Rev!Falls

Черный капюшон мантии опустился на плечи. Девушка легонько мотнула головой и поправила немного растрепавшиеся локоны. Она резко улыбнулась и хотела уже поднять с земли небольшую книгу, которая лежала здесь уже секунд десять, как та тут же исчезла. Сначала девушка не поняла, что произошло, но услышав недалеко шуршание листьев, она повернулась и с недовольным выражением лица направилась туда, откуда исходил звук. — Ну и что ты здесь делаешь? — так холодно, что обычный человек от такого тона сразу бы забился в угол и не забывал при этом нервно дрожать, проговорила девушка в мантии. — Мейбл, — равнодушно посмотрел очень похожий на неё юноша. В руках он держал ту самую книгу. — Как было глупо надеяться, что ты не заметишь меня… — Не ври мне. Ты и не хотел скрываться, — зло проговорила брюнетка. Может просто показалось, но парень усмехнулся. — … и как было глупо думать, что ты поверишь, — говоря, он листал дневник. — Да, ты права. — И? — спросила девушка, скрестив на груди руки. — Что и? — Я достала тебе этот чертов дневник, — она прислонилась к дереву. — Да, не спорю. Это было изумительно. Вот только… Зачем надо было петь? Он и так там чуть не наложил в штаны, а тут ещё и это. Но, это было забавно, — уголки рта юноши чуть приподнялись. — Конечно забавно! — улыбнулась девушка. — Ты видел, он ведь разревелся, как девочка! Его выражение лица, Диппер, ты видел? — радостно продолжала Мейбл. — Он такой милый, думал, что попал в преисподнюю! — Да. Что ж, дядя бы точно гордился тобой… — после этих слов хорошее настроение Мейбл сразу же испарилось. — Если бы был. Хотя, — Диппер вдруг повернулся спиной к сестре, — я бы сделал всё намного лучше. — Ну конечно, ты ведь первый наследник, Пайнс… — брезгливо попыталась сказать брюнетка, но всё равно были очень заметны нотки зависти. А после пробормотала себе под нос. — Надо поговорить с Уиллом. Это из-за него мои иллюзии не подействовали, как надо. — Ну, он же не виноват, что ты не умеешь обращаться с его силой, — проговорил Диппер, уходя дальше в лес. — Не наноси ему много увечий. Как ни как, он нам ещё нужен. — Не волнуйся, брат, я просто накажу его. Жив он будет, — на красивом лице девушки появился звериный оскал. И через мгновение она исчезла в слабой дымке. «Теперь мы на шаг ближе к его возвращению… Я старалась этого не допустить, но… у меня не получилось. Прости, братик!» *** Хижина чудес. Давно заброшенное кем-то место. Никто не знал, чья она была раньше. Ощущение, будто здание было заброшено всегда. Даже тогда, когда его только построили. Раньше около хижины крутилось много ребятни и подростков, ведь кому не интересно взглянуть на заброшку? Но вскоре ажиотаж вокруг неё начал стихать. Ничего особенного там не обнаружив, ребята просто перестали туда ходить. И вот уже несколько лет эта хижина пустует. Но так ли это на самом деле? *** — Гидеон, хватит реветь! — уже раздраженно сказала Пасифика. После того, слабо говоря, инцидента прошло уже полчаса. И всё это время блондин безостановочно плакал! Нет, Пасифика, кончено, понимает — стресс, шок, но. Извините, семь минут она добросовестно терпела, но больше не выдержит! — Т-ты видела то, что я пережил? Ты сама это пережила? — на грани нервного срыва провизжал парень. — Нет, — согласилась Пасифика. — Но Гидеон, я знаю, что это было страшно, но мы же всё-таки в Гравити Фолз живём, а тут всякое случается… — как-то неуверенно проговорила девушка. — Пасифика, — мужественно вытерев с лица слёзы, произнес Гидеон. — Я видал многое: гномов, чудовищ, говорящие восковые головы, но… Но я никогда не видел ТАКОГО! И больше не хочу. Это было адом. Мне показалось, что сердце медленно начинает останавливаться! А когда ещё кто-то запел, я… я… — с