Your Human and You / Твой Человек и Ты

      В больших коридорах замка были слышны лишь тихий цокот копыт и какие-то приглушенные звуки. Я заметил несколько служанок, которые начищали различную мебель до полного блеска и убирали пыль с ковров. Больше я никого не видел, кроме белоснежного рогокрыла и Санни, которая вела меня на поводке. Мы шли в тишине, а в воздухе витало небольшое напряжение. Монарх иногда поглядывала на меня глазами, полными любопытства, но когда наши взгляды встретились, она почему-то отвернулась, разорвав зрительный контакт. Вообще, если честно, то я боялся её, и очень сильно. Такое чувство, будто её спокойствие наиграно и в любой момент она может чуть ли не взорваться. Как говорится: «В тихом омуте черти водятся».       Санни выглядела очень напряжённой. Она пыталась сохранить ровную осанку, всем своим видом показывая, что принадлежит к военным, но у неё не очень-то и хорошо получалось — кобыла от нервов жевала свою нижнюю губу, а её правый глаз слегка дёргался. Санни опустила глаза, о чём-то тихо шепча про себя. Её крылья были напряжены, будто вот-вот она возьмёт и взлетит в воздух. По правде сказать, если она сейчас побежит прочь, то я тоже побегу за ней.       Принцесса резко остановилась перед какой-то дверью, и моя покровительница врезалась в монарха, после чего упала на пол. Белая кобыла обернулась и посмотрела на Санни, которая покраснела, как помидор. Взгляд кобылки выражал лишь страх. Первобытный, как у зверя, загнанного в ловушку и ожидающего смерти. Интересно, чем вызвана такая реакция?       Монарх лишь улыбнулась, словно ничего не произошло. Она вела себя с Санни как со старой подругой. Моя покровительница отвела свой взгляд и снова встала на ноги. Краем глаза я заметил, что у неё выступили из глаз слёзы.       — Прости меня, моя маленькая пони, — мягким голосом молвила правительница. — Я немного задумалась.       — Всё в порядке, ваше высочество, — глотая окончания слов, ответила Санни. Пегаска отвела взгляд, сделав вид, что она любуется картиной, на которой изображён какой-то единорог в безвкусном красном пиджаке.       — У меня есть вопросы насчёт этого человека, — улыбнулась правительница, её голос был мягок и очень нежен.       — Я постараюсь дать ответы на все ваши вопросы, — слегка растерянно ответила пегаска.       — Я бы хотела послушать тебя, Санни, — сказала принцесса, с любопытством глядя на мою покровительницу. Пегаска нервно сглотнула. Похоже, её нервы вот-вот сдадут…       Королевская особа ухмыльнулась и продолжила идти по коридору.       — Значит, ты дрессировщик этого человека, верно? — с лёгкой насмешкой спросила принцесса. Санни посмотрела на монарха с неким подозрением, ведь она раньше уже отвечала на этот вопрос.       — Я не совсем его дрессировщица, — тихо ответила Санни. — Я просто стала за ним следить после того, как нашла его. Он мне просто понравился. Этот человек словно имеет какую-то ауру спокойствия, — кобыла нервничала и старалась не смотреть в глаза принцессе. Я буквально кожей ощущал, как сильно пегаска нервничала.       Мне нужно было хоть как-то успокоить перепуганную кобылу, иначе явно произойдёт что-то очень плохое. Я аккуратно подошёл к Санни и дотронулся рукой до её крыла. Пегаска вздрогнула и посмотрела на меня. На её морде появилась лёгкая улыбка, а её глаза перестали испуганно разглядывать коридор и теперь внимательно смотрели на меня. Несомненно, она стала успокаиваться. Видимо, я ей каким-то образом дарил спокойствие, хоть и не понимаю как. Хотя, вполне возможно, как домашняя зверушка, которую все любят.       Принцесса оглянулась и с каким-то сомнением стала смотреть на меня и Санни. Она будто заметила что-то в том, что я дотронулся до кобылы, и это что-то ей явно не понравилось. Игры в гляделки продолжались пару секунд, после чего коронованная особа отвернулась, продолжив идти вперед.       — Продолжим, Санни, — спокойно начала принцесса. — Был ли у этого человека владелец до того, как вы его нашли?       — Когда мы его нашли в пустыне, то на нём было какое-то клеймо, что изображает фамильный герб, — пегаска задумалась на пару секунд, а потом плавно продолжила, попутно вспоминая детали. — Ну, он был в странной одежде, аналога которой я никогда прежде не встречала. Ткань его рубашки и брюки были сделаны явно не из обычного льна или хлопка. Тут использовались другие материалы… А, ещё у него была надпись над карманом. Это была большая золотая буква «М».       — Это может быть какой-то дворянский род, не находите? — с лёгкой иронией начала принцесса.       — Нет. Рэд несколько раз проверил в архиве — ни единого совпадения.       — Он мог быть связан с грифонами или зебрами, что вполне возможно, — задумчиво молвила монарх, поправляя гриву.       — Вполне возможно, — вздохнула Санни, — Но я понятия не имею, как он оказался посреди пустыни, и как выжил…       От их разговора меня пробрал смех. Их сильно заинтересовал логотип закусочной, ха-ха. Даже спорить начали, забавные они существа, конечно. Меня заинтересовало упоминание грифонов и зебр. Похоже, эти лошади далеко не один разумный вид в этом мире. Здесь все не как на Земле.       — Я не могу вспомнить ничего, связанное с буквой «М»: ни какие-либо дворянские семьи, ни организации, ничего. Может быть, чейнджлинги? Хотя нет. Люди их на дух не переносят и очень бурно реагируют на их присутствие, как показал опыт на свадьбе Кейденс… Грифоны? Тоже нет, они не используют людей в качестве рабов, ведь они для этих гадов являются очень дорогим деликатесом, да и тем более эти птицекошки на дух не переносят пустыню, — слова Санни меня выбили из своей колеи. Людей здесь едят?! Не может быть, как это возможно?! Мой мир снова начал рушиться!       Когда я пришёл в себя, кобылы успели сменить тему разговора.       — То есть, вы точно уверены, что у него есть хозяин? — взгляд принцессы снова сверлил меня.       — Ну, кроме нашивки с буквой «М» у него была какая-то бирка с его фотографией и имя — Макс, — чеша затылок ответила Санни.       Не может быть… Они говорили о моём бейджике, а он написан на английском. Какова вероятность того, что они и говорят, и пишут на моём родном языке? Примерно ноль процентов… или меньше? Снова очередные вопросы, на которых нет ответов. Мой шаблон уже был полностью уничтожен. Я пришёл в себя только тогда, когда услышал от пегаски следующие слова:       — Там было написано: Макс, а это значит, что он имеет своё имя.       — Почему вы мне раньше не сказали это? — слегка раздражённо спросила монарх.       — Прошу прощения, принцесса Селестия, — опустив голову прошептала Санни, и я наконец-то узнал, как зовут эту лошадь-переростка. — Мы просто не называли его по имени, ведь его предыдущий хозяин мог быть среди толпы, да и повода особого не было.       Селестия пару секунд переваривала полученную информацию. Она нахмурилась, очень внимательно меня рассматривая. Казалось, что она пытается залезть в мой разум, как в том фильме, название которого я, конечно, не помню. Она псионик, и теперь я это окончательно понял. Мозг этой лошади позволял ей то, что было лишь в воображении фантастов. Селестия целую минуту пыталась проникнуть в мой разум, смотря прямо мне в глаза. Её зрачки сузились до двух маленьких точек, которые были практически не видны, но я не сдавался, и вскоре кобыла перестала издеваться над моим мозгом. Я был полностью уверен, что она так и не смогла влезть в моё сознание.       — Значит, Макс, — довольно громко сказала Селестия, смотря прямо на меня.       По моей спине пробежались мурашки. Похоже, эта принцесса поняла, кто я, или стала догадываться о наличии интеллекта. Селестия отвернулась и обратилась к Санни.       — Хорошее имя у этого человека, — принцесса рассмеялась. — Мне нравится. А тебе, Макс, нравится твоё имя?       Я вздрогнул. Походу, она всё-таки догадалась. Я молился всем известным мне богам, чтобы дедукция этой кобылы не вывела меня на чистую воду, ведь они меня могут и на опыты сдать или ещё чего. Поэтому я лишь замычал и сделал тупое выражение лица, надеясь на то, что это мне поможет.       Селестия улыбнулась, смотря на то, как я скорчил самую идиотскую рожу, что придумало моё воображение. Это её рассмешило, но внимательный взгляд всё ещё сверлил меня, и… по-моему, она не клюнула, а лишь сделала вид, после чего обратилась к Санни.       — Ты знаешь, что означает его имя?       — Нет, ваше высочество, — смущённо ответила пегаска.       — На древнем диалекте это слово означает «Великий», — сказала Селестия с улыбкой, глядя на пегаску. — Это имя подходит Максу, ведь он выжил там, где всё живое гибнет, — мне было всё равно на их дальнейший диалог, ведь эта лошадь сказала ключевую фразу.       «Великий» от латинского, а это значит… Что я окончательно запутался. Ещё один вопрос, на который нет ответа. Всё очень странно и запутанно. Никаких мозгов не хватит на разгадывание этой фигни.       — Макс, Максик, Максимушка, — запела Селестия, отчего я закатил глаза. Это выглядело жутко тупо. Будто Селестия не королевская особа, а чёртов клоун, которому хочется оторвать голову. Хотя с другой стороны они отвлеклись, а это может помочь мне сбежать. Я медленно и очень аккуратно стал расстёгивать застёжку. Когда мы стали заворачивать за угол, то я скинул ошейник и тут же побежал в противоположную сторону, с такой скоростью, будто за мной гонится бандит. Я отдалялся от кобыл и уже начал чувствовать запах свободы, но не тут-то было.       Меня окружило золотое сияние, которое оторвало моё тело от пола, и я повис в воздухе. Все мои мечты рухнули, а свобода снова помахала мне ручкой, мда. Я брыкался, пытаясь выбраться из телекинетического поля, но тщетно. Селестия притянула меня к себе настолько близко, что я учуял её нежный запах, напоминающий бананы и тортик.       — И куда ты собрался, Макс? — хихикая, спросила принцесса, раскручивая меня в воздухе.       — Ты же вон какой большой, а пытался сбежать от принцессы Солнца.       Господи, она издевается надо мною. Вполне возможно, что она пытается заставить меня говорить, тем самым доказав, что я обладаю разумом.       — Я не знаю, сколько ему лет, ваше высочество, — жалобным голосом начала Санни, а эта белая лошадь стала сильнее меня раскручивать. Её морда расплылась в улыбке, а глаза засверкали. Если она думает, что сможет меня разговорить, то пусть идёт… На скотобойню, где с неё живо сдерут шкуру.       — Как думаешь, сколько лет этому молодому мужчине? — спросила Селестия, остановив моё вращение.       — Ну, судя по его отличному состоянию, я думаю, что не более десяти лет, Ваше Высочество, — ответила Санни.       Я посмотрел на пегаску офигевшим взглядом. Какого лешего мне десять лет?! Это шутка?! Я знаю, что не выгляжу, как взрослый мужчина, но не десять же лет! Сколько в этом мире живёт человек?! Это повлияет на меня?!       — Он болеет чем-либо? — спросила Селестия, слегка нахмурившись.       — Мы ничего не нашли, — сказала Санни, улыбаясь и с любовью смотря на меня. — В настоящее время он полностью здоровый.       — Нет опухолей? Нет катаракты? — брови принцессы поднялись, когда она заговорила, и в её голосе появилось недоверие. — Нет артрита?       — Он самый здоровый человек, которого я когда-либо видела. У него разве что ожоги по всему телу, а так он идеальный экземпляр, — сказала Санни с гордостью в голосе.       Я здоровый?! Ха! Я питался бесплатно в ресторане быстрого питания, в котором работал! Остальное время я кое-как учился и играл в компьютерные игры. Я далеко не здоровый человек, как могло бы показаться.       Повисла тишина, а наша компания пошла дальше по этому бесконечному коридору. Кто строил этот дворец?! Он огромен и чересчур пафосен, как по мне. Мы прошлись возле окна. В принципе, я бы мог попытаться выпрыгнуть… хотя нет. Они меня и там достанут.       — А что ты скажешь насчёт его телосложения и мышечной массы? — спокойно задала свой вопрос принцесса.       — Он довольно неплохо развит, но есть люди, которые явно сильнее его, — без особого интереса ответила Санни.       Это странный ответ, как по мне, ведь моя физическая форма оставляет желать лучшего. Вполне возможно, что местных людей так плохо кормят, что они выглядят как скелеты, раз я для них мускулистый.       — Если это будет необходимо, то его можно будет кастрировать, — смущённо сказала моя покровительница.       В этот самый миг моя душа ушла в пятки. Я читал о том, какую боль испытывают во время этой процедуры и что от неё в древности большинство людей умирали ужасной смертью, ведь тогда можно было спокойно получить заражение крови. А то, как здесь проводят стерилизацию… Я сомневаюсь, что тот человек выжил, ведь после этой процедуры я его больше не видел.       — Нет, не стоит. Макс, ты же не хочешь лишиться своего достоинства, не так ли? — с лёгкой издёвкой спросила меня Селестия, и я лишь стал судорожно махать головой, показывая свой протест всеми силами. — Он очень необычный человек, поэтому я не собираюсь приносить ему вред, — подмигнув мне, добавила она.       