Cilme

Вот и отступает ночь, сменяясь предрассветными сумерками. Из сереющей темноты постепенно проступают неясные очертания окружающего мира – силуэты домов, деревьев. Небо на востоке светлеет. Вокруг царит сонная тишина. Светлое пятно на горизонте становится больше и больше. Дует легкий ветерок. Утренняя прохлада стелется над землей. Природа замирает, будто готовясь к чуду. Все четче становятся видны окружающие предметы. Наконец, около самого горизонта вспыхивает ослепительная каемка солнечного круга. В тот момент, когда она зажигается на востоке, просыпаются первые птицы. Слышится шорох в кустах и ветвях деревьев, первое несмелое чириканье. А солнце все больше выглядывает из-за горизонта. Зашевелились в траве мурашки, слетела с дерева птица, колыхнув ветку. Где-то залаяла собака, скрипнула дверь, зазвучали голоса людей. Солнечный диск разгорается все ярче, поднимается все выше, рассылая во все стороны свои теплые лучи. Вот уже показался полный круг, и стало до слёз больно на него смотреть. А еще через несколько мгновений солнце будто оторвалось от земли и поплыло в голубом небе, наполнив все живое силой и энергией. Наступил новый день, а вместе с ним и новые предстоящие трудности. Запрокинув голову, Малаэль подставила лицо нежным лучиком солнца, наслаждаясь минутным спокойствием. Восседая верхом на Дагмаре и нежась в солнечных потоках, полуэльфийка ждала, когда прибудет Леголас и они наконец-то покинут здешние места. Дорога домой займёт пару дней. Малаэль всё никак не может поверить, что всего через несколько ночей она будет дома. Всё это кажется сказкой, счастливой и такой нереальной. Мало того, что у неё на руках есть магический артефакт, который в силах спасти Аманис, так ещё и сам Леголас Зеленолист, сын Трандуила, не против проводить её домой и убедиться, что с ней всё будет в порядке. Но вместо того, чтобы как следует порадоваться, Малаэль всё равно нашла повод для грусти: как только она прибудет в родное поселение, ей придётся навсегда попрощаться с Листочком. — Можем отправляться. — Негромко проговорил Леголас, но девушка до того была поглощена своими мыслями, что попросту не услышала эльфа. Аранен легонько прикоснулся ладонью к ноге Малаэль, аккуратно тормоша её. Полуэльфийка мигом распахнула глаза и испуганно отшатнулась в сторону, из-за чего чуть не упала из седла, благо Леголас вовремя схватил её за запястье, не давая девушке свалиться на землю. — Ты чего так пугаешь? — С придыханием спросила Малаэль и свободной рукой схватилась за сердце. — Пора в путь, — кратко ответил Листочек и отошёл к своему коню. — Сильвин, Тирни, не отставайте. Дагмар, будто бы чувствовал настроение хозяйки: резко переходил с быстрой скачки на неторопливую ходьбу. Он так же, как и Малаэль, был в замешательстве и разрывался между тем, чтобы как можно скорее очутиться дома, но в тоже время ему не хотелось заканчивать их занимательное путешествие и расставаться с новыми друзьями. Впрочем, вечно неугомонные близнецы что-то тоже растерялись и некоторое время вели себя уж больно тихо, лишь изредка тишину нарушали их тяжелые вздохи, да звуки копыт. Было абсолютно непривычно ехать в молчании, но тем не менее никто не решался нарушить тишину. Малаэль всё время, после отъезда так ни с кем и не заговорила. Девушка старалась не смотреть в сторону Леголаса, всеми силами избегая его пронзительного взгляда. Её всё ещё мучили вопросы о том, кто же на самом деле эта Ахара и как она, собственно, встретилась с остроухим. Но обида на аранена не разрешала ревнивой Малаэль заговорить с Листочком и спросить у него обо всём. Впрочем, Леголасу не требовалось слов, чтобы понять причину такого странного поведения peredhil. Эльф скомандовал Ароду немного притормозить и поравняться с Дагмаром. — Малаэль, послушай, я хотел бы кое-что тебе объяснить. Девушка недоверчиво посмотрела на Леголаса и аккуратно кивнула головой, показывая, что он может продолжать. — Это касается Ахары. Она — моя давняя знакомая, я её