Глава 52: Сердце знает то...
3 января 2021 г., 02:00
Я уже почти вернулся в спальню, когда мой мозг, наконец, проснулся достаточно, чтобы напомнить мне, что я совершенно забыл поговорить с Селестией о моих охранниках. Проклиная свою рассеянность, я на мгновение задумался о том, чтобы развернуться и отправиться обратно в лабораторию доктора, но в конце концов решил этого не делать. Я понятия не имел, будет ли Селестия все еще там или нет, и я не хотел иметь дело с безумным грифоном и подменышами в одиночку.
Мысленно напомнив себе — снова — поговорить с Селестией о сложившейся ситуации, я продолжил свой путь по коридору. Дворцовый персонал уже был на ногах, и я слышал звуки работы, мягко разносящиеся по залам. Впереди меня горничная пересекала холл из одной открытой комнаты в другую, держа в своей магии метелку из перьев. Она бросила на меня быстрый взгляд, но продолжила выполнять свои обязанности.
Окна зала были распахнуты настежь, позволяя дуть приятному весеннему ветерку и наполнять воздух свежим ароматом весны. Я глубоко вздохнул, легкая улыбка коснулась моих губ. Завернув за угол, я чуть не столкнулся со стражницей, идущей в противоположном направлении. Она быстро обошла меня, громко щелкнув зубами, когда хлопнула своим крылом по задней части моей ноги, заставив меня вздрогнуть. "Ай! Это жалит!"
Я раздраженно фыркнул, прежде чем потянуться назад другой ногой и толкнуть ее ей в бок, заставив споткнуться. Оглянувшись через плечо, я увидел, что она озадаченно смотрит на меня, навострив уши. Ее взгляд метнулся к задней части моей рубашки, на которой была вышита кьютимарка Твайлайт, и ее глаза расширились.
— П-простите, сэр, — сказала она, и ее щёк коснулся румянец, очень заметный на фоне белой шёрстки. — Я приняла вас за одного из людей-слуг. Я не хотела проявить неуважение.» Смущение ясно читалось на ее лице, она быстро поклонилась мне, прежде чем повернуться и поспешно продолжить свой путь по коридору, плотно прижав уши к затылку и поджав хвост между ног.
Я смотрел ей вслед, недоуменно приподняв бровь. "Что должен был исправить шлепок крылом?" Продолжая смотреть вслед стражнице еще несколько секунд, я пожал плечами. "Что угодно."
Выбросив этот вопрос из головы, я прошёл мимо еще нескольких дверей гостевой комнаты, прежде чем добрался до нужной. Когда я вошел, Твайлайт не было. Ее половина кровати была пуста, а в ванной никого не было. На моей подушке лежал свернутый свиток, перевязанный тонкой бечевкой. Балконные двери были широко распахнуты, теплый ветерок шевелил занавески.
Взяв свиток, я подошел к открытым дверям. Распутывая веревку, я выглянул наружу. На балконе было разбросано несколько лавандовых перьев, и легкий ветерок трепал их по полу. Время от времени особенно сильный порыв ветра подхватывал их и сбрасывал парочку с обрыва. Я прислонился к дверному косяку и развернул свиток. Быстрый взгляд поверх него показал знакомый почерк Твайлайт.
«Макс,
Ушла, чтобы позаботиться о кое-чем особенном. В зависимости от того, когда ты закончишь с доктором МакГриффином, встретимся в саду около трех часов дня, хорошо?
С любовью, Твайлайт Спаркл»
Я моргнул пару раз, слегка нахмурившись. "Как она узнала, где я? Селестия никогда не говорила мне, куда мы идем, пока мы не добрались до места, так что подслушать она не могла, не так ли?" Прочитав записку еще пару раз, я перевернул ее и посмотрел на обратную сторону, которая была пуста. "Что такое особенное она задумала?" — подумал я, сворачивая свиток и снова обматывая его бечевкой. Она не сказала мне, что у нее есть какие-то планы на сегодня, хотя на самом деле мне больше никто ничего не говорил. Что меня вполне устраивало; мне все равно нравилось плыть по течению. Таким образом, если что-то случится, это не разрушит ваши первоначальные планы. Взглянув на часы, я понял, что уже чуть больше половины одиннадцатого. У меня оставалось чуть больше трех часов до того, как я должен был встретиться с Твайлайт в саду для того, что она запланировала. Почесывая бороду, я пытался сообразить, что же мне делать до тех пор. К счастью, в этот момент мой желудок решил дать мне ответ, громко зарычав. Я улыбнулся про себя и бросил записку обратно на подушку. "На кухню!" Толкнув дверь в спальню, я вышел в холл. Мне потребовалась секунда, чтобы сориентироваться и вспомнить, где находятся кухни, но когда я это сделал, то быстро направился в нужном направлении. Если я заблужусь, я могу либо бродить до тех пор, пока не найду их, либо найти стражника, который действительно сможет понять меня и указать в правильном направлении. Я поднимался и спускался по лестнице, беззвучно напевая себе под нос, пока шел по многочисленным залам замка. Время от времени мне встречались горничные, усердно выполнявшие свою работу. По большей части они не обращали на меня внимания, лишь бросая на меня взгляды, когда я проходил мимо. Иногда с ними был человек, одетый в простой белый халат, который помогал им с уборкой. Я только что спустился на первый этаж и начал искать еду, когда услышал звук чего-то бегущего позади меня. Я обернулся, чтобы посмотреть, что приближается, но был почти сбит с толку, когда мимо меня промчался человек. Быстро отойдя в сторону, я позволил ему пробежать мимо, не желая становиться у него на пути. Не успел он сделать и двух десятков шагов, как вдруг резко остановился посреди коридора. Тяжело дыша, он оглянулся на меня, склонил голову набок и тихонько чирикнул. Он переминался с ноги на ногу, переводя взгляд с меня на то направление, в котором бежал, явно чем-то озабоченный. После нескольких секунд нерешительности он громко фыркнул, прежде чем повернуться и направиться обратно по коридору ко мне. Я напрягся, когда он приблизился, неуверенный в его намерениях. Он не казался враждебным, но я хотел быть в безопасности, на всякий