Снова повисла тишина. Мне кажется, что эта лошадь издевается надо мною и жёстко троллит. Наверняка это существо поняло, что я разумный, но, благо, вредить она мне не собирается. Надеюсь.       — Он не клеймён, верно? — обратилась Селестия к Санни. Нет, эта лошадь явно испытывает меня на прочность.       — Нет, мы ничего не выжигали на его коже, — спокойно ответила пегаска. Селестия вздрогнула. Видимо, ей были омерзительны такие методы. И ещё эта принцесса — очень тонкий психолог, хоть и ведёт себя довольно странно. Думаю, что это какая-то маска, а на деле она очень интересная личность. — Вы хотите его клеймить?       — Ни в коем случае, — грубо ответила принцесса. — Это омерзительно. Не люблю, когда живым существам причиняют боль! — её голос был раздражённый и злой, её взгляд выражал ненависть и презрение.       Отлично. Она немного раскрыла себя, тем самым дав мне хоть какую-то надежду. Возможно, ещё не всё потеряно. Я впервые посмотрел на круп этой лошади и удивился: на нем было изображено солнце, причём очень красиво выполненное. Хм, интересно, что же оно значит? Она типа управляет дневным светилом, или что? Очередные вопросы, на которые у меня нет ответов.       — Ещё кое-что. Пожалуйста, охарактеризуйте мне этого человека, — Селестия стала успокаиваться, и теперь её голос снова звучал очень нежно и мягко.       Мы остановились перед большими деревянными дверьми, на которых было изображено солнце, точно такое же, как и татуировка на крупе Селестии.       — Как думаешь, этот человек может кому-то угрожать или навредить? — подняв бровь, добавила принцесса.       — Нет, он очень спокойный, — Санни стало легче, и она спокойным тоном продолжила. — Самый необычный и добрый человек, которого я когда-либо встречала за свою жизнь. Он как будто имеет разум и всё понимает с полуслова. Иногда мне кажется, что он очень мудрый, но почему-то не может говорить…       — Пожалуйста, расскажи подробнее, — голос Селестии дрогнул, а она снова стала меня внимательно рассматривать, что-то тихо шепча себе под нос.       Санни вздохнула и ответила:       — По утрам люди обычно ходят по кругу, а Макс ходил взад-вперед, практически не совершая круговых движений, — ухо Селестии дёрнулось, а зрачки расширились. — Дикие люди почти всегда нападали на надзирателей, а этот человек, — Санни покраснела. — Он лишь улыбался и просто смотрел…       Она солгала. Пегаска не стала рассказывать о том, как я её гладил. Вполне возможно, что это был для неё эротический массаж. И это может быть логическим объяснением, ведь я не знаю эрогенные зоны этих существ.       — Он лучший человек, которого я когда-либо видела. Это факт, — закончила свою тираду Санни и посмотрела на Селестию, ожидая её ответа.       — Я благодарю тебя за то, что ты дала мне такой честный ответ, — сказала она, глядя на пегаску с такой теплотой и заботой, что пегаска не могла не улыбаться, а её тело расслабилось. Всё это напомнило мне мать, которая хвалит своего любимого ребёнка. Тут голос принцессы поменялся и стал более жёстким. — Спасибо за искренние ответы, я знаю, что в конце ты мне что-то не договорила, но пускай это останется между тобой и Максимом. Ваши игры меня не касаются, — Санни побледнела, она явно не ожидала такого продолжения. — А теперь прощай. Твоя помощь будет вознаграждена.       Селестия забрала телекинезом у моей покровительницы поводок.       — Пожалуйста, позаботьтесь о нём, — попросила Санни.       — С ним будет всё в порядке, не волнуйся, — принцесса махнула копытом охранникам, которых я сперва принял за статуи. Они тут же расступились, открывая массивные двери. Когда Селестия зашла внутрь, Санни окликнула её.       — Пожалуйста, скажите, где он будет жить, — сдерживая слезы, проговорила пегаска.       — Я тебе отправлю письмо, не волнуйся, — сказав эти слова, Селестия зашла в комнату, таща меня за собой с помощью телекинетического поля. Как только я переступил порог, то стража тут же начала закрывать за нами двери. Перед тем, как двери полностью закрылись, я увидел морду Санни.       Она печально улыбалась. Её фиолетовые глаза смотрели прямо на меня. И когда я посмотрел на неё, одинокая слеза скатилась по её щеке и упала на пол.       А затем двери закрылись, и она исчезла.