Полицейская История

      Когда ранее этим утром Меган Фоукс готовилась к своему первому дню в самом настоящем полицейском участке, да еще и центральном, она думала, что готова ко всему, хотя и немного волновалась. В письме от начальника участка капитана Буйволсона она получила подробные инструкции, в которых затрагивалось практически всё, даже дресс-код, который на её взгляд показался несколько нетипичным для офицера полиции.       Встав в полшестого утра, быстро умывшись и перекусив, лиса, как и предписывалось, оделась в строгую гражданскую одежду, немного помедлила перед зеркалом, поправляя только что впервые прицепленный к пиджаку полицейский значок, глубоко вдохнула и покинула съёмную квартиру, устремившись в неизвестность.       Не то чтобы ей было действительно необходимо ехать в участок так рано – аудиенция с капитаном Буйволсоном, до которой до работы стажерку бы все равно не допустили, была запланирована на девять часов. Так или иначе, ровно к началу рабочего дня, то есть к семи утра, Меган уже вошла в полицейский участок и принялась изучать его обитателей.       Первым на глаза Фоукс попался вечный дежурный по входу гепард Бенджамин Когтяузер. За исключением того, что он несколько похудел, особых изменений за ним не заметил никто из его старых знакомых, и теперь Меган видела за стойкой всё того же оптимистичного любителя пончиков, которого видел и Ник Уайлд в свой первый день в полиции. Когда лиса только вошла в участок, Бен проявил было к ней интерес, но заметив на её груди полицейский жетон он тут же переключил своё внимание на других посетителей, оставив стажерку спокойно сидеть в углу зоны ожидания.       Звери сновали по главному холлу, но выделить среди них кого-то особенного Меган никак не удавалось. Мимо проходили и звери в форме, и гражданские, несколько раз пробегал туда-обратно леопард в форме службы доставки с какими-то конвертами – но всем им не было никакого дела до стажера, что, впрочем, нисколько её не волновало. Лишь один раз проходивший мимо офицер привлек её внимание. Краем глаза Фоукс уловила что-то рыжее, что, впрочем, к моменту, когда она повернулась, уже скрылось за углом. Так как Меган было известно лишь про одного офицера-лиса в этом участке, сердце её радостно забилось – вероятно, что довольно скоро она сможет хотя бы увидеть вживую того, кто сподвиг её на путь служителя закона!       Наконец часы на стене полицейского участка показали столь долго ожидаемое число, и лиса встала, пригладила шерсть и направилась к стойке. – Здравствуйте, моё имя Меган Фоукс, у меня назначена встреча с капитаном Буйволсоном на девять часов, – на одном дыхании выпалила она. – Так-так-так, – нараспев произнес Когтяузер. – Мисс Фоукс, помню-помню. Шеф предупреждал меня о вас. Что же Вы сидели там? Подошли бы раньше ко мне, я уверен, что капитан нашел бы для Вас время и пораньше! – Ой, да ладно Вам, – смутилась лиса. – Я считаю, что хороший полицейский должен действовать по инструкциям, а как раз моей инструкцией было приехать к девяти.       Гепард неожиданно залился смехом. – Тяжело Вам придётся с Вашим напарником… – пробормотал он. – Напарником? – удивилась Меган. – Я думала, что просто буду стажером у одного из офицеров, а потом уже меня куда-либо направят. – Э, нет, на Вас у шефа особые планы, – промурлыкал Бен. – В любом случае, следуйте за мной, капитан Вам сам всё объяснит.       Через пару минут они уже добрались до кабинета Буйволсона, и гепард, тяжело дыша, заглянул внутрь и, предупредив начальника о визите, пропустил лису внутрь.       Конечно, Меган знала, к какому виду относится её новый начальник, но, увидев его вживую, всё же не смогла не восхититься той мощи, что исходила от него. Возраст совершенно не читался на его морде, равно как и эмоций там тоже не прослеживалось. Стоит отметить, что Буйволсону уже не раз предлагали повышение – к примеру, мэр настаивал, чтобы он стал начальником полиции Зверополиса, а уходящий на пенсию комендант полицейской академии предлагал ему занять его место – но всякий раз он отказывался, утверждая, что его место здесь, среди товарищей и неразгаданных дел, а вовсе не за бумагами в офисе. Именно поэтому, несмотря на выслугу лет и личные заслуги, он всё так и оставался капитаном и совершенно не испытывал неудобств по этому поводу. Кроме того, ящик его стола ломился от всевозможных наград, но ни один из его подчиненных и коллег ни разу не видел, чтобы он их надевал.       