10
9 марта 2020 г., 20:02
Мы там… ели. Что еще? Угощались… Цыплята табака… сациви… купаты… шаш-шш-шлЫки… чебуреки… ЧебурЕки? ЧебурекИ… А что вы пили? Пили? «Хванчкару» пили, «Боржом» пили… Вы же непьющая! Как это непьющая? Очень даже… «Служебный роман»
В главном дворе устанавливали палатки, и лекари экстренно размещали больных. Кому-то перевязывали и обрабатывали незначительные раны, а кто-то оставался лежать в ожидании смерти. Даже не верилось. В игре было так просто, подбежал к союзнику и нажал воскресить, а здесь… Мне не верилось, что маги неспособны с этим справиться. Это же долбанная магия, так какого хрена она не работает там, где больше всего нужна. Не то чтобы я боялась смерти, да это даже звучит глупо. Уж той, что мертва, точно бояться не стоит. Я просто с замиранием смотрела, как испустивших свой последний вздох поднимали словно тряпичных кукол и, заворачивая, оттаскивали к месту, где не повезло таким… как и я. Где мое тело? Нашли его? Или я так и продолжаю лежать под гребаным пластом снега? От этих мыслей стало тошно, и я перевела свой взор в сторону сада. Мне кажется, что я даже не особо была удивлена. В первую очередь Мать Жизель кинулась искать комнатку для молитв о несчастных, и, естественно, она нашла ее вместе со статуей Андрасте. Не знаю почему, но эта мать всегда так раздражала меня. Как в каждую бочку затычка. Особенно ее негатив к Дориану. Щеки вспыхнули, когда я вспомнила, как при первом прохождении Инквизиции решила играть за парня. Меня так увели тевинтерские речи, что в один прекрасный момент я узнала, что он реально не той ориентации, и мой внутренний демон возликовал, что я могу его заромансить. Где-то в глубине души что-то заворошилось, и я поняла, что это Желание упорно пытается влезть и сказать свое «Здрасьте», но ее попытки тут же пресеклись. Скай стеной окружил меня и не подпускал моих дотошных демонов. Поблагодарив его, я продолжала наблюдать за другими гостями. Мне была очень приятна их радость, когда они понимали, что не попали в полную разруху. Все было приготовлено для них заранее. К этому времени народ уже стал стекаться со всего замка обратно в главный двор, и я могла наблюдать, как Лера, сжимая меч в руке, поднимала его вверх. Ее признали Инквизитором и главной над всем этим Колхозом. Сердце больно кольнуло, если у таких, как я, оно есть. Я все еще не могла поверить, но чем дольше наблюдала, тем больше убеждалась. Это она, и она жива. Скай нервно заворчал, когда кто-то из моих демонов опять попытался дотянуться до меня. Неужели мне вот так все время придется прятаться за ним? Мне определенно нужно с этим что-то решать. В этот момент я открыла глаза и оглядела свою уже такую родную комнату. Глаза вновь неприятно пощипывало, а мышцы болели. Хотя я уже намного легче сливалась с сознанием Ская и могла разглядеть все и всюду, находясь в одном месте. Хранитель, чтоб его. Решив, что уже достаточно успокоилась, я направилась вниз. Главный зал был похож на муравейник. Все бегали туда-сюда, что-то тащили, болтали без умолку о том, что теперь у них есть Инквизитор. Несмотря на всю радость были и недовольные, но они только украдкой перешептывались, чтобы ненароком не стать целью сестры Соловей, как изменники. Хоть не совсем тупые, уже радует. Сейчас мне даже нравилось сновать среди них, подслушивать и знать, что меня никто не видит. У каждого, наверное, в школьные годы была такая мечта, стать невидимкой. У входа мелькнула рыжая макушка, и я сразу же поспешила в ее сторону, но не успела, как дверь в ротонду уже закрылась за ней. Я застыла на месте, не зная, что именно мне делать? Войти и послушать, что они говорят или… К чертям все… В этот момент дверь открылась. Лерка была на руках этого лысого… и явно без сознания. Солас удивленно посмотрел на меня и хотел что-то сказать, но я перебила: — Отнеси ее наверх. В мою комнату, — в конце концов я не могла допустить, чтобы моя подруга скиталась по всему замку, но уже заметила, что в ротонду притащили все необходимое для эльфа. — Спасибо, — как-то весело ответил он и направился