Земля покинутых душ

      Неа смотрел на Аллена, и видел, что тот очень хочет знать хоть что-нибудь о Мане. Теперь ему было неловко, что он, взрослый человек, совсем расклеился.       — Я обязательно расскажу о Мане больше, правда… Но чуть позже. Не сейчас. Хорошо? — Неа попытался улыбнуться, но вышло отвратительно несчастно.       — Не говори нашим, пожалуйста. И… Кемпбелл. Фамилия Маны не Уолкер, а Кемпбелл.       — Получается… Ты его брат? — в глазах мальчишки засверкали удивление и детское любопытство.        Мана никогда не рассказывал о том, что у него есть брат. Но тогда почему ему дали эту фамилию? Аллен всегда считал, что она досталась ему от Маны, ведь тот воспитал его. Чёрт, его просто распирает от любопытства. Сколько всего он хочет узнать, ну совсем как маленький ребёнок. Но в то же время Аллен знал, что лезть к Неа с расспросами неуместно. Он и так выглядит, будто его ударили прямо в голову чем-нибудь тяжелым, вроде кирпича, и тот сейчас находится в каком-то шоке.       — Всё, не могу… — Аллен упал на пол, но совсем не разлёгся на нём. Просто сидел и переводил дыхание, чувствуя, как лёгкие касаются треснутых рёбер.       Неа обеспокоенно склонился над Алленом. Все-таки, Шерил знатно его потрепал.       — Я попрошу кого-нибудь принести тебе еду прямо сюда. Давай ты пока не будешь пытаться убежать, слышал ведь Тики. Он свои угрозы выполняет, — пошутил Неа, усилием воли загнав смятенный разум подальше.       Неа едва слышно свистнул, на что Тимкампи пулей подлетел к нему и сел на плечо. Конкретно свистом активировалась рация.       — Вайзли, угадай, кто сегодня будет взламывать базу данных Ордена? Я снова иду к тебе, солнце!        — Давай, а то мне скучно… — донеслось из рации.       Взламывать? Неа идёт копаться в архивах Ордена? Вот этого не хватало в его жизни уж точно. Очень хочется посмотреть, что скрывает Орден. Ведь теперь он не девочка на побегушках и не пёсик, которого только корми да на задания отправляй.       — Я пойду с тобой, не хочу один здесь сидеть посреди психов, которые ищут сигареты, — Аллен помог себе руками, чтобы подняться. Он ещё способен двигаться, и показывать слабость Уолкер не собирался.       По правде говоря, Неа не хотелось, чтобы Аллен шел с ним. Ему все еще было не по себе. Однако, с аргументами Уолкера не поспоришь, Неа меньше всего на свете хотел бы опять нарваться на Тики, вероятно, все еще очень злого.       — Знаешь, это будет очень долго, может, несколько часов. Ты устанешь раньше, чем мы закончим.       — Я же не буду целыми днями там сидеть, — Аллен развёл руками. Как будто писать отчёт по выполненному заданию для Комуи не долго. В нём много чего требовалось: чем ты пользовался, как и зачем так поступал, что делал и так далее. Иногда Аллен сидел часами, придумывая выдуманные истории, дабы скрыть оплошность команды. А это случалось довольно часто. В общем бумага тратилась только в путь. В последнее время Орден требовал информацию, даже если ты не выходил из здания. Начальство буквально следило за каждым шагом. Поэтому Аллен и проводил последние дни до побега в своей комнате.       — Как хочешь, только не отставай, тут можно и заблудиться, — пошел на попятную Неа.       К комнате управления, где стояли все приборы, компьютеры и прочие нужные вещи, так же, кстати, Неа наблюдал за битвой Ордена и Ноев, вела сеть длинных и запутанных коридоров.       — Ты, как вижу, уже начал. Пытался подключиться к орденовской радио линии? — сказал Неа, открывая дверь комнаты управления.       Вайзли кивнул, не отводя глаз от монитора.       — И?       — У них сложная система. Но немного усилий и можно послушать, что они замышляют, — бросил Вайзли.       Неа зашёл в комнату, а следом поплёлся Аллен. Немного уставший мальчишка присел на рядом стоящий стул. Кто вообще придумал грёбаные болезни? Только мешаются…       Вздохнув, Уолкер перевёл взгляд на паренька с повязкой на голове. Выглядел он так, будто сидит здесь вечность и никогда не встаёт со стула. Аллен даже посочувствовал ему.       В комнате управления было довольно много мониторов и проводов. Также шумели процессоры, которые вряд ли дадут поспать. Аллен злобно выдохнул и уставился на светящуюся панель, где паренёк шустро печатал пальцами.       