты темнишь, нутром чую, тут не хватает данных. – Уволь меня от своих интимных подробностей, – Майкрофт сделал брезгливое лицо. – Пока, – подчеркнув голосом "пока", – тебе придется принять это. Шерлок морщил нос, вздрагивая от нетерпения. Казалось, что он сию секунду готов сорваться на поиски. – Ты же знаешь, что я теперь дело просто так не оставлю. Ведь не для этого ты меня вызвал? Что еще? – Вернулся третий альфа, обнаружил полумертвого Джона с огромным дилдо в разорванном анусе, убил тех двух – одному вырвал горло, а второго утопил в пруду. Потом вернулся в подвал, изнасиловал Джона и повесил его. – Как? – Шерлок не мог скрыть охвативший его ужас. Майкрофт снова поморщился: – Как? За шею. – О, господи… – Шерлок был в шоке. – Они были раньше знакомы? Повешение… это уже что-то личное… – Слуга вызвал полицию, когда началась драка между альфами. Джона успели вынуть из петли. Третий альфа сбежал. Тон Майкрофта по-прежнему был сух и подчеркнуто обезличен: – Через десять дней Джон пришел в себя в больнице. Он ничего не помнил. – Ретроградная амнезия, защитная реакция, – пробормотал Шерлок. Майкрофт кивнул: – Решил, что это последствия ранения, что он был в коме. Джон легко принял это. Он помнил ранение в Афганистане, госпиталь. Для него было логичным прийти в себя снова в больнице. Ему сказали, что переправили всех раненых в Лондон самолетом. – А его не смутила такая длительная кома? Сколько времени прошло с того момента, как его ранили на фронте и когда он осознал себя в больнице? – Шерлок беспокойно заерзал в кресле. – Не смутило, – вздохнул Майкрофт. – Ты же знаешь, что такие больные принимают свой собственный вымысел за действительно произошедшие события. Его мозг даже сдвинул временные рамки. – Подстроился. – Да, но воспоминания могут вернуться. В любой момент. Надеюсь, что тебе не нужно говорить о том, какой эмоциональной и моральной травмой это станет для Джона. – Не нужно, – все еще пытаясь собраться, подтвердил брат, – но Джон очень сильный. Надо найти третьего. Я убью его. – Он снова открыл папку. – И чучело сделаю. Джону подарю, – раздувая от бешенства ноздри, прорычал Шерлок. – Гуманней надо быть, – посоветовал брат. – Я хотел тебе сказать вот еще что… – Майкрофт разглядывал свои ногти. Шерлок удивленно поднял голову. – Джон отчаянно сопротивлялся, пока мог. Вообще-то, постоянно. На трупах были травмы. У одного сломаны и практически оторваны два пальца и огромный кровоподтек в паху. У другого – трещины в барабанных перепонках, и он не видел одним глазом. – Погоди, Майкрофт, – встрепенулся Шерлок. – Это ведь ты подстроил нашу встречу? И ты считал, что такой… – он щелкнул пальцами, подбирая слово, – сломленный человек может заботиться обо мне? – Сломленный? – изумленно уставился на него брат. – Даже когда его, почти мертвого, вешал третий, то этот сломленный вцепился в него зубами. У Джона во рту врачи нашли кончик уха. – Генетическая экспертиза! – Шерлок… – брат укоризненно смотрел на него. – Ты слишком разнервничался. Конечно, все сделали, смотри в деле. Шерлок предполагал, что знал, какую подготовку прошел военный врач в армии и какими навыками Джон обладал, но лишь прочитав отчет и внимательно рассмотрев фотографии, он в полной мере понял, насколько отважным и душевно сильным был его друг. Конечно, справиться голыми руками одному бете с двумя крупными сильными альфами было нереально, но, несмотря на удушающий гнев, Шерлок сейчас чувствовал гордость за несгибаемый дух Джона, словно в этом была хоть какая-то заслуга самого Шерлока. Его Джон был особенным, да. Джон мог противостоять кому угодно. – И потом, Шерлок, – ворвался в его мысли голос брата. – Я и не думал, что Джон будет заботиться о тебе. Я считал, что это ты будешь заботиться о нем. Шерлок появился на Бейкер стрит глубокой ночью, необычно тихий, измученный и задумчивый. Джон отложил книгу и пошел на кухню заваривать чай. Детектив притащился за ним следом, прислонился к стене, сложил ладони домиком и внимательно следил за всеми действиями Джона. – Что, Шерлок? – Как ты себя чувствуешь? – участливо спросил приятель. Джон едва не выронил чашку из рук. – Если ты про