Шаг влево, шаг вправо - расстрел!

      В тот день Мегатрон по счастливой случайности не заметил Мико, дав ей шанс не только спастись, но и добраться до базы, что девчонка, разумеется, и сделала, когда Маднесс с Лордом скрылись из виду и зелёная воронка захлопнулась, рассыпав в разные стороны сноп радужных искорок. Узнав, что фиолетовая фракция взяла Алею в плен, Оптимус собрался действовать немедленно, но все планы лидера алозначных пошли к шарку, когда на связь с базой своего главного врага вышел Мегатрон собственной персоной. Лорд вполне серьёзно посоветовал Прайму сидеть на бампере ровно, если он хочет, чтобы Маднесс осталась невредима, и сообщил, что причинять вред ей не собирается. Пока что. Просто проведёт «воспитательную работу», после которой Ал отпустят, если она будет хорошо себя вести. Оптимусу не понравился ни тон бывшего гладиатора, ни его намерения, но, как ни крути, особого выбора не было – Мегатрон действительно был способен на многое, когда его условия нарушают. Пришлось, скрепя Искру, согласиться не вмешиваться в то, куда вляпалась Маднесс по своей собственной вине, но надежды досрочно освободить её Прайм не оставлял. …Сейчас Ал была заперта в одном из отсеков «Немезиды», где, судя по внутреннему хронометру, она сидела уже вторые сутки, и с негодованием проклинала: Мегатрона, команду, причём обеих фракций, этот корабль, Нокаута, который почему-то не спасал её, хотя мог, наверное, чуточку себя и платформу этого помещения. Последнюю – потому что список: «Те, кто обязательно получит люлей», показался ей маловат. По этой же причине туда были внесены ещё Старскрим, который вообще был не при чём, створки отсека и Мегатрон. Второй раз, да. — Меня собираются выпускать вообще или нет?! — в который уж раз прокричала фемма, сидя на полу с недовольной мордой фейсплейта, и пнула сервоприводом двери. — Что за ужасное содержание пленников?! Что за сервис?! Неужели вы думаете, что отдельного отсека достаточно, чтобы я поставила вам пять звёзд?! Ха! Свободу попугаям, сво-бо-ду! Снова пнув створки и убедившись, что никто не думает открывать их, Алеа растянулась звёздочкой на полу и вздохнула вентсистемами. Скверное у неё было положение сейчас. Скверное и незавидное. Подумать только! Столько раз ей фортило и удавалось скрыться – тот случай со смертью от инсектодряни не считается! – и вдруг такой фейл жуткий… Н-да, печально. — Свинство! — вслух высказалась Алеа, не скрывая досады, и встала. — Так больше продолжаться не может. Надо отсюда выбираться, а то, не ровен час, меня пытать вздумают… Но только… Как бы отсюда?.. И тут в её процессоре сформировался план.

***

      Было около шести часов вечера по Земному времени, когда в отсек неожиданно постучали. Маднесс ойкнула, отскочила от створок, которые пыталась всё это время вскрыть хоть как-нибудь, и тихо выругалась. Неужели Праймус услышал её моли… проклятия и снизошёл до помощи? — Энергон нужен? — осведомились за створками. Скорей всего, это вовсе не милость Праймуса, а просто-напросто Мегатрон снизошёл до того, чтобы отправить дрона принести пленнице топливо, что было весьма кстати, учитывая низкий уровень энергии. «Милость, немилость… Какая, к шарку, разница?! Мы любой возможностью свалить на квинт отсюда воспользоваться сможем!» — подумала Ал и крикнула утвердительное «Да» на вопрос дрона. Ой как зря Лорд не счёл нужным предупредить своего солдата о том, что Маднесс – настоящая лиса! Едва створки разошлись в стороны настолько, чтобы корпус феммы прошёл в открывшийся проход, как Алеа молнией метнулась вперёд и, чуть не снеся ошалевшего от такого поворота событий дрона, ломанулась куда оптика глядит… Солдат поставил кубы на пол и связался со своим лидером. — Милорд, у нас тут… маленькая неприятность… И, раз она была надёжно заперта всё это время, смею предположить, что скоро она станет катастрофой вселенского масштаба.

***

      Алеа выскочила обезумевшей ланью на взлётную площадку и встала, как вкопанная, глядя на вечернее небо, принявшее в свои просторы десептиконский корабль. — Твою на болт! — Фемма схватилась за рога. — Ой, дура, ду-у-ура какая! А лётный альтмод?! Не подобрала же!.. Проклятие! И что мне теперь делать? Не прыгать же, в самом деле! Маднесс панически осмотрелась, сама не зная, на что надеясь при этом. Уж вряд ли десептиконы тут под навесом где-нибудь хранят парашюты для таких случаев или крылья на всякий пожарный. Да-а, и правда дура! За столько времени – и не подобрать сикерскую форму… Оптика зацепилась взглядом за массивную тушку, смирно лежащую в стороне, а потому при своих габаритах оставшуюся до этого момента незамеченной. Оптограни авантюристки подскочили вверх, и Алеа, охнув, крикнула: — О-фи-геть! Чернобыльская ящерица! «Чернобыльская ящерица», по банальному незнанию определения «предакон» окрещённая так странной феммой, активировала свою яркую оптику и, подняв не самую дружелюбную морду вверх, посмотрела прямо на незваную гостью. — Нечего на меня так пыриться! Бр-р-р… Даже бежать обниматься с тобой пропало желание… Я тут своя! — поспешно замахала манипуляторами Маднесс. — Честное десептиконское! Видишь, знака автоботов нет? И Ал покрутилась на месте, радуясь, что ещё не успела «набить» себе инсигнию. Киберзверь, недоверчиво прищурившись, следил за каждым движением этой незнакомой ему особы, и неизвестно, чем бы это знакомство авантюристки и убийцы кончилось, не появись на взлётной площадке кое-кто ещё. Его шаги отчётливо взрезали повисшую тут тишину. Алеа обернулась, надеясь, чтобы это был кто угодно, но не Мегатрон, и снова присвистнула. — Ух ты! Чернобыльский хозяин ящерицы!.. Наверное. Массивный мех, остановившись на половине своего пути, с мимолётным замешательством во взгляде единственного алого окуляра уставился на фемму. Тёмная броня, на которой кое-где виднелись старые шрамы, тускло мерцающая в сумерках подсветка, увесистая пушка вместо левого манипулятора… Которую сейчас медленно, но уверенно десептикон наводил на гостью. Всё это говорило о том, что сбылась мечта идиота – Маднесс встретилась с учёным всея Кибертрона! — …Шоквейв, да? — Алеа смотрела на дуло страшного оружия меха, как кролик на удава. — Здрасьте. — Да. — Учёный остался невозмутим, попутно разогревая пушку для выстрела. — А можно в меня не стрелять? Я своя! — Исключено. Ты не значишься в составе экипажа, — ровный голос Шоквейва пробирал до самой Искры. — А я… новенькая! Вот! Логик на мгновение задумался, но пушку так и не опустил. — Нелогично. Ты… В этот же момент на площадку высыпали вехиконы во главе со Старскримом, и Алеа, сплюнув, развела манипуляторы в стороны, выпятив грудной отсек. — Ох актив мой неспокойный… Была не была! Уговорил, Шоквейв. Стреляй! И на площадке грянул выстрел.

***

      Алеа сидела, надувшись, в отсеке Мегатрона, и бурчала про себя, как несправедлив этот мир. Казалось бы, Шоквейв спокойно согласился завершить её актив, но нет же, надо было Лорду влезть! Выстрелил в воздух, привлекая к себе внимание, сообщил – если злой рык бывшего гладиатора можно так описать – что эту фемму никому трогать нельзя, после чего приказал повязать её и оттащить в его личную обитель. Маднесс брыкалась, кусалась, ругалась, царапалась, что-то кому-то сломала, но всё-таки снова оказалась запертой в четырёх стенах. Несправедливо! В отсеке лидера фиолетовой фракции не было чего-то особенного, с помощью чего можно было определить помещение, как владения грозного предводителя десептиконов. Серебристо-фиолетовые тона, платформа, иллюминатор… Даже стола нет. Просторно, чисто, скучно. Как обычно у Ал это бывает, за мирными размышлениями последовала грусть, которая следом стала плавно перетекать в негодование, а там и злость. Фемма встала, остановилась напротив створок и начала их пристально рассматривать. В том отсеке у неё не вышло когтями раздвинуть их, так, может, в этом удастся выбить? Чем Юникрон не шутит! Попробовать стоило. Алеа легла на пол и, уперевшись манипуляторами в пол для устойчивости, стала сервоприводами бить в створки отсека. Дури в авантюристке было не по-фемски много, иногда можно было даже позавидовать, а упорства – и того больше. Именно поэтому через приличное время таких ударов створки начали поддаваться. Окрылённая успехом, фемма собрала оставшиеся силы и последний раз, сильно, до ноющих ощущений в гидравлике, саданула по створкам. И – о чудо! – одна из них с грохотом оказалась выбита. — Юху-у!!! Свобода! Ал вскочила, на миг присела с кислой миной – серво отдали волной саднящей боли – и наконец-то выбежала из отсека, совершая свой второй побег из плена за этот день. Ступив на покоящуюся с миром на полу створку, Маднесс повернула направо, намереваясь свинтить через прилегающий коридор на мостик, выписать связисту по первое число и потребовать мост на базу, даже если там будет Мегатрон. Но Мегатрона быть на мостике не могло, потому что он сейчас был здесь. Ал встала, как вкопанная, и с минуту смотрела в алую оптику десолидера. Выглянула из-за его массивного корпуса, посмотрела на коридор и ясно представила, как он машет ей ручкой и с усмешкой лыбится. — О'кей, ясно, понятно, можешь ничего не говорить, я иду обратно… Развернувшись на когтях, Алеа шагнула обратно в отсек, угрюмо в мыслях его поприветствовав, и, пройдя к платформе, села на неё с невинным и покорным видом. Кадр один, дубль два оказался тоже провальным шагом к спасению. Ну, что же… Не судьба.

