Полицейская История

      До времени, назначенного в сообщении от Финника, оставалось ещё около полутора часов, а Нику предстояло основательно подготовиться. К чему? На этот вопрос он не смог бы дать точного ответа, но в одном он был точно уверен: ничего хорошего там точно не случится. Именно поэтому первым пунктом маршрута стал родной полицейский участок.       Выслушав подчинённого, шеф Буйволсон тут же объявил сбор всех свободных сотрудников – операция с таким количеством неизвестных требовала наиболее тщательного планирования. Время также поджимало, поэтому рассматривать подробно каждый вариант также было невозможно. В некоторых вещах, однако, сошлись все офицеры – действовать открыто в этой ситуации было нельзя, но и том, чтобы оставить полицейских без прикрытия, когда в деле явно замешана мафия, также не шло и речи.       Когда обсуждение перешло от общих пунктов к более точным идеям, лейтенант Уайлд выступил с короткой речью, в которой он пояснил, что, по понятным причинам, главная роль в этой операции должна быть предоставлена ему, и заявил, что такому риску подвергнуться должен лишь он один. На этих его словах Меган, всю планёрку просидевшая молча, встала и подошла к своему другу и коллеге. – Всё, что детектив Уайлд тут сказал, конечно, правда, – чётко произнесла она, – но мы с Ником теперь напарники и, я думаю, в операциях мы должны участвовать вместе. – Отличная речь, Меган, но это чертовски опасно! – возмутился лис. – Мы с мафией имеем дело, в конце концов. – Я согласен с Ником, – поддержал его начальник, – в некотором смысле эта операция – самоубийство! – Да бросьте вы, там же будет полно полицейских, – не сдавалась Фоукс, – что может пойти не так? – Касательно этой ситуации, – ответил ей напарник, стараясь казаться спокойным, но очевидно нервничая, – вопрос должен звучать несколько иначе: что может пойти так? Пойти на место встречи с другими полицейскими мы бы всё равно не смогли, а прикрытие с расстояния не столь эффективно… – Да плевать мне на это! – Не выдержала Меган. Все офицеры в помещении, до этого обсуждавшие что-то между собой, замолкли, удивлённо глядя на новенькую. Ник также явно не ожидал подобной реакции от своей напарницы, и теперь он не сразу справился со своей отвисшей челюстью. – Ладно, рыжая, ты – лисица взрослая, тебе решать, – пробормотал лейтенант и вышел из комнаты планирования. Фоукс явно смутилась и бросилась за ним. – Ник, прости меня, пожалуйста, – взмолилась она дрожащим голосом, догнав того в коридоре, – я не знаю, что на меня нашло, мне не следовало так себя вести… – Да ничего страшного, не переживай, – Ник остановился и, поддавшись внезапному порыву, обнял лису, стараясь успокоить, – мы тоже не правы, если ты хочешь, конечно, ты можешь участвовать в операции.       Меган прижалась к груди напарника и довольно улыбнулась. Почему-то, несмотря на сложность образовавшейся ситуации и неопределённость будущего, в объятьях Уайлда ей было спокойно и как-то уютнее. Хотя они познакомились только вчера, ей казалось, что она знает его всю жизнь, и думать о том, что может произойти, она не собиралась. В первый раз за эти безумные сутки она без страха открылась своим эмоциям и, хоть ничего толком осознать она пока не успела, единственное, чего ей хотелось сейчас – чтобы Ник не разжимал своих лап, чтобы она могла чувствовать его тепло и слышать, как немного учащённо бьётся его сердце.       Уайлд, со своей стороны, тоже ощущал что-то необычное. Неизведанные эмоции переполняли его, порождая в разы больше вопросов, чем он мог придумать ответов. Так не хотелось ему в этот момент делать то, что он задумал! Но также почему-то хотелось продлить эти объятья… Возможно, израненная душа лиса в первый раз за всю его жизнь нашла что-то, что приносило ей неведомое прежде успокоение, позволяя хоть на мгновение ускользнуть от подлой и суровой реальности, наносившей удар за ударом. Расцепив обнимающие Меган лапы, он аккуратно взял её за плечи и, деликатно остранив от себя, посмотрел прямо в её доверчивые глаза и произнёс: – Время на исходе, рыжая, – на этих словах Фоукс заметила, как лис погрустнел, – надо ехать.       