Там, где над нами небо

— Я читал, что вас убили пять раз в пяти разных местах. — И каждый раз это была сущая правда. «Касабланка»

— Нет. Ну, в самом деле, чего так убиваться? — мужчина продолжал расхаживать передо мной, но не издавал при этом ни малейшего звука. — Я понимаю, что это, конечно, потрясение, — на минуту он замер и посмотрел на меня. — Ну, это не такой уж повод, чтобы здесь устраивать болото. — Правильно, — размазывая по лицу слезы и продолжая всхлипывать навзрыд. — Тебе то чего? — посмотрев на него, я еще сильнее разрыдалась. — Ты вообще хоть кто такой? Какого… Да иди ты к черту! — А это кто? — наконец остановившись, он внимательно пригляделся ко мне, что я даже затихла. — Теперь понятно, — вдруг рассмеялся этот мерзавец. — Я… Я с Земли… Придурок! — крикнув, я поднялась с пола, на котором все это время восседала. — Тебя здесь вообще быть не должно! — Из земли? Гном? — С планеты Земля! Я понимаю, что не метр девяносто, но не с гномом же сравнивать? Тем более сам только на полголовы выше. — Я метр восемьдесят пять. — Ох! — разведя руки в сторону и топнув ногой, я, развернувшись, пошла прочь от этого ненормального, бросив на ходу: — Мой любимый размер! Мало мне было потрясений и рухнувшей надежды, что это просто бред сивой кобылы, так теперь еще и это недоразумение. Хорош, конечно, гад. Метр восемьдесят пять, как он сказал, были довольно сексуальны. От него все еще фонило свечением как от радиоактивного, но что естественно, то уже явно не было безобразным. «— Хочу. Очень. Хочу, — от сладостного шепота в голове по телу пробежали жуткие мурашки». — Ты та хоть заткнись, гребаная нимфоманка, — мотая головой, я бурчала себе под нос. «— А чего ты от себя хотела? — звонким ручейком пролился смех, что меня затрясло в ярости. — Мужика то нормального ох как давно не было, а такого красавчика и подавно». Сказала, как припечатала, не поспоришь. Обернувшись, я вновь глянула на этот тип сексуальной наружности, который следовал за мной. «— Давай! Тебе уже явно нечего терять, а так хоть развлечёшься. Отдайся своим желаниям». Нет. Ну не то, чтобы… Да о чем я вообще сейчас думаю? А голосок продолжал скандировать в моей голове: — Да-вай! Да-вай! — Хватит орать в моей голове! — заорала я в ответ и, закрыв уши, побежала по лестнице в теперь уже точно свою комнату. Упав на кровать, я свернулась калачиком, завернувшись с головой в покрывало. Я уже не знала, то ли мне вновь плакать, то ли смеяться, то ли… Да не знаю я, что делают сумасшедшие на моем месте. Вокруг меня твориться какой-то хаос, о котором я не просила. Хотелось напиться. Вынырнув из-под покрывала, я потянулась за бутылкой, которая осталась здесь со вчерашнего вечера, но в последний момент передумала. «— Шоколадку бы сейчас, — печальный вздох и монотонное бурчание Голода, привели меня Бешенству, что я не выдержала». — Достали уже! Одна, блядь, готова на первого встречного запрыгнуть, эта, блин, все время про жратву… Вам, сука, заняться нечем? Где, мать вашу, шляется Гнев? Где эта тварь Страх? Какого хера здесь вообще происходит? — тут взгляд приковался к мужику, который все время лыбится. — А ты какого хрена тут вообще делаешь? — я налетела на него и стала тыкать в его грудь пальцем. — Тебя здесь не должно, сука, быть! Ты понимаешь или нет? «— Разнеси здесь все к чертям собачьим! — подбодрил меня голос». — Вспомни говно, вот и оно! Так! — пытаясь взять себя в руки, я посмотрела на это… — Сначала разберемся с тобой! — Допустим, — он подозрительно сделал шаг назад, оглядываясь по сторонам. — Значит, я умерла и теперь дух? Верно? — Знаешь… Я как-то не совсем уверен, теперь. — В смысле не уверен? — вскинула я. — Ты слышишь голоса в своей голове, — вздохнув, он сел на кровать. — Я правильно понял? — и получив утвердительный кивок, продолжил: — Духи и демоны питаются эмоциями. Понимаешь? — Блин, да ты можешь уже сказать нормально? — Как давно ты умерла? — Ближайшие сутки я вообще еще живая