***

      Пока вехиконы меняли в отсеке Лорда створки, Ал находилась под постоянными присмотром хозяина этой обители, поэтому нельзя было и мысли допустить о третьей попытке сбежать. «Праймус любит троицу! Я обязательно испытаю своё везение ещё один раз точно…» — уверяла саму себя авантюристка, посматривая на серого меха. Тот не сводил с пленницы тяжёлого, пристального взгляда. Наконец, вехиконы проверили, поддаются ли новые створки управлению с имеющейся панели, забрали инструменты, снятые двери и ушли. Фемка в этот момент стояла у иллюминатора, глядя на чернеющее за его стеклом ночное небо. — Маднесс! — От неожиданного окрика этим грубым, рычащим голосом Ал подскочила на месте, в воздухе развернувшись к Лорду фейсплейтом. — Ты не забыла, почему стала пленницей? — Э… — Фем забегала взглядом по стенам. — Потому что ты меня любишь и хочешь, чтобы я всегда была рядом? Мегатрон хмыкнул в сторону. — Ты должна расплатиться за все те проблемы, которые доставила моей фракции! — О, Мегатрон, ну что ты? Помнить плохое – залог… залог… залог плохого воспитания! Да. Вот. — Нет, Алеа. — Десептикон покачал головой. — Не прокатит. И я уже знаю, как ты покроешь все свои пакости… Сама того не осознавая, своими проказами Маднесс напросилась на крупные неприятности. Когда Мегатрон стал приближаться к Алее со слишком странной ухмылкой, переходящей в оскал, чувство самосохранения, которое в особые моменты просыпалось внутри фемки, начало вопить о том, что пора бы рвать отсюда когти, уносить серво, и, самое главное, корпус, потому как именно он отхватит по полной и очень, очень скоро… Прямо сейчас. Но, конечно же, Маднесс послала на болт своё чувство и вякнула то, что заставило её здравый смысл полностью зависнуть, а затем пожелать побиться головой обо что-нибудь твёрдое, и побиться разиков эдак десять: — Ты выглядишь так, будто хочешь меня изнасиловать, – с наигранно беззаботной улыбкой заметила Ал, и тут же выражение её фейсплейта резко поменялось. «Дошло-таки!» – воскликнул здравый смысл и свалил от неблагодарной хозяйки, добавив напоследок, что дальше пусть справляются без него. — П-по-постой! Т-ты же несерьёзно?! Я же это просто так ляпнула! М-Мегатрон, ну, хватит, пошутил и достаточно!.. Не подходи! Я серьёзно! — Я тоже. – Ухмылка Лорда стала кровожадным оскалом. Алеа начала понимать, что именно хочет сделать с ней десептикон. От этого знания несчастная (а так ли это?) начала пятиться назад, но, увы, стена уже поджидала её. «Бля! Я точно влипла. Шарк, Старскрим, ну и где твоя вездесущая рожа, когда она так нужна?! А Прайм где?! Да Праймус, я даже Рэтчету рада буду! Вот только где все эти мехи, когда они так нужны?!» За своими размышлениями она не заметила, что Мегатрон подошёл к ней вплотную и теперь с неподдельным интересом разглядывает её корпус, оценивая его. — Отсек я заблокировал, так что можешь не думать о побеге. Услышав совсем рядом с собой этот насмешливый голос, фемка подняла голову и уставилась в алую оптику Лорда. — Ты сама как-то упоминала коннект, — напомнил мех. — Неужели сейчас, когда есть реальная возможность испытать его на себе, как ты и хотела, ты от этого откажешься? Я, например, нет. «Ну всё, конец котёнку!» — подумала Маднесс и предприняла последнюю попытку к побегу, метнувшись в сторону. Казалось бы, вот сейчас она сможет смыться, но – увы! – этому помешали сильные манипуляторы меха, расположенные по бокам от неё. Маднесс хотела возмутиться и оттолкнуть от себя Мегатрона, но тот, устав от её возмущений, заткнул пленницу самым действенным способом. От такого неожиданного и резкого поцелуя Ал даже забыла, как вентилировать: сервоприводы предательски подкосились, и она точно упала бы, если бы Лорд не подхватил фемский корпус под бёдра и не дёрнул его вверх. От ещё более резкой, чем поцелуй, смены положения Маднесс инстинктивно обхватила сервоприводами торс десептикона, а тот в свою очередь прижал её к стене, ощутимо приложив о твёрдую поверхность спинными сегментами. Авантюристка скривилась, недовольно промычав что-то невнятное. В этот же момент процессор вынесло с ручника, на котором он стоял, и Алеа, повинуясь властным и требовательным движениям Лорда, разжала острые дентопластины, отвечая на поцелуй и пытаясь молча диктовать свои условия. Оба не хотели уступать друг другу и пытались одержать верх в этой «битве». Гибкие глоссы сплетались в страстном танце, щекотали денты, дразнили друг друга… И всё-таки поцелуй пришлось прервать из-за нехватки воздуха. Оторвавшись друг от друга, мех и фемма какое-то время пытались восстановить дыхание вентсистем, пересекаясь взглядами. Не успел Мегатрон что-либо опять сделать первым, как теперь уже Алеа, оскалившись в недоброй ухмылке, впилась в его губы новым поцелуем. Ей было уже всё равно