случай. Он остановился прямо передо мной, и я смог хорошенько его рассмотреть. Стоя на голову ниже меня, ему пришлось запрокинуть голову, чтобы посмотреть мне в лицо. Он был одет в белый халат с вышитым посередине золотым солнцем, а веревка, обмотанная вокруг его талии, служила поясом. На белом воротничке у него на шее красовалась цифра "626". В целом, он выглядел как обычный эквестрийский человек, хотя и немного грубоватым по краям. Снова запыхтев, он издал несколько тихих воркующих звуков, за которыми последовало резкое чириканье. Он повторил это несколько раз, и каждый раз его голос звучал все более нетерпеливо, пока он наконец не протянул руку и не схватил меня за перед рубашки. Быстро протянув руку, я с тихим рычанием отдернул его руку от себя. Когда он снова потянулся ко мне, я оттолкнул его руку и отступил на шаг. "Какого хрена тебе надо?" — подумал я, оскалив зубы, пытаясь его запугать. Человек тихонько заскулил, пару раз качнув головой, а потом издал низкий щелкающий звук зубами. Я попытался проскользнуть мимо него, но он снова схватил меня за рубашку, и мне пришлось вырываться. Я уже собирался повернуться и пойти в другую сторону, когда из-за угла появился взволнованный гвардеец. При виде нас двоих выражение его лица изменилось на облегченное, и он рассмеялся. — Вот ты где, ублюдок, — усмехнулся он, подходя ближе. Его рог зажегся, и человек был поднят в воздух, где он немедленно обмяк. — Простите, если он побеспокоил вас, сэр, — сказал мне стражник, левитируя человека позади себя. — Он вылез из своей конуры и набросился на меня, когда я отвернулся. Удалось открыть замок и все такое. Клянусь, у нас никогда раньше не было такой проблемы, — продолжил он, оглядываясь через плечо на человека. — Эти замки были сконструированы так, чтобы быть защищенными от людей, но каким-то образом им удалось выяснить, как открыть их изнутри. Он замолчал, когда я посмотрел на него сверху вниз, с пустым выражением на лице и поднятой бровью. Облизнув губы, он громко сглотнул, прежде чем слабо произнести: — Я просто позволю вам вернуться к вашему дню, сэр. С этими словами он повернулся и быстро побежал в том направлении, откуда пришел. Человек громко чирикнул, когда его левитировали за единорогом. Я смотрел им вслед, покусывая внутреннюю сторону щеки. "Что это, черт возьми, было?" — подумал я, когда они скрылись за углом. Я смотрел им вслед еще несколько секунд, прежде чем мой желудок снова заурчал, напоминая мне о том, что я делал изначально. Бросив последний взгляд через плечо, я повернулся и направился в противоположную сторону, куда ушел стражник, тихо насвистывая себе под нос.* * *
— Эй, тебе нельзя здесь быть! — закричал тучный повар-земнопони, размахивая деревянной ложкой и гоняясь за мной по оживленной кухне. Остальные работники кухни прервали свои обязанности, чтобы посмотреть, и некоторые из них подавили смех покрытыми мукой копытами. Я быстро побежал по кухне, уворачиваясь от его диких взмахов. — Эй, положи это! — крикнул он, когда я схватил два куска лепешки. — Положи! Я сказал, положи! Чёрт! Отбив ложку руками, я быстро перепрыгнул через кобылу, которая месила большую кучу теста. Она хихикнула, слегка пригнувшись, чтобы пропустить меня, прежде чем вернуться к своей задаче. Бросив два куска лепешки на соседний кухонный островок, я оглядел кухню — уворачиваясь от ложки шеф-повара в процессе — в поисках ингредиентов, необходимых для завершения моей трапезы. Мои глаза загорелись, когда я увидел кобылу, возившуюся с большим кругом сыра. Уклонившись от очередного удара ложки, я быстро подошел к ней. Она вздрогнула, увидев, что я направляюсь к ней, только чтобы вздохнуть с облегчением, когда я схватил кусок сыра, который она только что отрезала. Схватив также ближайшую терку, я быстро вернулся к своей лепешке и начал щедро натирать сыр над одним из кусочков. — Нет, что ты делаешь?! — закричал повар, схватившись за голову копытами так, что стали видны белки его глаз. — Немедленно прекрати! Я проигнорировал его и продолжил собирать новые ингредиенты. Нарезанные кубиками помидоры, кусочки острого перца, лук, немного сыра и немного черной фасоли — все это легло на один из кусков лепешки. Я собрал все, что мне было нужно, бегая по кругу вокруг острова, шеф-повар следовал за мной по пятам, разглагольствуя и бредя на ходу. Собрав все ингредиенты, я бросил немного масла на один из множества горячих плоских грилей, работающих в настоящее время. Оно почти сразу же начало таять, покрывая гриль тонким слоем топленого масла. У шеф-повара чуть не случился сердечный приступ. — Масло! На моем гриле! — завизжал он, и его зрачки сузились до размеров булавочных иголок. — Какой ужас! Это же не двухбитный ресторанчик! Это королевская кухня! Неееет! — Он отчаянно замахнулся ложкой, и деревянная посуда со свистом рассекла воздух. Я вздрогнул, когда он нанес мне несколько жгучих ударов по спине. Оскалив зубы, я забарабанил руками, пытаясь выхватить ложку из его копыт. Мне потребовалось несколько попыток, но в конце концов мне удалось вырвать её из его копыт. Отбросив его в сторону, я быстро показал ему средний палец, прежде чем вернуться к своей стряпне. Осторожно взяв нагруженную лепешку, я положил на нее второй кусок, смешивая ингредиенты между ними. К этому моменту масло полностью растаяло на гриле, равномерно покрывая нагретую сталь. Я бросил самодельный сэндвич на гриль. Воздух наполнило громкое шипение, сопровождаемое сладким запахом готовящейся пищи. Ближайшая кобыла с любопытным выражением лица подкралась ближе. — Что… что он делает? — спросила она, навострив уши. — Портит мой гриль, вот что он делает! — крикнул шеф-повар, бросаясь на поиски ложки. — Одержимый человек, сумасшедший человек, разрушающий мою кухню! Стража, помогите! Кобыла закатила глаза, прежде чем вернуться к наблюдению за тем, что я делал. Зашипев через плечо на толстого пони, я взял ближайшую раскаленную сковородку, полную нарезанного кубиками картофеля, и положил её поверх двух кусков лепешки. Расплавленный сыр сразу же начал сочиться по бокам с шипением, когда я надавил сковородой, удерживая ее на месте. Повар снова набросился на меня, найдя свою ложку. — Ты хоть представляешь, сколько времени уйдет на то, чтобы очистить этот сыр, грязный человечишка?! — пронзительно закричал он. Держа сковороду прижатой к моей кулинарной кесадилье, я балансировал на одной ноге, используя другую, чтобы удержать разъяренного повара на расстоянии. Не имея возможности добраться до меня должным образом, он решил вместо этого с удвоенной силой атаковать мою ногу. Ложка несколько раз встречалась с моей голенью, и я вздрагивал от каждого удара. — От этого останется синяк, — поморщился я. Стараясь не обращать внимания на нарастающую боль в ноге, я заглянул под сковородку, разглядывая готовящуюся кесадилью. Сыр уже полностью расплавился, склеив два куска лепешки вместе. Я ткнул в них пальцем, но тут же зашипел и сунул палец в рот, обжегшись. "Кажется, готово", — подумал я, проводя языком по пылающей плоти. Вынув палец изо рта, я вытер его о штаны, прежде чем снова переключить внимание на кесадилью. Прежде чем я успел сделать что-то еще, перед моим лицом проплыла металлическая лопатка, окутанная красноватой аурой. Взглянув налево, я заметил кобылу-единорога, которая резала морковь у другого прилавка. Её рог светился тем же цветом ауры, и она посмотрела на меня через плечо, ухмыляясь. Ее глаза, казалось, на мгновение вспыхнули красным, но это могло быть просто игрой света. — Это может помочь, — сказала она снисходительным тоном. Выхватив лопатку из её магии, я и ей ткнул средний палец под нос, прежде чем аккуратно снять кесадилью с гриля и положить на ближайшую, чисто выглядящую тарелку. Затем я начал соскребать как можно больше лишнего сыра с поверхности гриля, кладя его поверх кесадильи. Затем, используя край лопатки, я разрезал кесадилью на восемь ломтиков, соединённых толстыми нитями сыра. Пока все это происходило, шеф-повар Боярди все еще охотился на меня. Закончив с лопаткой, я использовал её, чтобы хлопнуть его по морде. Он сразу же перестал бить меня, вместо этого протянув копыто к своей пылающей морде. Как только он это сделал, я убрал ногу с его груди, заставив его упасть лицом вниз. Это вызвало еще пару смешков у окружающих рабочих, включая женоподобного жеребца. Я как раз двинулся забрать еду, когда боковая дверь распахнулась, и в комнату ворвались двое стражников. — Что здесь происходит?! — спросил один из них, оглядывая творящийся хаос. "Ой, пора идти!" Быстро подхватив свою кесадилью, я нырнул под прилавок, прежде чем стражи успели хорошенько меня рассмотреть. Торопясь, я направился прямиком к двум дверям в противоположном конце комнаты. Протискиваясь в двери, я услышал, как один из стражников крикнул: — Эй, стой! "Когда ад замерзнет, приятель", — подумал я. Не обращая внимания на стражей, я быстро побежал по коридору и нырнул в первую дверь слева, только чтобы оказаться в гвардейской столовой. В данный момент там почти никого не было, только дюжина или около того королевских гвардейцев и пара лунных стражей у двери. Лунные стражи взглянули на меня, когда я вошел, бросив на меня несколько любопытных взглядов, прежде чем вернуться к своей карточной игре. Я быстро оглядел комнату в поисках места, где можно было бы затаиться, только чтобы улыбнуться, когда заметил три знакомых лица, сидящих в дальнем углу комнаты. Не теряя ни секунды, я поспешил к ним и рухнул на скамью, при этом моя кесадилья чуть не соскользнула с тарелки. — Что за… — пронзительно закричала Авера, когда я сел, чуть не упав с места от удивления. Увидев, кто это, она успокоилась и смущенно посмотрела на меня. — Что ж, это сюрприз. Не то чтобы я не рада тебя видеть, но что ты здесь делаешь? Я думала, ты будешь тусоваться с Твайлайт. Рядом с ней Эбони с любопытством разглядывала мою тарелку, раздувая ноздри. Праймроз просто подвинулась, чтобы дать мне место. — Что? — прожестикулировал я, ставя тарелку на стол. — Я не могу пообедать с несколькими друзьями? Авера открыла было рот, чтобы ответить, но остановилась и в замешательстве оглянулась через мое плечо. Взглянув туда же, я увидел пару королевских гвардейцев, которые приближались с суровым выражением на лицах. "Дерьмо!" Быстро обернувшись, я наклонил голову и начал есть свою кесадилью, стараясь выглядеть как можно более невинно. Первый укус чуть не обжег мне язык, но я заработал челюстью, наслаждаясь вкусом, несмотря на жару. — Простите, вы четверо, — заговорил один из них, и я почувствовал, как их глаза сверлят мне затылок. Мое тело напряглось, и по лбу начал стекать пот. — Мы можем вам помочь, сержант? — спросила Эбони, склонив голову набок. Авера переводила взгляд с меня на стражников и обратно, в ее глазах плясало веселье, а на лице медленно росла ухмылка. Я почувствовал, как Праймроуз рядом со мной слегка пошевелилась, слегка прижавшись локтем к моему боку. — Мы только что вышли из кухни, где, по-видимому, была проблема, связанная с этим человеком и несколькими поварами, — услышал я голос другого. — Нам нужно, чтобы он проследовал с нами. — Несколькими поварами? Там был только один! — Я прервал свою трапезу, когда позади меня раздался тихий звон цепей. — Какого...? — Что… — начала Эбони, ее глаза расширились, прежде чем Авера внезапно ударила копытами по столу. — Невозможно! — фыркнула она, глядя через мое плечо. — Это не мог быть он. Он был с нами все это время! Я услышал стук копыт и предположил, что один из стражников отступил на шаг от внезапного гнева. — Но… — неуверенно произнёс первый. — Вы сказали, что только что пришли из кухни, — заговорила