Проект «Начало»

- За этой планетой мы следим уже несколько сотен лет (мы здесь объявились раньше вас, синие). Шпионами служат местные организмы с вживленными в мозг передатчиками. С этих передатчиков наши ученые напрямую получают информацию, в последствии ее приходится обрабатывать. Мы очень удивились, когда один из модулей зафиксировал вторжение синих на Землю. Сначала наши ученые не поверили, но модуль... – Литтор смущенно покосился на Гилберта, - оказался везучим, и вскоре мы убедились – синие действительно присутствуют на , так сказать, колонизированной нами планете. Правительство, ну Консул наш, естественно, загорелся идеей «выпендрить захватчиков». Только вот эту идею он нечаянно вслух озвучил, да прямо во время саммита, и, соответственно, ваш Правитель возмутился и, слово за слово развязалась очередная война. - А ты-то кем являешься и как здесь оказался? – поинтересовался Иван Иванович. - Я – ученый, и меня в особом отряде прислал Консул – ну, как раз на этот город (здесь впервые были замечены синие). - Ясненько. Воинов твоего отряда я уже видал, ты, значит, ученый. Расскажи про своего напарника и собирателей, чтоб мне знать, кого опасаться, - последнее было произнесено с усмешкой. - Мой напарник – Райвовиблатор. Маленького такого роста. Подвержен целой тысяче вредных привычек, вдобавок трясется как припадочный, так что ты его сразу узнаешь. Кстати, он хоть и мелко выглядит, но это он вживил антенну в твоего ...питомца. Колфармустер удивленно приподнял брови и покачал головой. - Вот... – задумчиво продолжил алокожий, покачивая ложечкой в бульоне. – И собирателей очень легко отличить: во-первых, они устроились работать в самый крупный храм этого города, а во-вторых – они родные братья и очень схожи меж собой. У них имеются наружные гнутые антенны, которыми они собирают человеческие эмоции. Если пересечешься с ними, то – просто махни рукой – разговаривать бесполезно: старший, по имени Итаром – он умнее своего братца, но матом кроет на всех языках так, что у синих просто камни со лба вываливаются! (Гилберт заржал и получил подзатыльник). Он себя со всеми так ведет, и ему на родной планете мечтают оторвать спираль. - Отчего ж не оторвут? - Оторвешь тут, как же... Да его сам Консул лелеет и холит, по головке гладит (Литтор мрачно скривился). - А младший? - Этот совсем бесполезен: на вид милый, рассудком – чистый блондинка. Однако и ему палец в рот не клади: иной раз в нем такая хитрость пробуждается, что ой-ё. звать его Итавен. По отдельности братьев бери, тепленьких, но когда они вместе, да еще и с Консулом... - Только и слышу в последнее время: Консул – то, Консул – это... Чего это он так заактивничал? - Дак новый же Консул-то! Старый, теплые ему небеса, скончался пару лет назад... - Что? Дэдрим мертв?! - Ну да. А так как наследников оказалось двое – ну как раз братья-Ита – не делить же им трон пополам! И народ выбрал нынешнего Консула. - Хотелось бы узнать его имя... - Оно слишком длинное, давай в другой раз. Иван Иванович разглядывал собеседника, подумывая, что бы еще спросить. - Ты не хочешь узнать, как мы с Бэллочкой познакомились? - Я знаю. - ?! Вместо ответа Брагинский постучал пальцем по своей голове и указал на сестру. Литтор облегченно кивнул – значит, рассказывать ничего не нужно. Альбинос чуть было не возмутился: телепатией он не владел, но ему тоже интересно было послушать, однако инопланетяне снова заговорили: - Последний вопрос, - неожиданно босс за плечи притянул к себе Байльшмидта, - сможешь ли избавить моего человека от вашей шпионской дряни? Не навредив ему, конечно... Было заметно, как красный занервничал. - Мы раньше никогда не удаляли, только ставили... – промямлил он, теребя краешек пиджака. Потом поднял глаза. - Я попробую. Постараюсь. - Уж пожалуйста. – вздохнул Колфармустер, после чего насильно уложил Гилберта плечами и головой на свои колени – парень стыдливо сопротивлялся. Светло-синий палец ткнулся питомцу куда-то в темя. – Эта фигня расположена где-то здесь, да? - Не совсем... Можно? – Литтор пересел поближе к Ивану и тоже провел пальцами по белобрысой шевелюре. – Скорее где-то вот здесь, немного в сторону. И в глубине. Сестры