Остерегайся мостов

      Мефистофель, хлопнув дверью, подошел к своему столу и уселся за него. Совсем недавно мост, созданный специально для тьмы, был цел, а теперь демону приходилось едва ли не по сто раз проверять сохранность двери, разделяющей Ад и мостовую. Конечно, он отсек пламенем границы, но кто знает эту тьму…       За высокой ширмой слышались голоса — Эйвери продолжал работать с жителями Ада. Как ни странно, у них имелся целый ворох претензий и с каждым разом он пополнялся.  — …Но администраторы, которые ходят и пытаются урезонить этих убийц, ничуть не помогают! — вещал чей-то голос.  — Погодите, — судя по тону, Эйвери уже устал. Неудивительно, ведь этот посетитель сидит уже очень долго. — Вы жаловались на дебоширов, а теперь и на тех, кто старается их успокоить?..  — Да, потому что эти самые администраторы, побывав в их обществе, стали ничем не лучше! Кидаются на всех, словно дикие коршуны… и ведь совершенно ни за что!       Мефистофель усмехнулся и расслабленно закинул ноги на стол. Несколько посетителей спустя, пока в кабинет еще никто не вошел, Эйвери встал из-за стола и закрыл дверь на ключ.  — Не могу больше, — вздохнул парень.  — Почему? — приподнял бровь Мефистофель, якобы нехотя отрываясь от документов и очень убедительно делая вид, что до этого он работал без отдыха, а вовсе не сидел за чтением какой-то книги.        Янг удивился и прищурился, глядя на демона как на сумашедшего.  — Эм, ну… ну, наверное, я устал? — в язвительной манере предположил он.       Мужчина приподнял и вторую бровь:  — Наверное, устал…       Он пожал плечами, затем вытянул руку вперед, наставляя указательный палец на дверь. Раздался щелчок.  — Еще парочка жалоб никому не повредит. — бодро заявил рыжеволосый, беззаботно закинул ноги обратно на стол и взял в руки книгу. — Я твой работодатель, мне можно, — ответил он на оскорбленный взгляд Эйвери.       В двери постучали. Брюнет, бормоча что-то под нос, двинулся к своему рабочему месту и скоро скрылся за ширмой. Его ожидал сюрприз.  — Миранда! — потрясенно ахнул он, смотря на девушку, вальяжно расположившуюся у него на кресле.  — Привет, — улыбнулась она.       Эйвери буквально бросило в жар. Он, казалось, забыл, как небрежно вьются ее черные до плеч волосы, как блестят карие глаза, как мило выглядят ее тонкие губы и как изящен ее силуэт. Она была не так близко к нему, как хотелось бы, и он чуть наклонился к ней, прикидываясь, будто переставляет чернильницу…  — О, здравствуйте, Мефистофель! — глянула ему за спину девушка и получила в ответ краткий кивок.       Парень, поспешно распрямившись, обернулся и заметил, как в усмешке сверкнули желтые глаза демона. Он придерживал рукой огромную стопку бумаг и улыбался девушке, которая уже подскочила к нему.  — Мне очень нравится нынешняя работа, спасибо.        Мефистофель занёс руку над ее головой и пальцами слегка помассировал ее.  — Мне приятно, — негромко сообщил демон и, убрав руку, продолжил путь в дальний конец кабинета.       Эйвери только повернулся к Миранде с вопросом, как в дверь снова постучали.  — Войдите… — лениво и раздраженно протянул парень, возвращаясь к своему месту и усаживаясь.        К его удивлению, Миранда тоже подошла к столу и встала рядом. В кабинет зашел и закрыл за собой дверь мальчик лет десяти. Парень и девушка переглянулись. Мальчик, пшеничные волосы которого были неровно подстрижены, молча сел на стул для посетителей и воззрился на Эйвери ясными серо-зелеными глазами.  — Имя и возраст, — стандартно поинтересовался сотрудник и взял в руку перо.  — Джим Столлери, девять лет, — твёрдо ответил он.  — Причина посещения, жалобы или…  — Мне бы хотелось отпраздновать новый год, — перебил Джим.       