туда, куда послали. И чего это его так развеселило, думала я, пока шла следом за ним, хотя краем глаза следила за тем, что на них никто не обращает внимания. Для отвода глаз, или какая-то чепуха с невидимостью? Ну и ладно, честно сказать, была больше удивлена, что даже не запыхался пока дотащил новоиспеченную Инвизиторшу до кровати. Уложил, развернулся и опять наткнулся на мой злобный взгляд. Ну не могла я на него смотреть по-другому. Ведь это он виноват, что я сейчас здесь. Не было бы его, то и Бреши и Завесы, да вообще всего этого не было. — Она просто спит, — неправильно понял он мою реакцию. — Долгая и столь сложная дорога сильно утомили Инквизитора. — Да плевать я на нее хотела, — скривила душой, а мысленно отвесила Лере пару затрещин. Об этом козле позаботилась в первую очередь, видела, как ловко и привычно отдавала приказы, а о себе совсем не думала. — Меня больше всего напрягаешь ты! Уходи! — Как пожелает Хранительница, — чуть поклонившись, он действительно взял и ушел. Почему он так себя ведет? Догадывается? Нет. Он не может… А если Лерка все ему рассказала, она ведь с ума по нему сходит. Вот и выложила все, а заметив мою реакцию, когда я ее увидела первый раз, догадался? И что теперь делать? Я металась из угла в угол, заламывая руки. Потом опять бросилась к кровати и прислушалась к ее мерному дыханию. Посмотрела на безмятежное, почти мечтательное выражение лица, задумавшись, что, может, ей снится что-то интересное, и тут меня чуть молнией не поразило. Она же шла, чтобы поговорить с этим засранцем, а потом попала в Тень, а проснулась в кровати. Вот же я дура. Не мешкая, я тут же коснулась ее и просочилась в Тень, чуть не ослепнув от яркого солнца. Вокруг стояли деревянные дома. Значит, это и есть Убежище? Мило. Пройдя всего пару метров, я увидела их, выходящих из здания. Переместилась ближе, но, чтобы остаться незамеченной, спряталась в ожидании того, что будет дальше. Лучше бы я умерла, хотя куда мертвее. Он начал чесать о том, как пытался закрыть Брешь, пафосно поднимая в ее сторону руку. Чуть не блеванула, всегда ненавидела, когда он так делал. И что же она? Лера смотрела на него с обожанием и говорила слово в слово текст главной героини. В итоге кинувшись к нему с поцелуем, отвернулась, потом он к ней, а потом еще раз, и в итоге он говорит, что это Тень и коронное «Проснись». Поначалу у меня от сердца отлегло. Если она так себя ведет, значит, он ничего не знает. Вот только… — Можешь не прятаться, я почувствовал тебя сразу, как ты появилась, — блядь, чуть заикой меня не оставил. Так, Эрика. Взяла себя в руки, вытащила сердце из пяток и с высоко поднятой головой, походкой от бедра, пошла. Мы ему еще покажем, где раки зимуют. — Вижу, что твой нюх не притупился даже спустя столько времени, Фен’Харел, — раз решила делать ставку на то, что мне все известно, так будем бить дальше. — Хотя удивлена. Он сверлил во мне дыру, вгрызался в мое лицо, цеплялся взглядом за каждое движение, но по-прежнему в его глазах было непонимание. На переносице пролегла морщинка, словно пытался вспомнить что-то важное, но не мог понять, что именно? Он был натянут как тетива, не зная, выпустить стрелу, что убьёт меня, или отпустить. А меня это стало забавлять. За эти четыре месяца, что провела здесь, я научилась терпению. Поравнявшись с ним, я завела руки за спину, на манер того, как он это всегда делает. Не помню точно, где читала, но если хотите изучить врага, влезьте в его шкуру, двигайтесь, думайте и так далее. Понятия не имею, о чем и вообще чем он думает, но любимая его поза — это запросто. Здесь самое главное — важное выражение лица и снисходительный взгляд. А еще говорить загадками. Вот стою, смотрю в небо, а краем глаза наблюдаю, как его колбасить начинает от гнева, но сдерживается, засранец. — Мы встречались раньше, и я чем-то тебя обидел? — разродился он наконец. — Таких, как я, не забывают, — давай поработай своим серым веществом. — Тогда ты намеренно следила за мной и желала встречи, — я что, похожа на сталкера? — Мне и так все известно. — Тогда