Брагинского попивали чаек, делая вид, что беседа ученых их совсем не интересует. Гил устроился поудобнее и с интересом слушал. -... Если снять крышку черепа, вот такую диаметром – для этого надо надпилить здесь и здесь... еще тут – то можно будет спокойно оперировать без наркоза! – раздухарился алокожий. Его пальцы бегали по волосам альбиноса с необыкновенной скоростью – это было похоже на бешеную расческу. Брагинский сквозь плотную ткань брюк почувствовал, как питомец похолодел при словах «распилить; без наркоза». - Да ты, батенька, садист! – нервно стуча зубами сообщил парень красному. - А что я такого сказал? – наивно удивился Литтор. – Тебе же не будет больно. Мозги, они боли не чувствуют, а кожу можно и обезболить. Босс пожалел Байльшмидта: - А нельзя ли без вскрытия? - Крючком через ухо? – хмыкнул алокожий, поглаживая альбиноса по голове. Тот был немного в шоке, чтобы возмутиться. – К тому же я люблю пилить: осколки костей разлетаются такими салютами! – восторженно закончил он, взмахнув руками. Послышался кашель - Ольга подавилась чаем. Все: подзвёздник, моччи, вцепившиеся друг в друга Иван и Гилберт – отшатнулись от красного как первобытные люди от лесного пожара. На лице Натальи отобразилось плохо скрываемое восхищение. - Уж не ты ли был знаменитым в далекие годы Потрошителем? – осторожно поинтересовался Иван Иванович, надеясь на отрицательный ответ. - Я...я, пожалуй, не стану отвечать на этот вопрос, - порозовел Литтор и заковырял пальцем в диване. – Скажу лишь, что ни разу не попался правоохранительным органам. Неприятную тему замяли, угощения доели, разошлись по комнатам (лжеподсолнух, аки важный пан, ехал на ручках). Комната Гила находилась через стенку со спальней, занятой алокожим, и, узнав об этом, альбинос наотрез отказался идти к себе. Он заселился к хозяину, объяснив это тем, что не хочет стать жертвой маньяка-лунатика. Откуда Байльшмидт приплел лунатизм, Колфармустер не понял, но спорить не стал, постеснялся. - Хоть бы раскладушку принес себе, - заметил босс, набирая на панели молчаливого дома очередное распоряжение. - Вот еще, пуп надрывать! – возмутился парень, нагло разваливаясь на хозяйской кровати. – Ты ведь не жирный, уместимся! Брагинский сердито развернулся – руки в боки – демонстрируя позу «даже не говори мне слово «жир». Инопланетянин был довольно худым и подтянутым, вернее поджарым, словно волк – это было хорошо заметно сквозь тонкую майку. «Странно, он ведь мясо килограммами лупит, а не толстеет» - удивился про себя альбинос, а мгновением позже был беспардонно завален одеялом и сдвинут в сторонку. Выпутавшись из накрывшей его пушистой теплости, Гилберт собрался было громко излить всё свое негодование, но глянул на затылок Колфармустера и передумал. «Не боится поворачиваться спиной – значит, доверяет» - парень вспомнил, как инопланетянин вжимался в кресло, когда у Гила в мозгу копошились красные. «Кажется, всё в порядке» - успокоенно подумал Байльшмидт и тоже улегся – спина к спине с Иваном. Вокруг дома тут и там мелькали алокожие гуманоиды в черных одеждах. В открытую на здание они не бросались, однако обложили его, как львицы буйвола. Обычных людей на улице, как ни странно, не наблюдалось. - А если всё-таки нападут – тогда что? – сомневался Литтор, натягивая хирургическую маску на нос. Кроме маски на нем был извечный докторский халат – постиранный старательным красным на случай операции, стерильные перчатки и защитные очки из прозрачного пластика. Иван Иванович переминался рядом в такой же экипировке. Вила-украса и Лезвусбэлла дежурили наверху: должен ведь хоть кто-то быть настраже, когда кругом враги. Окруженный защитным полем Хетрон переживал больше всех. Усыпленный специальным гипнозом (особая способность старшей сестрицы Брагинского) Гилберт зафиксированно сидел на стуле. На его голове было выбрито кольцо волос, аккурат по контуру будущей «крышки». Это выглядело так, будто на макушку альбиносу приземлился его собственный нимб, выжжев под собой растительность. - Ну, вскрываем? – нетерпеливо потряс маленькой циркулярной пилой алокожий. - Стой. Ты обезболивающее-то вколол? – остановил Колфармустер, и не зря. Красный густо