Наперегонки с судьбой

Мир живых. Каракура. Каракура… Сколько раз этот, на первый взгляд ничем не примечательный городок, становился эпицентром кровопролитных битв, на кону которых стояла судьба всего мира? Похоже, даже непосредственные участники тех событий не смогли бы дать точный ответ. Вот и сейчас, высоко над его улицами, прямо в воздухе застыло несколько фигур в ожидании скорой схватки — битвы не на жизнь, а на смерть. Тем временем горожане беззаботно занимались своими делами. Кто-то спешил на работу, кто-то прогуливался по оживлённым улицам, а кто-то просто наслаждался каждой минутой, проведённой рядом с близкими. И лишь для одного юноши этот прекрасный весенний день оказался безнадёжно испорчен. Ичиго мрачно оглядел причину своих очередных прогулов, коей являлись шестеро пустых. Вот уже третий раз за неделю он выбегал с уроков под предлогом «в туалет», даже не дожидаясь разрешения ошарашенного учителя. Такая наглость не могла пройти бесследно: мало того, что это сказалось на успеваемости, так ещё и по всей школе поползли слухи о его «слабом мочевом пузыре». Разумеется, зная о вспыльчивом нраве парня, никто не решался сказать ему это в лицо, но за спиной шептались, не особо таясь. Однажды он даже краем уха уловил разговор, проходя мимо кабинета, где учились его сверстники: — …Слыхали? Говорят, он в последнее время почти каждый день бегает в туалет прямо с уроков, даже не спросив учителя. — А, ты про этого рыжего? Он всегда был каким-то странным, так что меня это не удивляет… Сомнений не оставалось — речь шла именно о нём. Вытерпеть столь несправедливые и лживые сплетни парень был не в силах. И если бы не Чад, который всегда оказывался рядом и вовремя останавливал его, Ичиго, уже красный от стыда пополам с гневом, ворвался бы внутрь и размазал всех по стенке. После того как он одолел Айзена, его сила синигами начала понемногу угасать, и всё вокруг стало иным. Теперь его жалели и обращались с ним, словно с малым ребёнком, который нуждается в утешении и поддержке. Даже отец стал реже прибегать к своим универсальным методам воспитания. Хорошо бы, если бы всё этим и ограничивалось. Но нет! В школе каждый день друзья, а особенно Иноуэ, пытались проявить заботу и хоть чем-то ему угодить, что не на шутку раздражало. Возможно, виной тому был он сам — постоянно ходил с хмурым и печальным лицом. Вот и результат. Нельзя было винить друзей, которые желали ему только добра. «Во всём есть свои плюсы. Может, и хорошо, что моя сила исчезает», — уже не в первый раз пронеслось у него в голове. Но сейчас было не время отвлекаться на подобные мысли. Парень тряхнул головой, отгоняя ненужные воспоминания, и сосредоточил взгляд на врагах. Такое активное поведение пустых в последнее время вызывало тревогу. Мало того, что они объявлялись средь бела дня, так ещё и вдвое чаще, чем раньше. Кто-то или что-то явно стоял за этим. И эта мысль не давала ему покоя. «Придётся поговорить об этом с Урахарой-саном…» Из глубокой задумчивости Ичиго вывел пустой, который с рёвом сорвался с места и, разинув пасть, ринулся на парня. Не сбавляя скорости, монстр занёс когтистую лапу для удара. Но того, кто прошёл через сотни, а может быть, и тысячи боёв, было не так-то просто достать — пусть он уже и не был прежним. В мгновение ока меч, мирно покоившийся до этого за спиной, словно по команде вырвался из плена белой ленты и оказался крепко зажат в руке. Лезвие Зангетсу блеснуло на солнце, и Ичиго нанёс рассекающий удар по маске пустого. Тотчас же тот распался на мелкие частицы и испарился прямо на глазах у рыжеволосого синигами. Остальные, не теряя времени даром, пока внимание парня было приковано к одному из них, уже успели окружить его. Не давая Ичиго времени оценить ситуацию, все пятеро одновременно ринулись на него. Отразить атаки со всех сторон было невозможно, и единственным выходом стало использовать сюнпо, чтобы переместиться за спину одного из чудовищ. Однако в тот самый миг, когда парень уже занёс меч для удара, готовясь покончить ещё с одним, сквозь тушу его собрата, буквально разорвав её пополам, прорвался третий — самый крупный из пустых. Максимально сократив расстояние до жертвы, монстр с пронзительным рёвом занёс кулак, целясь в солнечное сплетение. Не ожидавший такого манёвра Ичиго успел лишь вскинуть Зангетсу, принимая удар на лезвие. Однако сила, вложенная в эту атаку, оказалась чудовищной. Меч жалобно зазвенел, высекая сноп искр, а тело парня, словно тряпичную куклу, сорвало с места и с пронзительным свистом швырнуло прочь. Он пролетел над крышами и улицами города не меньше полусотни метров, круша воздух разорванным плащем, пока наконец с оглушительным, глухим грохотом не впечатался в стену высотного здания. Удар был такой силы, что фасад пошёл трещинами, а стёкла в ближайших окнах брызнули осколками.