то, что мне стало там плохо, спасибо, все прошло. Наверное, съел что-то несвежее. Шерлок сел к столу, благодарно кивнув, взял чашку из рук Джона. – А поесть у нас нет чего-нибудь? Обрадованный до изумления Джон метнулся к микроволновке. – Потерпишь пять минут? Сейчас пирог с персиками разогрею. Будешь? – Миссис Хадсон? – Нет, я сам. Вот, держи. Не торопись, горячий. – Хозяюшка ты моя… – умильно сощурился Шерлок. – Да тебе цены нет. – А то… – напыжился Джон. – Я еще и жульен из шампиньонов в сметане могу… А за хозяюшку сейчас по башке получишь. Шерлок, слизнул крошку с губы и склонил буйну головушку: – Ну, поступай со мной как с собачонкой: пинай ногою, бей, гони меня… – Господи, Шерлок! – впечатленный Джон едва не сел мимо стула. – Шекспир! Как ты это не стер? – Я могу и дальше… но, погоди, вот поем только… – сладострастно промычал Шерлок, откусывая пирог. – С корицей… м-м-м… И сахарком сверху посыпал… с орешками… – Где же ты так убегался-то? Нашел убийцу омеги? – польщенный высокой оценкой своих кулинарных талантов, Джон пытался скрыть самодовольную улыбку. Надо почаще готовить вкусненькое. Ну, кто Шерлока еще побалует? – Нет… пока нет, – Шерлок взъерошил волосы. – Но найду. Ты тоже поешь. Джон протянул руку и пригладил его всклокоченную шевелюру. – Ой, прости, – спохватился Джон. – Ничего… продолжай, – Шерлок, чуть улыбаясь, наклонил голову. – Я первый раз сталкиваюсь с убийством омеги. Нет, с ними, конечно, тоже случаются и несчастные случаи. Но, чтобы альфа убил омегу… Ты же знаешь, как у нас относятся к омегам. Да, конечно, Джон знал. Омег было мало, их очень берегли. Более утонченные, нервные, изысканные. Почти вся богема – художники, модельеры, писатели, артисты – омеги. А также врачи, воспитатели, психологи. Балованные омеги вовсю пользовались своим влиянием на альф и поживали припеваючи. – А что вы… ну, альфы, сделаете с тем, кто убил омегу? – О, ему предложат выбор! – воодушевленно воскликнул Шерлок. – Что за выбор? Суд будет? Хорошо, хорошо, вот не надо на меня так смотреть, согласен, я идиот, но все-таки? – Ему предложат либо химическую кастрацию, либо… он исчезнет. Люди Майкрофта все сделают как надо. – Какую кастрацию? – Джон вытаращился на Шерлока. – Что это, как это? – Он станет бесполым, но останется в живых. И его отпустят, – улыбнулся Шерлок с ледяной сердечностью иноземного принца. Джона передернуло. Шерлок смотрел на него со спокойной твердостью и даже долей равнодушия. Потом отвел взгляд и взял пирог. – У тебя никогда не было секса? – недоуменно хмурясь, вдруг спросил Джон. Шерлок, едва не подавившись, резко повернулся: – Ты обалдел? С чего вдруг такой вопрос? Вид у него был оскорбленный донельзя. Джон с трудом сдержал улыбку: – Я имел в виду с омегой. Говорят, что альфы не могут устоять перед течным омегой. – Нет, – отрывисто бросил Шерлок. – Не было. Только с бетами. – А если бы… Прости, мне просто интересно. – Нет, – повторил Шерлок. – Даже если бы подвернулся случай, то я бежал бы от этого течного омеги со всех ног. Так терять над собой контроль… Неприемлемо. Хотя, думаю, что справился бы с собой. Это всего лишь химическая реакция. Поддается контролю. – А ты не думал, что преступник мог бы использовать течного омегу, чтобы как-то надавить, например, на тебя… запереть вас, предположим, вместе. Шерлок откинулся на спинку стула, снова сложил домиком ладони и, поглаживая указательными пальцами губы, смотрел цепко и холодно. – Это было бы ужасно, – наконец, выдохнул детектив. – Если этого невозможно избежать, то… нет, не знаю, мало данных. Но точно знаю, что я бы потом возненавидел проклятого омегу до конца своих дней. Меня бы, наверное, тошнило от одного его запаха. Никто не смеет так унижать меня. Это отвратительно. Губы Шерлока брезгливо скривились, он даже как-то сгорбился от предполагаемого унижения. – Но… Как я понял, вы все, я имею в виду альфы, мечтаете о своем омеге. Любовь, крышесносный секс, страсть, постельный марафон и все такое… Дети опять же… – растерянно моргал Джон. – Разве не так? – Для меня не так. Я бы предпочел бету. – Надменно поднятая бровь. Детектив был категоричен. – Нет, я не