порозовел. Иван всплеснул руками, словно старушка, увидевшая в своем варенье червей вместо ягод, и ладонью припечатал себе по лбу. Литтор обернулся, взял со стола шприц. ... - Ну теперь-то вскрываем? – надеялся на согласие красный. - Обожди, Потрошитель. Точно все приготовления завершены? – босс осмотрел выбритые места, проверил рассеченную кожу – не помешает ли будущему надпилу. - Точно. Я ученый по-твоему или кто?! – возмутился Лит. – Пилю, - предупредил он затем и, включив пилу, склонился над пациентом. Аккуратно пиля (костная пыль летела во все стороны. шутка, не во все), алокожий двигался в обход Байльшмидта. Не весь процесс проходил гладко: один раз пила, заглохнув, застряла, и двое мужчин похолодели. Собственно, чувства у них были разными: Колфармустер боялся за Гила, а Литтор боялся мести Колфармустера. Однако диск был вытащен и все вздохнули с облегчением. «Крышечку» отложили в сторону. - Начало положено! – оповестил красный доктор, отложил пилу, схватил какую-то металлическую закорючку в форме кочерги и потребовал голографический рентген башки в реальном времени. - А если ты чего-нибудь напутаешь? – подозрительно поинтересовался Иван Иванович. Он уже мрачно прикидывал, какими методами можно избавиться от тела: испепелить расщепителем (вместе с докторишкой), полететь в открытый космос и выкинуть в ближайшую черную дыру (тоже вместе с докторишкой)...засушить чучело на память...докторишке. Алокожий прервал поток маньячных мыслей: - Тогда я живо вызову такси, и обязательно приедет мой человек, - довольно промурлыкал парень, вращая меж пальцев «кочергу», - который отвезет нас прямиком в госпиталь. - Твой человек? – глаза босса расширились от догадки. – Феликс?.. - Знаешь?! – вскинулся Лит, чуть не уронив железку в мозг альбиноса. Поймал ее в полете, вздохнул и успокоился. – Я внушил ему дружбу. Это нечестно, конечно, но мне ведь тоже нужны питомцы. Никто не виноват, что красные не обладают разночастотным излучением. Мы можем только избегать взглядов, а это совсем не способствует дружбе... Не отвлекай меня. – и доктор углубился в свое дело. Брагинский смотрел на полупрозрачную голограмму, закусив губу. Пройдя лабиринт извилин, «кочерга» подцепила чужеродный пузырек, освободив немного пространства над собой, и Литтор взял следующий инструмент, похожий на циркуль с четырьмя ножками. Осторожно ввел его следом за «кочергой» по уже существующему каналу, расправил, воссоздав что-то на подобие колодца с инородной полостью на дне, вынул предыдущую железку. Выпрямился, передохнул. - Фух, я аж замерз. – факт остается фактом: при волнениях и возбуждениях кровь красных остывает. – А сейчас – не дышать... – прошептал красный, вооружился скальпелем и склонился над Гилбертом. Иван посмотрел на его прыгающие пальцы и не выдержал: - Может, лучше я? Лит непонимающе уставился на него. - Я прооперирую. Я хорошо обращаюсь со скальпелем. К тому же, если я зарежу своего питомца – сам буду виноват, если ты его зарежешь... – Колфармустер развел руками в подтверждение своих слов. Алокожий переглотнул, вспомнив, что он еще очень молод (ему не исполнилось даже полторы тысячи), что он только-только обзавелся женой, что со своими врагами Иван Иванович расправляется весьма и весьма жестоко. Подумал так и передал инструмент боссу. Вдруг, совсем невовремя, взвыл тревожный зуммер. - Хозяин! Красные атаковали! –вскричал Хетрон, и здание дрогнуло от удара по силовому полю. - Выведи к сестрам пульт управления стрелковым оружием и взлетай! – часть приказа потонула в грохоте стрельбы алокожих, но дом всё понял: стены дернулись, слегка преобразовались, потолок «поплыл», и здание взлетело в воздух. - Как всё предсказуемо, черт вас дери! – прорычала сквозь зубы Лезвусбэлла, сжимая рукояти джойстика. В такт выстрелам вздрагивали широкие стволы расщепителей. Тройка снарядов предупреждающе испепелила окружающие красных «декорации», словно говоря: «не суйтесь». Те, то есть красные, предупреждению не вняли, продолжая палить из укрытий шарообразным огнем. - Вилка, не спи! Поменяй ракурс, мне стрелять неудобно! – весело закричала девушка, не оборачиваясь к сестре, которая стояла сзади на специальной площадке в