Глава IV
Через три дня Сехун пришёл в назначенное время туда, куда должен был. Там его уже ждал Ифань. — В Корею уже дошли слухи о тебе. — Ифань хмыкнул и сел на лавочку. — Тебя обвиняют в предательстве родины, Сехун. — Мне ничего не страшно, лишь бы только Хань был рядом. — слова младшего альфы были такими чёткими и острыми, как кинжал. Но Ву Ифаню нравились эти качества в нём, ведь не каждый альфа обладает ими. На минуту он полумал, что жаль что Сехун не китаец. Он бы с большим удовольствием отдал ему престол. — Сехун, я помогут тебе чем смогу. — тихо сказал Ифань. — Но тебе будет не просто. — Я слушаю Вас, господин. — надежда. В сердце Сехуна всегда жила надежда. Ещё тогда, с первых дней, как он встретил Ву Луханя. — Тебе приговаривают смертную казнь. — Ифань посмотрел на альфу. — Ты должен поехать в Корею. — Что?! — Сехун поднялся. Он был возмущён. — На встречу смерти?! — Тише ты, садись. — император похлопал на свободное место скамейки. — Ты не умрёшь. Тебя там оправдают. Но ты там пробудешь год. — Как год? — Сехун не готов был оставить Ханя на целый год. Одного омегу? Как такое может быть? — Я не увижу... — Всё верно, но ты сможешь вернуться. И твоя семья будет целой.* * *
На следующее утро Сехуна уже в Китае не было. Хань не мог найти себе места , он нервничал, но Цзытао не отходил от него ни на минуту. Он пообещал Сехуну перед его отъездом, что Хань будет в безопасности и, когда Исин появиться на свет, ему сообщат. Сехуну было тяжело, но он сильный. Он должен быть сильным ради своей семьи. — Только ради Ханя. — альфа сказал эту фразу, которая была словно девизом его жизни, ступая на землю страны утренней свежести.