Праймроз, оглядываясь через плечо на пару, ее красные глаза сузились, — а он был с нами почти час. Вы занимаетесь математикой, сержант, или нам нужно привлечь его владельца? Я почувствовал, как ее хвост шлепнул меня по спине, прямо там, где была кьютимарка Твайлайт. На моём лице появилась ухмылка, когда я услышал, как оба стражника громко сглотнули. "Ура злоупотреблению властью друзей на высоких постах!" – Я… Я думаю, мы, возможно, ошиблись, — неуверенно пробормотал первый. — Мы… э-э… тогда пойдем поищем где-нибудь ещё. — Вот и сделайте это, — проворчала Праймроз, оборачиваясь. Стражники поспешили прочь, их шаги затихли, когда они вышли из комнаты. Последовала короткая пауза, прежде чем Эбони громко застонала, ударившись головой о столешницу. — Не могу поверить, что вы двое только что сделали это, — проворчала она в полированное дерево. — У нас и так достаточно проблем! — Я не понимаю, о чем ты говоришь, — небрежно сказала Авера, протягивая копыто и крадя кусок кесадильи с моей тарелки. — Он был с нами все это время. — Я уставился на нее с притворным гневом, когда она сунула кусочек в рот. — Неплохо, — пробормотала она, продолжая жевать. — По-моему, многовато сыра, но неплохо. Я закончил жевать то, что было у меня во рту, прежде чем оглянуться на них. — Кстати, о горячей воде, как у вас дела, ребята? — Великолепно, — проворчала Авера с набитым ртом, глядя на стол перед собой. — Мы отстранены от службы до дальнейшего уведомления в ожидании расследования наших действий под твоим командованием. Пока расследование не закончится, мы не можем покинуть замок. О, и еще у нас есть такие забавные штучки, — сказала она, указывая на себя. Наклонившись вперед, я увидел, что она указывает на пару полос, обвивавших ее крылья, прижимая их к бокам. Быстрый взгляд на Праймроуз показал, что у неё они тоже есть. У Эбони у основания рога было серебряное кольцо, которое светилось нежно-голубым светом. — Оковы, — прорычала Праймроз, ее крылья задергались под путами. — Мы с Аверой не можем летать, а Эбони нельзя колдовать, пока расследование не закончится. За неимением лучшего термина мы находимся под домашним арестом. Я с трудом сглотнул и уставился на остатки кесадильи, временно забыв о голоде. В груди возникло напряжение, из-за которого стало трудно дышать, и я нервно потер руки. — Мне жаль, — наконец-то прожестикулировал я, не поднимая глаз. — Прошу прощения? — спросила Праймроз, навострив уши и в замешательстве посмотрев на меня. — Это все моя вина. — прожестикулировал я. — Вы все в беде из-за моих глупых решений. — Нет, — тихо сказала Эбони, поднимая голову от стола. — Нет, это неправда. Это не твоя вина. — Я уставился на нее, и она съежилась. — Ладно, возможно, это частично твоя вина, но мы тебя не виним. Мы также приняли несколько плохих решений. Мы в этом деле вместе. — Но ведь наказывают вас. Не меня. — Тебя не за что наказывать, — зевнула Праймроз, закрыв глаза и положив голову на копыто. — Ты был нашим подопечным. Мы были ответственны за тебя, а не наоборот. За столом воцарилась тишина, пока я возился с руками под столом. — Вы сожалеете об этом? — спросил я, глядя на них сквозь челку. — Сожалеем о чем? — спросила Авера. — О том, что мы сделали? — Когда я кивнул, она остановилась, склонив голову набок и обдумывая мои слова. Через несколько секунд на ее губах появилась легкая улыбка, и она снова посмотрела на меня. — Честно говоря, — сказала она, — если бы мне дали шанс вернуться и повторить всё заново, я бы ничего не изменила. — В любом случае, мне давно пора было подумать о другой карьере, — фыркнула Праймроз, подергивая ухом. — Ты можешь быть стражником только до тех пор, пока это не станет чересчур. Двести лет кажутся приличным послужным списком, не так ли? — Я удивленно моргнул, услышав ее слова, но прежде чем я успел спросить, заговорила Эбони. — Хотя есть некоторые вещи, которые я бы изменила, — сказала она, взглянув на Аверу, которая накладывала себе еще один кусок моей кесадильи, — я бы не изменила большую часть того, что мы сделали. Конечно, были и глупые моменты, но были и веселые. — Ты говоришь это только потому, что у тебя есть пара бочонков яблочного сидра с корицей, — хихикнула Авера, нитки сыра свисали с её морды. На лице Эбони появилась глупая улыбка, и она счастливо вздохнула. — Да, это невероятно вкусно, — проворковала она с отсутствующим взглядом. — Я бы продала всю страну за пожизненный запас этой дряни. — Только не говори этого Темпест, — предупредила Праймроз. — Она использует это как еще одну улику против нас. — Не волнуйся, здоровяк, — сказала Авера, облизывая свою мордочку, прежде чем широко улыбнуться мне. — Все как-нибудь уладится. Вот увидишь. А если нет… Что ж, мы перейдем этот мост, если дойдем до него. — У вас нет плана на случай худшего? — спросил я, приподняв бровь. — Не-а, — усмехнулась Авера, махнув на меня копытом. — Планы переоценивают. Я бы предпочла следовать путём Макса. — «Путём Макса»? — Блуждать вслепую, не заботясь ни о чем на свете, — ответила Праймроз с ухмылкой. Я сердито посмотрел на нее, но она только пожала плечами. — Эй, не сердись. Знаешь, она права. Импровизация — это своего рода развлечение, придумывать все по ходу дела. Как ты описала это раньше, Эбони? — Это как как можно быстрее проложить рельсы, пока поезд мчится к тебе, — последовал ответ, и Эбони мягко улыбнулась. — Вот именно, — сказала Праймроз, добродушно усмехнувшись. Я попытался сдержать улыбку, но не смог. Тихо фыркнув, я засмеялся и покачал головой, мысленно напоминая себе снова поговорить с Селестией о них и их наказании. Я бы не позволил им сдаться без боя. — В любом случае, хватит об этом говорить, — сказала Праймроуз. Наклонившись, она вытащила колоду карт из сумки, привязанной к бедру. — Как насчет хорошей игры в карты? — спросила она, начиная тасовать колоду. — Ага! Я должна отыграть часть своих битов! — усмехнулась Авера, доедая остатки кесадильи, прежде чем отодвинуть тарелку в сторону. — Конечно, я согласна, — сказала Эбони, рассеянно потирая кольцо на роге. Мы вчетвером устроились поудобнее, когда Праймроуз начала сдавать карты. Я взял свою первую карточку и посмотрел на нее. Это был Джокер.* * *