Двое снова переглянулись. Эйвери отложил перо, а мальчишка продолжил, уже в чуть более робкой манере:  — Просто… здесь очень однообразно, — вздохнул он и опустил взгляд. Мысленно парень с ним согласился.        Миранда, продолжая глядеть на мальчика с некоторым интересом, уселась на свободную часть стола. Эйвери слегка опешил. Если бы он пододвинулся немного правее, он стал бы дышать ей почти в спину…  — Так уж получилось, что моя смерть пришлась за несколько дней до моего любимого праздника… И я подумал… — он замялся и снова посмотрел на парня. — Нельзя ли организовать новый год?..        Парень был в полнейшем замешательстве, но, впрочем, идею одобрял.  — Новый год связан с переходом в новый отрезок времени, а здесь, в Аду, времени как такового нет… да и это не у меня спрашивать надо, а у…  — Я не против! — раздался где-то неподалеку красивый мужской голос.                — Так вот как это вышло… — глубокомысленно покивал Джонатан, продолжая расправлять пышные ветви большой ели.       Миранда довольно угукнула; она только что закончила рассказывать историю, почему практически в каждом помещении появилось по ёлке.  — Так что за новая работа? — нетерпеливо спросил Эйвери, он все пытался это выяснить, да не удавалось.  — А? Теперь я слежу за качеством работы персонала… — и ответила на его взгляд округлившихся глаз: — и да, ты прошёл проверку.        Она подмигнула ему и вышла из архива. Сак, до этого раскладывавший стопки документов по стеллажам, свалился мешком на стул и откатился на нем к Эйвери.  — Я тоже хочу сменить деятельность уже~…  — Чего? Ты уже дважды менял! — напомнил ему Джонатан.  — Не-е. Я всегда был и остаюсь Вестником Смерти. Правда, пока новые кадры не нужны, поэтому я пристроился в архиве. Но мне здесь уже надоело — работа с бумажками та-а-ак утомляет… Джонатан скрестил руки на груди.  — Вот, а я только бумажками и занимаюсь. Сначала фобии сортировал, теперь дела переписываю…                      Миранда шла за Мефистофелем по нескончаемому коридору.  — Почему вы согласились отпраздновать новый год? — спросила она с неподдельным интересом. Демон поправил воротник пиджака и с высоты своего роста покосился на девушку.  — Потому что земной праздник поможет мне лучше понять вас, людей.  — О-о-о… Несколько десятков шагов спустя Мефистофель остановился перед одной из белых, в цвет стен и пола, дверей. Потянул за ручку, та открылась и…  — Не думала, что здесь вообще могут быть темные комнаты!  — А как же без них, — мужчина усмехнулся, потер свою острую рыжую бородку и, открыв пошире дверь, зашел в помещение.        Свет коридора был таким ярким, что даже освещал небольшую часть эдакой кладовки. Это была какая-то комната-исключение: совсем не белая, не освещенная, да к тому же полностью захламленная.  — Признавайтесь, это ваша комнатушка? В тихом омуте всякое водится, у каждого есть по злачному местечку, — с хохотом вошла в кладовку Миранда.  — Вообще-то это действительно только моё хламохранилище… Мефистофель отодвинул огромную коробку и полез куда-то вглубь комнаты.  — А я думала, вы больше к ослепительной чистоте стремитесь, — с улыбкой хмыкнула девушка. Мефистофель рассмеялся. Это был колючий, но искренний смех.  — Так, где же… так далеко, хм… Раздался шум передвигаемых коробок, шуршание и возня.  — Нашел! — наконец, произнес мужчина. — На, — и вручил ей три объемные коробки, поставленные одна на другую.  — Это елочные украшения? — слегка удивилась девушка. — Откуда у вас?.. Вы земной магазин ограбили и, чтобы никто не узнал об этом, спрятали, что ли?  — Неужели здешняя пыль вызывает в людях синдром любопытства? Сначала показалась высокая башенка из коробок, а затем и сам Мефистофель, держащий её. Он лукаво улыбнулся и кивнул девушке на выход.                      Миранда и Мефистофель, несшие коробки в кабинет последнего, были уже около архива, как их окликнули сразу три голоса.  — М? — обернулся демон, останавливаясь и выглядывая из-под своей груды коробок.  — Нам стало интересно кое-что… — начал Эйвери. Мефистофель повернул голову к Миранде, спрятавшись за коробками, из которых торчал цветной дождик, и заговорщически понизив голос до полутона, обратился к ней:  — Видимо пыль кладовой, когда мы открыли дверь, развеялась по всему Аду… Миранда подавила смешок, но едва не упустила из рук свои коробки. Сделав телом волнообразное движение, она поправила съехавшую верхнюю коробку и вновь обрела равновесие.        Эйвери и Сак недоуменно переглянулись, а Джонатан продолжил:  — Для чего вообще нужен архив? Мужчина, будто бы приготовившись к долгому разговору, уселся в воздухе как на кресле.  — Для чего нужен архив… Вдруг мне найти что-то нужно будет. Эйвери недоверчиво прищурился.  — Бросьте, вы и без него ведь обойтись можете.  — Действительно. Значит, надо будет другим.  — Они ведь могут просто спросить у вас?.. — предположил Сак, поправляя капюшон. С тех пор, как он потерял на мосту шапку, он не снимал его.  — Я, между прочим, весьма занятой! — слегка возмутился демон.  — Тогда… погодите, а другим же незачем!  — Как? А вы? Я вас могу за чем-то срочным послать, — Мефистофель поднялся на ноги.  — Но ведь вы только что сказали…  — О, забудьте. Я просто люблю чистоту. Мефистофель и Миранда синхронно захохотали и двинулись дальше.         — Смотри, какой шарик красивый! — Эйвери улыбался совсем как ребенок, показывая Саку елочную игрушку.       В отражении блестящей синей поверхности шарика отражалась часть кабинета Мефистофеля и сам Мефистофель. Он встал перед Совачевски, чтобы разглядеть шарик.  — Как по мне, ничего особенного…       Сак выглянул из-под его руки.  — Это вы его обратной стороны не видели, — сказал брюнет и повернул шарик обратной стороной.  — Заснеженный домик? — с любопытством уставился на объемный рисунок Сак.  — На это лучше посмотри, оно симпатичнее.       Мефистофель вытянул из рукава невесомую игрушку-снежинку рубинового цвета.  — У вас обоих нет никакого вкуса, — фыркнул Джонатан.        Он сидел в кресле, скрестив руки на груди. Кто-то его обмотал мишурой, а на голову пристроил гнездо из декоративного дождика. Рядом стоял Вавилло и с легким презрением во взгляде косился на янтарный орешек, на ниточку подвешенный на один из его рогов.  — Почему мы должны это терпеть… — бормотал он.  — Не бубни, — посоветовал ему Сак и получил в ответ долгий яростный взгляд. Миранда вернулась как раз тогда, когда все уже выглядели дружелюбно настроенными. Вместе с ней пришел и Джим.  — Ну как, разобрали всё? — спросила она. — Джонатан, уже вижу, что ты не размотал дождик…        Белобрысый явно удивился.  — ЭТО разматывать?..       И снял с головы огромный спутанный моток. Сак перехватил его и нахлобучил обратно ему на голову.  — Его никак не размотать. Послужит кое-кому новогодней шапкой, — пояснил свои действия Сак.       Девушка весело усмехнулась.  — Ну допустим. Тогда приступим к украшению нашей главной ёлки!        Эйвери сразу занял положение у самой большой коробки, где стояла и Миранда.  — Кстати, куда ты ходила?  — Проверяла, как идет украшение остальных помещений. Многие грешники довольны, даже основная масса сотрудников с удовольствием занимается подготовкой. Правда, пришлось объяснять двум кадрам, что мишура это не изощренный способ пыток, а такое украшение…  — Мисс Фолл, тут ниточка порвалась, — обратился к девушке Джим.       