была, пока тебя не встретила. — Значит, два, может, три дня. Расскажи мне, что именно ты помнишь? Я не знала, могу ли я ему доверять, но он был единственным, кого я повстречала здесь, не считая некоторых особ. И только он мог ответить хоть на некоторые вопросы и прояснить всю ситуацию. Я села рядом с ним и рассказала все как есть. Что я не из этого мира. Как попала под лавину и не знаю, что случилось с моей подругой. Как поняла, что оказалась именно в Тедасе. Как пришла в Скайхолд и решила, что мне придется все это время быть здесь одной, ожидая, когда Инквизитор прибудет сюда. О том, как Я была в Тени и встретила саму себя. Все это время он слушал меня внимательно, не перебивая. Когда я закончила, то ощутила облегчение. Не знаю, как именно это объяснить, но на душе стало спокойней, словно я стала воспринимать это как реальность. — Я умерла, — повторила я для себя. — Мне жаль, — он положил свою руку на мою, и я почувствовала успокаивающее тепло его ладони. Я даже не заметила, когда именно он перестал отсвечивать, но сейчас он выглядел вполне обычно, насколько это было возможно с его внешностью. — Когда люди умирают, то они становятся духами, но некоторые могут обратиться и в демонов. Из того, что ты мне рассказала, я могу предположить только одно, что ты стала что-то вроде потерянной души. — Это плохо, да? — я поняла, что на меня вновь стал накатывать страх и отчаяние. — Ты должна определиться, кем ты хочешь быть. Духом или демоном? Ты должна будешь подавить в себе то, что тебе не нужно, и взрастить то, что ты больше всего ценишь. — Да они прицепились ко мне как пиявки! — Это всего лишь твои эмоции и сожаления. — Тебе легко говорить, — надулась я. — Меня ничего хорошего не посетило за все это время. Кстати, — вдруг вспомнив его слова, — ты сказал, что думал о том, что тебе показалось, что я дух. А как ты изначально меня воспринял? — Честно говоря, я проспал несколько столетий и не совсем понял, кто пришел в замок. Я только почувствовал искру жизни, но никак не мог сосредоточиться, — он рассмеялся. — Решил принять физическую форму и вот как вышло. Так врезаться в тот ящик… — Сова? Той совой был ты? — со всеми новостями о своей смерти, я упустила этот момент из памяти. — Но… — я решительно протянула к нему руки и стала ощупывать. «— Ох! Какие мускулы скрываются под этим одеянием, — мурчало в мыслях». Я быстро одернула себя. Не хватало еще превратиться в похотливую самку до конца времен. — Так что там с искрой жизни? — покраснев как рак, я отвернулась. — Немногие духи или демоны могут принимать человеческую форму. У тебя получилось это, скорее всего, на фоне потрясения и огромного желания жить. «— Желания во мне хоть отбавляй, малыш». — Однако сейчас в тебе больше нет той искорки. Когда приходит осознание, то и связь с этим миром пропадает. — Как это? — Тебя просто никто не увидит. Только если у них есть сильные маги, которые смогут почувствовать твое присутствие, но не больше. — Мало того, что я кони двинула, так теперь я еще и невидимкой стала? — возмутилась. — Приспосабливайся, — пожал он плечами. — Это все, что я могу тебе сказать. — Но, а как насчет тебя? Ты же можешь приобретать материальную форму и даже в птицу обратился, — меня определенно раздражала эта несправедливость. — Кто ты вообще такой, кстати? — Я Хранитель Скайхолда. Просыпаюсь только тогда, когда нуждающиеся приходят в обитель, в поисках убежища. Ты пробудила меня ото сна. И я могу обернуться только птицей, чтобы меня смогли видеть люди, но и то, ненадолго. Все это время я жду того, кто призвал меня. — Ты про этого ушастого педрилу? — … — Фен’Харел, мать его, Солас! — Не знаю, о ком ты говоришь, но если честно… Я уже давно не помню, кто я. Как меня зовут или звали. Как зовут того, кто призвал и как давно это было. Единственное, что мне известно, так это то, что в этом облике меня видят лишь духи, демоны и тот, кто назначил охранять этот замок. И… Я не могу покинуть это место.