мне понятно. Это она, да? Она? Тут уже я задумалась. Кому может быть все известно и послать не «туда, не знаю куда», а именно к нему? Можно мне уже подсказку из зала или пятьдесят на пятьдесят или… Та, кто всегда все знает и… — Это не Миталл или, как она сейчас себя называет, Флемет, если тебе так удобно. — фух, чувствую себя Штирлицем. — Тогда для чего ты здесь? — вот вроде и нормальный вопрос задал, а что ему ответить — фиг его знает. — Ответь честно, — все же посмотрев на него. — Когда ты впервые взял ее руку в свою, и закрылся разрыв, ты уже тогда знал, как именно вернешь себе свою метку и чего это будет стоить? И сейчас… этот поцелуй. — Мне кажется, или ты своей неумелой попыткой хочешь выяснить больше, чем тебе известно на самом деле? — пытаясь вывести меня на чистую воду. Я ведь действительно не знала, что двигало им в этих его порывах. Действительно ли он любил Инквизитора? Может, когда он исчез после победы над Корифеем, то искал способ избавить от метки самым безболезненным способом? Этого я не знала, и он это подмечал. — Ты создаешь вокруг себя столько лжи и фальши, что даже я уже не могу разглядеть, где ты настоящий. Словно Тень, такой же изменчивый и непостоянный. — Тогда что насчет тебя? — так, стоп. Это что еще за шаг в мою сторону и нежный взгляд? — Какая ты, настоящая? И я все еще надеюсь узнать твое предназначение, самый загадочный и очаровательный дух, — что за обворожительные улыбки? Твою же мать! Он что, сейчас свои тухлые яйца ко мне подкатывает? В том, что они тухлые, уже точно знаю, такого срока годности еще даже не придумали, при какой бы температуре он их ни хранил. Мне даже страшно стало, и тут я подумала. Страх — это то, что должно меня питать, если я стану демоном. Не я должна бояться, а те, кто меня окружают. Голод, желание, гнев, месть — это моя так называемая пища. Так почему не попробовать его чувства? Вкусить совсем чуть-чуть этот запретный плод. И я, прикрывая глаза, мысленно потянулась к нему, пытаясь представить, какими эмоции могут быть на вкус. Поначалу по телу прошел холодок от странного ощущения пустоты, совершенно ничего. А потом… Легкий привкус страха скользнул по кончику языка, чуть пряный и слегка островатый, приятным теплом обволакивал горло, когда я сглотнула. Сильный страх, наверное, был бы слишком острым, вязким и липким, но его страх не был столь сильным, это, скорее всего, походило на опасение и беспокойство. Но от этого он был не менее приятным и волнительным, когда я ощутила терпко-сладкие медовые оттенки. Я уже поняла, что это его желание и голод увлекали меня. Не плотская утеха, о которой мне все время твердят, или насыщение своего желудка, как я воспринимала голод, нет… Единое целое. Голодное почти алчущее желание познать и обладать редким и непонятным до конца знанием. Не поддельный интерес и почти детское любопытство. Я настолько увлеклась маленькими кусочками вкусностей, что буквально таяли у меня во рту и напоминали имбирный пряник, что даже не заметила, когда все резко прекратилось, и я недовольно причмокнула языком, пытаясь уловить последние крупицы. — Пожалуй, достаточно, — с насмешкой сказал он, с интересом наблюдая за мной, когда я открыла глаза и меня пьяно повело в сторону. Солас успел придержать меня, положив руку на талию, а меня еще сильнее качнуло и припечатало к его груди. — Даже не удивлен. Когда же ты последний раз питалась скоплением всех так называемых пороков? — Меня его слова насторожили и даже оскорбили. «Я не такая уж и плохая. Во мне есть много чего хорошего». Хотелось мне так сказать, но язык не поворачивался, и я пробурчала нечто нечленораздельное. Перед глазами все плыло, а в попытке поднять голову, которая так удачно уперлась лбом в его плечо, закрутило вертолетом. Да я была почти в хламину. Вроде все понимаю, осознаю, но тело не слушается. — Никогда не мог представить себе подобное, но… — он неожиданно перехватил меня и взял на руки, пришлось обхватить его за шею, — все бывает в первый раз. Это он сейчас о чем? Шастать с бабой на руках? Так он сегодня, кажется, уже