на свои действия: её разумом овладели нежданные похоть и желание. Отвечая на поцелуй Ал, Мегатрон, всё так же держа её, перешёл к платформе. Оторвавшись от меха, чтобы понять, какого шлака он задумал, Маднесс почувствовала, что уже лежит на чём-то мягком, а Лорд нависает над ней. — А ты быстрый… Надеюсь, в коннекте такого не будет. Бывший гладиатор усмехнулся. Пожалуй, эта помощница автошлака не так уж плоха, как он о ней думал… По крайней мере, на платформе вести с ней бой уж точно было куда интереснее, чем где-то ещё. Пока фемма, скорая на колкости, не успела предпринять что-то ещё вперёд него, Мегатрон приподнял вверх её голову когтем, открывая незащищённую шею, и, начав от нежной шейной проводки, принялся покрывать фемский корпус поцелуями и укусами, после которых оставались заметные следы-вмятинки и ранки-прокусы. В тех местах, где крохотными капельками выступал энергон, десолидер проводил глоссой… Проделывая всё это, Мегатрон не без садистского удовольствия отмечал, как бесстыже и громко стонет под ним Маднесс, как она извивается от его прикосновений, как просит ещё, хотя буквально пару минут назад наверняка обещала себе не произнести ни звука в его присутствии. Сама же Алеа сгорала от всех этих ощущений, таких незнакомых и нахлынувших столь внезапно тяжёлой, сладкой волной, погребающей под собой процессор. Фемме хотелось большего, но в то же время гордость требовала ответных действий. Поэтому она тут же в порыве страсти начала царапать корпус бывшего гладиатора, вместе с тем посылая достаточно сильные разряды тока, плохо контролируя их мощность и периодичность. И старания Ал не прошли даром: после очередного сильного импульса Мегатрон дрогнул, оставив на платформе глубокие борозды от когтей, и издал глухой, низкий полустон. Видя, что Маднесс не пытается сдерживаться, Мегатрону тоже надоело контролировать свои желания и одёргивать команды разгорячённого корпуса, поэтому он начал действовать решительно и открыто. Положив ладонь на щиток паховой брони пленницы, Лорд пропустил по нему сначала мягкий, а потом не менее сильный, чем получал от авантюристки, разряд тока. Алеа зацарапала плечи десептикона, закусив губу, и упёрлась коленом в его прессовую секцию. Хмыкнув, Мегатрон взял сервопривод феммы и отвёл его в сторону, после чего то же самое проделал и со вторым серво, раздвигая их. Корпус Маднесс нагрелся не меньше корпуса насильника, оптика её была немного прикрыта, а искусанные губы влажно поблескивали в освещении отсека. Она не кричит и не сопротивляется, лишь ждёт, что же будет дальше. Но Лорд знал – эта покорность фальшивая, опасная, и если поверить в неё, то игра с пленницей выйдет ему боком. Фемма игриво, соблазнительно красиво прогнулась в спине, призывая меха продолжить, и Мегатрон, усмехнувшись, вернулся к своим грубым ласкам. Проведя по бокам Ал когтями, чтобы остались следы, и слегка ударяя её при этом током, он добился того, чего хотел: Маднесс запрокинула голову назад и теперь уже совершенно откровенно, не стесняясь, застонала во весь голос. От этого Лорду полностью сорвало самоконтроль. Поддев когтем щиток и обнаружив, что тот легко поддался, скрываясь в пазы, Мегатрон убрал и свою паховую броню, после чего подмял Ал под себя и, держа её за бедра, резко вошёл. Маднесс вскрикнула и прерывисто выдохнула, впиваясь когтями в нагрудную броню бывшего гладиатора. Чувство наполненности заставляло Искру биться в безумной скачке, выступать на тёмной броне капельки конденсата, мысли – путаться. Стоны, больше похожие на вскрики, смешивались с низким рыком, лязгом металла о металл и скрежетом когтей. Фон образовался невыносимый, воздух накалился не хуже двух пылающих корпусов. Мегатрон держал Алею под талию, входя каждый раз почти на всю длину коннектора. В таком положении она была практически обездвижена и лишь выгибалась, как кошка, шаря при этом манипуляторами по платформе. Лорд чуть наклонился вперёд, поменяв угол вхождения, и теперь Маднесс чувствовала всего его, а он мог покусывать раскрытые в немом стоне пухлые губы – сил кричать уже не было… Разврат и похоть завладели атмосферой отсека. Возбуждение волнами прошивало корпуса, перед оптикой скакали ошибки, предвещая перезагрузку. Подступал пик эйфории. Все нервы будто оголились, чувства – обострились, весь мир сфокусировался лишь на ощущении блаженства. Наконец, Алеа вновь извернулась под мехом и ещё раз громко выкрикнула его имя, протяжно застонав и запустив между стыками брони Мегатрона свои острые когти, доставляя ему приятную, острую боль. Лорд рыкнул, придержал закинутый на него фемский сервопривод и совершил последний, грубый толчок… Процессоры накрыло необыкновенной перезагрузкой, которая следом за ними увлекла в себя и пылающие системы, принося охлаждение и отдых.