глазами, полных ужаса от пережитого, мальчик начал заикаться и целую минуту не мог сказать ни слова, — … я почти задохнулся. Я думал, что умру прямо там, — блондинка вздрогнула от вновь услышанного рассказа друга. — А потом ещё и дневник исчез! Черт! — зло выкрикнул Гидеон и пнул, рядом стоящий, пень. И мгновенно поплатился за это – пальцы ног заныли от боли. — Аай! Больно же, тупой пень! — он вновь замахнулся, но вспомнив последствия, решил, что пень и так понял свою ошибку. — Тупой пень, — ещё раз прошипел Гидеон. — И где его теперь искать? Он же был у тебя в руках. Я сама видела, — проговорила девушка, оглядываясь по сторонам. Они уже давно вышли за пределы парка в поисках дневника, но так и не нашли. — А я точно брал его с собой? Вдруг он всё это время был дома? — так же оглядываясь, предположил парень. — Да он же у тебя в рюкзаке был! Я точно помню. Точнее я никогда не видела, чтобы ты его НЕ брал с собой. — Гидеон медленно кивнул и задумался: — Я… Когда я достал его из сумки, что получилось на полном автомате… — Ну ты ведь привык доставать его в разных ситуациях, — перебила друга Пасифика. — Да. Привык. И что такого? Когда я достал его, то всё сразу же прекратилось. Такое ощущение, будто кто-то этого и ждал. — Ждал? Чего? — Ждал, когда я достану дневник! — Аа… — протянула блондинка. — Но кому вообще нужен такой старый странный дневник? — Ну, слушай! — Гидеон вдруг загородил путь девушке и посмотрел на неё. — А сколько раз он нам помогал отбиваться от всяких тварей? Сколько? — глаза мальчика сейчас были очень большие и… Фанатичные, если можно так сказать. Пасифика знала, что эта книга очень важна Гидеону и то, что дневник им не раз помогал, девушка просто не могла отрицать. — Ну да, ты прав, — сдалась она. — Но кому она могла понадобиться? И вообще, кто может интересоваться такой странной книгой? — Не знаю. Они молча шли тропинке, каждый думая о своём и совсем не заметили, как пришли к заброшке. У Гидеона вдруг загорелись глаза. — Точно, Пас, помнишь, мы вчера приходили сюда! Может, я оставил дневник там? — Да он же у тебя в руках был, ты же сам говорил, что доставал его из рюкзака! — нахмурилась девушка. — Ну не мог же он просто пропасть из рук? Если был, то где он сейчас? — Но… — «Это же сумасшедший город.» — подумала Пасифика, но вслух не сказала. Просто взглянув на друга, блондинка поняла, что спорить с ним будет сложно, особенно если задеть его любимую тему — дневник. — Хорошо, идем, посмотрим. Только они сделали первый шаг к Хижине чудес, как у Гидеона завибрировал карман. — Слушаю, — парень поднёс телефон к уху. — Угу, хорошо. Да. Хорошо, мам. Да. Конечно. Да, — Пасифика засмеялась: — Эй, Гидеон, дай-ка и мне сигаретку, — «басом», специально громко проговорила девушка. Гидеон сделал страшное лицо и провел большим пальцем себе по шее, а блондинка только сильнее засмеялась. — Да нет, мам. Да это Пасифика так прикалы… Да, точно! Конечно нет, да мам… Мам… Мам! Наконец, закончив разговаривать, парень минуту сверлил девушку сердитым взглядом, а та всё не могла успокоиться. — Я домой. — Гид… Гидеон, — не насмеявшись проговорила она. — Ну прости, прости. Не смогла удержаться. — Не из-за этого домой. Если бы только я каждый раз на это обижался… Мне просто нужно домой. Помнишь я утром говорил, что папе будет нужна помощь? Вот я и иду. — А… — вспомнив, протянула девушка. — А дневник? — Потом. Хотя… Черт, я бы посмотрел, но меня папа убьёт, если я через пять минут не буду дома. А здесь ещё бежать долго. — Но я-то свободна. Могу посмотреть. — Пойдёшь одна? Не боишься? — вскинул бровь Гидеон. — Не сильно. Это ты поосторожнее. Ведь через то место пойдёшь. Парень снова вспомнил, что недавно с ним было и сглотнул. Но боязнь