Сказав это, Ник пошёл к выходу из участка, не оглядываясь. Напарнице вновь ничего не оставалось, кроме как поспешить за ним, и весь путь к машине она пыталась переварить только что испытанные ощущения, дать им объяснения, в чём она не преуспела.       Когда Меган села на своё уже привычное пассажирское место в служебном автомобиле (маячок с которой был уже снят), лейтенант уже сидел, вцепившись обеими лапами в руль и смотрел стеклянными глазами куда-то вперёд. Наверное, в его голове кружили те же мысли, что и в её – им обоим очень не хотелось потерять то эфемерное нечто, что только что возникло между ними, но они прекрасно понимали, что изменить что-то теперь не в их власти.       Мотор загудел, автомобиль двинулся, а Ник всё так же крепко сжимал руль и глядел вперёд. Фоукс сделала робкую попытку приободрить напарника: – Ты в порядке? – тихо спросила она.       Детектив не ответил. Остаток пути прошёл в таком же тяжелом молчании. Когда автомобиль наконец остановился у небольшого старого мостика через давно пересохший ручеёк, часы на приборной панели показывали 9:42. Ник повернулся к напарнице. – Слушай внимательно, – начал он без каких-либо интонаций в голосе, – эта операция абсолютно не продумана, поэтому никакого чёткого плана действий у нас нет. Но очень важно вести себя благоразумно и сообразно ситуации. В разговоры не лезь, говори только если обратятся напрямую к тебе. Всё время держи ухо востро, будь готова моментально принимать решения. И, опять же, самое главное: всё, что я скажу тебе – приказ. Никаких обсуждений и раздумий – я сказал, ты тут же сделала. Хоть наши парни нас по возможности прикроют, рассчитывать на это не стоит, там мы сами по себе. Понятно? – Так точно, – от каждого сказанного слова Меган становилось всё более тревожно.       Вдруг все остальные идеи затмила одна мысль, показавшаяся абсолютно бессмысленной в этой ситуации. И всё же Фоукс достала из кармана маленькую расчёску и протянула её напарнику. – Приведи себя в приличный вид, – просто сказала лиса.       К её удивлению, Уайлд спорить не стал, а послушно взял из её рук маленький кусок пластика и стал расчёсывать свою шерсть. Пока он занимался своей внешностью, Меган оглядела окрестности.       Место это можно было бы назвать даже романтичным, если бы не портивший всё видневшийся неподалёку заброшенный ангар. Когда-то там, видимо, был склад, но теперь постройка представляла собой крайне мрачное сооружение – цветные пластины облицовки давным-давно отвалились, обнажив поддерживавшие их ранее насквозь проржавевшие металлоконструкции. Огромные окна с напрочь отсутствующими стёклами смотрели на детектива чёрными впадинами, будто бы стараясь отпугнуть незваных гостей, а возможно и спасти им жизнь. Ко всему прочему, это здание явно было привлекательно для местной шпаны – стены во многих местах были изрисованы как раз по рост среднестатистического зверя.       В остальном же окружающий пейзаж можно было назвать довольно симпатичным: неаккуратно разросшиеся ивы, большое количество кустарника и травы сближали случайно забредшего сюда зверя с природой, заставляя задуматься о том, какова же жизнь за пределами бурлящего Зверополиса? Но и это в целом приятное ощущение сегодня было омрачено. Казалось, сама погода была готова на всё, чтобы предупредить двоих детективов о том, что им нечего здесь делать: всё небо заволокло серыми тучами, разгулявшийся ветер колебал ветви деревьев и завывал под мостом.       Ник тем временем закончил расчёсываться и теперь смотрел на Меган, будто стараясь запомнить каждую черту её морды. Внезапно на мосту возникло какое-то движение. Обе лисы почти одновременно повернулись в ту сторону и увидели крошечную ушастую фигуру, остановившуюся на самой верхней точке моста и глядевшую прямо на их автомобиль. – Финник! – разом выдохнули детективы.       