Неа подсел ко второму монитору, кинув пару слов напарнику и подключился к работу. IP базы известен весьма неплохо. Неа было очень интересно, как Вайзли смог за такое короткое время узнать его, но спрашивать не стал, чтобы не отвлекать. Нужные программы у них были, ведь эта база данных не первая, которую взломал Вайзли. Неа скорее вспомогательный фактор, чем главная движущая сила в хакерстве, и, обычно, основную работу делает Вайзли. А вот рыться в найденной информации придется именно Кемпбеллу.       Шел второй час неблагодарной работы хакера. У Неа начинали уставать глаза, но, с другой стороны, он был, наконец, в привычной среде и чувствовал прилив сил. Однако процесс шел слишком хорошо, что настораживало.       Вайзли досадливо цыкнул и на секунду остановился. Неа запустил руку в волосы и поморщился. Не срабатывало. Тот, кто отражает атаку, весьма умен.       — Значит, так, — злобно сощурился Вайзли. — Попробуем чуть иначе…       Неа без слов его понял и сменил тактику действия.       Внезапно дверь отворилась и в комнату вбежала Роад, обиженно говоря:       — Ну разве так можно? Вас все ждут, а они сидят задротят…       К тому времени Аллен успел уснуть на стуле. Каким-то боком ему удалось это сделать посреди шумящих и раздражающих процессоров. Признаться, Уолкер так и не понял, как уснул. Может, просто усталость, или ещё чего. В процессе сна Аллен возможно как-то мешал двум хакерам, так как мальчишка бормочет во сне всякую ахинею сквозь сон.       — Мана, а почему у меня белые волосы?       — Потому что ты рождён от звёзд.       — От звёзд? — малыш посмотрел в небо.       — Да. Твои волосы — словно звёздная пыль. Нет ничего красивее звёзд.       — Они разве такие красивые?       — Конечно. Никогда не стыдись их — они прекрасны.       Когда Роад вбежала в комнату, дверь задела стул, на котором тихо спал Уолкер. Подросток начал сползать по стулу вниз, всё ещё находясь во сне. Так его не разбудишь. Странно, но здесь Аллен чувствует себя в безопасности. Он слишком расслабился.       Неа слышал, как Аллен что-то бормочет сквозь сон. Как ни странно, это совсем не мешало. Слов было не разобрать, да и слишком Кемпбелл был занят процессом. Роад ворвалась в их тихую обитель подобно урагану и напомнила, что людям надо кушать, чтобы существовать.       — Ой, Аллен, а ты что здесь делаешь? — удивилась девочка. — С этими двумя совсем околеешь, иногда мне кажется, что Вайзли с Неа вообще нелюди…       В подтверждение этих слов Вайзли протянул:       — Есть и спать скучно.       Неа потер глаза. Он настрой Вайзли не совсем чтобы разделял, но бросать взлом не следует. Если постараться еще немного…       — Не шумите… Нормально же было, — пробубнил Аллен уже лёжа на полу. Ему было лень вставать и садиться на стул. И так хорошо около тёпленького процессора. Единственное, что мешало, так это провода.       Уолкер протёр глаза и уставился на склонившуюся Роад. Нахрен он ей сдался? Других дел что ли нет? Но злило не это.       — Ты плохо о еде не говори. Есть нужно всем, — под конец Аллен протяжно зевнул.       Вайзли вопросительно воззрился на Уолкера, пробубнил:       — Как знать, — и снова уткнулся в клавиатуру.       — Скажи всем, чтобы нас не ждали, — Неа потер глаза и размял затекшую шею, которая на сие действо отозвалась звонким хрустом.       — И Аллена захвати, пожалуйста.       Роад хитро улыбнулась и начала щекотать Уолкера. Уж это должно его растормошить.       — Перестань! Щекотно! — подросток еле сдерживал смех. Роад не жалела мальчишку, так что, не продержавшись и тридцати секунд, Аллен сдался, моля о пощаде.       — Всё… Встаю… — юноша отдышался и поднялся на ноги, пытаясь не задеть какие-либо провода. Конечно, покидать тихое, по сравнению с другими комнатами Ковчега, место, не хотелось. Но в животе заводили песни киты, так что съесть хотя бы что-нибудь да нужно.       — Я нашла твою слабость! — победоносно заявила девочка. Роад повела Аллена в столовку, где уже сидели все оставшиеся Нои.       — Малыш, — поприветствовал Уолкера Тики.       Остальные просто кивнули, некоторые же даже и внимания на новопришедшего не обратили. Неа через злого без сигарет Тики уже успел доходчиво (очень доходчиво, но не применяя насилия) объяснить, что Аллен, возможно, краеугольный камень в создании вакцины против вируса акума.       — А это правда, что вирус тебя не берет? — заинтересованно спросил Дебитто, перевешиваясь через стол.       — Я же тогда не сдох, — Аллен сел за стол и посмотрел на разложенную еду, пуская слюни.       Наверное, это не странно, когда люди достают тебя вопросами, если ты обладаешь чем-то необычным. В его случае — это кровь. Но Аллен думает иначе. Что того укуса в руку и плечо вообще не было. Тот день Аллен смутно помнит. Будто акумы затуманили ему разум. И тогда на миг ему показалось, что эти твари общаются… С ним. Но возможно ему просто показалось из-за начинающийся лихорадки.       Но странно то, что сегодня он чувствует свою руку немного иначе. Она будто онемела. Аллен немного нахмурился, разглядывая раненную конечность.       Роад внимательно наблюдала за каждым движением Аллена, не сводя глаз. Еще когда Тики притащил Аллена в Ковчег, Неа попросил сообщать ему, если с подростком случится что-то странное. Но Аллен вел себя вполне обычно, и вообще казался нормальным юношей, если не считать внешности. Такие белые волосы… И этот странный шрам. Где он мог получить его? Он ведь совсем ребенок… Впрочем, Роад и сама была еще ребенком, но это совсем не мешало ей хладнокровно расправляться с акума. Наверное, Аллен такой же.       — Хей, Аллен, а может, останешься с нами? — неожиданно спросила девочка, мило улыбаясь.       — Нет, я сбегу, — Аллен покосился в сторону Тики, который явно не рад это услышать. Сейчас бессмысленно скрывать то, что он замышляет побег. Его болезнь позволяет прогуляются по Ковчегу и нарисовать хоть какую-нибудь карту этого места. Ещё нужно продумать сам план. Проследить, кто и когда дежурит, и когда ложатся спать все Нои, и прочее. Возможно возникнут неприятности с тем пареньком, что сидит в комнате управления, но он точно что-то придумает.       Уолкер задумчиво положил кусок мяса себе в рот и задумчиво посмотрел куда-то в сторону. Надо побыстрее поесть и уйти куда подальше, от этих глаз, в комнату управления. Всё равно сейчас бессмысленно воплощать план побега, ведь он и стоять прямо не может. Глупые болезни.       — Обидно-о-о, — надула щеки девочка.       — Тут одни взрослые, близнецы болтают только о своем, а Вайзли кроме компьютеров вообще ничего не интересно. Уолкер ей не ответил.       — Мы могли бы подружиться, — протяжно заныла Роад, подперев ладошками голову.       — Ну что тебе стоит, Аллен?       — Однажды я привязался к одному человеку… Не хочу повторять ту же ошибку, — грустно ответил Уолкер. Аллен посмотрел в строну Шерила, который уже сверлил не одну дырку в мальчишке. И этот, блин, в следующий раз не промахнётся, кинув нож. Наверное жалеет, что не успел убить юношу тогда, сломав ему рёбра. А кости до сих пор болят при вдохе!       Роад в ответ промолчала, принявшись за свою порцию. Вот, значит, как. Аллен кого-то потерял. Она задумалась. Ей было не знакомо это чувство. Сколько Роад себя помнила, с ней были Шерил и Тики.       — Увижу рядом со своей дочуркой, прирежу, — беззаботно, как бы невзначай, сказал Шерил.       — Не первый раз слышу. Все здесь кого-то прирезать хотят… — Аллен подумал о том, есть ли у него на двери замок. Просто небезопасно спать ночью с открытой дверью посреди психов. А эти Нои свои обещания исполняют.       — Не волнуйся, Неа настоятельно попросил тебя не убивать. Со слезами на глазах умолял. Как ему отказать? — мрачно пошутил Скин и вышел из-за стола. Он не одобрял самого существования Уолкера.       Где-то наверху Неа оглушительно чихнул и потер нос. Не мог он простудиться, точно не мог.       — Вайзли, дело стоит на месте.       — Сам знаю, — безэмоционально ответил тот, отняв, наконец, руки от клавиш.       Неа подумал, что надо бы спросить у Аллена, кто в Ордене сидит на компах.       — Занимайся базой, я пока, хотя бы, к их камерам подключусь, — сказал Неа и принялся за работу.       А вот это удалось.       Экзорцисты вовсю обсуждали исчезновение Уолкера, и даже на повышенных тонах. Главными участниками спора были девушка с зелеными волосами и какой-то странный парень, одетый, как самурай. Неа присмотрелся.       — Какого черта, спрашивается…       Он узнал в нем экзорциста, которого прислали за Алленом. Неужели Нои его упустили? А вот это нехорошо. Кемпбелл не хотел бы, чтобы о Орден знал многое о Ковчеге и его обитателях. Мутная слишком организация. Чует его сердце, это принесет им проблемы в будущем.       — Смотри, чтобы я тебе глотку не перерезал, как свинье, — бросил Уолкер уходящему Скину. Он наверное сейчас об стенку его размажет, но не убьёт же всё-таки.       Интересно, как там Канда? Аллен недавно спас его задницу, и он теперь его должник. Но Аллен теперь не часть Ордена, а просто пленник здесь. Поэтому, возможно, Канда даже не станет его слушать. Бедняга, наверное страдает там без споров с ним.       А в Ордене тем временем готовили новое задание по возвращению Аллена из плена. Научный отдел всё так же загибался от работы, и учёные бегали из одной комнаты в другую. В коридорах иногда можно встретить экзорцистов, которые взволнованы исчезновением мальчишки.       — Ты видел Аллена?       — Тч, я же сказал, что видел это бобовое.       — Тогда почему ты не забрал его? Вы ведь могли уйти от Ноев.       — Могли, но он не слушал. В тот момент он был пострашнее акумы… — Канда не хотел этого признавать, но Аллен вселял страх вчера. Будто перед ним стоит человек, способный одним махом обратить и так обломки мира в хаос.       — Но он же в порядке?       — Конечно, я же должен набить ему морду, — Канда по привычки взялся за ножны Мугена.       — Мне пора.       Канда повернулся и направился на тренировку, чтобы в следующий раз уничтожить Ноев и забрать глупого стручка.       Линали вздохнула, смотря, как Канда уходит. Хотя бы с Алленом всё в порядке. Признаться, она места себе не находила, когда тот убежал с Акумами на хвосте. Они же могли загрызть его. Подожди, Аллен, мы заберём тебя из лап Ноев, пускай даже силой.       Неа нервно барабанил пальцами по столу. Нет, он ни секунды не сомневался в Семье Ноя, однако… Если пришлют большую группу экзорцистов, да еще и с подкреплением… Ноев, какими сильными они ни были, всего тринадцать. Себя Неа в счет не брал, ибо в битве был бесполезен.       — Заткни свою пасть, щенок, — процедил Скин, направив на Уолкера травмат, вынутый из чехла на поясе.       — Кровь можно и у трупа взять…       — Какие мы злые… Стреляй, если кишка не тонка, — Аллен посмотрел в сторону Скина. Если бы он не был больным, смог без проблем увернуться. Но внимательность сейчас понижена и подросток не уверен, что не получит дырки в своём теле. Руки напряглись, а дыхание задержалось, прислушиваясь. Всё внимание сконцентрировано на Ное, что держит травмат, нацеленный на голову юноши. Нужно предсказать время, когда он нажмёт на курок и успеть отклониться в сторону. Но есть шанс, что чёртов Ной не выстрелит, передумает и уйдёт. Хотя Ной не упустит шанса прикончить хоть кого-то в этот день.       Скин не медлит и стреляет аккурат над макушкой Уолкера, метя в стену.       — Попадешься под руку в следующий раз — ты труп.       Обстановка накалялась, Скин злился и был готов действительно прикончить зарвавшегося мальчишку.       Тики встал со своего места и практически вытолкнул Аллена из столовой.       — Малыш, ты совсем идиот или просто хочешь нажить себе врага в лице Скина? Думаешь, не убьет, просто потому что Неа попросил? Прихлопнет, как муху. Как только от тебя не будет никакого толка — Нои с радостью избавятся от твоей тушки, — шипел он, схватив Аллена за воротник рубашки.       — Во-первых, отпусти меня, а во-вторых, мне плевать. Я не собираюсь надолго оставаться здесь, — возможно, провоцировать Скина было безрассудным. Но он сбежит быстрее, чем Нои захотят избавится от него.       — И прикрываться просьбами Неа я не рассчитываю. Сам могу защитить свою жизнь.       — Вдарить бы тебе по самое не хочу, да загнешься еще, больной, — скривился Тики. Уолкер оказался той еще занозой в заднице.       Микк действительно отпустил подростка и спрятал руки к карманы. Может хватит пытаться ему помогать? Ведь и правда, с навыками самозащиты у мелкого экзорциста все в порядке.       Что-то буркнув себе, Аллен пошатнулся и поправил свой воротник. Тики в порыве ярости почти задушил его. Ненормальный… Но ещё хуже был тот Ной, который совсем отбил желание вернутся в столовую и доесть свою порцию. Нужно действовать поосторожнее, а не на эмоциях бросаться на кого попало с кулаками, так что Аллен немного согласен с Тики. К тому же Уолкер чувствует себя неважно и следующая стычка может обойтись ему смертью. Но уступать им Аллен не собирался. Казаться сильным, чтобы не оголять разбитую на мелкие осколки душу. Он до сих пор тот ребёнок, что винит себя во всём. Особенно в смерти Маны.       Аллен устало посмотрел на Тики, хотя пытался скрыть слабость в глазах, и пнул того под коленку.       — Сам тебя прикончил, если бы мог, — экзорцист злобно выдохнул. Теперь ему нужно искать комнату, где можно поспать в тишине и покое. Хотя Аллен не уверен, что заснёт рядом с легко вспыльчивыми убийцами.       — Малыш показывает зубки, — хмыкнул Тики, едва слышно зашипев после удара.       — Забавный ты, — злость сошла на нет. Как ни странно, но мелкий не выглядел тем, кто так легко погибнет, застреленный кем-нибудь из Ноев.       Тики развернулся к Аллену спиной. Было уже позднее время.       — Не стоит тебе бродить по Ковчегу.       А Неа наверху выл и рыдал, потому что что-то накрылось и от камер Ордена его компьютер отключился. Ничего важного он так и не узнал. У, черти!       — Вайзли, что с базой?       Паренек в ответ стукнулся лбом об стол. Неа нежно улыбнулся, мечтая раздолбать технику о стенку.       — Может, завтра?       Вайзли протяжно вздохнул. Сегодня совсем не осталось сил продолжать взламывать Орден. Слишком хороший специалист отражает атаку, и даже малюсенькой лазейки в защите базы.       — Ты тогда иди. Всё равно нет никаких продвижений, — сказал парнишка и совсем разлёгся на столе.       Тем временем Аллен сверлил спину Тики. С какой кстати он называет его Малышом? Это название намекает на его детский и невинный образ, что немного бесит. Да, он ещё ребёнок, но это не мешает носить с собой автомат, с помощью которого Аллен с радостью прострелил бы башку Ноя.       — Если так волнуешься, может, проводишь? — мальчишка усмехнулся.       — Ты же у нас такой вежливый.       — Тебе нужна нянька? — Тики приподнял бровь и оценивающе оглядел Аллена. Сердитый Малыш выглядел довольно мило, Микк не мог не признать. Честно сказать, он понятия не имел, куда вести Аллена, но где-то ночевать он же должен.       А Неа, злой как сто чертей, шел по коридору. Орден, чтоб его. Кемпбелл резко свернул влево и с размаху ударил по панели. Стена за ним с грохотом сомкнулась, отделяя от общего коридора. По мере того, как он шел, стены за ним смыкались и соединялись.       Тики услышал грохот, после чего стена рядом с ним наоборот, раздвинулась. Неа со злости задел пальцем лишнюю часть сенсора и открыл потайную дверь.       — Что за… — Аллен на всякий случай не заметно зашёл за Тики, который смотрел на открывшийся проход. Про раздвигающиеся стены Уолкер читал в книгах, но в реальном мире в их существовании он не верил. В Ордене их не было, так что это немного в новинку для экзорциста.       — Ты что-то сделал, если она открылась? — Аллен не верит во что-то паранормальные, но если ответ Тики будет отрицательным, то будет как-то страшно оставаться в этом сумасшедшем месте.       — Я — нет, но судя по грохоту, сделал что-то Неа. Хм, — Тики заглянул в проход. Там была маленькая платформа вроде лестничной площадки и винтовая лестница наверх.       — Ковчег — очень запутанное место, я и сам не знаю всех его секретов. Может, там расчлененные трупы, которые тайком режет Шерил? — задумчиво бросил Тики, всерьез задумываясь о трупах.       Тем временем Неа добрался до небольшой полностью белой комнаты. Здесь его не должно быть слышно, ведь эта комната находится внутри потайной части Ковчега, окруженная со всех сторон кучей коридоров, через которые звук просто не доходит до основной части.       Он давно сюда не ходил: было немного пыльно, даже на огромном, во всю стену, органе, была пыль.       — Если ты не знаешь всех секретов Ковчега, то кто знает? Неа? — Аллен вопросительно взглянул на Тики. Потом мальчишка посмотрел на загадочную лестницу. По неизвестным причинам подростка сильно тянуло туда — внутрь. В полностью белую комнату где стоит… Стоит что? Мысли запутались в один клубок ниток воспоминаний. Что должно быть внутри Ковчега? Аллен ещё раз посмотрел на уходящую наверх лестницу. Нет, там что-то есть. Что-то необъяснимое.       