***

— Передайте мои наилучшие пожелания капитану Укитаке, — крикнул Киске, помахав рукой уходящей девушке. — Обязательно. До встречи, Урахара-сан, — бросила Рукия через плечо уже на выходе из магазина. Поручение выполнено, пора возвращаться в Общество душ. «Хорошо бы перед дорогой наведаться к Ичиго», — пронеслось у неё в голове, но, вспомнив, что сейчас у него, скорее всего, уроки, она решила его не отвлекать. Да и в последнее время он был сам не свой. Вот уже несколько месяцев минуло с войны против Айзена, а Ичиго так и не стал прежним. Как же она устала от всего этого… Его вечные отговорки утомляли, а фальшивая улыбка раздражала. «Придётся как-нибудь провести сеанс по выбиванию дурни из его тупой башки». Постояв немного на пустынной улице перед магазином Урахары, вдыхая прохладный весенний ветерок и собираясь с мыслями, девушка и не заметила, как пролетело несколько минут. Медлить было нельзя — нужно скорее отправляться обратно с отчётом. Вздохнув, она уже потянулась к рукояти своего зампакто, собираясь открыть Сенкаймон, как вдруг вдалеке ощутила внезапный всплеск реацу. — Это же… — удивлённо выдохнула она. Сомнений не было — реяцу принадлежала Ичиго. Однако пропала она так же внезапно, как и появилась. Не раздумывая ни секунды, Рукия перешла на сюнпо и направилась туда, где, по её предположениям, находился друг. Пролетев над несколькими кварталами, она уловила ещё несколько слабых источников духовной энергии. — Пустые, — процедила она сквозь зубы. Зная о нынешнем состоянии товарища, который мог потерять всю силу в любой момент, Рукия не на шутку испугалась. На бегу выхватив зампакто из ножен и ускорив шаг, она выскочила из-за преграждающего путь многоэтажного здания и оцепенела. Открывшаяся её глазам картина повергла её в ужас. Над бессознательным Ичиго, вдавленным в стену здания, навис огромный пустой в маске, отдалённо напоминавшей морду акулы-молота. Чуть поодаль стояли ещё трое. Скалясь и рыча, они медленно приближались к парню, даже не заметив появления девушки. Это сыграло ей на руку, и, воспользовавшись моментом, Рукия высвободила зампакто. — Танцуй, Соде но Шираюки, — скомандовала она и повернула клинок против часовой стрелки. При высвобождении клинок, рукоять и гарда стали белоснежными, гарда обрела форму полого круга, похожего на снежинку, а эфес украсила белая лента. Внезапный всплеск реяцу привлёк внимание пустых. Заметив девушку, они тут же ринулись на неё. Все, кроме самого крупного: тот, не обращая внимания на синигами, готовился добить парня, который уже медленно приходил в себя. Уклоняясь и блокируя выпады наседавших на неё пустых, Рукия наносила ответные удары, постепенно отступая и в итоге упёршись спиной в стену. Решив, что шинигами загнана в угол, один из пустых потерял бдительность и набросился на неё. В этот момент зампакто в руках девушки засветился, а за её спиной, прямо на стене, проявился светящийся круг. — Первый танец: Белая луна, — почти шёпотом проговорила она и отскочила в сторону. Круг, с каждой секундой становясь всё ярче, выстрелил лучом света в стоящего напротив пустого, и в тот же миг всё пространство внутри круга заледенело, оборвав жизнь монстра. Спустя пару секунд столб льда разрушился, рассыпавшись сотнями осколков, которые растаяли и испарились, не долетев до земли. Воспользовавшись секундным замешательством оставшихся пустых, Рукия поспешила к другу. Однако, опомнившись, те тут же преградили ей путь. Лёгкая улыбка тронула губы девушки: её уловка сработала — теперь самое время покончить со всеми тремя одним ударом. — Второй танец: Белая рябь, — приняв боевую стойку, Кучики четыре раза пронзила пространство перед собой, образовав полукруг. Из проколотых отверстий поднялись, кружась, частицы снега, собрались на конце Соде но Шираюки и вырвались наружу огромным шквалом из снега и льда. Словно лавина, он пронёсся над улицами, заковывая всё на своём пути в лёд. Когда через несколько секунд туман рассеялся, взору предстала лишь ледяная стена, протянувшаяся до пришедшего в себя Ичиго. Синигами успели заметить закрывающуюся гарганту неподалёку от того места, где стоял большой пустой. «Сбежал, гад. Быстро же…» — нахмурилась девушка и поспешила к другу, который уже опустился на ближайшую крышу. — Ичиго, как ты? — не скрывая беспокойства, спрыгнула она на здание и подбежала к нему. — Привет, Рукия. Я в порядке, — широко улыбнувшись и почесав затылок, ответил юноша. Опять эта фальшивая улыбка… — В порядке? Ты идиот, Ичиго! Да если бы я не подоспела вовремя, кто знает, что могло случиться? Сколько раз тебя просили в твоём-то состоянии не лезть на рожон? — вспылила девушка. Беспокойство сменилось злостью и желанием навалять ему по его рыжей макушке. — Серьёзно, я в порядке. Не о чем беспокоиться, просто на миг замешкался, вот и вышло. Я бы справился и сам, но всё равно спасибо, — продолжал отнекиваться парень. — Слушай, а что ты здесь делаешь? Не знал, что ты в Каракуре. И вот опять — он снова уводил разговор в сторону. Вздохнув и смирившись, девушка скрестила руки на груди и уже спокойно ответила: — Я здесь с поручением от капитана Укитаке — нужно было передать одну посылку Урахаре-сану. Я уже собиралась обратно, когда почувствовала твою реацу… — чуть помедлив, она добавила: — Извини, что не навестила, не хотела отвлекать тебя, — виновато пожала она плечами. Всё-таки стоило проведать друга — возможно, тогда этого инцидента не случилось бы. Теперь она чувствовала свою вину. — Глупости, — уже с искренней улыбкой ответил он. — И Иноуэ, и остальные были бы рады тебя видеть. Уроки скоро закончатся, и если хочешь, можем… — Я бы с радостью, но, к сожалению, мне уже пора возвращаться, — перебила его Рукия. Она и сама хотела встретиться с друзьями, но в более спокойное время. — Я вернусь в ближайшее время. А ты, Ичиго, отправляйся к Урахаре-сану на осмотр. Вздохнув, парень нехотя согласился: — Ладно. Тогда мне пора возвращаться. Увидимся, Рукия. С этими словами он сорвался с места. Стоя на крыше и глядя на удаляющуюся фигуру друга, девушка обречённо вздохнула. Она слишком хорошо его знала и понимала: к Урахаре он не пойдёт. Придётся тащить его туда силой, но в другой раз. Она и так задержалась — нужно сначала отправиться в Общество душ и попросить капитана выдать ей небольшой отпуск. — Что ж, так и сделаем, — произнесла девушка и, вытянув зампакто, большая часть которого уже исчезла в пространстве перед ней, повернула его, словно ключ в замочной скважине, открывая Сенкаймон. Когда обе створки Сёдзи полностью распахнулись, выпуская наружу ослепительный поток света, Рукия замерла на месте в ожидании Адской бабочки. Минута тянулась бесконечно долго, но попутчица так и не появилась. Поначалу девушка насторожилась, но, решив, что её банально забыли выслать (такое иногда случалось), шагнула вперёд. Уже через пару шагов слепящее сияние отступило, уступив место почти непроницаемой тьме коридоров Разделителя миров, а привычный шум Мира живых — гул автомобильных моторов и голоса прохожих — сменился вязкими, чавкающими звуками текучих стен потока Корьё. Вложив зампакто в ножны и дождавшись, пока проход за спиной захлопнется с глухим хлопком, девушка, стараясь не задерживаться, продолжила путь вглубь.