гнева отца была больше, ведь она была реальной на сто процентов. Встряхнув головой, Гидеон посмотрел на время. — О, осталось три минуты. Я труп, если не успею. Ладно, я побежал. Надеюсь на тебя! — на последок крикнул он и скрылся за деревьями. Пасифика вздохнула и повернулась к Хижине. Ну вот она и одна. Одна перед самым загадочным зданием во всём Гравити Фолз. «Похоже, я немного соврала, что мне не страшно», — призналась сама себе девушка. Колени её тряслись, мурашки покрыли почти всё тело. А как, ведь сколько страшных историй рассказывали про это место? И большинство из них начинались тем, что маленькая девочка одна заходила в Хижину. Дальше, думаю, и так понятно. Пересилив страх, и нащупав в сумке перцовый баллончик, девушка всё же направилась к Хижине. Сделав пару шагов, она успокоилась и пошла уже более уверенно. Стоя около ручки двери, девушка раздумывала, что может с ней случиться, если там кто-то будет? Отгоняя страшные мысли она дернула дверь и зашла внутрь. Будто назло, как только она оказалась внутри, сразу же дверь за ней захлопнулась. Сердце Пасифики забилось чаще и в памяти пронеслись все фильмы ужасов, где так же закрывалась дверь. Она уже подумывала наплевать на дневник и вернуться в совсем не страшный родной дом, но вспомнив о Гидеоне, решила остаться. Постояв так некоторое время и поняв, что с ней пока всё в порядке, она поверила дверь. И та открылась. Блондинка выдохнула и пошла дальше. Слава Небесам, дальше всё прошло без приключений и осталась последняя комната, которую она не проверила. Но загвоздка была в чём? Эта дверь была открыта и оттуда лился неяркий свет свечи. И о, как же это было страшно! Даже любившей пощекотать себе нервы Пасифике, было жутковато. И нормальный человек бы давно убежал оттуда, но… Мы говорим о Пасифике. Она осторожно зашла в комнату и какого же было её удивление, когда увидела, что на столе около подсвечника лежит тот самый дневник! «Но… Как? Он же точно был сегодня у Гидеона! Я схожу с ума. Мама, роди меня обратно!» Она быстренько, оглядываясь по сторонам, подбежала к столу и взяла в руки дневник. И тут же глаза её расширились. — Какого… — на дневнике была написана цифра «два». Пасифика полистала книгу и стала удивляться ещё больше. Это был еще один такой же дневник. Почти. Не совсем идентичный: в нём было написано нечто более ещё странное, чем в дневнике Гидеона. Так значит то, что на дневнике Гидеона была цифра «три» — не случайно? Значит, где-то есть ещё один дневник. Но где же тот, который ей нужен? — Чужое брать нехорошо. Разве тебя не учили этому? — прервал мысли Пасифики чей-то очень надменный голос. Девушка вздрогнула и в голове вновь пронеслось всё плохое, когда кто-то вот так же, находясь в заброшенном доме, вдруг слышит такой холодный жуткий голос. Девушке было очень страшно поворачиваться, но не знать, кто там, было ещё страшнее. Она быстро повернулась и увидела… — Д-Диппер П-п-пайнс? — Пасифика стояла с большими, как блюдца глазами. Она была обескуражена. — Пасифика Нортвест? — не меньше её удивившись, но не показывающий этого, сказал Диппер. — Откуда… Откуда ты знаешь м-моё имя? — А ты моё? — с непроницаемым лицом спросил парень. — Но ты же Пайнс…! Кто не знает Пайнсов? — Твоя правда, — честно говоря, Диппер и правда был очень удивлен, увидев здесь какую-то девушку. Он быстро и незаметно просканировал особу своим амулетом и узнал её имя. Однако все же не мог понять, что она одна делает в Хижине чудес. Так они и молчали оба, не зная, что сказать. — А… — начала было блондинка, но тут же мысль куда-то исчезла и они снова начали молчать. «А он хорош собой, — невольно подумала девушка, но сжала баллончик в кармане покрепче. — И все же он странный. И жуткий. Даже