Уолкер сделал несколько неуверенных шагов к раздвинувшимся стенам. Это глупая затея, но всё же…       — Наверное, Неа знает. Мы используем это место как базу много лет, но… Эй, погоди, ты чего это удумал? — Тики потянул Аллена за рукав.       — Малыш, ты же не собираешься идти туда?       Тики думал о том, что они могут и не выйти обратно в общий коридор, если заплутают. Он отлично знал расположение комнат и коридоров Ковчега, но не потайной его части.       — Я хочу туда пойти, — Аллен отдёрнул руку, но Тики крепко держал его.       — В конце концов мне не запрещено здесь разгуливать.Так что пусти.       Ковчег — довольно запутанное и загадочное место. Легко потеряться и сложно выбраться, словно в катакомбах. Но Уолкеру всё равно. Он просто хочет туда.       — Боишься — не иди. Просто дай мне это сделать, — Аллен продолжит рваться к лестнице, даже если его рукав порвётся. Он слишком упрям.       — Ладно-ладно, ты только с лестницы не навернись. Пойдем, — Тики не успел закончить фразу, как Аллен уже был на вершине лестницы.       — Подожди! Неугомонный ребенок, — буркнул Тики и последовал за ним.       Неа медленно провел пальцем по случайной клавише нижнего ряда, стирая пыль. Инструмент отозвался тягучим, глубоким духовым звуком.       В комнате было окно, через которое в помещение проникал свет угасающего дня: был вечер. На мгновение Неа застыл, уставившись на клавиши. В голове было на удивление пусто.       — Медленный, — сказал Аллен, смотря на поднимающегося по лестнице Тики.       Пока этот Ной тащится по ступенькам, мальчишка огляделся. От лестницы шли вдаль три коридора. Все они до боли белые, и режут глаза своим ослепительным цветом. Коридоры казались нескончаемым лабиринтом, по которому можно ходить вечно. Безвольно плутать по ним и думать обо всём, пока не сойдёшь с ума.       — Малыш, сбавь немного обороты, — Тики устало выдохнул.       — В это время я должен был сидеть в своей комнате и курить, тем самым расслабляясь, а не тащится за тобой.       — Ты сам со мной пошёл, — Аллен какое-то время простоял на месте и, не задумываясь, повернул направо. Если дверь открыл Неа, значит он здесь. Но что ему здесь нужно?       — Не оставлять же тебя одного, заблудишься и помрешь от голодной смерти, — отозвался Тики, отдуваясь. Аллен его порядком умотал. Лестница-то длинная, метров двадцать или даже больше. Аллен выбрал правый коридор, посему Микк пошел туда же. От белого уставали глаза. Как Неа вообще его выносит?       Неа вышел из оцепенения и, сев, на пробу взял аккорд правой рукой. Звук превосходен, как всегда.       Чем дальше Аллен проходил по белым коридорам, тем больше его глаза болели. Иногда ему казалось, что всё на миг темнело, тогда мальчишка останавливался, как вкопанный, на несколько секунд. Потом зрение возвращалось, и прогулка по неизвестным местам продолжалась. Тики хватало этого времени, чтобы дойти до мальчишки. Аллен болен, и оставить этого спиногрыза без присмотра он не может. Что-нибудь да сотворит.       — Тебе не надоело? — спросил Тики.       Ной боялся забыть дорогу обратно.       — А тебе разве не интересно? Или ты слишком старый и нудный для внедрения новой информации в твой не думающий мозг? — вдруг Аллен остановился. Недавно он почти без перерыва заворачивал за углы, но сейчас что-то беспокоило юношу. Будто мысленная подсказка куда-то исчезла.       — А может это ты излишне любопытен, Малыш? Суешь свой нос туда, куда не следует, — несколько раздраженно ответил Микк.       — И куда мы зашли? — он огляделся.       Казалось, это место — средоточие всех белых коридоров. Что-то вроде круга, куда все коридоры вели. Но куда идти дальше?       Неа отключил сознание. Руки начали двигаться сами, без его каких-либо указаний. Это что-то быстрое, поверхностное на первый взгляд, на высоких тонах. Музыкой наполняется само тело. Даже вечное покалывание над висками из-за долгой работы за компьютером прекращается. Это его стихия, стихия Неа, и она его спасение.       На окне цветной витраж, и лучи, проходящие через него, погружают белую комнату в багровое марево.       — Я… — Аллен запнулся.       Тики точно всыплет ему по самое не хочу, если узнает, что он заблудился. Детское любопытство до сих пор осталось внутри сознания, а сейчас исчезло, будто никогда его и не было. Опять инстинкты подводят маленького ребёнка, оставляя одного в бесконечно белых коридорах.       — Остановимся, пока что, — подросток сел на пол. Этого не следует делать мальчишке, который болеет, ведь, как и ожидалось, пол был холодным, но стул из Тики вряд ли получится. Здесь тихо, так что теперь это пространство между коридорами входит в список Аллена, как место, где можно поспать. Но проблема в том, что нужно выбраться отсюда и научится заходить в этот лабиринт.       Уолкер на миг закрыл глаза. Кажется, он слышит музыку. Спокойную и лёгкую, словно птица парит в бескрайнем небе. Может, это что-то с головой экзорциста, но это не мешало отдохнуть.       — Малыш, неужели твоя энергия иссякла, — подтрунивал Тики над подростком, но потом осознал, что они действительно заблудились. И зачем он пошел на поводу у мальчишки, согласившись зайти в дебри Ковчега. И как назло рацию снял, так как собирался уже идти к себе и не думал, что она понадобится. Положение незавидное. Пойти наугад? Он только еще сильнее запутается. Тики ощутил смятение, ведь совсем не знал, что делать.       Подождите… Что это? Микк прислушался. Нет, ему не кажется, он отчетливо слышит музыку. Тики облегченно растрепал волосы. Где музыка — там Неа. А Неа точно знает, как отсюда выбраться.       Но Кемпбелл не любил, когда его покой нарушали. Нет, Неа был весьма демократичен и старался ни с кем не ругаться, но личное пространство слишком много для него значило.       — Ты тоже слышишь ее?       — Слышу, — Аллен потёр проведённый через левую часть лица шрам. Тики увидел его слабость, что не было хорошей новостью. Да, физические способности Уолкера хороши, но вот выносливость небольшая. Поэтому долго в битве на полную силу Аллен не выдержит.       Мелодия ласкала уши, расслабляя и почти гипнотизируя. В дебрях Ковчега хорошо слышалось эхо и звук инструмента, отталкиваясь от стен, звук разносился по секретным коридорам этого места. Уолкер мечтал лечь здесь и уснуть, забывши о том, что есть какие-то дела и проблемы. Но к большому сожалению здесь есть Тики, который хочет пойти и наконец-то отдохнуть в своей комнате.       — Малыш, пойдём. Этот белый цвет лишит меня зрения, если мы останемся здесь.       — Не хочу… — Аллен подтянул к себе ноги и обнял их руками. Он уж сел и вставать не собирается. Только если его насильно поднимут и то не факт, что он снова не свалится на пол.       — И что же, мне тебя на руки брать? — предложил Ной, смеясь.       — Тут холодно, нам пора… Малыш? Ты слышишь меня? — Микк коснулся рукой плеча мальчишки.       Неа заканчивал мелодичную часть пьесы. Дальше шла менее нежная, но любимая — несколько мрачные, тяжелые аккорды, мелодия развивалась стремительно и звучала даже немного пугающе. Весь шарм органной музыки Неа видел в именно контрасте: когда высокие быстро сменяющие друг друга звуки сменяются насыщенно-яркими сочетаниями, создавая поразительно гармоничную мелодию, хотя разные куски мелодии прямо-таки противоположны как по настроению, так и по звучанию.       Аллен никак не отреагировал на Тики. Просто не слышал. Голову заполнила только эта музыка, которая оживилась и в какой-то степени нагоняла страх. Тихие прорези голоса Ноя и мелодия соединялись в один плавный звук. Перед глазами вновь всё поплыло. Мальчишку вгоняло в транс.       Тики забеспокоился, что подросток не отвечает и сильнее потеребил его за плечо, забыв о том, что там зашитая дырка от пули. Но даже лёгкая боль не привела в чувства юношу. Аллен желал лишь продолжения музыки. Слушать её вечно.       Тики не мог понять, что творится с Алленом. Он будто бы находился в астрале и совсем не подавал признаков существования.       — Ты меня пугаешь… — Тики посерьезнел и присел на корточки, чтобы быть с подростком на одном уровне. — Аллен!       Неа не то что не следил за руками, но даже глаз полностью не открывал. Того, что было видно сквозь полуопущенные веки, хватало, чтобы не ошибаться. Он полностью ушел в ставшую тревожной и быстрой музыку.       