Когда они вышли из машины и приблизились к уже знакомому им зверю, лисам наконец удалось разглядеть выражение морды фенека. Он выглядел очень растерянным и совсем забитым. Он глянул на полицейских с немым укором во взгляде, в котором так и читался вопрос: «зачем вы вообще пришли?». Тут Меган заметила, как на груди у её напарника появилась маленькая красная светящаяся точка, а за ней вторая и третья. Она поняла, что ничего хорошего это не сулит в тот же самый момент, как ещё несколько таких дрожащих точек она обнаружила и на себе. Финник грустно вздохнул и, жестом показав детективам следовать за ним, поплёлся в сторону ранее замеченного Фоукс ангара.       Внутри строения царила полутьма. Лисы оказались в огромном пустом зале, в дальних тёмных углах мостков под потолком которого их зоркие глаза видели какое-то движение. На момент пропавшие точки лазерных целеуказателей появились вновь, и теперь напарники увидели такие же точки и на фенеке. Из двери напротив показалось несколько фигур. – Как поживаете, дорогие полицейские? – произнёс вкрадчивый голос с очень необычным для этих краёв акцентом, очевидно принадлежавший невысокой фигуре посередине. – Моё имя Корнелиус Уили, очень приятно наконец познакомиться с легендарным полицейским, чьими стараниями любезная Барашкис оказалась за решёткой. Моё почтение, мистер Уайлд. Как поживает госпожа Хоппс? – Пошёл ты, – огрызнулся Ник, краем глаза заметив, что фигуры в тёмных одеждах уже окружили их со всех сторон.       Теперь, когда его глаза попривыкли к темноте, лис наконец смог разглядеть своего непомерно вежливого собеседника. Это был невысокого роста барсук лет тридцати пяти в необычайно строгом и в то же время элегантном костюме. Он настолько статно держался, что разница его в росте с окружающими зверями абсолютно не привлекала внимания. За ним стоял уже знакомый Нику баран по имени Даг, который неизвестно как ускользнул от правосудия шесть лет назад. Очень аристократичным движением барсук поправил свой галстук и подошёл немного ближе к лису. – Ой, как не культурно! – притворно возмутился он. – Мы едва знакомы, а вы уже оскорбляете меня. Джентльмены так не делают.       Тут он повернулся к другой лисе. – Хотелось бы мне знать, – протянул Уили, – как зовут прекрасную спутницу нашего рыжего наглеца? – Фоукс, Меган Фоукс, – немного дрожащим от адреналина голосом ответила та. – Невероятно рад с вами познакомиться! – расплылся в улыбке этот странный зверь. Что-то, впрочем, в этой улыбке было очень неестественное: Корнелиус Уили улыбался будто бы одним ртом, более на его морде ни единый мускул не шевелился. – Что тебе от нас нужно? – прорычал Уайлд, которого нервировало обилие явно направленного на него оружия. – Да уж, довольно любезностей, – спохватился барсук, – пора и перейти к делам. Видите ли, дорогой мистер Уайлд, у вас есть кое-что, что нужно мне, и я хотел бы получить это назад. Да, я говорю о том тигре, Николас, он мне очень и очень нужен. Я предлагаю обменять его на вашего драгоценного информатора. – А если я не соглашусь? – Тогда мне придётся убить вас всех, – не меняя интонации, просто сообщил Уили.       Ник почувствовал, как стоящая рядом Фоукс мелко задрожала. Внезапно он сделал рывок вперёд, схватил барсука, прижал к себе спиной и приставил к его виску вытащенный одновременно с этим пистолет. – А если, скажем, я убью тебя прямо здесь и сейчас? – прорычал лис в ухо Корнелиусу. Барсук не потерял самообладания. Он ухмыльнулся и, насколько позволял удушающий захват, чётко проихнёс: – Моя смерть абсолютно ничего не изменит, мистер Уайлд, на мне мир не замкнулся, придут другие, – тут он мерзко ухмыльнулся, – а кроме того, ты увидишь, как твои друзья умрут.       