понимаю. Ты не можешь этого утверждать, ты же никогда… – Джон, опять ты чушь какую-то несешь, – умудряясь и вздохнуть высокомерно, в очередной раз констатировал Шерлок. – Даже ты уже должен был понять, что преступления – моя страсть. И у меня одна любовь – моя работа. Изменять ей из-за бури гормонов и ради пары оргазмов с каким-то вонючим, мокрым омегой я не стану. Джон, неловко улыбаясь, чувствовал себя дурак дураком. Непонятная тяжесть легла на сердце. Еще почему-то стало обидно. Не за мифического презираемого омегу, а вообще. За любовь. Джон понял, что полюбил, в один прекрасный поздний вечер, когда они уставшие, но довольные и веселые пешком возвращались домой после безумной погони за преступником. Адреналин еще кипел в крови, казалось, что пузырьки шампанского лопались во рту. Было и горько, и сладко. Шерлок остановился на тихой заснеженной улице, запрокинул голову, раскинул в стороны руки, будто хотел обнять все это невидимое небо, раскрыл рот и принялся ловить языком белые вальяжные снежинки. Его блестящие волосы скользили по воротнику пальто, а на щеке трепетал золотистый луч фонаря. Воздух вокруг него сгустился, пронизанный блестками света. Джон словно выпал из реальности и не мог глаз отвести от Шерлока. Только сейчас доктор осознал, что перед ним молодой, сильный и красивый альфа. И привиделось ему, обычному бете, что вся эта охота на преступников на самом деле – игра ловкого хищника, скрадывающего и когтящего добычу просто от скуки, забавы ради. Но день прошел удачно, одним выродком на улицах стало меньше, и в этот момент Шерлок был безгрешен и чист. Дух захватывало, и казалось Джону, что ангелы летали в ночной тиши, и даже луна, проступая сквозь извечный лондонский смог, рассыпала жемчуга вокруг невыносимо прекрасного существа. Очарованный, словно притянутый резинкой, он медленно подошел, поднял руку, обхватил своего детектива за затылок. Шерлок склонил к нему смеющееся лицо и поцеловал, глубоко и страстно. Они целовались на холодной улице, Шерлок тягуче стонал и сильно сжимал объятия, потому что у его доктора подкашивались ноги. А потом произошло непонятное. Шерлок щекотно и томно елозил губами за ухом Джона, дыша им, жадно втягивая ноздрями его запах, облизывая самым кончиком языка, как большая теплая кошка. Но Джон вдруг испугался, у него отчего-то зашлось сердце, и он шарахнулся в сторону, выдираясь из кольца рук. Шерлок разочаровано зашипел, еще больше становясь похожим на встопорщенного кота. – Что, что случилось? Я сделал тебе больно? – тяжело дышащий Шерлок смотрел на него невозможным плывущим взглядом. – Ничего… Нет, мне не больно, я же не ромашка какая-то… – растерянно пробормотал Джон. – Мне показалось, что… что кто-то едет. – А, – сказал Шерлок, приходя в себя. – Ну, тогда ладно. Потом они пошли домой. Джон втайне надеялся на продолжение, лелеял сладкие видения, от которых по телу разливалось томное тепло, но Шерлок молча повесил пальто и ушел в свою комнату, холодно игнорируя отчаянное непонимание в синих глазах. Джон сам себе поклялся забыть о поцелуях на улице, забыть о любви к надменному альфе, но лег спать, мечтая о Шерлоке. А ночью тот сам пришел к нему. – Шшшерлок? – зевая и хлопая глазами, спросил Джон. – Ты чего? – Что ты делаешь? – требовательно спросил сосед. Время было, конечно, не совсем то, чтобы думать, но Джон поднатужился и блеснул: – Я тут вообще-то сплю. Поразмыслил и добавил: – В своей кровати. – Да? – язвительно вопросил Шерлок. – Сам, значит, спишь, а другим не надо? – Надо, – не стал отрицать сонный Джон. – Иди и спи, – его великодушию не было предела. – Я не могу! – возмущенно воскликнули над ухом. – Почему? Это так просто – ложишься и… – Ты плачешь, – вдруг тихо сказал Шерлок. Джон помолчал. Потом сел на кровати и провел ладонями по лицу. Оно было мокрым, даже подушка была влажной. – Кошмары? – сочувственно спросил Шерлок. – Все воюешь? – Не знаю… – неуверенно ответил Джон. – Не помню. – Хочешь, я с тобой посижу? Джон удивленно посмотрел на него. Странно, что Шерлок вдруг проявляет такую заботу. – Или хочешь, – очередная, несомненно, гениальная идея пришла в эту всклокоченную голову, – я