Несмотря на то, что я потерял счет времени, отчасти из-за пары жестоких игр в Старую деву, мне все же удалось добраться до садов до трех часов. Воздух наполняло мягкое щебетание птиц, сопровождаемое нежным жужжанием насекомых. Деревья были в цвету, лепестки вишни лениво плыли по ветру. Ручей журчал, и я видел, как рыба плывет прямо под водой, направляясь к ближайшему пруду. Цветы покрывали землю и живые изгороди, синие, красные и желтые цвета смешивались с землисто-зеленым. Из-под нескольких розовых кустов на грунтовую дорожку выползли виноградные лозы. Твайлайт нигде не было видно, поэтому я решил, что прибыл раньше нее. Решив немного прогуляться, пока жду, я медленно направился по грунтовой тропинке, наслаждаясь окружением. Колибри порхали с цветка на цветок, погружая свои длинные носы в центр, прежде чем перелететь к следующему. Какая-то любопытная тварь зажужжала у меня над головой, чуть не ткнувшись носом мне в ухо, но я отговорил ее легким взмахом руки. Она улетела без лишней суеты. Над головой проплыла тройка воробьев. Взглянув на птиц, я увидел, как они кружатся и кружатся в воздухе, прежде чем опуститься на ветку ближайшего дерева, радостно щебеча друг другу. Я бесцельно бродил, медленно продвигаясь вглубь сада, куда несли меня ноги. У меня не было никакой реальной цели; я просто убивал время, пока не появилась Твайлайт. Завернув за изгородь, я моргнул, увидев одинокую статую Дискорда. Он все еще был в той же позе, в какой я видел его в последний раз: хвост под ним, как стул, задние лапы скрещены в расслабленной манере. Он слепо ухмылялся миру, скрестив пальцы. Виноградные лозы начали ползти вверх по его пьедесталу и хвосту, а голова, казалось, была покрыта тонким слоем грязи и птичьего помета. Ухмылка тронула мои губы, и я дерзкой походкой направился к окаменевшему драконикусу. Подняв руку, я щелкнул пальцем по кончику его носа. Мягкое «динь» эхом разнеслось по поляне, когда мой ноготь коснулся камня.* * *
Глубоко под Кантерлотом, в большой пещере, вырытой в окружающем камне, пульсировала и тихо гудела магия. Он вспыхнул один раз, осветив окружающее пространство болезненно-желтым светом, прежде чем снова медленно угаснуть. В нескольких десятках метров от него, сквозь твердую скалу, человек-землекоп остановилась, прежде чем продолжить копать, хотя и в более быстром темпе. Ухо ее единорога-надсмотрщика дернулось, на лице охранника отразилось замешательство. Он почесал свой внезапно зачесавшийся рог, покачал головой и вернулся к своим обязанностям. В конце концов, землеройная бригада приближалась к месту назначения. Еще пара дней, и они окажутся у источника странной магии.* * *
Я ухмыльнулся, глядя в ледяные глаза Дискорда. "Как тебе вид?" — я хихикнул, снова постучав его по носу. "Надеюсь, тебе там удобно." Он не ответил, просто уставился в никуда, не обращая внимания на окружающий мир. Сделав шаг назад, я бросил последний взгляд на окаменевшее тело Дискорда, прежде чем развернуться и направиться обратно по тропе, оставив драконикуса позади. Ястреб слетел вниз и уселся на один из его рогов, наклонив голову и наблюдая за мной золотым глазом. Я направился обратно к пруду, намереваясь найти хорошее место, чтобы отдохнуть под цветущими ивами, пока я жду. Засунув руки в карманы, я тихонько напевал на ходу. "Мы лежим, моя любовь, и я под плакучей ивой…"* * *
Лежа под большим розовым кустом, Сайлент Блейд смотрела на человека сквозь листву немигающими желтыми глазами. Рядом с ней ее напарник, Арсеник, тоже наблюдал за происходящим, его глаза сузились, а лицо слегка нахмурилось. Он пошевелился, поморщившись, когда корень вонзился ему в живот, прежде чем искоса взглянуть на нее. — Ты уверена, что это тот человек? — спросил он хриплым шепотом. Он был земнопони средних размеров, его шерсть была темно-серого цвета, что позволяло ему сливаться с тенями. Его коротко подстриженная грива была выкрашена в черный цвет, как и локоны. На лбу у него была нарисована черная подкова — знак их ордена Черных копыт. Сайлент кивнула головой. — Да, — прошипела она, не сводя глаз с человека, который шел через сад. — Он соответствует описанию и имеет метку принцессы на спине. Это он. Сайлент не знала, что сделал человек, чтобы оправдать убийство, но это не имело значения. Дарк Спайс сказал им, что Архимаг хочет убрать его, и для неё этого было достаточно. Верные члены Чёрных Копыт никогда не подвергали сомнению приказы, если знали, что за них хорошо платят. Пара убийц преследовала человека большую часть дня, с тех пор как он расстался с принцессой Селестией. Однако, к большому неудовольствию Сайлент, они никак не могли найти подходящий момент для удара. За дверью его комнаты была горничная, которая услышала бы шум, и пока он шел по коридору, казалось, что вокруг человека всегда был по крайней мере один стражник. Однако теперь, когда он наконец покинул замок и остался один в саду, настал момент нанести удар. Бесшумно протянув копыто назад, Сайлент схватилась за рукоять ножа, который она держала привязанным к пояснице. Это был длинный кинжал с прямым лезвием и рукоятью из темного дерева. В основание рукояти был встроен небольшой рубин, действующий как навершие. Клинок с шипением выскользнул из ножен, сталь сверкнула в лучах солнца, пробивающихся сквозь стену листвы. Рядом с ней Арсеник сделал то же самое, его клинок был испорчен специально приготовленной смесью яда. Пара выскользнула из кустарника, их