Та взяла стеклянную шишку из его рук и мягко поправила:  — Просто Миранда.  — Хорошо, Просто Миранда, мне пока взять другую игрушку?       Сак и Джонатан заржали, Эйвери, прыснув, заехал локтем в бок Черта, а тот, в свою очередь, отодвинулся от их компании и наткнулся на ногу Мефистофеля, который парил в воздухе.  — Осторожнее, — отозвался последний.       После долгих споров, куда девать мишуру, после горы испорченной офисной бумаги, после четырех разбитых «на счастье» игрушек, компания закончила украшать кабинет. Ёлка пестрела разными цветами стеклянных шариков, шишек, сосулек, звезд, под ее ветвями красовались мягкие игрушечные белки, медвежата и зайцы. По столам и шкафам были разложены цветные змейки мишуры; в воздухе оказались подвешены снежинки и белоснежные балерины из бумаги; на дверных шторках серебрились россыпи звезд.  — Ну, я, думаю, всё? — спросил немного повеселевший Чёрт, оглядываясь и скалясь в улыбке. — Как-то слегка диковато выглядит, когда столько цветов, но ведь так надо?        Эйвери кивнул, довольно смотря куда-то в середину ёлки.  — А на макушку игрушку?       Джим указал на верхушку ёлки, покосился на Вавилло и прижался, на зависть Эйвери, поближе к Миранде. Мальчик старался постоянно держаться около нее — видимо, не очень доверял краснокожему.  — О, ну точно же, — выдохнул Сак и глянул в сторону Мефистофеля — это он занимался верхом ёлки.  — Да-да, куда без меня. — сверкнул ухмылкой демон, взял из рук Джонатана фигурную игрушку и протянул Джиму руку.       Мальчик удивился, на что Мефистофель ответил:  — Ты хотел новый год, а не я, значит, тебе и завершать…        Джим, сидящий на плечах Мефистофеля, качнулся, когда мужчина взмыл вверх. Он, паря, приблизился к верхушке дерева, дав возможность мальчику нацепить золотистую игрушку на макушку. Когда они опустились, а игрушка засияла наверху, все дружно и не сговариваясь зааплодировали.  — Это, конечно, красиво, но для атмосферы не хватает…  — …Гирлянд.  — Так-то Сак и Эйвери правы, — согласилась девушка. — Мефистофель, у вас не найдется…       Демон оборвал ее на середине предложения и обвел рукой кабинет:  — Вы видели здесь хоть что-нибудь, связанное с электричеством? — под молчаливые взгляды он потер и чутка закрутил бородку. — Хотя, я могу кое-что придумать, мне и самому нравятся гирлянды…       Мефистофель покинул кабинет, а с уст девушки сорвался вопрос:  — Любит гирлянды?  — Наверняка где-то на земле под новый год побывал, только и всего, — пожал плечами Сак.  — И спёр оттуда полторы дюжины ёлок вместе с игрушками, — сказал Эйвери, неспешно вытягивая одну дождинку из «новогодней шапки» Джонатана.       Мефистофель вернулся с коробкой и поставил ее на свой стол. Внутри что-то звякнуло. Вавилло встал рядом и стал помогать вытаскивать содержимое коробки.  — На самом же деле вы тоже хотели новый год? — полушепотом спросил Черт.  — Не хотел, — коротко ответил демон, не поднимая взгляда.  — Но они же остались у вас с прошлого раза… Я думал, вы их испепелите после того…  — Вам помочь? — спросил подошедший Джонатан. — Хм? Это банки?..  — Как видишь, — Мефистофель покрутил очередную среднего размера банку и поставил ее на стол.       Вавилло хмуро потер рукавом свою банку.  — И что это будет? — с другой стороны выглянул Сак.        К ним присоединился Джим, а с ним и Миранда с Эйвери.  — Так. Эти банки расставьте по столам, а эти у ёлки…        Джим живо унес сразу три банки, а Эйвери недоуменно заглянул в коробку, где осталось еще много баночек поменьше.  — Работайте-работайте, — ритмично забил в ладони мужчина и подтолкнул в спину самого ближайшего. Под краткий «ойк» Сака все разбрелись расставлять стеклянные сосуды.         — Все готово.       Мефистофель неожиданно оказался в толпе друзей, хотя только-только сидел у елки и расставлял склянки. Эйвери, пусть и привык к его внезапным появлениям, поёжился. И тут же обомлел, когда прохладная девичья рука мягко стиснула его ладонь.  — Я думаю, раз это особенный «вечер», мы можем позволить себе выйти за рамки привычного, ведь так? — благодушно проговорил Мефистофель.       Он щелкнул пальцами и все вокруг погрузилось во мрак.  — Я ослеп, ослеп! — взвизгнул Джим.        Это было слишком необычно — после вечного ослепительно чистого света, заполнявшего все пространство, оказаться в импровизированном вечере кабинета. Даже демон стал протирать глаза.  — Я считал, тут свет вообще всегда работает…  — Я же говорю, сегодня особенный…  — Ай! Кто наступил на мою ногу, сейчас кое-что оторву…  — Тс-с, тут же дети!  — Здесь только один ребенок!  — Помолчи, Сак…  — Что? Причем тут я?  — О, право же, прекратите пихаться, вы же не ста-а-а!..  — Ой-йо-о-о… извините, Мефистофель… меня толкнули, я не специально…  — Тц! Еще раз кто-нибудь тронет мои рога…  — Тут только Мефистофель до твоих рогов дотянется, не смотри так на меня, я чувствую твой взгляд…  — Эй, я на полу, у меня конечночти пока что не резиновые, так не растягиваются. Все резко замерли. Джонатан, лежащий на своем работодателе, Миранда с Эйвери под боком у Вавилло и Сак в ногах Джонатана. Джим осторожно шагнул в тишине и впечатался носом в спину Черта.       Что-то в обстановке поменялось. Стало немного холоднее, совсем рядом какое-то шевеление, явно ощущалось присутствие чего-то еще. Мефистофель присел, не стряхивая с себя белобрысого, и зажег в воздухе огонек. Блик от него упал на что-то черное, блестящее…        Демон снова щелкнул пальцами и свет, крупно моргая, снова осветил просторы кабинета. В момент, когда свет еще толком не зажегся, началась паника — взоры ухватили бока темных щупалец, заполнивших половину пола, обхвативших часть стен. Кое-какие щупы от пола доставали до самых рогов Черта.  — Опять!..  — Откуда эта мерзость?!       Даже при свете было неприятно и очень жутко видеть эти желеобразные сгустки тьмы. Джим пронзительно закричал от испуга.       Эйвери, полностью еще не растерявший самоконтроль, схватил мальчика за руку, сжал ладонь девушки и вытолкнул их в тот конец кабинета, где точно не было щупалец. Джонатан, уже знавший, на что способны темные завихрения, резво поднялся и с силой потянул на себя Сака. В руку белобрысого вцепился один щуп, парень почувствовал, как печет его запястье в том месте. Казалось, его руку тут же прожжет насквозь, но Вавилло как раз полоснул когтями в паре сантиметрах от его кожи по тьме и Джонатан освободился. Белобрысый, глядя на ожог, грозивший стать шрамом, не переминул пошутить про то, что он на пару процентов теперь похож на Сака.  — Назад! — рявкнул Мефистофель, и друзья ему беспрекословно подчинились.       Грохнул взрыв, ненадолго раскидавший щупальца на ошметки.  — Вавилло, проверь остальные залы…  — Да, хозяин, — Черт с этими словами исчез.  — Мефистофель! — окликнула его Миранда, — что это? Вы разве не избавились от этого тогда?  — Нет, Фолл, это не уничтожается… — он глянул в сторону медленно собиравшихся сгустков и вздохнул. — Никогда. Хотя, должен признать, здесь они куда слабее…  — Они? — теперь в разговор включился и Джонатан.       Демон закатал рукава бордового пиджака.  — Они-они. — По-моему, они заслуживают права знать, — Черт вернулся и отрицательно качнул головой — нет, мол, этой заразы нигде больше.       