Но потом что-то внутри сорвалось. Неа подсознательно увеличил темп, аккорды почти стали сливаться и превращаться в один многоголосый звук, но гармонии это не нарушало. Скорее казалось, что исполнитель потерял чувство времени и ритма, но на интуитивном уровне он еще сознает, как не испортить музыку.       Аллен находясь далеко от сюда, словно сидел рядом с исполнителем. Видел его быструю игру и как его тело двигается за музыкой, которую он создаёт. Ощущал пальцы, которые легко касались клавиш и в нарастающем темпе перебирались на другие клавиши инструмента. Будто этот человек вливает свою душу в ноты и выплёскивает всё накопившиеся внутри. Аллен хотел тоже прикоснутся и сыграть несколько аккордов.       — Твою мать, Аллен! — рявкнувший Тики разбудил мальчишку от странного плена. Уолкер опрокинулся назад и ошарашено огляделся. Его взгляд пересёкся со взглядом Тики. Тот серьёзно смотрел на подростка, пытаясь что-то понять в его странном поведении.       — Ты здорово меня напугал, Малыш, — тихо сказал Тики, внимательно разглядывая лицо мальчишки. Аллен выглядел бледно и как-то потерянно. Это из-за музыки? Но это же просто мелодия… Дурная, по мнению Тики, слишком напоминавшая реквием, но все-таки обычная мелодия.       — Вставай. Нечего на холодном полу сидеть, а ты все еще болеешь, — странно признавать, но Тики волновался за подростка и действительно испугался, когда тот не отвечал ему.       — Пойдем на звук.       Аллен, не задумываясь, принял протянутую руку помощи Тики. Ной без проблем поднял мальчишку и поставил на ноги. Теперь Аллен плёлся за мужчиной, а Тики уверенно шёл на звук. Наконец, покинув огромную комнату с большим выбором путей, они снова начали бродить по постоянно поворачивающих коридорах. Иногда встречались разветвления, но чем дальше они шли, тем сильнее слышалась мелодия. Аллен шел за Тики и попутно думал о том, что это было. Музыка словно связала его и бросила в бесконечную бездну. Это не поддаётся объяснению Уолкера... Как такое возможно?       Наконец, Тики остановился и задумывавшийся Аллен упёрся в спину Ноя. Тики повернул голову и приставил палец ко рту, призывая молчать. Музыка стала совсем громкой, а значит за этим проходом, где Тики остановился, играет исполнитель.       Пьеса была близка к кульминации. Музыка нарастала гигантской волной и разбивалась о стены хрустальными брызгами.       Неа бросил руки на клавиши и, наконец, расслабил плечи. Последний духовой звук заполнил комнату и медленно начал сходить на нет.       Кемпбелл встал. Внутри ощущалась приятная опустошенность, какая бывает после хорошей музыки. Он глянул в окно. Солнце почти село. Надо возвращаться. Кемпбелл быстро пересек комнату и нос к носу столкнулся с Тики и Алленом.       Его лицо приобрело удивленно-оскорбленное выражение, и Неа фальцетом просипел:       — Какого дьявола?       — Не злись. Мы просто заблудились по кое-чьей вине, — Тики посмотрел на опустившего глаза подростка.        — Не подсобишь в поисках выхода?       Тики знал, что Неа всё равно остался не довольным в связи нарушения его личного пространства, но оставаться здесь и подохнуть от голода не самый лучший вариант. К тому же нужно проверить малыша, а то по виду он выглядит неважно.       — Чудесно играешь, Неа, — подметил мальчишка. Это первое, что пришло в его голову, чтобы отвлечь внимание Ноев о том, что он виноват.       — Да… Но тебя чуть не унесло в астрал, — Тики дал щелбан Уолкеру. Тот зашипел и рефлекторно ударил Ноя по ноге. Аллен не потерпит такого отношения к себе. Особенно в данном положение, когда он не может дать сдачи, достойную Ноя.       Неа хмурился все больше и больше, внимательно вглядываясь в лица незваных гостей. Его слушали — Кембелл мало кому позволял себя слушать, потому что в музыке он обнажал все, что было тщательно запрятано в дебрях сознания.       — С черта ли вы бродите здесь так поздно? — отрывисто и зло сказал он, сделав шаг вперед.       — Воу, это не моя вина. Я и не хотел сюда переться, — Тики посмотрел на Неа. Похоже, этот Ной в не настроение. Главное его не разозлить и не остаться голодать в этих белоснежных коридорах. Эта часть Ковчега слишком похожа на психушку.       — Просто выведи нас отсюда.