копыта бесшумно ступали по траве. Держась в тени, они ползли вперед, следуя в нескольких десятках метров за человеком, который направлялся к ближайшему пруду. Сайлент досадно поморщилась, когда они внезапно столкнулись с недостатком в своем плане. Между прудом и садом не было ничего, кроме открытого пространства; никакого укрытия, чтобы они могли спрятаться. Человек заметит их еще до того, как они подойдут достаточно близко, чтобы нанести удар. Ей и Арсенику пришлось спрятаться за последней живой изгородью, чтобы избежать обнаружения. Выглянув из-за угла, они увидели, как человек уселся, прислонившись спиной к одной из многочисленных ив, окружавших пруд, его ноги болтались прямо над водой. Ухо Сайлент дернулось, когда она уловила слабый звук жужжания, исходящий от человека. Он прислонился к дереву, заложив руки за голову. Мягкая улыбка тронула губы Сайлент. Он ничего не заподозрил. Это будет легкое убийство. Человек будет мертв, и они уйдут задолго до того, как кто-нибудь узнает, что произошло. Человек закрыл глаза, явно наслаждаясь весенним днем. Глаза Сайлент расширились. "Вот оно." Оглянувшись через плечо, она кивнула Арсенику, прежде чем издать тихий щелкающий звук и указать на человека. Ее напарник злобно ухмыльнулся, держа во рту рукоятку кинжала, и тоже кивнул. Быстро двигаясь, он вышел из-за изгороди и оказался лицом к лицу с ничего не подозревающим человеком. Сто футов отделяли его от добычи. Он мог легко запустить его прежде, чем человек даже заметит его присутствие. Бедняга не поймет, что его ударило. Ядовитое лезвие между ребер позаботится об этом. Арсеник сделал шаг вперед, мускулы напряглись, когда он приготовился прыгнуть вперед, но внезапно в него врезалось голубое пятно, отбросив его назад в воздух. Его голова резко дернулась в сторону из-за силы столкновения, клинок выбило из копыт. Он со стоном рухнул на землю, когда воздух вырвался из его легких. Боль тут же пронзила его плечо. Стараясь не обращать внимания на боль, Арсеник быстро перевернулся на живот и встал. Он услышал рядом стон нападавшего и поспешно начал искать свой клинок. Пульсирующая боль в плече начала отступать, сменившись ощущением влаги, медленно стекавшей по его передней ноге. Сбитый с толку Арсеник повернул голову и осмотрел раненое плечо. Его глаза расширились в тревоге, когда он увидел свой собственный клинок, торчащий из лопатки, лезвие наполовину погрузилось в его плоть, а по ноге текла кровь. Он случайно ударил себя отравленным клинком! Когда холодное, онемевшее ощущение медленно начало распространяться по его телу, Арсеник открыл рот, чтобы закричать, но его сильно ударили копытом по морде, заставив замолчать и сломав при этом несколько зубов. Нападавший надавил ему на спину, прижимая его к земле своим весом и удерживая там. Арсеник пытался сопротивляться, но он уже чувствовал, что яд начинает действовать, его особая смесь трав и токсинов заставляла его зрение затуманиваться. Его конечности больше не слушались мозга, и он чувствовал, как медленно погружается в бессознательное состояние. Пони на его спине что-то шипел ему в ухо, но слова были приглушены и искажены; он не мог разобрать, что ему говорили. Его веки, внезапно ставшие такими тяжелыми, медленно начали закрываться против его воли. Он недолго сопротивлялся, но безрезультатно. Последнее, что пришло Арсенику в голову перед тем, как он навсегда погрузился в темноту, было: — Что меня ударило? Сайлент взвизгнула, когда Арсеник внезапно отлетел назад, схваченный голубым пятном меха и перьев, которое упало с неба, как молния. "Что это было, во имя Тартара?!" Громко выругавшись, она быстро обернулась с обнаженным клинком, чтобы помочь своему партнеру, но замерла, когда позади нее раздался резкий свист. "Это невозможно!" — закричала она про себя. Как, черт возьми, какой-то пони подкрался к ней?! Вокруг никого не было, и она не слышала, чтобы кто-то приближался. Быстро развернувшись, чтобы справиться с новой угрозой, она взмахнула кинжалом в воздухе, но тот был отбит в сторону крылом. Клинок выпал из ее копыт, и прежде чем она успела опомниться, новый пони заговорил. — Мэм. Звезды взорвались перед глазами Сайлент, когда что-то твердое ударило ее по голове. Последнее, что она увидела перед тем, как потерять сознание, была ухмыляющаяся серая морда и блестящие голубые глаза на ней.* * * От лица Макса * * *
Я не знал, сколько времени просидел там в ожидании Твайлайт, но не возражал против задержки. Благодаря теплой погоде, прохладной тени и приятному ветерку, а также пению птиц на заднем плане, я оказался в очень расслабленном состоянии. На самом деле мне было трудно не заснуть, пока я сидел, глядя на спокойные воды пруда. Я только начал засыпать, когда услышал свое имя, выкрикнутое издалека. Сев, я протер сонные глаза и огляделся вокруг. Крик раздался снова, и я взглянул вверх, улыбка появилась на моем лице, когда я увидел Твайлайт, спускающуюся к пруду. — Вот ты где! — прощебетала она, усаживаясь на траву передо мной с широкой улыбкой на лице. Она буквально кипела от возбуждения, ее хвост энергично раскачивался взад-вперед. Она счастливо потерлась носом о мою щеку, одно ее ухо дернулось, когда она глубоко вдохнула. — Итак, как прошла твоя встреча с доктором? — спросила она, отодвинувшись. — Он какой-то хапуга, — прожестикулировал я, вставая и отряхивая штаны. — Сказал об отсутствии заботы о личном пространстве. — О, это ерунда, — захихикала Твайлайт, подпрыгивая на кончиках копыт. — Ты бы видел его через несколько недель после вторжения чейнджлингов. Было много стражников, которые жаловались, что он вставлял зонды в места, где их быть не должно. Я поморщился, внезапно обрадовавшись, что все, что он сделал, это попытался оторвать мне челюсть. — Ну, в любом случае, что случилось? — спросил я прыгающую