Мефистофель молчаливо взял в руки один из сгустков под общий судорожный вдох, но опасения не подтвердились, кожа даже не покраснела.  — Очень давно я… нет, наверное, не с этого места…        Они впервые видели смятение на лице демона. Щуп задергался на его ладони.  — Были раньше в Аду такие сотрудники… — начал он, подбирая слова. — А потом они устроили крупный бунт…  — Бунт?.. — Эйвери склонил голову набок, а Вавилло, смотря куда-то в сторону и вниз, как бы невзначай зажал его рот своей ладонью.  — О да. Это были неплохие работники…       Мефистофель замолчал. На его ладони щуп, шипя, завозился с новой силой.  — Вы их любили? — Внимательно взглядываясь в лицо демона, спросила девушка.  — Любил? — его губы скривились в гневном оскале. Он сжал щупальце и оно, пронзительно пискнув, распалось на клочья сгустков. Отряхнув руки, демон обратил на них свой взгляд и продолжил уже мягче:  — Они сильно меня разозлили… и впали в немилость.       Сак только охнул, неожиданно прозрев.  — Да, Совачевски, эти ошметки — мои бывшие работники.       Мефистофель под общее молчание поднялся с колена и устремил взгляд в самую глубину завихрений.  — Чтобы запереть их, я построил ту комнату…  — Погодите, а мост…  — Моста не было. Это была арка, которая должна была сдерживать их, — он взлохматил волосы и с глубоко несчастным видом посмотрел на притихших друзей. — Арка видоизменилась. Как вы знаете, я могу запросто переходить из Ада на землю и обратно. А остальные сотрудники не могут без моей помощи. Когда появился мост, я увидел, что он соединяет два мира… Как так вышло? Это просто: Тьма — это бывшие люди, а всех людей тянет к земле, но они привязаны к этому месту. Поэтому мост являлся чем-то средним между мирами. На мосту можно слышать звуки из мира живых — шум воды, изредка — людские разговоры. И по нему переходят сотрудники Ада; так как Тьма никогда не бушевала, я напрасно счел мост безопасным. Но позже осознал, что это может чем-то обернуться и, после некоторых исследований, началась постройка другого моста, уже без Тьмы. Ну, а затем… случилось то, что случилось.       Он подошел к ним поближе. Первой разорвала вновь повисшее молчание Миранда:  — Почему вы нас разлучили? Вы опасались бунта, боялись, что с нами вам прийдется сделать то же самое?..  — Если бы это было так, я бы разлучил вас всех сразу или…  — Вы хотите сказать, это ради нас? — Эйвери вышел немного вперед, едва сдерживая рвущееся наружу гневное восклицание. — Потому что вы нас любите, потому что вы…  — Вы и их тоже любили, но потом они стали Этим! — встрял Джонатан, пока Сак молча косился на то, как Вавилло закрывает уши Джиму.  — Да нет же, — все еще терпеливо отозвался демон. — Они мне совершенно никто и…  — Знате, кто вы? Вы…! — Эйвери неосознанно перешел на крик.  — Ты закончил? — слегка удивленно приподнял бровь мужчина на оскорбление в свою сторону.       Мефистофель положил ладони на плечи Миранде и вкрадчиво, чтобы его слышали все, произнес:  — Я никогда не угощаю чаем тех, кто мне не дорог, запомните это.       И вновь напряженная тишина. Девушка, вплотную глядя на демона, неожиданно для себя и остальных всхлипнула. Демон не растерялся — прикрыл ее лицо платком. Его лицо сразу приобрело выражение добродушия, тут же сменившееся шоком — разом половину его тела обхватили щупальца и стиснули. Сак, а так же Джонатан и Эйвери, забывшие, что всего пару мгновений назад испытывали к работодателю лютую неприязнь, ринулись его вытаскивать.       Но Владыка Ада на то и Владыка Ада — не успел никто и дотронуться до Тьмы, он охватил огнем щупальца.                     