могу поиграть тебе на скрипке! – Колыбельную? – уточнил Джон, переворачивая подушку. – Я не умею колыбельную, – вздыхая, насупился Шерлок. – Жаль. Ну, тогда в другой раз, когда разучишь, – укладываясь обратно и накрываясь одеялом, печально подосадовал Джон. – Иди, давай, Шерлок. Мне через два часа вставать на работу. Извини, что разбудил. Джон закрыл глаза и вдруг почувствовал, как повеяло скошенной травой и силой – это Шерлок склонился над ним. На какое-то мгновение Джону даже показалось, что Шерлок снова собрался его поцеловать. Внезапно стало так зябко, что у него даже пальцы на ногах поджались. "Оттолкну, – думал в панике Джон. – Я ему не игру…" Шерлок, глубоко вдыхая, обнюхивал его. – Прекрати, – взяв себя в руки, строго сказал Джон. – Это неприлично. – От тебя пахнет тревогой и сексом. Оторопевший Джон еще немного полежал с закрытыми глазами: – Каким сексом, Шерлок? У меня… Но Шерлока в комнате уже не было. Неожиданно Джон ощутил разочарование. Ну, можно же было, наверное, попытаться успокоить человека, плачущего во сне от кошмаров. Нет, не целовать, но как-то… может, по голове погладить хотя бы? Вообще, Шерлок стал вести себя в последнее время немного странно. Нет, он всегда, конечно, был вздорным и придурочным – гений, ну, что тут поделаешь? – но однажды даже уравновешенный Джон не выдержал. Подумаешь, задержался немного, до двух часов ночи, в пабе. Не буянил, песен не горланил, почти ни с кем не подрался, пришел себе тихонечко домой, прокрался в свою комнату, чтобы детектива не будить, не к ночи будь помянут… А он тут, как тут, стоит, как рождественская елка посреди джоновой, между прочим, комнаты. У Шерлока трепетали крылья носа. От Джона пахло старым коньяком, хорошим кофе, жареным миндалем и другим альфой. Очень сильно пахло. Молодой, выше Джона, очень напористый… м-м-м… не курит, пахнет металлом… Носит оружие? Полицейский? Нет, слишком дорогой парфюм. – Шерлок, ну, что опять? – склонив голову набок, недоуменно хлопал глазами Джон. – С кем ты был? – не сводя с него глаз, напряженно спросил детектив. – Что за альфа обнимал тебя? – А, это… – Джон попытался сделать интеллектуальное лицо, но потом махнул на это дело рукой, отвел взгляд и обошел Шерлока, как фонарный столб. – Встретил фронтового друга. Вместе воевали. – Он тебе нравится? Вы с ним, там… – ткнул куда-то в сторону окна детектив, – …встречались? Спина Джона напружинилась, голос зазвучал ниже, чем обычно: – Это не твое дело. – Так, понятно… Ты с ним собираешься еще встречаться? – детектив смотрел на друга с нечитаемым выражением лица. – Шерлок! Да что тебе понятно-то? – взорвался тот. – Что ты лезешь? Я же не задаю тебе вопросов, почему от тебя пахнет то какими-то альфами, то бетами… – Я работаю! – прервал его детектив. – Я тоже, если ты этого не заметил, но на своей работе я, в отличие от некоторых, не женат, – язвительно парировал Джон. – И у меня есть еще и личная жизнь. И она тебя не касается! – Прекрати это, – в голосе Шерлока вдруг прорезался рык. Альфа, да. Джон сжал челюсти, изумленно посмотрел на бледное лицо соседа и выпрямился. – Не понимаю я тебя, Шерлок… – сквозь зубы процедил доктор. – Ты ревнуешь, что ли? – Мне не нравится этот твой фронтовой приятель, – набычившись, выпалил Шерлок. – Он опасен! И пусть он тебя не обнимает! Джон молча развернулся и вышел из комнаты. Это было ненормально. Шерлок даже не подозревал, что может быть в таком бешенстве из-за того, что какой-то загадочный мужчина обнял Джона. Это просто не поддавалось никакой логике. Почему даже мысль о том, что Джон может проводить время в обществе другого альфы, так вывела его из себя? Ну да, Шерлок, конечно, знал о том, что сосед иногда встречается с женщинами-бетами, но ни разу до серьезных отношений там не дошло. Запах-то не скроешь. Да и когда бы Джону доходить до этих самых отношений? Шерлок не давал ему никем особо сильно увлекаться. Не то чтобы, как выразился Джон, он ревновал, или специально это делал, нет, конечно. Просто подворачивалось новое захватывающее дело, друг бросал очередную пассию и с азартом носился вместе с Шерлоком по ночному Лондону. Продолжение следует…