Дождись меня

 — Хэй, я вообще-то уже давно не малыш! — крикнул Чонгук, догоняя своего обидчика. — Хочешь еще и от меня схлопотать? Вишневый парень остановился и, широко улыбаясь, пощекотал пальцами подбородок опешившего Гука.  — Какой забавный ребенок! Меня зовут Тэхен.  — Чонгук, — выпалил парень и тут же запротестовал: — Я не ребенок! Мне уже двести пятьдесят один год! Тэхен рассмеялся и ничего не ответил. Под обиженное сопение он спустился по ступенькам главного корпуса университета и поднял взгляд в небо. Солнце пряталось в перине белых пуховых облаков. Нежный порыв ветра колыхал ветки деревьев, на которых примостились крохотные бойкие птички и щебетали свою ненавязчивую песню. Песню самой жизни. Это было просто восхитительно. Тэхен даже зажмурился от удовольствия. Чонгук встал рядом и тоже поднял взгляд, абсолютно не понимая, что привлекло внимание этого странного парня. Небо, дерево. Ничего не обычного. Такое можно увидеть в любом уголке мира.  — Почему люди перестали ценить вот такие моменты? Чонгук вопросительно посмотрел на своего спутника.  — И даже ты, в свои годы, уже просто не можешь насладиться приятным порывом ветра, солнечным теплым деньком и пением птиц. Это печально, на самом деле. Мягкая улыбка и грустный взгляд. С каждой секундой этот парень становился все более загадочным и непонятным. Он задавал странные вопросы. И не только Чонгуку.  — А что ты хотел от Хосока? Я впервые увидел его таким злым.  — Ты ведь слышал все, что я ему сказал? — вмиг посерьезнев, ответил Тэхен.  — Да, но я не понял, что его так задело. Тэхен взъерошил рукой идеально причесанные волосы Чонгука.  — Правда. Всего лишь правда, которую я случайно узнал.  — Но разве правда может обидеть? — смущенно прошептал Гук, опуская взгляд. Обычно он не позволял трогать посторонним свои волосы, но это оказалось безумно приятно.  — Может, если она вдруг всплывает тогда, когда ты уже успел забыть о ней. Тэхен подошел к клумбе и сорвал одиноко затесавшийся среди культурных цветов одуванчик. Покрутил его в руке, рассматривая со всех сторон, и вдруг подул. Маленькие парашютики — семена вереницей поднялись в воздух и затрепетали под порывами ветра. Чонгук невольно залюбовался этим простым, ненавязчивым танцем. Одно из семечек долетело до него и упало на раскрытую ладонь. Такое крохотное и беззащитное. Чонгук встретился взглядом с Тэхеном. Тот беззаботно улыбался и выглядел на удивление счастливым.  — Еще увидимся, крольчонок. Тэ махнул осиротевшим стебельком одуванчика на прощание. Этот малыш и в самом деле показался забавным. Непосредственный, с цепким внимательным взглядом безумно красивых глаз и бойким характером. И правда, крольчонок. Сильный, но в тоже время обаятельно робкий. Тэхен шел, не разбирая дороги, и сам не заметил, как ноги привели к дому Юнги. В окнах горел свет. Парень вздохнул и присел на бордюр, прислонившись спиной к заборчику. Сколько уже воды утекло с того времени, как он пришел сюда в первый раз? Тэхен помнил все. Это была одна из бессонных ночей, когда тоска гнала из дома. Холодный морозный воздух выбивал из тела предательские мурашки и заставлял кутаться в теплый плащ. Вокруг была блаженная пустота. Не было этих суетливых людей, снующих туда-сюда. Не было никого кроме Тэхена, холодных порывов ветра и света уличных фонарей. В такие моменты хотелось кричать на весь мир, жалуясь сиротливой луне на несправедливость этого мира. Вот только она вряд ли услышит. Да и чем тут поможешь? Как разбудить, всколыхнуть забившиеся и прогнившие насквозь в своем эгоизме людские души? Когда Тэ уже был на грани и хотел завопить от отчаяния, ветер принес отголоски чьей-то игры. Идя на слух, Тэхен пришел к совершенно обычному дому. Окно одной из комнат, в которой горел слабый огонек, было приоткрыто, и из него-то, как раз, и лились эти замечательные звуки. Потрясающая мелодия полностью захватила его. Сколько эмоций и боли! Сколько отчаяния и крика! Это ведь именно то, что обуревало сейчас парня. Осторожно присев прямо на грязный асфальт, Тэхен поднял взгляд в небо.  — Ты ведь тоже это слышишь, да? — шепотом спросил он у далекой луны. Крупные слезинки скатились по щекам. Вместе с ними ушел и эмоциональный накал. Еще не все потеряно. Есть еще хотя бы один человек, который не разучился чувствовать и жить. И это волшебно. Уже потом, спустя несколько недель, он случайно узнал, кто же живет в этом доме. Любопытство взяло свое, и Тэхен решил встретиться с загадочным музыкантом. Они столкнулись с ним у входа в продуктовый. Набитый продуктами пакет едва не выпал из рук.  — Смотреть надо, куда идешь. Отпихнув опешившего Тэхена плечом, Юнги пошел своей дорогой. Это просто не может быть тот самый человек! Тэ решил проследить всю дорогу за своим объектом. Каково же было его удивление, когда грубиян вдруг замер около мусорки, а потом и вовсе, бросив пакет, полез что-то оттуда доставать. Перерыв груду мусора, Юнги извлек покалеченного котёнка. Осмотрев его плачевное состояние, он вдруг со всей дури пнул ни в чем не повинный мусорный бак. Затем, аккуратно держа робота в руке, он подхватил оставленный пакет и побежал в мастерскую. Тэхен еще долго стоял напротив той мусорки.  — Так вот ты какой на самом деле, Мин Юнги. В ту ночь мелодия была гневной тирадой, сулящей кару с небес. Слушать было одновременно больно и легко. Больно от того, что есть на свете такие жестокие мрази, для которых нет ничего ценного. И легко от того, что есть Юнги, который так отличается от всех остальных своим добрым сердцем, пусть и скрытым за ледяными шипами. Таких как Мин Юнги нужно беречь. Эту простую истину Тэхен принял за единственно верную. Поэтому когда узнал, что случилось между Юнги и Хосоком много лет назад, не выдержал и решил высказать этому псевдодругу все. Удар у Хосока мощный, надо отдать ему должное. До сих пор немного сводит челюсть.  — И долго ты будешь здесь сидеть? Тэхен вздрогнул. Юнги стоял у забора, оперевшись локтями о перекладину. Уголки его губ были слегка приподняты, но вот взгляд был устремлен вдоль улицы и проезжающих мимо машин. Тэхен поднялся и отряхнул брюки, только сейчас заметив, что так и держал стебелек одуванчика в руках.  — Там чай уже стынет, идем. Юнги ушел в дом, оставив дверь слегка приоткрытой. Тэхен не поверил своим ушам. Его пригласили в дом? Туда, где жил его кумир, которого он так боготворил? Это должно быть сон. На пороге его встретил тот самый котенок. Он приветственно мяукнул и проводил гостя до кухни, где за столом уже сидел Юнги. Хозяин дома держал в руках чашку с милым изображением медвежонка и смотрел в окно. Осторожно приземлившись на соседний стул, Тэхен взял вторую приготовленную чашечку. Кролик, нарисованный на ней, напомнил утреннего знакомого и заставил улыбнуться.  — И давно ты там штаны просиживаешь? — вдруг спросил Юнги, посмотрев в глаза своему гостю. Тэ от неожиданности поперхнулся. Робот, запрыгнув на стол, сочувствующе похлопал его по спине.  — Мяу!  — Ну, я не виноват, что он такой чувствительный, — недовольно ответил Юнги. Кот понимающе кивнул. Он понял, что хозяину неловко перед этим странным ярким человеком, и решил оставить их наедине.  — Давно, — откашлявшись, ответил Тэхен. — Еще с осени прошлого года. Юнги пораженно выдохнул. Это получается почти сразу после того, как он переехал в этот самый городок. Надо же. И почему он раньше не замечал этого тайного слушателя? Злость на него пропала, ведь парень не хотел ничего дурного, просто ему нравилась музыка, не более.  — И зачем? Снова эта квадратная улыбка и загоревшиеся каким-то внутренним светом глаза.  — Я Ваш фанат, я же говорил. Юнги фыркнул и отхлебнул чая. Фанат. За всю свою долгую жизнь Юнги не встречал еще подобных людей, которые так искренне могли признаться в подобной чуши. А ведь этот парень действительно его боготворит.  — И чем же я заслужил такого преданного фаната? Тэхен ответил не сразу. Он долго сидел и крутил в руках полупустую чашечку с остатками неожиданного угощения. Все это по-прежнему напоминало сон. Мечтал ли он когда-нибудь вот так вот сидеть рядом с самим Мин Юнги и пить чай? Нет. Это было слишком эгоистично мечтать об общении с таким замечательным человеком.  — Вы достойны миллионов фанатов, Юнги-хен. — Ты меня еще дед Юнги назови, — не выдержал хозяин дома. Это издевательское «-хен» уже раздражало до зубовного скрежета. Одного Намджуна с такой дурацкой привычкой вполне хватало. Кстати о нем.  — Почему вы с Хосоком подрались? Намджун мне уже все уши по телефону прожужжал про странного незнакомого парня с глупо-яркими волосами. Тэхен обиженно приподнял прядь волос и попытался на нее посмотреть. Но, увы, те были слишком коротки. Разочарованно вздохнув, парень виновато посмотрел на собеседника.  — Они, и правда, глупо выглядят?  — Что? — Юнги не сразу понял, что так сильно задело гостя. — А, нет. Мне кажется, это очень даже забавно. Тебе очень подходит этот цвет. Юнги протянул руку и легонько потрепал вишневый беспорядок. Неожиданная ласка выбила из колеи. Раньше казалось, что это именно тэхеновская привилегия вытворять подобное с малознакомыми людьми.  — Так почему ты все-таки довел Хосока? Этот вопрос вернул с небес на землю. Неужели Юнги так переживал за своего друга, даже несмотря на его предательство?  — А может это Хосок довел меня? Юнги усмехнулся.  — Хосок, которого я знаю, никого не может довести. Он — Божий одуванчик.  — Божий одуванчик? Скорее ядовитый плющ, который отравил Вашу жизнь. Теперь поперхнулся Юнги. Осознание всей ситуации накатило волной, сбивая с мыслей.  — Ты знаешь, про…наш конфликт? Кто ты, черт побери, такой? Парень поднялся из-за стола и, картинно поклонившись, представился:  — Ким Тэхен, к вашим услугам. Не желая больше слышать про Хосока, Тэ развернулся, чтобы уйти.  — Что, так и уйдешь, не послушав? Тэхен забыл как дышать. Он услышит игру Юнги? Вот здесь? Совсем рядом? Такими возможностями не разбрасываются. Юнги, заметив его реакцию, рассмеялся. Тэхен буквально подпрыгивал от нетерпения, когда Юнги открывал дверь в свою каморку. Восторженный вздох вызвал очередной смешок. Даже трудно представить в каких красках ее видит сейчас Тэ. Кот привычно шмыгнул в комнату и лег на крышку фортепиано.  — Ну чего застрял в дверях, проходи. Тэхен, едва дыша, переступил порог. Эта комната была буквально пропитана своим особенным очарованием. Все, вплоть до паутины в углу, было гармоничным и атмосферным. Когда Юнги сел за инструмент и коснулся клавиш, Тэ довольно зажмурился. Звучание вблизи было еще более прекрасным. Он сел прямо на пыльный пол и полностью погрузился в мелодию. Сегодня это была повесть о прекрасном летнем дне. Жужжание пчел, перекликивание птиц, обжигающе жаркое солнце и приятный цветочный аромат ощущались, словно на яву. Плавная и спокойная мелодия вдруг начала уводить вдаль с летней опушки в прохладу хвойного леса, где царил долгожданный покой. Когда Юнги опустил крышку и повернулся к Тэхену, то не смог сдержать улыбки. Его гость сидел, мило обняв руками колени. Голова опущена, а глазки закрыты.  — Похоже, сегодня я сыграл колыбельную, — прошептал Юнги своему коту. Тот сверкнув глазами, согласно кивнул.