С этими словами он громко щёлкнул пальцами, и Ник с ужасом увидел, как все красные точки перескочили на Меган и Финника. Барсук тщетно подавлял свой неприятный смех, чувствуя, что лейтенант в панике. Наконец тот его отпустил. Отряхнувшись, барсук отошёл немного подальше, прокашлялся и снова заговорил. – С вашей стороны было бы очень мило отпустить моего зверя до полудня. Тогда вы сможете забрать отсюда вашего друга живым. Не утруждайте себя попытками установить мне тут ловушку – меня здесь всё равно не будет, равно как и никого из моих коллег!       В этот момент баран Даг грубо оттащил Финника в сторону и нацепил ему на шею очень странное устройство. По виду оно напоминало железный ошейник с большим количеством странных приспособлений на нём. Ник смог разглядеть несколько ружейных патронов, направленных на голову фенека, которые были закреплены на этом устройстве. Никаких приятных ассоциаций эта конструкций не вызывала.       Даг щёлкнул чем-то, и на ошейнике загорелась жёлтая лампочка. Насладившись произведённым эффектом, Уили снизошёл до объяснений. – Идея проста. Если эта лампочка станет зелёной, ваш друг будет свободен. Если красной – умрёт, – барсук был явно очень горд за своё изобретение, – какого цвета станет лампочка, зависит только от вас! Дорогие друзья, вам всего лишь надо будет выпустить моего зверя до указанного времени и снабдить его простым телефоном, чтобы он мог мне об этом сообщить, и тогда я отпущу этого замечательного фенека.       Уайлд собрался было что-то сказать, но барсук приложил палец к губам. – Мистер Уайлд, дослушайте сперва правила, будьте так любезны! Во-первых, если ваш зверь покинет этот славный зал с надетым ошейником, он умрёт. Во-вторых, если мой зверь не будет выпущен вовремя или как-то пострадает, ваш зверь умрёт. И, в третьих, если мои прекрасные сотрудники обнаружат на моём звере какие-либо следящие устройства, ваш зверь умрёт. Всё просто и понятно! Удачи, господа, хорошего вам дня! И, кстати, не пытайтесь меня искать – у вас всё равно не получится.       С этими словами барсук удалился вместе со своими зверями. Как только дверь за ним захлопнулась, тени на мостках исчезли, а с ними вместе и красные точки прицелов.       Таких ругательств от Уайлда не слышал даже Финник во время их не совсем легальных похождений. Выразив всё, что он думает об этом барсуке, его родственниках до седьмого колена, а также о его злополучном тигре и прочих прихвостнях, он покинул ангар вместе со своей шокированной напарницей. За дверью он вынул из нагрудного кармана маленький микрофон и сказал в него: – Шеф, вы слышали? Из скрытой в ухе лиса гарнитуры тут же донёсся ответ: – Разумеется, Ник. Какие будут мысли? – Во-первых, снимите все хвосты с машин этого урода, не нужно лишний раз его злить. Во-вторых, очевидно, придётся согласиться на их условия. А в-третьих, надо приставить пару офицеров к Финнику, чтобы они обеспечили ему безопасность и наибольший комфорт. – Согласен со всем. Будем думать, что дальше делать. Пока наши ребята тут поискали данные про этого Уили… – И что есть? – Абсолютно ничего! Никаких записей о таком звере нет. Либо имя ненастоящее, либо кто-то постарался, уничтожив любые упоминания о нём в системе. – Проклятье! – прорычал Ник и выключил гарнитуру. В этот момент сзади ему на плечо положила свою лапу его напарница. – Ник, не нервничай, пожалуйста, – мягко попросила она, – гнев – плохой помощник в принятии верных решений.       Ник развернулся к ней. – Ты права, рыжая, сама не осознаёшь пока, насколько. Ты сама-то как? – А сам как думаешь, глупый лис? – Саркастически усмехнулась Фоукс. Услышав столь знакомое обращение, Уайлд дёрнулся, чтобы прогнать возникший перед ним образ потерянной им навсегда крольчихи. Меган продолжила: – Меня только что чуть не изрешетили, конечно, прекрасно себя чувствую! Только трясёт немного, но это, как я понимаю, нормально в таких ситуациях, – лиса старалась держаться спокойно.       