перевыполнил норму. Или он этим еще в Тени не занимался? И куда мы вообще идем или уже пришли? Сделав пару шагов, Солас остановился и опустил меня на что-то мягкое. Мне удалось сконцентрироваться и понять, что мы все еще в Тени, но только теперь находимся в его ротонде, и я лежу на софе. Ну и необязательно меня было на руках носить и свою божественную спинку напрягать, можно было просто довести. Да хрен с ним, но мне стало лучше. Теперь хоть не мотает, и, кажется, меня постепенно отпускало. Поела, называется. Экспериментаторша. — Легче? — участливо поинтересовались у меня. — Определенно, — медленно ответила я, прогресс, речь восстановилась. — Хорошо, — он сел в кресло напротив меня и устало потер переносицу. — Тогда… — Мое имя Эри. — решила представиться перед очередным разговором по душам. — Как я и сказала раньше, я Хранительница Скайхолда. Он сам меня выбрал. И как ты заметил, я уже очень давно не ела. — Не соврала же? Все четыре месяца сижу на самой строгой диете. Вино не в счет. — Я уже убедился, стоило мне только немного предложить тебе еды, как ты тут же воспользовалась приглашением. Да он меня вроде в ресторан не приглашал, или в его словах таится другой смысл? Или он что специально меня своими чувствами будоражил, и я повелась на это? Мое собственное решение было лишь иллюзией? Бросил мне кость, как голодной собаке, и наблюдал, как я с наслаждением пытаюсь ее разгрызть? — Спасибо, кстати, — еле сдержавшись, чтобы не начать рвать на себе волосы от собственной глупости. Ну кто я, а кто он? Я могу знать много чего, но Солас ведь маг задрот со своей Тенью, демонами и духами. — Было очень вкусно. — Знаешь, я был удивлен, когда ты совершенно не обратила внимание на всю остальную… пищу. У тебя извращенная избирательность. — А что, там было что-то еще? — с выражением полной дурочки спросила я. — Из этого только три, хотя я теперь уверен, что ты этим можешь не ограничиться и с удовольствием поглотишь остальные негативные эмоции. Вопрос в другом. Сколько? — его глаза жадно поблескивали в полумраке. Для того, что сейчас смотрел на меня как на неведомую зверюшку с желанием препарировать и узнать, как она выглядит изнутри и вообще со всех сторон, не надо было быть демоном. Сумасшедший ученый. А мне вот любопытно, что он мне пытался предложить до этого, может, сострадание, надежду или любовь? — Мы еще не так хорошо знакомы, — самый разумный аргумент. — Мне казалось достаточно близко, раз я позволил тебе то, что обычно не позволяю духам, — и мне опять стало интересно, захотелось проверить догадку в действии. Вновь мысленно потянулась к нему, но теперь смотря прямо в его глаза, в которых появилась очередная насмешка, когда я вновь наткнулась на пустоту. Значит, действительно может не позволить, ментальный блок? — Ну вот! — наигранно обиделась я, разведя руками. — Сам же не даешь показать, сколько еще могу сцапать, защищаешься? Кстати, довольно не плохо. — Приходится, — он вновь задумался, смотря куда-то вперед. — Я хотел бы поладить с тобой. Не каждый день встречаешь подобных тебе, хотя не буду врать — это почти невозможно… Почему-то мне в этом послышалось подозрительное, но… — Но… тебе слишком много известно… — от его похолодевшего тона я резко подобралась и села на месте. — Тебе тоже известно намного больше, чем ты всем говоришь. Роль поехавшего особо опасного психопата можно отдать тебе, а не Корифею. — Мне кажется, ты неправильно меня поняла, — усмехнулся он. — Скайхолд принадлежит мне, а это значит, что я могу отпустить тебя. Избавить от роли Хранителя. Честно говоря, я никогда не думала в таком ключе. Если это так, то я бы могла отправиться в путешествие по всему Тедасу. Увидеть столько прекрасных мест и, возможно, найти способ попасть домой. Хотя в последнее уже верилось с трудом, но чем черт не шутит. — Знаешь, — приостановила я свою волну мечтаний, — если меня, кроме тебя, никто не видит, то в чем смысл? Мне и здесь неплохо. — А если я дам тебе тело? — его вопрос поставил меня в тупик. Получить тело и возможность жить дальше? Но чем тогда