4
8 августа 2018 г., 16:02
Если вы заметили вокруг себя мир, который совсем вам не нравится, вспомните, что вы сделали, чтобы в него попасть. Виктор Пелевин «Любовь к трем цукербринам»
В этот волнительный момент… Я имею в виду, когда воздух из груди, ну, или из легких заканчивается во время крика, вспомнила. Перед преддверием смерти мы вспоминаем прошлое. Я падала, зажмурив глаза, и впервые была готова принять все в своей жизни. Умоляла боженьку, чтобы этот кошмар закончился, и я оказалась в своей любимой кроватке даже с розовыми покемонами. Хоть убей, но не помню, кто мне подарил этот чудной комплект постельного белья… А нет! Бабушка. Она тогда сказала, что дети сейчас такое любят, но мне-то блин тогда двадцать пять стукнуло. При чём здесь покемоны? Я уже согласна выйти замуж за первого встречного и явить на свет парочку орущих и вечно что-то требующих сорванцов. А лучше и вовсе провалиться во времени и послушать папу, который взял меня к себе на фирму вторым бухгалтером после курсов. Я ведь была такая упрямая, думая, что, окончив музыкальное училище, меня с ногами и руками везде возьмут. «— Вот ты, Эрика, старшая, а такая не путевая! — часто сокрушалась мама». Сейчас бы она опять так сказала, увидев, куда ее горе луковое попало? — Значит, не показалось! — резкий и радостный мужской голос выдернул меня из моих размышлений о вечном. В этот момент поняла, что я уж слишком долго падаю, а с высоты… ну метров трех навскидку вряд ли убьешься насмерть. Мозг медленно настраивался на счастливое завершение моей возможной комы. Это было простым сном и глупой фантазией. Улыбка растянулась от уха до уха, потому как уже представила обладателя такого приятного, бархатистого голоса. Невольно даже картинка в голове вырисовывалась. Врач самой сексуальной наружности, что сериалы про медиков отдыхают. Он склоняется надо мной, испытывая самое прекрасное чувство на свете, заметив, как мои веки дрогнули, и я вот-вот открою глаза. Ведь он сражался как храбрый воин с архидемо… тьфу ты, драконом за мою жизнь. И вот сейчас, в этот момент, когда я лежу в самой уютной и мягкой… почти неощутимой… постели… — Еще и девушка? — вопрос меня оглушил, как коромысло по башке. — Приятно. Это слишком милое «приятно» прозвучало именно в тот момент, когда мою грудь беспардонно ощупали. Распахнув глаза, я заорала громче, чем при падении, и со всей силы ударила коленом между ног нависшему… Господи. Это кто вообще? Я поняла, что зависла в странном сером дыме всего в полуметре от пола, а надо мной также горизонтально уже корчится это. Заверещав еще сильнее, я попыталась отмахнуться от этого… существа. А как мне еще назвать это нечто явно мужского пола? От его тела исходил неестественный белоснежный свет, как от флуоресцентной лампочки. Такие же белые и длинные волосы, которые должны водопадом спадать вниз, запутались в пуговицах на манжетах моей рубашки. В попытках оттолкнуть этого… мужчину, я уже руками пыталась поотрывать их. Только с каждой попыткой этого дерганья он становился все ближе и уже, не сдержавшись, закричал: — Закрой рот, ополоумевший дух! Еще один вдох от услышанного, и возмутившись до глубины души, что меня тут, мало того что облапали, так еще и сравнили с духом, так еще и кричит. Резким ударом в челюсть я вывела из строя неудачливого насильника… наверное. Минуту спустя, я даже забеспокоилась, так как дым медленно рассеялся и уложил меня таки на пол и этого горе-мученика сверху накинуть не забыло. Тело тут же перекочевало на жесткую поверхность, и мне стало страшно. Может, это новый энписи или реально не туда закинуло, ну а что? — Я не дух, — чуть приподняв руку, как учили в школе. — Я человек. Вот странно честное слово. Я тут о приличиях вспоминаю, а этот экземпляр все еще елозит по моему телу сверху. — Так ты новенькая? — неожиданно он похлопал меня по плечам. — Давно просто духов не встречал. Вот триста… не… точно, четыреста лет назад я встретил духа. Так вот… — Извините, — пытаясь спихнуть с себя это тело. — Вы ошиблись. Я человек. Натур продукт?! Так понятнее или нет? — Так я и говорю, — приятная мордашка приблизилась к моему лицу. — Ты же новенькая? Как бы… Короче ты ДУХ. Умерла в общем. — Это… — Да. — Значит… — Да. — Это… Меня значит… И все? — я сейчас не могла понять всю радужность эмоций в своей голове. — Так я и говорю, — растрепывая мои волосы в успокоительном жесте. — Я же тоже сначала думал, что ты человек. Решил понаблюдать, а тут оказывается, что просто не поняла. — Чего не поняла? — кажется, что после слова «дух» меня заклинило. — Ну так ты того! — указав взглядом в небо. — Померла ты, короче говоря. Дух ты.