кобылу. — Почему ты хотела, чтобы я встретил тебя здесь? Твоя записка была довольно расплывчатой. Твайлайт начала ерзать, ее уши разошлись в стороны, когда легкий румянец коснулся ее лица. — Н-ну, видишь ли… не то чтобы я хотела встретиться с тобой именно на этом месте. Просто это первое место, которое пришло мне в голову, где мы могли бы встретиться… — она замолчала, ковыряя землю копытом. — Знаешь, что? Я не хочу испортить сюрприз. Подожди секунду. Я растерянно посмотрел на нее, только чтобы взвизгнуть, когда ее рог внезапно зажегся, и мир растворился в белом. Меня охватило чувство невесомости, за которым последовало чувство тошноты, поскольку мой желудок угрожал отрыгнуть мой обед. Так же внезапно, как и появилось, ощущение ушло, и белизна исчезла, когда мир вернулся. Я удивленно моргнул, оглядывая наше новое место. Твайлайт телепортировала нас в маленькую комнату с ковровым покрытием. В центре комнаты стоял круглый стол, а вокруг него полукругом расположилась большая кушетка. Стены были простыми, а с потолка над столом свисала небольшая стеклянная люстра. Окон не было, зато была дверь. — Где мы? — спросил я, оглядывая комнату. — Мы в одной из частных комнат рядом с главным бальным залом, — ответила Твайлайт, нервно трепеща крыльями. Она прикусила нижнюю губу, не в силах смотреть мне в глаза. — М-м, можешь… можешь остаться здесь на секунду, пока я проверю, все ли готово? Отведя взгляд от люстры, я повернулся к ней, слегка наклонив голову вправо, чтобы лучше видеть. — Убедиться, что все готово? — спросил я. — Что ты задумала? — Это сюрприз, — повторила Твайлайт, пятясь к двери и слабо улыбаясь мне. — Просто… просто оставайся здесь, пока я не позову тебя, хорошо? Я смотрел на нее еще несколько секунд, нахмурив лоб, прежде чем вздохнуть и кивнуть головой. Улыбка Твайлайт стала шире, ее уши навострились. — Отлично, — сказала она, открывая дверь. — Я только на минутку! — С этими словами она выскользнула из комнаты и с тихим щелчком закрыла за собой дверь. Я подождал несколько секунд, прежде чем подойти и прижаться ухом к двери. Я едва мог разобрать приглушенный звук голосов на другой стороне, хотя я не мог слышать, что было сказано или кем. Но это звучало как две пони. Отойдя от двери, я задумчиво почесал бороду. "Что ты задумала, Твайлайт?" Я еще несколько секунд смотрел на закрытую дверь, прежде чем решил, что, что бы это ни было, все не так уж плохо. Подойдя к дивану, я плюхнулся на него и стал ждать. Меня не заставили долго ждать. Примерно через пять минут тишины дверь внезапно окружила розовая аура, и она приоткрылась. С другой стороны я услышал, как Твайлайт нервно позвала: — Х-хорошо, теперь ты можешь выйти. Выйдя из комнаты, я очутился в огромном бальном зале; том самом, в котором проходил Гала. Тонкие пурпурные занавески на окнах были задернуты, и просачивающийся сквозь них свет окутывал всю комнату лавандовой дымкой. Свет наверху был приглушен, и в комнате царила приятная полутьма. Между лампами и закрытыми окнами было достаточно света, чтобы видеть, но не настолько, чтобы рассеять атмосферу. Бальный зал был почти полностью пуст; нигде не было ни столов, ни стульев. Вместо этого на мраморном полу был расстелен большой бархатный ковер с разбросанными горстями лепестков роз. Сладкий аромат сирени достиг моего носа, а также намек на малину. И там, в центре всего этого, с легким румянцем на лице, стояла Твайлайт. Мне пришлось сделать двойной вдох, когда я, наконец, увидел ее: она захватывала дух. На ней было платье цвета лаванды — на несколько тонов светлее, чем ее шёрстка — украшенное декоративными оборками, простиравшимися над крупом. На шее у нее было такое же колье. За ее левым ухом покоился бант, украшенный белой розой. Белые бусины свисали с носа, поднимаясь вверх, чтобы изящно обернуться вокруг ее рога. На щеках у нее были едва заметные румяна, а глаза подчеркивала тушь. Она заерзала под моим пристальным взглядом, ее румянец становился все сильнее. — Т-тебе нравится? — спросила она, слегка наклонив голову. — Я никогда не делала ничего подобного, по крайней мере, без помощи Рарити. Надеюсь, это не перебор. Закрыв рот — который уже открылся — со слышимым «щелчком», я замахал ей руками, прежде чем успел ответить: — Ты… ты выглядишь великолепно! Это заставило ее лицо покраснеть, а уши раздвинуться в стороны. — П-правда? — спросила она, глядя на меня сквозь челку. — Да, я просто… я… "Ух ты, у меня нет для этого слов", — подумал я, продолжая смотреть на нее широко раскрытыми глазами. — Ты выглядишь потрясающе. — наконец удалось мне закончить. Взглянув на свою одежду, я тихо рассмеялся. — Теперь я чувствую себя немного недоделанным. — О, тебе не нужно было наряжаться, — сказала Твайлайт, потирая копытом ковер. — Это скорее сюрприз для тебя, а также то, что я давно хотела сделать. — Увидев мой растерянный взгляд, она закрыла глаза и глубоко вздохнула, успокаивая нервы. Через несколько секунд она открыла глаза и одарила меня теплой, хотя и несколько нервной улыбкой. Склонив голову, она слегка расправила крылья, прежде чем спросить: — Могу я пригласить тебя на танец? Как только слова слетели с ее губ, справа от меня заиграла тихая музыка. Оглянувшись, я удивленно моргнул, когда увидел Октавию, стоящую на сцене с большой виолончелью в копытах и мягкой улыбкой на лице. — Она попросила меня помочь собрать всё это, — сказала она, продолжая тихо играть. — Я не могу танцевать без музыки. Я была более чем счастлива помочь. Кроме того, теперь ты у меня в долгу. Впрочем, об этом мы поговорим в другое время. На данный момент я не та пони, на которую ты должен обращать внимание, — она кивнула в сторону Твайлайт, которая все еще ждала моего ответа. Взглянув на Твайлайт, я прожестикулировал: — Я не умею танцевать. — Все хорошо, — ответила она, не переставая