Когда новая стажерка его участка тихонько вошла в его кабинет и застенчиво встала у двери, шеф вежливо приподнялся с кресла и указал на стул перед собой. – Честно говоря, мисс Фоукс, – начал он без обиняков. На столе перед ним лежало открытое личное дело лисы. – Я воистину восхищен Вашими результатами в Академии. Комендант Эрик Вулфсон очень мне Вас рекомендовал. – Ну что Вы, сэр, – возразила Меган, когда тот прервался. – Оценки не являются, на мой взгляд, очень точными показателями, да и рекомендовать себя я бы никому не стала. – Скромность – хорошее качество для зверя, мисс Фоукс, – вежливо остановил её буйвол. – Но хорошо оно лишь в том случае, если не принижает реальных достоинств. А достоинства эти объективно можно оценить только со стороны, в чем и есть основная функция преподавателей в Академии. Я вполне доверяю мнению Эрика насчет Вас и, исходя из его рассказов о Ваших способностях, даже решил, к кому я сразу определю Вас в напарники. Да, мне известно, что так сразу не принято назначать стажера кому-то, но ни в том, что Вы способны включиться в работу, ни в том, что Вашему будущему напарнику это необходимо, я не сомневаюсь. Вы будете работать с лейтенантом Уайлдом.       Глаза Меган загорелись. На секунду ей показалось, что это всё сон и она вот-вот проснется в своей кровати, чтобы снова ехать в участок в первый раз. Но реальность никуда не уплывала, и счастью лисы не было предела, равно как её нетерпению. – Спасибо, сэр! – горячо произнесла она. – Я понимаю Ваши чувства, мисс Фоукс. Но прежде, чем я отведу Вас к нему, я должен предупредить Вас о некоторых особенностях характера Николаса. Они присутствовали в нем в той или иной степени всегда, но потеря контакта с его прошлой напарницей подкосила его. Дело в том, что сейчас, – шеф озабоченно глянул на лисицу поверх очков. – Николас время от времени проявляет неоправданную жестокость по отношению к тем, кто его окружает. Не пугайтесь, это выражается как правило в его словах – он может начать прямо тыкать в зверя какими-либо неприятными для того фактами, совершенно не понимая, что это может нанести тому обиду или оскорбление. Не думаю, однако, – поспешил отметить капитан в ответ на вопросительный взгляд лисы, – что он делает это из ненависти к кому-то, просто, как мне кажется, на него наваливаются воспоминания и негативные эмоции, связанные с утратой близкого зверя, и он теряет контроль над тем, что говорит. – Простите, сэр, – решилась спросить Фоукс, когда шеф умолк, – а что с ней случилось? – Он сам Вам расскажет, если захочет. Он довольно долго посещал психолога после этого, и сейчас, как мне кажется, ему пора переключиться на кого-то нового. – То есть, на меня, – поняла Меган. – Именно, – подтвердил шеф. – Хорошо, шеф, я постараюсь сделать всё, что в моих силах, чтобы не разочаровать Вас и по возможности отвлечь его. – Спасибо, Меган, – от былой официальности капитана не осталось и следа. Очевидно, состояние Уайлда немало тревожило его. – Ник всегда был одним из лучших офицеров участка и города вообще, даже единственным детективом среди нас – это было моей инициативой, чтобы он не отвлекался на неважные дела – а потеря эта немало сказывается на нем, я вижу, как он буквально угасает. Было бы преступлением потерять такого служителя закона, а еще большим преступлением было бы потерять такого товарища. Я рассчитываю на Вас, мисс Фоукс. – Я понимаю, сэр. – Хорошо, пойдём к нему. Я Вас представлю и уйду. Будьте готовы ко всему. ***       Спустя пятнадцать минут Меган в слезах пробежала через весь участок и, не среагировав на окрик Когтяузера, выбежала на улицу. Больше всего в этот момент ей хотелось оказаться как можно дальше от полицейского участка, от этого циничного и жестокого лейтенанта, который смог небольшой горсткой слов, брошенных ей прямо в морду, задеть в ней самое глубокое и сокровенное. «Каков негодяй этот Уайлд! – думала она. – И как только шеф Буйволсон терпит его в своём участке?».       Внезапно ей вспомнились слова капитана о том, что Ник перенес потерю и его жестокость – лишь следствие горя. Осознание, что, возможно, лейтенант сказал совершенно не то, что думал, моментально остудили возмущенную лису и она вдруг поняла, что уже минут пять идет пешком под проливным дождем. Она развернулась и побежала обратно в здание полицейского участка. Стеклянная дверь закрылась за её спиной ровно в тот момент, когда из динамиков разнеслось громогласное: – Уайлд! Ко мне в кабинет! СЕЙЧАС ЖЕ!!!