При белом свете в кабинете снова стало чисто. Елка и прочие новогодние штуки стояли, а вот темных завихрений больше не было — их Мефистофель при помощи своих сотрудников запихал в укрепленную большую банку и отнес в другое помещение, которое, как он объяснил, станет более надежным хранилищем.  — Что ж, теперь, думаю, ничто нам не помешает. — Мефистофель ободряюще улыбнулся и, запечатав дверь, направился к ёлке. — За мной! Идем праздновать, мои верные трудоголики!       Друзья переглянулись, но взгляды были не испуганными, не растерянными. Их глаза сияли чистотой новой жизни. И даже правда о своем работодателе не могла испортить их отношения к нему.                                    Новый год существует ради уюта, добра, тепла. Новый год — время новых начинаний и свершений. Самое время, чтобы начать всё по-новому. В этот праздник утихают войны, враждующие стороны соединяют в мирном жесте руки, холодные сердца полыхают вдохновением. И это справедливо не только для Земли. Жители Ада тоже окунаются в волшебство праздника: если демонические администраторы раньше с жаром бросались на некоторых грешников, то в канун Нового года они объединились, чтобы вместе отпраздновать.        Повсеместно в Аду стухал свет, воздух наполнялся запахами пихты и бенгальских огней. В залах собирались все многочисленные жители и зажигали искрящиеся палочки, свет которых бликами начинал играть на елочных игрушках. Лица озярялись счастливыми улыбками.       Мефистофель погрузил кабинет в темноту и начал разыгрывать целое представление, зажигая в небольших стеклянных баночках разноцветные огни, цепляя склянки на ветви и просто подвешивая в воздух.  — Как гирлянды… — прошептал Джим, кутаясь, как и все остальные, в большой и мягкий клетчатый плед. — нет, это гораздо лучше гирлянд!..        Аккуратные всполохи огоньков весело мерцали в склянках, создавая волшебной красоты освещение. Друзья, плотно прижавшись друг к другу, держали в руках горячие кружки благоухающего какао и с упоением глядели на своеобразные гирлянды.  — Пойдемте, кое-что покажу, — позвал Мефистофель компанию.       Демон стянул с них плед и, проведя по кабинету вперед, стал пропускать друзей через дверь, спрятанную за ширмой. Сам он зашел последним.       Местом, куда он их привел, оказался балкон. Вид с него открывался на все залы, раскинувшиеся очень далеко и широко. Сквозь легкую дымку были видны миллионы огоньков, блестящих словно звезды. Они искрились и шевелились в такт песне, которую пела необъятная толпа…  — Это потрясающе…       Джим опирался ладонями о перила и молча взирал на развернувшуюся внизу картину. Вавилло придерживал его за лямки подтяжек, уронив свой подбородок на ладонь руки, локтем опиравшейся на деревянную поверхность перил.  — Как в сказке, — согласился с Саком Джонатан и, встав к другу вплотную, со спины обнял юношу за шею и прижался к его виску щекой.  — Джонатан… Твой дождик на голове колется… — пробормотал Сак, но даже не потрудился отодвинуться.       Миранда и Эйвери стояли левее всех. Парень, видя как завороженно девушка глядит вперед, решил попробовать незаметно коснуться ее ладони, а миг спустя уже и не заметил, что они стали держаться за руки. Он довольно хмыкнул и прислушался к хору голосов. Впрочем, прислушаться так и не удалось — Миранда вдруг коротко поцеловала его в уголок губ…  — Хозяин, вы сказали, что прошлые ваши служащие для вас ничего не значат, но ведь вы и им устраивали праздник по их просьбе… — полушепотом сказал Вавилло.  — Знаешь, Вавилло, Новый год — время новых начинаний. Так что всё это уже далеко в прошлом. А с ними, — он безоблачно обвел взглядом балкон, где стояли его подопечные, и, вернувшись взглядом к Черту, улыбнулся. — С ними я намерен провести как минимум Вечность.