Fallout: Хищник

2230 год, День 9 Воробьёвское шоссе, 50 метров от дома Марии Белый диск солнца уже подобрался к зениту и теперь щедро поливал лес вперемешку с руинами Москвы теплом, расходуя последние его остатки в преддверии долгой и холодной зимы. Из-за ядерной войны зимы в европейской части Союза длятся не три месяца, а пять (с октября по март). Нам ещё повезло, ведь в Сибири зимушка-зима гостит СЕМЬ (!!!) месяцев. Эх, будете терпеть, товарищи. Это я про тех, кто не носит мотоброню, которая зимою согревает, а летом охлаждает тебя. - Куба – любовь моя, остров зари багровой. Песня летит, над планетой звеня – Куба – любовь моя! Слышишь чеканный шаг: это идут барбудос. Небо над ними, как огненный стяг. Слышишь чеканный шаг! Мужество знает цель! «Стала легендой Куба», вновь говорит вдохновенно Фидель – мужество знает цель! Родина или смерть! – это бесстрашных клятва. Солнцу свободы над Кубой гореть! Родина или смерть! Куба – любовь моя, остров зари багровой. Песня летит, над планетой звеня – Куба – любовь моя! – пели я, Маша и Леночка, возвращаясь к их дому. Точно так же на распев горланили мы с Тимой, идя к поселению Амазония. В последние дни я часто вспоминаю прекрасные былые времена, хотя их с трудом можно назвать прекрасными. - Дим, он тебя заинтересует, - Маша протянула мне конверт. Я вынул сложенную пополам бумагу, на которой был изображён золотой двуглавый орёл, помещенный на красном геральдическом щите; орёл был увенчан двумя малыми коронами и - над ними - одной большой короной, соединёнными лентой; лапы держали скипетр и держава; на груди орла на красном щите - серебряный всадник в синем плаще на серебряном коне, поразивший серебряным копьём чёрного опрокинутого навзничь и попранного конём дракона. Я добросовестно приступил к изучению текста. ПРОПУСК Выдан нижеподписавшейся на срок с 05.10.2228 по 25.10.2228 включительно и подтверждает её право на пребывание в городе Ханты-Мансийск Российской Демократической Республики. Я, нижеподписавшаяся, ступая на территорию Российской Демократической Республики, подтверждаю, что: не страдаю инфекционными заболеваниями; не имею связей с коммунистическими безбожниками; не имею умственных отклонений; не состою в бандформированиях; не привлекалась к суду где-либо и когда-либо; не имею пристрастия к наркотикам; имею традиционную сексуальную ориентацию; лояльна к институтам демократии; не имею намерений причинить вред рукопожатным и совестливым жителям Российской Демократической Республики тайно или явно. Обязуюсь: чтить и уважать демократию; беспрекословно подчиняться требованиям представителей власти Российской Демократической Республики; уважительно относиться к жителям и гостям Российской Демократической Республики; соблюдать правила личной гигиены; презирать и убивать всех коммунистов; ненавидеть Русскую нацию, как нацию рабов; презирать историю Советского Союза, ибо она – сплошные завоевания и убийства миллиардов людей. В случае невыполнения любого из вышеописанных пунктов смиренно передаю себя в руки демократического правосудия и приму любое наказание, которое представители правосудия сочтут целесообразным. Далее должны были следовать подписи поручителя и гостьи. - Во как загнули! – изумился я, ширя глаза под шлемом. Но одного голоса было достаточно, чтоб дамы поняли испытанные мною эмоции. Не, эт каким дауном надо быть, чтоб ненавидеть собственную историю, а? Даже Новый Союз и Славянское Братство не дошли до такого! Как говорил Фёдор Михайлович Достоевский, «Если кто погубит Россию, то это будут не коммунисты, не анархисты, а проклятые либералы». Надеюсь, человек, который любит свою Родину и хочет понять её, не станет верить россказням «проклятых либералов». А то их истории про Советский Союз (да и про Россию вообще) как «Тюрьму Народов», про миллиарды убитых безбожными коммунистами и про рай на Земле в виде Соединённых Штатов Америки доконают кого угодно, начиная с Генсека ЦК КПСС и заканчивая последним тунеядцем. - Я когда-то была гостьей в Ханты-Мансийске. Там форменная тоталитарная цивилизация. На каждом углу только и поучают: сдай ствол, туды не ходи, сюды не ходи, тут не ссы, там не плюй. Ну их нафиг! – судя по тому, как Маша махнула