я буду отличаться от обычного паразита? Я завладею телом и сделаю человека одержимым? — А если я хочу свое собственное, прежнее тело? — в душе зародилась надежда. — Увы, но это невозможно, — надежда быстро разбилась вдребезги. — Ты мертва, раз находишься в таком состоянии. Словно потерянная душа, не определившаяся с выбором, — именно так мне сказал Кай в нашу первую встречу. — А если нет? — зацепилась я за последний осколок возможного шанса, что уже хотел улететь в пропасть отчаяния. — Если мое тело все еще физически живо, но находится в состоянии сна, а моя душа просто заблудилась? Но если я смогу найти его, то я смогу вернуться. На меня сейчас смотрели с долей скептицизма и с явным сомнением в моих умственных способностях. — Учитывая твои познания, я даже боюсь представить, сколько уже времени прошло с твоей смерти и… — Это не важно, просто ответь. — Твое тело мертво. Без души оно погибает, — сказал как отрезал, причем безжалостно и больно. — Мне жаль. — Не нужно этого, — совершенно спокойно и без эмоционально ответила я. По крайней мере, я теперь точно знаю, что не смогу вернуться. Никогда. Солас сказал правду, я это чувствовала. — Я… — на глазах навернулись слезы, — все это время я ждала, что ты придешь, и я узнаю, как мне вернуться обратно. Спасибо, что не стал давать пустых надежд. На душе стало холодно и пусто, слезы катились по щекам, а я сидела, почти сгорбившись не в силах шелохнуться. Все как-то резко перестало иметь смысл. — Ты сказал, что можешь отпустить меня, так? — спросила я. — Освободи меня от роли Хранительницы Скайхолда и позволь покинуть это место. Я приношу клятву, что никто и никогда не узнает о том, что известно мне. В благодарность за это я открою тебе тайну, которая спасет твоего друга в будущем. — У меня нет друзей, — Солас поднялся с кресла и развернулся ко мне спиной, привычно сцепив руки. Казалось, что он хотел сказать что-то еще, но промолчал. — В Священных Равнинах если перейти ручей от долийского клана и направиться по левую сторону ближе к реке, — замолчав, я вытерла слезы и распрямилась. — Там на магов нападут разбойники. — Занятно, — он обернулся. — Меня это должно беспокоить? — Они призовут духа, — я поднялась и, подойдя к нему, положила руку на его плечо. — Духа Мудрости, твоего друга. Вы найдете только пару магов и демона Гордыни в кольце призыва. Вы сделаете все возможное, но не сможете спасти его. Ты сам приведешь его к смерти, Солас. Его лицо буквально окаменело, пока я говорила, но в глазах творилось нечто непонятное: недоверие, страх, боль потери и собственное бессилие. Мне его стало жалко. Я не знала, сделает Лера что-нибудь, да и не хотела больше знать. — Ты сможешь это предотвратить. Найдешь способ. У тебя еще есть время. — Спасибо, — он положил руку на мою, крепко сжав. — Я освобождаю тебя, Эри. Можешь быть свободна. Помни только о том, что я всегда смогу найти тебя, где бы ты ни была. — Даже не сомневалась в этом. По нашим рукам прошло голубоватое свечение, и я облегченно выдохнула. Я свободна. Хотелось вновь разреветься, но меня пронзила резкая боль. По телу прошел разряд, что на весь город должно было хватить рождественских лампочек. Меня скрючило в ознобе, что зуб на зуб не попадал. Трясло как электрика, залезшего явно не в тот щиток. Солас хотел помочь, но его лишь шибануло с не меньшей силой, а меня просто вышвырнуло из Тени. В груди неприятно сдавило и привычные плети Скайхолда извивались вокруг меня, подобно змеям. Пока я задыхалась от боли, лежа на полу, меня буквально разрывало на части и собирало вновь из тех картинок, что Скай показывал мне. Все прошлые и наглые хозяева, что обошлись так с ним. Мне каждой клеточкой души чувствовалось его разочарование, боль и, между тем, надежда. Он не хотел быть один. Мое тело исчезало в магических путах, окончательно и бесповоротно привязывая к этому месту. Скай забил и не подчинился новому или, вернее, старому хозяину. — Проклятый Солас! Никогда и ничего не может сделать нормально! — еле прохрипела я, прежде чем окончательно исчезнуть и в этом мире.