А вот Ник уже утратил контроль над своим чувствами и эмоциями, поэтому он просто, не задумываясь, крепко обнял напарницу одной лапой. Та без лишних слов зарылась своим носом в шерсть на его шее. Так они стояли, стараясь достичь успокоения в контакте друг с другом, пока не подбежали другие полицейские. Им лейтенант объяснил, что нужно сделать и направился к своей машине. – Что будем делать дальше? – спросила Меган, когда они отъехали от злополучного места. – Поедем в участок, постараемся раздобыть как можно больше сведений про этих зверей, может, что узнаем. Нужно организовать допросы нескольких ранее засаженных нами за решётку членов этой мафиозной группировки, пообщаться со старыми друзьями, в общем, дел много, и это ещё не считая того, что было бы неплохо добраться и до самого этого Уили.       Поистине, информация, особенно секретная, разлетается моментально. На входе в полицейский участок детективов встретила целая толпа телерепортёров. Все они наперебой задавали вопросы, пытаясь выведать что-то о волнующем всех деле. Но больше всего внимание напарников привлёк только один репортёр. Кое-что в нём заставило офицеров прислушаться к его вопросу.       Этим «кое-чем» была видовая принадлежность этого репортёра. Он был лисом, но не обычным лисом с рыжей шерстью. Такой окрас никогда прежде не встречался ни Нику, ни Меган – он был весь серебристо-серый, с очень редкими вкраплениями рыжевато-коричневых шерстинок. Темнее всего на его голове были уши и подбородок.       Помимо всего прочего взгляды к себе притягивал шрам на левой стороне его морды. Длинной тонкой полосой он переходил со лба на щёку, рассекая тёмную бровь на 2 части. При этом ни один из его проницательных серо-голубых глаз не выглядел задетым тем, чем эта рана была нанесена. Одет этот лис был весьма строго и элегантно: тёмно-синий костюм-тройка с бордовым галстуком придавали его внешности некую солидность. Меган почему-то показалось, что, спроси он у неё что-либо личное, она бы без малейшего сомнения ему рассказала свои самые сокровенные тайны. Наверное, таким и должен быть хороший репортёр.       Когда напарники проходили мимо него, черно-бурый лис набрал воздух в лёгкие и, не напрягаясь, заговорил так, что перекрыл гвалт остальных журналистов: – Меня зовут Салливан Смит, я представляю издание «Чрезвычайные Происшествия в Зверополисе». Скажите, каковы масштабы сложившейся ситуации? Есть ли угроза здоровью мирных жителей города? – Масштаб пока не известен, на данный момент угрозы мирным жителям нет, – Меган не могла не ответить настолько необычному репортёру. – Прекрасно! – искренне порадовался Смит, – а каковы прогнозы? Есть ли какие-то зацепки? Скоро ли преступники будут пойманы и будут ли вообще? – Конечно, будут пойманы, полиция работает над этим, – вступил в диалог Ник, – а теперь, если вы позволите, мы продолжим работу. – Разумеется! Благодарю за ответы! – губы Салливана тронула едва заметная улыбка, – вот моя визитка, на случай, если вы захотите со мной связаться.       Сказав это, необычный лис протянул Меган небольшой кусочек картона, на котором было написано только его имя и адрес электронной почты. Фоукс опять же не смогла противиться его уверенности и спрятала визитку в карман. Смит отошёл подальше, давая детективам пройти.       Спустя минуту, когда напарники уже шли по коридору к своему кабинету, Ник решил поделиться житейской мудростью: – Когда общаешься с репортёрами, используй такую фишку, чтобы не отвечать на неудобные вопросы и всегда быть в плюсе: отвечай на их вопрос своим вопросом, а потом отвечай уже на свой вопрос. Например, так: «Простите, офицер Фоукс, что вы можете рассказать о деле?» – «Ну, было ли это дело сложным? Да, ещё каким!».       Меган рассмеялась, когда её напарник, отчаянно жестикулируя, изображал репортёра, а потом и её саму. Обмениваясь шутками по этому поводу, они пришли к кабинету, где их ожидало ещё много работы.