рукой, ей не понравился город, принадлежащий Российской Демократической Республике. Во время монолога Марии я хотел прикрыть Леночке уши, чтоб она не слухала матерщину. Но она отринула их. От этого я чуть не выронил челюсть: Леночка теперь будет материться через каждую букву?! Конечно, есть такие грубияны, но детей, грубящих старшим, я ни разу не видел и не слыхал о них. Может, у меня склероз? Напротив дома Марии Среди деревьев что-то шевелилось. Я остановился и навёл ствол АК-42 на источник опасности. Вдруг из лесочка показался Чёрный Вдовец. Эти жёлтые глаза, горевшие от злобы, чем-то напомнили мне о недавнем призраке, убившем Артёма. Разница заключалась в том, что щас передо мной стоял гибрид человека и паука, а не какое-то подобие невидимого Кровососа, чьи очертания видны даже тогда, когда тот стоит. Мутант, улыбаясь и показывая нам свои акульи зубы, растопырил руки. Из фаланг возникли когти. Я сжал губы, но руки не задрожали. - Хватит играть! Пора на тот свет! – прорычал Чёрный Вдовец невероятно грозным голосом. Я же удивился. Что-то не припомню, чтобы люди-пауки разговаривали! Но нет времени рассуждать. Перед тобой враг, медленно ступающий шестью крепкими паучьими ногами, не изменившимися со времён комбинации ДНК паука и человека (конечно, у ног такой же чёрно-глянцевый окрас, как и у тела). Я дал длинную очередь по Чёрному Вдовцу. Мутант схватился за грудь, прошитую «семёрками». Из ран текла голубая кровь. Наконец, финальная пуля попала в сердце. Чёрный Вдовец осел, хрипя: - Не может быть… - Может, может, - ухмыльнулся я, бросая рожок и вставляя в автомат барабан на 75 патронов. Вдруг позади себя я услышал передёргивание затвора. Не поворачиваясь, я объяснил Маше: - Увы, ты опоздала. - По-моему, это тебе не стоило его убивать, - я чуть не икнул, когда услышал фразу. Она что, издевается? Да если б не я, то Леночка осталась бы сиротой, и её бы кто-нибудь убил! По-моему, Маша – шпионка либералов! А реакция на тоталитарную цивилизацию, воцарившуюся за Уралом в лице РДР – ложная! Ну да. Повернулся, а Мария держит меня под прицелом. - И как это понимать? – потребовал я объяснений, причём вежливо. Пока вежливо. Коли она продолжит молчать, как партизан, то в ход пойдут любые средства. Мне нужно ж знать правду. Да и Леночке тоже. Она щас смотрел на маму с приоткрытым ртом. Удивлена и ужаснулась одновременно. - Видишь ли, Димочка, в РДР на тебя объявили самую настоящую охоту. За твою голову назначили целых пять тысяч гильз! Я, будучи бедной, вызвалась найти тебя и убить. Мой бывший всего-навсего разыграл спектакль, а ты, подлец, убил его… - Маша потихоньку начинала плакать. Бедных, конечно, можно понять. Но убивать ради денег… Такой хрени я достаточно навидался. Я безо всяких речей расстегнул хлястик кобуры, взял «Макарыча» и вскинул его. Молодая мама, продолжая плакать, завопила: - Нет, Дима! Прошу тебя! Не убивай! Я сделаю что угодно! Мне ещё жить и жить! Я стиснул зубы. Всего пять секунд назад эта лгунья доказывала мне, что она бедная, теперь она хочет жить. Стесняюсь спросить, а откудова такой богатый набор еды? Ах да, Мария у нас одиночка. - Хочешь жить? – спросил я. Девушка отчаянно закивала и, ни с того ни с сего, принялась держаться за мою левую руку. – А объясниться дочери не хочешь? - Мама… - выдавила из себя Леночка. В её детских глазах не было слёз. – Как ты могла? - Я готова на всё, лишь бы ты жила лучше всех, - объяснилась, наконец-то, Мария. А может, она и не объяснилась. Брюнетка взяла у меня пропуск, позволяющий свободно пребывать в Ханты-Мансийске. – Именно благодаря ему я получила контракт на убийство. Ты и твой Новый Союз доставали либералов много лет. У них лопнуло терпение. На первый взгляд убедительно. Я медленно сунул «Макарыча» обратно в кобуру, застегнул хлястик и, приобняв Машу, пошёл вместе с ней и Леночкой к ним домой. Как придём, так я сразу заберу оставшиеся вещи (Возможно ли, чтоб я тама их не оставлял?), распрощаюсь с дамами и пойду искать Тимура. А заодно отомщу призраку за убийство Артёма! У Марии дома Отворив дверь, я отпустил Машу и открыл шкаф. Не, ничего я тут не оставлял. Но подозрения всё ещё были. И надо узнать, подтверждены они или у меня, как