не понятно, о чем он примерно думает. А его глаза... Что же делать?» Но придумывать ничего не пришлось, потому что Пайнс, наконец, начал говорить: — Что ты здесь делаешь? — Я… Я здесь забыла одну вещь. Вот как раз она, — Пасифика взяла со стола дневник. — Врёшь. — С чего ты… — Потому что это моё. — Эм… — врать Пасифике действительно не хотелось. Похоже, это и правда его. Но тут она заметила кое-что ещё. — А это тогда что? — она показала пальцем на руки парня, в которых он держал красную книгу. — Не твоего ума дело, — резко произнес Пайнс. Он широкими шагами подошел к девушке и выхватил свой дневник. Но Пасифика успела увидеть цифру «три» на той книге, которую Диппер держал подмышкой. — И всё-таки. Это моё, — девушка сложила руки на груди и посмотрела на книгу. — А, так ты та девушка, которая крутится около Глифула? Занятно, — неожиданно протянул Пайнс и уселся на огромное кресло. Странно. А откуда здесь оно? Его же точно здесь не было. — Занятно? — не поняла Пасифика. Что за тип? Пугает. — Кручусь вокруг Глифула? Мы вообще-то друзья! — Сочувствую, — проговорил Диппер, одновременно листая оба дневника. — Гидеон очень даже хороший… Парень, да, — ей было очень обидно за друга. — А ты что-то имеешь против него? И отдай, пожалуйста, мой дневник. Он принадлежит не тебе. Брюнет вздохнул: — Так ты ещё здесь? — похоже, дневник отдавать ей никто не собирался. — Грубо. — Мне всё равно. Просто исчезни, пожалуйста, — Пайнс все продолжал листать. Пасифику, как человека с сильно развитым чувством справедливости, сразу стал возмущать этот тип. — Почему я должна уйти отсюда? Извини конечно, но хижина заброшена и никому не принадлежит. Значит, я могу находится здесь сколько угодно! — она демонстративно уселась на стол. Диппер вдруг вскинул голову и посмотрел прямо в глаза девушке. «Как-то нехорошо он посмотрел. Будто какой-то огонёк загорелся. И это пугает.» — Так ты хочешь остаться здесь? — ухмыльнувшись, спросил юноша. — Д-да… — и что это за вопрос? — Отлично, оставайся, — голубые глаза сверкнули. — Думаю, сутки. Да, будет достаточно, — его брошь на груди засияла так ярко, что Пасифика даже прикрыла глаза. А он только ухмылялся. Вскоре всё прекратилось. И вроде бы, ничего не изменилось. — Ну что ж, тогда до завтра, — проговорил Пайнс, стоя спиной к девушке, и помахав рукой. — До завтра? В смысле? Что за… — только сейчас Пасифика поняла, что не может слезть со стола. Она будто приклеилась. — Что ты со мной сделал?! — Что? Но ты же сама хотела остаться здесь. — Освободи меня, живо! — Освободить тебя? — он резко повернулся и… Глаза его были полны ярости и гнева. — Ты явно что-то попутала, Нортвест, — Пасифика ещё никогда так не боялась. Она видела и даже сражалась с самыми ужасными монстрами, чудовищами. Кто бы мог подумать, что она будет совершенно бессильна перед каким-то мальчишкой. Но его глаза. Сама его аура была очень устрашающей. Как она вообще посмела говорить ему что-то поперёк? Он буквально вбивал в землю одним своим присутствием. Хотелось провалиться и никогда больше не видеть его. Страх пронзил всё тело. Даже не пошевелиться. — П-простите, — само вырвалось из уст девушки. Но она не хотела извиняться! Как так? Инстинкт выживания сработал? — Умничка, — с ледяной улыбкой произнес Пайнс и погладил Пасифику по голове. Та хотела уклониться, но у неё не вышло. Рука парня ненадолго задержалась на волосах девушки, но он быстро убрал её. — Но всё равно, посиди здесь. Наглых девочек надо наказывать, — сказав это, он вышел из комнаты. Дверь закрылась. Свеча погасла. Пасифика осталась одна. *** — Дипп, я всё время чувствовала рядом с тобой какую-то девушку. Я волновалась за тебя. Это снова тупая фанатка? — Нет. — Не тупая? — Не фанатка.