Rev!Falls

В миллиметре от лица пролетела игла. Щеку обожгла острая боль. Всё-таки задело. На молодую смуглую кожу из свежей царапины стекала темно-красная струйка крови. Но мужчина даже не почувствовал, ведь для него это был сущий пустяк, будто раны и нет. Он так же точно, как всегда, ни на секунду не колеблясь, наносил резкие удары недавно материализованным клинком. — Что, — его соперник отступал и отклонялся, но вдруг оказался в тупике, упёрся в стену, — не удобное оно, человеческое тело? — треугольный демон быстро шмыгнул под ногами мужчины во фраке. Тот быстро среагировал и повернулся. На его лице играла странная улыбка. — Неудобное, возможно. Но я уже привык, — он вновь начал наступление на синего, опасно размахивая клинком. — Это ты смотри, не поранься, аристократ. — Может и так. Разве это плохо? — Уилл, наконец, вытащил прямо из воздуха большой двуручный меч. Началась схватка в ближнем бою. — Все богатые такие самоуверенные, аж противно. Сразу хочется их хорошенько проучить, — треугольный блокировал удар соперника, и клинок Себастьяна воткнулся в стену. Демон, воспользовавшись ситуацией быстро поднялся на балкон, что был продолжением библиотеки. Кстати, она была очень большой — занимала три этажа.* Но дворецкий, быстро справившись с клинком, достал его и одним прыжком поднялся на первый, а потом и на второй этаж. — Поэтому ты и вернулся в эту вселенную. Что, в твоей не с кем повеселиться? — демон прыгал то вверх на этаж, то вниз. Себастьян передвигался за ним. Это хоть и было забавно, но скоро дворецкий догонит его. — Да нет. Ещё не время. — А, — усмехнулся Уилл. — Так ты сюда переждать? — Можно и так сказать, — наконец, Себастьян догнал демона и, повалив на пол, занес над ним клинок. Как ни странно, лицо треугольного было довольно спокойным. А еще через миг, он промолвил (острие остановилось в сантиметре от его единственного глаза): — Прости, мне нужно идти. Хозяин вызывает. Продолжим позже? — Конечно, — улыбнулся мужчина, и тут же, как он это произнес, демон исчез. Выкинув в пустоту клинок, который сразу же испарился, Себастьян медленно поднялся с пола. Оглядев комнату, он с сожалением отметил, что предстоит основательная такая уборочка. Но уловив какой-то звук, решил не заморачиваться, и по щелчку пальцев коридор принял свой прежний облик. А дворецкий так же одним прыжком оказался на полу, рядом с дверью, ведущей в гостевой туалет. «Конечно, нерациональная трата сил, зато быстро». Этим звуком, что уловил острый слух мужчины, оказалась поворачивающаяся ручка двери. Белокурая девушка закончила со своими делами и вышла. Выглядела она немного растерянно, будто переваривала что-то. Что-то очень странное, но важное. — Мисс, всё в порядке? Выглядите подавлено, — вежливо поинтересовался дворецкий. — Нет-нет. Всё в норме, — закинув руку за голову, быстро проговорила Пасифика. — Тогда нам нужно поторопиться. Кажется, ритуал давно закончен. Прошу за мной, — девушка послушно двинулась следом. И только сейчас она заметила: — Себастьян, что это у вас на щеке? Царапина… — А, это, — отмахнулся мужчина. — Не беспокойтесь. Я неаккуратно спустился с лестницы. «Пропустил, ой». — Ясно, — нахмурилась девушка. Не похоже, что он просто упал. Но сейчас нет времени думать об этом. Проблем и так хватает. Пасифика крепко сжала в кармане маленькую бумажку. — Вы уже идёте? — из-за поворота показалась Мейбл. *** После того, как Диппер отправил свою, очень долго упирающуюся, сестру за Пасификой, а Гидеон начинал потихоньку очухиваться, в комнате незаметно появился одноглазый демон. — Очень интересно, где ты был, — тихо, но устрашающе произнес Пайнс. Будь на месте Уилла кто-нибудь другой, сразу же пожелал провалиться сквозь землю, но синий уже успел привыкнуть к такому тону хозяина. Ведь знал, что по-другому тот просто не может. Что сказать, влияние Стенли Пайнса слишком велико. — Я чувствую, не слишком ты и торопился. — Я покорно извиняюсь. Я был немного занят, — выражение лица Диппера не изменилось, но в глазах читалась заинтересованность. — Объяснишься позже. Сейчас более важно, — он перевел взгляд на тяжело дышащего Глифула, — он. Глаз Уилла расширился. Он подлетел ближе к «телу» и внимательно осмотрел его. Его губы тронула едва заметная улыбка. — Хозяин, зачем? Чем простой школьник может вам помочь? — Похоже, ему очень интересна магия. Плюс, он владел третьим дневником, — Диппер вдруг усмехнулся. — Даже может применять некоторые руны. Хоть и совсем слабо. Если его научить, мой дорогой дядюшка может и не различить его от меня. И тогда… — И поэтому вы уложили его, да? Чтобы начертить руну послушания? — Да. Мейбл даже не заметила. Что очень хорошо. Не хватало ещё, чтобы она влезла в это. — Но как вы собирайтесь его учить? Ведь руна просто лишит его воли, а так невозможно что-то познать! — Руна будет проявляться только по моей команде. А так считай, что её и нет. — Но ведь такая руна состоит из миллиона символов! Когда вы успели её начертить? — Пока разговаривал с сестрой. