Полицейская История

      То, что с новой стажеркой скучать ему не придется, лейтенант полиции Зверополиса Николас Уайлд понял, как только та ступила на порог его участка. За шесть лет службы в органах правопорядка лис застал шесть выпусков полицейской академии и отлично знал, что отличников учебы направляют именно в участок, в который он сам когда-то пришел, полон энтузиазма. А это означало, что каждый год несколько молодых неопытных зверей появлялось в сработавшемся коллективе, и старшим офицерам приходилось брать на себя их обучение. Таких зверей называли «стажерами», хотя, разумеется, официально этой должности в полиции Зверополиса не существовало, и относились к ним зачастую довольно холодно, так как это лишь добавляло ответственным за них офицерам (их назначал сам шеф Буйволсон) хлопот. В этом плане Нику в свое время повезло больше, поскольку он был стажером у Джуди Хоппс – героя города и перспективного офицера – с которой он к тому моменту уже успел сдружиться.       Обычно Ник старался избегать назначения ответственным за новичка, что шеф всегда ему прощал за его выдающиеся способности детектива, и обучение нередко доставалось лейтенанту Хоппс, его напарнику. Но спустя полгода после последнего выпуска Джуди покинула ряды полиции по состоянию здоровья, да и было что-то такое в этой новенькой, что заставило опытного офицера морально готовиться к бремени ответственности за стажера. Этим «что-то» была видовая принадлежность новенькой – она была лисой. Уайлд ни секунды не сомневался, что доверить обучение второй лисы в участке Буйволсон решит именно ему, поэтому даже не пытался по своему обыкновению спешно покинуть участок, зная, что участь его все равно настигнет.       Чутьё не подвело лиса – через полчаса после появления новенькой в дверь его кабинета постучали. За годы службы Ник научился безошибочно определять стучащего, и в этот раз стук был сильный, короткий, как будто по двери стучали чем-то очень твердым. Так стучал только один зверь во всём участке, и Ник поспешил отозваться, вслед за чем в кабинет вошел капитан Буйволсон. За ним в дверь прошмыгнула уже замеченная лейтенантом ранее лиса с маленьким кожаным портфелем в лапах. В глаза Уайлду прежде всего бросилось то, что на ней вместо полицейской формы был надет удивительно хорошо сидящий вполне себе гражданский пиджак темно-синего цвета, застегнутый на все пуговицы, и юбка с рубашкой одинакового голубого тона. То, что такое пренебрежение формой во всем участке позволялось только лейтенанту Уайлду, который был фактически единственным детективом под началом Буйволсона (это означало, что ему не нужно было заниматься патрулированием и расследовать неинтересные дела), позволило ему сделать вывод, что от него ожидают подготовки такого же хорошего полицейского, как и он сам.       Ярко-голубые глаза лисы излучали бесконечное любопытство, а уши привлекали внимание своим необычным положением – они были направлены несколько вниз, хотя у других лис, не исключая и самого Ника, уши были торчком на макушке. Хотя она была моложе лейтенанта, разница в возрасте была не очень очевидна. Из выражения мордочки лисы Уайлд заключил, что конфликтовать ни с кем она не станет, что существенно облегчало ему работу. Шеф откашлялся. – Лейтенант Уайлд, я пришел, чтобы поручить Вам стажера, – сказал буйвол. Вообще-то такая официальность была несвойственна капитану в разговорах с Ником, с которым они нередко задерживались после работы в баре, поскольку ни одному, ни другому спешить домой было не к кому, но при молодом офицере начальнику участка несомненно хотелось продемонстрировать образец дисциплины. – Её зовут Меган Фоукс, она была лучшей на своём курсе.       Лиса застенчиво кивнула из-за широкой спины Буйволсона. – Меня зовут Ник Уайлд, – сухо представился лис. Когда шеф удалился, он закрыл дверь кабинета и продолжил: – То, что ты мой стажер, означает, что ты должна в любой ситуации слушаться меня. Если я говорю тебе прыгнуть на ходу из машины, ты прыгаешь, если говорю принести кофе, ты идешь и приносишь, это ясно? – Ник был явно в не самом радужном настроении, поскольку теперь ему нужно было следить за каждым шагом этой Фоукс, и за каждую её ошибку отвечать должен был именно он. «Где же ты, Джуди, когда ты так нужна?» – подумал он. Во взгляде Меган Ник прочитал смятение и испуг, когда та кивнула в подтверждение понимания слов лейтенанта. – Ну же, нечего на меня так смотреть, – среагировал он на её эмоцию. – Мир несправедлив, и то, что идя сюда сегодня утром, ты рисовала в воображении радужные картины, как все здесь будут рады тебя видеть, а все возможности раскроются перед тобой, вовсе не означает, что всё обязательно так и будет. Там будет твоё рабочее место, располагайся, – сказал Ник и указал на пустой стол в углу кабинета, где так недавно сидела его жизнерадостная напарница Джуди. – Хорошо, сэр, – пробормотала Меган и села на указанное место. Уши её опустились ниже обычного, а кончик носа слегка подрагивал, предательски выдавая то, как она себя чувствовала. Уловив её расстройство, Уайлд немного смягчился – всё-таки она была представителем его вида и рассчитывала на его поддержку. – Что привело тебя в ряды полиции? – спросил он, чтобы немного разрядить атмосферу. Как бы он ни был не рад свалившейся на него ответственности, ему совершенно не хотелось производить впечатление жестокого зверя, хотя в сердце его и была ноющая пустота. – Я всегда хотела помогать зверям, защищать от несправедливости, – неуверенно проговорила Фоукс. – но я никак не могла найти ту область, в которой я могла бы делать это наиболее удачно. Чего я только не перепробовала! А год назад я увидела репортаж о том деле с ночными горлодерами, послушала Ваши интервью и осознала, что лиса тоже может быть полицейским, – Меган немного смутилась, когда заговорила о Уайлде. – собственно, вот я и здесь, рядом с Вами…       Ник немного удивился той искре, которая сверкнула в глазах Фоукс, когда она стала немного меньше стесняться и немного больше говорить. В её интонациях, жестах и мимики начал чувствоваться её характер, и лейтенант понял, что она вовсе не скромная лисичка, какой показалась сначала, а самая что ни на есть настоящая лиса – хитрая, с силой воли и необычайной грацией движений… Последнюю мысль Ник от себя отогнал, не престало тридцативосьмилетнему лейтенанту полиции задумываться о грации своей тридцатилетней стажерки, ну или сколько ей там – Ник заглянул в её личное дело и действительно увидел там число 30 в графе «возраст» – всё равно она для него лишь обуза, пусть даже Меган и первая лисица, с которой ему пришлось тесно общаться за долгий период. – Скорее всего, я даже знаю, о каком конкретно интервью ты говоришь, – протянул он. – И если именно оно вдохновило тебя на службу в полиции, то мне жаль, потому что тебя ждет больше разочарований, чем могло бы. Когда я давал то интервью, я только-только получил полицейский значок и был точно так же полон энтузиазма, как ты, что отразилось на содержании моих ответов. Да и сам я был тогда совершенно другим лисом, так что всё – от службы в полиции до моей личности – далеко не такое радужное, как ты там себе напридумывала. – Откуда Вы знаете, что я себе «напридумывала»? – возмутилась Меган. – Ты далеко не первый стажер на моём веку, твоя морда выдаёт тебя целиком и полностью. «Ах, сейчас я стану полицейской, буду спасать мир», – стал передразнивать Ник. Его циничность, когда-то практически уничтоженная оптимизмом Джуди Хоппс, за полгода её отсутствия нахлынула с новой силой и укрепилась гораздо прочнее – видимо, это было в характере лиса, да и работа немало этому способствовала. – «Мир станет лучшим местом с моей помощью, все будут благодарить меня и жить в мире и дружбе.»       С каждым сказанным словом на Уайлда накатывали всё новые и новые воспоминания. Передразнивая лисицу, он видел перед собой вовсе не её, а наивную крольчиху, и в его душе начинала пробуждаться подавленная ранее тоска по старому другу. Возможно, если бы Ник не оказался во власти эмоций, он бы заметил, какое воздействие его слова и интонации оказывали на стажерку, а воздействие было поистине катастрофическим. Но, погруженный в себя, лис на это внимания не обратил и продолжил: – «А еще я буду работать с самим Николасом Уайлдом, героем Зверополиса и моим кумиром, наверняка он с радостью примет меня, хотя я и буду мешать каждому его действию!» – озлобленная гримаса исказила морду лейтенанта. Он уже не был детективом, а был снова молодым прожженным мошенником, познавшим самые темные стороны жизни. – А ведь ничего не бывает так легко! Конечно, в своих мечтах ты едва ли рисовала себе бесконечную бумажную волокиту, циничное начальство и смерть товарищей. И я очень сомневаюсь, что ты осознавала, что тут тебе не академия, где совершенно не опасно, а ведь что работа, что жизнь полицейского – сплошной риск. Но куда уж тебе? Твои розовые очки…       Тирада лиса совершенно внезапно прервалась громким всхлипом. Он поднял глаза и едва успел увидеть Меган выбегающей из его кабинета. Что-то блестело в её глазах – без сомнения, это была слеза. Как только дверь с грохотом захлопнулась за лисой, Ник бессильно опустился в своё кресло. Сейчас он выглядел значительно старше, чем на самом деле – за столом, заваленным делами и стикерами с важными заметками, сидел абсолютно изможденный почти старый лис, на лбу которого даже через шерсть были заметны морщины, а некоторые места на его когда-то великолепном мехе уже затронула седина. Целый вихрь мыслей кружился в его голове в тот момент, и жгучее чувство вины не давало покоя. Он ведь только что умудрился довести до слез новую напарницу меньше чем за десять минут общения! А ведь он совершенно не хотел её обидеть – наоборот, он лишь старался предупредить её о том, что ей грозит в полиции… Тем не менее, расстроить Меган он всё же умудрился. Вдруг Ник поднял глаза, и за столом, где теперь лежал портфель стажерки, и ему явно привиделась его бывшая напарница – крольчиха Джуди Хоппс. Брови её были нахмурены и всем видом она явно выражала недовольство поведением лиса. Уайлд подскочил от неожиданности. В тот момент, когда он затряс головой, чтобы отогнать видение, из динамика над дверью раздался громогласный рёв начальника. То, что он был разъярен, оставалось вне всякого сомнения. – Уайлд! Ко мне в кабинет! СЕЙЧАС ЖЕ!!! – донеслось до лейтенанта.