улыбаться. — На самом деле я тоже не умею. Мы разберемся с этим вместе. — В таком случае, я буду более чем счастлив потанцевать с тобой, — сказал я, возвращая ей улыбку. Лицо Твайлайт просияло, и она тихонько взвизгнула, прежде чем взять себя в копыта. Подойдя ко мне, она расправила крылья, встала на задние лапки и обвила передними мою шею. Я положил руки на ее талию, чтобы стабилизировать ее. В этом положении она была почти одного роста со мной, ее мордочка была всего в нескольких дюймах от моей щеки. Поначалу нас потряхивало, и несколько раз Твайлайт чуть не споткнулась, ещё не привыкнув стоять только на задних копытах. Октавия была очень терпелива, когда мы изо всех сил пытались освоиться с движениями, играя музыку медленнее, чтобы приспособиться к нам, а также останавливаясь всякий раз, когда Твайлайт спотыкалась или я оступался. По мере того как мы становились все более созвучными друг другу, она постепенно начала увеличивать темп до более разумного. Довольно скоро она уже играла нормально, пока мы танцевали. Сладкий звук виолончели наполнил воздух, когда мы с Твайлайт раскачивались взад и вперед. Никаких причудливых шагов, никаких замысловатых танцевальных движений. Просто простое движение туда-сюда, когда мы держали друг друга, медленно вращаясь по кругу. Пока мы танцевали, я смотрел ей в глаза. Казалось, они сверкали в тусклом свете, и я обнаружил, что медленно теряюсь в ее лавандовых радужках. Она смотрела на меня в ответ, и оба ее глаза были сосредоточены на моем единственном зрячем. Мир медленно исчезал, а музыка продолжала играть, пока не остались только мы; только я и Твайлайт. В данный момент все остальное не имело значения. Весь мир мог бы рухнуть вокруг нас, и мы, вероятно, не заметили бы этого, потерявшись в пристальных взглядах друг друга. Крылья Твайлайт медленно обернулись вокруг меня, прижимая меня к себе, когда она положила голову мне на плечо, слабый аромат лаванды наполнил мои чувства. Я чувствовал, как ее сердце бьется у меня в груди, и ее дыхание щекотало мне ухо каждый раз, когда она выдыхала. Я нежно провел рукой по ее спине, и она вздрогнула. Секунды, минуты, часы; я не был уверен, сколько прошло времени, но Октавия послушно играла, не пропуская ни одного такта. Одна песня перетекала в другую, Твайлайт и я потерялись в этом мгновении. Не знаю, кто из нас остановился первым, но в конце концов мы перестали танцевать и просто стояли, наслаждаясь объятиями друг друга. Музыка медленно затихла, когда Октавия закончила последнюю песню, и в комнате воцарилась мирная тишина. Я почувствовал, как Твайлайт слегка сжала мою шею и уткнулась носом мне в щеку. Ощущение влажной шерсти на моем лице обеспокоило меня на мгновение, пока она не прошептала мне на ухо: — Спасибо. Когда она отстранилась, я увидел, что на ее лице была широкая улыбка, а в глазах стояли слезы. — Спасибо, — повторила она чуть громче и потерла глаза копытом. — Должна сказать, — заговорила Октавия мягким голосом, — вы двое — прекрасная пара. Моё сердце всегда поёт, когда я вижу юную любовь, — она положила виолончель обратно в футляр и одарила нас теплой улыбкой. — Юная любовь, — усмехнулась Твайлайт, закончив вытирать глаза. — Да ладно вам, Мисс Октавия. Вы не намного старше меня. — Я старше, чем вы думаете, Принцесса Спаркл, — ответила она, и ее улыбка превратилась в ухмылку. — В любом случае, у тебя есть что-то еще, что ты хочешь сделать со своим партнёром? — С этими словами она кивнула мне, закрыла свой чемодан и заперла его. Твайлайт на секунду растерялась, но потом ее глаза загорелись. — О да! — прощебетала она. Повернувшись, чтобы посмотреть на меня, она улыбнулась. — Я попросила кухонный персонал приготовить нам приятный, расслабляющий ужин на этот вечер. Я подумала, что мы могли бы взять его в обсерваторию и посмотреть на закат, а также немного понаблюдать за звездами. Что думаешь? — Звучит замечательно. — с улыбкой ответил я. Взволнованно пританцовывая на своих копытах, Твайлайт хихикнула и бросилась к двери. На полпути она остановилась и оглянулась через плечо, выжидающе глядя на меня. Я только усмехнулся и хотел последовать за ней, но остановился, когда Октавия позади меня заговорила: — Прости, что мешаю вашему свиданию, но могу ли я поговорить с твоим партнёром? Я оглянулся через плечо и увидел, что она вопросительно смотрит на Твайлайт. Твайлайт удивленно моргнула. — О, эм… наверное? — Она смущенно посмотрела на меня, прежде чем пожать плечами. — Тогда я просто подожду снаружи. Но, пожалуйста, не задерживайтесь слишком долго. — О, не беспокойся. Я не задержу его надолго, — крикнула ей вслед Октавия, выходя из бального зала. — Мне просто нужно кое-что обсудить. Когда дверь закрылась, она обратила свое внимание на меня. — Она очень влюблена в тебя. Ты ведь понимаешь это, правда? — спросила она. — Она почти задыхалась, когда появилась на нашем пороге сегодня утром, умоляя о помощи, чтобы сделать это свидание возможным. Тебе очень повезло. Я кивнул в знак согласия, поскольку писать было не на чем. — Однако я хотела поговорить с тобой не по этой причине, — продолжила она, и ее улыбка погасла. Она вдруг стала серьезной, глядя на меня с холодным, нейтральным выражением лица. Она помолчала несколько секунд, а потом сказала: — Винил хочет поговорить с тобой лично. Она просит тебя встретиться с ней завтра, в четыре часа, в клубе «Мистик Мелоди», на Хай-Стейбл-Роуд, в Кантерлоте. Она просит тебя не опаздывать. С этими словами она повернулась и, взяв свой футляр для виолончели, побежала прочь, оставив меня стоять там, растерянного и сбитого с толку. Я смотрел, как она вышла через боковую дверь в бальный зал. Только когда дверь за ней закрылась, я двинулся вслед за Твайлайт, задаваясь вопросом, чего хочет Винил. Но это потом. Прямо сейчас у меня было назначено свидание.