спецкостюме и голографических очках. Весь наряд инопланетяне иронически прозвали «псевдопилотическим», потому что на первый взгляд кораблем он вроде и не управляет – подумаешь, стоит человек в странной одежде, пританцовывает – может, шут или скоморох? Ан нет – он пилот, и вся пляска – не что иное как управление. Вила-украса укоризненно покачала головой, - здание мотнуло стволами пушек, - подпрыгнула, подняв руки – дом набрал высоту – и проворчала: - Совсем ты, Бэллочка, охамела... Корабль перекосился от особо сильной вражеской атаки, девушки тут же прервали перепалку меж собой, так как из динамика сердитый голос брата поинтересовался, откуда у пилотов растут руки, и откуда их, соответственно, вырвать. Синхронно смутившись: «Прости, братик!», сестрицы вновь посерьезнели. Ольга быстро сделала движение, словно пробежала задом наперед, не двигаясь с места. Корабль пошел задним ходом, одновременно набирая высоту. Наталья из такой позиции открыла шквальный огонь по противнику. Иван Иванович, чертыхаясь от тряски, поставил комнату в «плавающий» режим и спокойно продолжил вырезание. Литтор, не веря своему счастью, слез со стены, в которую вцепился было изо всех сил. - Долго еще? - Немножко осталось... – пропыхтел Колфармустер. – Стоп, а что делать потом? Сшивать извилину?! Алокожий хотел что-то ответить, но тут грохнуло так, что накренилась и завертелась даже «плавающая» комната. Где-то за стенкой испуганно заверещал моччи. Гилберт, находящийся под гипнозом, продолжал сладко посапывать. - Хетрон!! – заорал на здание Брагинский – он разозлился, потеряв скальпель. – Отключай пилотов и уноси ноги!!! - Куда держать курс, хозяин?.. Господи, красные подняли в воздух свой Хардшар!! – запаниковал дом, мигая зеленым прожектором. Хардшар являлся самой тяжелой единицей среди космических кораблей алокожих. Он отличался низкой скоростью, но зато имел прочную броню и был неимоверно тяжел – в свое время именно Хард приземлился на машину мэра, сплющив ее в блин. Если Хардшар нанесет по Хетрону сокрушительный таранный удар – кораблю синих придет крышка. - Курс на Маручикьюу, полный ход! Оба корабля уже вырвались с орбиты Земли, пронеслись мимо Луны, Сатурна, Плутона. Вопреки ожиданиям, Хардшар не отставал. - Я закончил! – радостно оповестил босса Лит. – Теперь надо соединить распиленные кости обратно! - Давай! Сам же Иван расслабился телесно, но сосредоточился мысленно, пытаясь уловить, сколько красных «висят на хвосте». Он почуял больше двух десятков однопилотников, один из которых вел Пандочина (нереально злой). Хардом управляли два молодых красных, братья (видимо, те самые собиратели). Но почему они настолько уверены в победе? Шар однозначно не догонит Хетрона, однопилотники – тем более. «В чем дело?» ЗАПАДНЯ – пришел ответ из мыслей какого-то алокожего, забывшего не думать. Не веря своей телепатии, Иван Иванович мысленно метнулся вперед по траектории полета своего корабля и...в самом деле обнаружил заслон. Половина эскадры красных, если не больше. В том числе и решетёры – эти, в подтверждение своего названия, сделают из Хетрона душлаг. За доли секунды Колфармустер понял, что разогнавшийся дом не успеет ни свернуть, ни затормозить. А в следующий миг здание сканером засекло ловушку. Электронному мозгу на обдумку понадобилось всего-ничего времени: в ту же секунду всех обитателей Хетрона хлопком и вспышкой телепортировало в узкое темное помещение. «Прощай, Кол» - услышал босс тихий ласковый голос здания у себя в голове, а после его же команду вслух: - Челнок «Куматрон», отстыковка! - Хетрон, отмена! – заорал Колфармустер, но поздно: помещение, в котором они находились, отстрелилось от дома и стало быстро удаляться. Брагинский углядел задний иллюминатор, бросился к нему, запинаясь о какие-то предметы, распластался по стеклу. И увидел. Хетрона встретил залп эскадры, прошил насквозь (Иван увидел даже брызнувшие во все стороны осколки), а сзади протаранил, сминая в хлам, Хардшар. Однопилотники заметили челнок слишком поздно – бросившись в погоню, они не обнаружили беглецов в ближайшей системе. Их догнали в следующей. Куматрон был слишком слаб, чтобы защитить хозяев. Он даже не умел говорить...