усегда, глюки. Под кроватью ничего. «Электроник-2000» прицеплен к левому предплечью. Барабан к АК-42 на месте, обоймы к ПМ тоже. Рюкзак висит на спине. Отлично. На этот раз у меня не было глюков, что хорошо. Чувство тревоги, до боли знакомое, потревожило меня в третий раз. Всё. Пора. Придвинув стул и сев напротив Маши, которая вроде успокоилась, я недобро улыбнулся. - Деньги — зло, деточка, одни беды от них. Посмотри вокруг. Люди предают, убивают, торгуют друг другом как вещами. Вещами, Мария! Деньги превращают нас в неодушевленные предметы, в товар. Алчность берёт верх над рассудком, заставляет человека совершать немыслимые поступки, страшные, подлые, гнусные… Разве человек в здравом уме может творить такое? А ведь творит. И ради чего? Ради кучи зелёных бумажек или чего-то там ещё. Маша сидела, вылупив глаза, и тихо охреневала. Уж чего-чего, а «проповеди» от меня она никак не ожидала услышать. Тем более догадаться о ней. Она не решилась перебить меня. - Деньги развращают человеческую сущность, подменяют собой мораль, совесть, - я задумался, - и веру! Именно поклонение золотому тельцу и банальная жажда ресурсов привели к гибели цивилизации, которую мы не видели! Но представления о ней передаются через десятки и сотни поколений. Советский Союз отгораживался-отгораживался от кровавых денег, да погиб вместе с братским Китаем и Буржуйстаном. Выбитая из колеи таким поворотом беседы молодая мама сумела лишь выдавить: - Я как бы… ой… - и начертить рукой в воздухе заковыристую фигуру, схожую с траекторией тревожных мыслей, блуждающих в моей голове. То, что я говорил ей – чистой воды правда. Суровая, но правда. - Чё «я как бы»? Чё ты мне тут руками машешь? Сымитировала, значит, нападение на саму себя, и подставила своего «буйного» парня! За что? Ах, да, за обман. За обман товарища, который, - я начал загибать пальцы и выкладывать догадки насчёт того, чем я взбесил либералов, - убивает и грабит граждан Российской Демократической Республики, мешает распространению «великой» демократии и вставший на сторону первобытных животных в лице Нового Союза Советских Социалистических Республик! То бишь НСССР! Знай: либералы – настоящие лицемеры. Сегодня они тебе улыбаются, а завтра суют в печь. Доверие к ним добром однозначно не закончится, - на этой ноте я завершил свой монолог и закрыл за собой дверь, мысленно расставшись с Машей и Леночкой. Им будет скучно. Но ничего. После возвращения к Тимуру и поисков загадочного убийцы я буду навещать их… Улица Волхонка Что-то скатилось с крыши жилого дома, упал вниз и стукнулся о крышку металлического мусорного бака. Тимур посмотрел наверх, но ничего не заметил. Он шагнул вперед, напряг зрение и, затаив дыхание, прислушался. Гулю почудился шорох где-то на стене, и на мгновение показалось, будто он различает что-то неопределенной формы, какое-то колебание воздуха, словно движется само небо! Кто-то спрыгнул со стены и тяжело приземлился всего в нескольких шагах от говорящего зомби, потерявшего свою возлюбленную. Внезапно раздался треск, похожий на электрический разряд. Тимур посмотрел в направлении треска – оттуда исходило странное искрящееся мерцание. Глаза гуля чуть не вылезли из орбит, когда он увидел, как всполохи электричества, отражаясь в воде огромной лужи, змеями вьются вокруг гигантской пары ног, ступивших в лужу на дорожке. Они даже отдаленно не напоминали человеческие, и отражение в луже казалось страшнее ночного кошмара и безумнее галлюцинаций. Тимур, держа в руках АКС-42У и дробовик РМБ-93, бросил взгляд вверх – туда, где должно было находиться туловище этого чудовища, но ничего не увидел, кроме мельтешения теней да каких-то воздушных вихрей, беспросветный мрак словно еще сильней сгущался вокруг некой могучей и зловещей, но невидимой фигуры. В это страшное мгновение говорящий зомби вспомнил слова старейшины Амазонии: «Пупсик, ты не сможешь увидеть демона до тех пор, пока он за тобой не придёт». С перекошенным в беззвучном крике ртом Тимур отшвырнул в сторону карабин и приготовил ружьё Нины. Гуль вдруг понял бесполезность своих усилий. Демона победить было невозможно. Тимур бросился бежать. Секундой позже улица Волхонка огласилась душераздирающим криком…