не видел более десяти лет. Вчера мы совершенно случайно встретились: хозяин таверны был немало удивлён тем, что к нему одновременно пожаловало столько представителей эльфов. Я, конечно же, расспросил у него всё и решил разыскать эльфа. По слухам она была из Лихолесья — это только сильнее усиливало мой интерес. На утро, когда ты ещё спала, я ушёл на поиски и вот, повстречал Ахару. Мы разговорились и я решил познакомить её с вами. История Леголаса не произвела должного эффекта на Малаэль. Но всё же, девушке стало легче после рассказа эльфа. Листочек пристально вглядывался в лицо молчаливой peredhil, дабы удостовериться, что девушка больше на него не обижается. Поняв, что Леголас ждёт от неё хоть какого-то ответа, Малаэль застенчиво улыбнулась и пролепетала: — Всё в порядке. Леголас облегченно выдохнул, на его лице засияла очаровательная улыбка. Может быть, Малаэль ему не так безразлична, как она себе надумала? Ближе к вечеру путники решили передохнуть и заодно найти укромное местечко для ночлега. Леголас, как и все предыдущие разы, пошел разведать обстановку и попутно насобирать хворост. Хоббиты сбросив сумки на траву, повалились следом за ними. Расседлав лошадей, Малаэль присела рядом с уставшими полуросликами. Тело до того было измученное после длительной езды в седле, что отказывалось подчиняться разуму. Девушка блаженно распласталась на прохладной земле и прикрыв глаза, задремала. Рык. Крики. Чьи-то грубые прикосновения. Испуганный голос требующий немедленно проснуться. Малаэль вздрогнула и резко подорвалась с травы, стала непонимающе оглядываться вокруг, вознамериваясь понять причину такого внезапного пробуждения. Оказывается, пока Леголас проверял местность на наличие опасности, так званная «опасность» в виде парочки орков, решила напасть первой и, затаившись неподалеку, дождалась удобного случая и обрушилась на сонную Малаэль и измученных хобитов. Нужно отдать эльфу должное, он появился мгновенно, а вместе с ним и ещё несколько служителей Тьмы. В последнее время орков развелось очень много, что просто не могло не настораживать путников. Девушка заторможено глядела по сторонам, в поисках любого предмет, которого можно было бы использовать в качестве оружия. Хоббиты же среагировали намного быстрее Малаэль и, выхватив первые попавшиеся ножи, стали в оборону, напряженно вглядываясь в силуэты врагов. Благо, девушка вовремя вспомнила о белом кинжале, подарке Леголаса. Трясущими руками Малаэль принялась рыскать по земле, стараясь нащупать орудие, которое всегда держала при себе (по настоянию эльфа). Орки решили поступить по хитрому: окружить паникующую девушку и хоббитов. Сужая кольцо до минимума и там уже разделать их. Враги подступали молниеносно, заставляя своих жертв застыть в минутном ужасе. Тирни закричав что есть мочи, бросился на самого хилого, но, к сожалению, не самого слабого, его сила не соответствовала внешности. Орк яростно откинул храброго, но такого безрассудного полурослика, в сторону, задев дубиной его светловолосую голову. Сильвин, увидев, как его брат повалился на траву без всяких движений, не на шутку перепугался за здоровья своего близнеца, кинулся на подмогу Тирни, наплевав на собственную безопасность. Леголасу тоже приходилось худо: ему обломилось так же немалое внимание со стороны подлых орков. Хоть Листочек и был первоклассным воином, всё же, даже ему было сложновато сражаться и в тоже время следить за тем, чтобы его попутчиков не убили. Малаэль смутно понимала свои действия, адреналин полностью поглотил её сознание, буравя в крови и работая на пару с желанием выжить. Кажется, девушке удалось прикончить одного из мерзких созданий до того, как что-то неимоверное острое и грязное вперлось ей в живот, разрывая одежду, а вместе с ней и кожу, оставляя вместо себя глубокую рану и непрерывный поток крови. Последнее, что услышала Малаэль перед тем как погрузиться в темноту, чей-то мужской крик, отдалённо похожий на голос Листочка. А дальше сплошной мрак.