ПРОПУЩЕННАЯ БУКВА

Если кто заметит какие-то фразы или цитаты из произведений посторонних авторов, то они вполне могут быть. У меня хорошая память, и я запросто могу тиснуть что-то понравившееся. Майкрофт и Грег любили своего восточного омегу сладостной нежностью. Он был такой трепетный, тихий и кроткий, он был настолько неанглийский, что никакой ревности или соперничества не возникало между ними. Халим постоянно был дома, в магазин ходить боялся, готовил какие-то острые и вкусные блюда, делал халву с орехами и еще что-то сладкое и липкое, с муравьиным усердием убирался и встречал своих мужчин чисто вымытый, благоуханный, с подведенными глазами и завитыми волосами. Ногти на руках и ногах у него были покрыты розовым лаком с блестками, все до единого волоски со своего тела он безжалостно удалял, одежду носил полупрозрачную и летящую. Соски его оказались проколоты, и альфа с бетой купили каждый по колечку – Майкрофт с бриллиантом, а Грег с турмалином. Счастливого лопотания хватило на неделю. Несколько месяцев организм Халима, по всей видимости, восстанавливался, так как течки не было. Омежка слегка отъелся и освоился. Он начал улыбаться. За это время Майкрофт и Грегори избаловали его браслетами, цепочками и колечками. Халим бурно радовался каждой побрякушке, вертелся перед зеркалом и бережливо утаскивал сокровища куда-то в свои закрома. Если альфа уезжал на пару дней по своим правительственным делам, омежка перебирался в спальню к бете, опрокидывался на спину, складывал ножки крестиком, разводил ладошками тугие крепкие ягодицы и простодушно смотрел прекрасными оленьими глазами. У Грега моментально сносило голову от такой покорности и резкого пряного запаха. Когда Майкрофт возвращался, Халим, восторженно пища, вис у того на шее, не мешая поверх его головы целоваться с Грегом. В постель отправлялись втроем, омежка вертелся между ними, смуглый, гибкий, ловкий. Они с трудом приучили его после секса оставаться с ними, а не уползать на пол. В течку омежка стал похож на маленького неистового зверька, настолько он был искренен в своей диковатой сексуальности. Правда, в первые три дня гормональной атаки Майкрофт сорвался и не подпустил к нему Грега, но потом, отдышавшись, позвал в их общую постель. Грег благоразумно не обижался, он помнил, что Шерлок с Джоном тоже были невменяемы в этот период. Честно говоря, он просто сбежал в свою старую квартиру и от души отоспался. Халим был настолько приучен ублажать всех альф, что кокетничал даже с Шерлоком, боязливо косясь на Джона. Омегу Джона он не понимал, а тот ухохатывался и говорил "бедолага", наблюдая, как Шерлок, мученически вздыхая, осторожно, как неразумного бельчонка, ссаживал омежку со своих колен и оттирал следы помады с зацелованного лица. Майкрофт снисходительно поглядывал за своей токующей парой, но не ревновал и не одергивал. Впервые в жизни он был спокоен и уверен в своих партнерах. Потом, когда их маленького омежку стало тошнить по утрам, Майкрофт с Грегом выпили за дружбу народов и немножко всплакнули от счастья. Антея уехала со своим язвительным альфой, хотя Майкрофт и пытался этому помешать. Никаких особо теплых чувств он к ней не испытывал, однако выпускать из вида такую редкость не желал. Но после обстоятельной беседы с ее мужем, успокоился. Моррисон понимал, что связь Антеи с Майкрофтом была случайной, а его связь с Антеей – от бога, но вот доктор-то как раз ревновал. Утешало то, что Моррисон доктор наук, ученый, и ему тоже было интересно, что из всего этого получится. Но, кроме того, он ведь был еще и альфой и как все, прекрасно знал и поддерживал заговор альф. Во всяком случае, детей Моррисон обещал родить столько, сколько захочет Антея. А Джон, в свой положенный срок, всего лишь за несколько часов родил крошечную девочку. Без особых мучений. Чего нельзя было сказать о Шерлоке. Статус дочери был еще неопределен, но генетический тест показал, что летального гена в ее генотипе нет. А по телосложению она являлась типичной омегой. Джон постоянно делал что-нибудь милое, и Шерлок постоянно в него влюблялся. Но все равно где-то внутри Джона все еще таилась тьма. Да, она упакована в тугую и прочную броню, но иногда Шерлок видел ее. P.S. Королева наградила Шерлока званием командора-рыцаря и все стали их сиятельствами. Джон не смог отказаться от фамилии Честертон. Титул, согласно завещания главы рода, передавать больше было некому и королева не позволила похерить знаменитую фамилию. Поэтому, после постоянного заключения брака с сэром Шерлоком Холмсом, наш доктор официально величался так: лорд Джон Хэмиш Честертон Холмс Уотсон. Загородный дом, где Джона насиловали был разрушен. Все остальное наследство Джон принял. Они с Шерлоком построили отличный реабилитационный центр для омег. Майкрофт, как Вы сами понимаете, не остановился на покупке одной партии омег. Всё.