эй, а давай на битах

- эй, а давай на битах, - сопит Ларрин куда-то в плечо Хованского, утыкаясь маклевкой носа в горячую кожу и комкая одеяло между колен - так хорошо. Юра глаза от яркого солнце жмурит, но не дает ни одному проворному лучу проскользнуть сквозь него к лицу Димы и помешать его утреннему подъему. - Тебе Джарахова не хватило? Ведь в сухую проебал, - усмехается Хован, заставляя Диму недовольно сопеть и отворачиваться к стенке. Юра умиляется, обвивает свои руку вокруг торса Ларина и притягивает его к себе, целуя в шею. - Ну-ну, не дуйся, зато пятнадцатый год - это важно, - все еще смеется Хованский, а Ларин в его руках извивается, освободиться пытается, но Юра не опускает, крепче сжимает и за бока щиплет. Дима сдается - смеется громко и раскатисто - как ребенок, Юра понимает, что идет ко дну под этот звук. *** - А Слава обещал Мирону отсосать после баттла, если тот выиграет, - совсем нагло заявляет Ларин, притягивая ко рту тонкую сигарету и заглатывая клубы ароматного дыма. - Откуда инфа? - Подпирает рядом стену Хованский, ожидая пока любовник докурит. - Весь интернет об этом гудит, к тому же, я вчера с Мироном разговаривал. Кажется, у них что-то наклевывается, - стряхивает пепел в клумбу Ларин, прокуренные ладони в карманы сует и направляется ко входу в здание. Юра хмурится, провожает взглядом димин потушенный окурок и непременно думает: "слишком много пидоров на один квадратный метр" *** Бит качает, пробирая насквозь, заставляя мотать головой в такт и покачиваться на без того ватных ногах. Ларин отрывается как может, Юра понимает, что его надо утаскивать, когда Дима пытается стянуть со своих костлявых плеч любимое серое худи. - Не пизди, не могло тебя так с алкашки повести, - сердится Хованский, подхватывая Диму под руки и затаскивая в туалет, чтобы привести Ларина в порядок. Дима не сопротивляется, просто на ногах еле стоит от всего выпитого, а может и не только выпитого. Холодная вода бьет в лицо, заставляя Ларина кашлять и давиться. Под напором стекающих струй совсем ничего не видно. Дима медленно начинает приходить в себя и соображать. Пока выходит плохо. - Какого черта? - сквозь воду орет он, пытаясь отдернуть голову из воды. Хованский бы рад ответить, но почему-то в душу закралась злость, ведь "правильный" и "интеллигентный" димочка уже который день ходит обдолбанный и невменяемый. Черт бы побрал этот версус с его бэд компани. - Алкашка говоришь, пару коктейлей? - Хован еле сдерживается, чтобы не орать на весь клуб, Ларину все еще поебать на все происходящее, взгляд отчетливо фокусируется на длинных пальцах, пытаясь их сосчитать. Один... Два... Три... Четыре... Черт, одного не хватает. Ларин ржет, как укуренный, потому что не хватает одного блядского пальца, все еще цепляется за плечи Хованского и отчетливо пытается объяснить ему причину своего нескончаемого веселья. - Юр, я палец проебал, - и тут же волна смеха, что накрывает с головой. Хованскому не смешно, Хованскому прописать Димочке по лицу очень хочется. Юра ладонь Ларина подхватывает, пальцы перебирает и наглядно медленно считает, чтобы показать этому объебышу, что проебал он только свой мозг. - Блядь, заканчивай эту клоунаду, домой сегодня можешь не возвращаться, ты съезжаешь обратно к себе, - как можно спокойнее произносит Хованский, откидывая руку Ларина в сторону от себя и берет направление к выходу. У Димы под ребрами что-то хрустит с костлявым скрежетом расходится в разные стороны. Ларин не может позволить Юре уйти, за запястья того хватает, целует жадно, мокро посасывает его губы, а потом съезжает по стене на колене, пытаясь справиться с пряжкой ремня Юры. - так что ты там говорил про победный минет?