***

Примерно через час этого «путешествия» Рукию накрыло липкое, неприятное чувство — будто кто-то или что-то следило за ней из темноты, впиваясь взглядом в спину. Желая поскорее покинуть это гнетущее место, девушка прибавила шаг, но не успела сделать и десяти шагов, как земля под ногами вздрогнула. Сначала едва заметно, а затем всё сильнее, будто где-то в недрах Разделителя просыпалось нечто огромное. Затвердевшие стены потока в этой части коридора пошли рябью, а затем начали покрываться сетью глубоких трещин. С противным, нарастающим треском известковая корка осыпалась на пол мелкой крошкой. И в тот же миг сквозь одну из расщелин ударил яркий, желтоватый луч света — хищный, пульсирующий, словно зрачок голодного зверя. С каждой секундой он становился всё шире, разрывая стену изнутри. — Не может быть… — выдохнула Рукия, застыв на месте от ледяного ужаса. По последним данным Научно-Исследовательского Института, Котоцу проходил здесь менее четырёх суток назад. Он не должен был вернуться так рано. Но реальность оказалась безжалостной. Словно в ответ на её мысли, из противоположной стены с оглушительным, сокрушительным рёвом вырвался Ловчий таран. Воздух взорвался градом осколков — острые обломки затвердевшей материи полоснули по лицу и рукам. Жёлтый свет ударил по глазам, ослепляя, оглушая, врываясь в сознание невыносимым гулом. Ударная волна сбила с ног, выбив воздух из лёгких. Последнее, что успела увидеть Рукия, прежде чем исполинская масса Котоцу обрушилась на неё, погребая под собой хрупкую фигурку синигами, — это стремительно несущаяся навстречу стена и белёсая, всепоглощающая вспышка света, аннигилирующая всё вокруг.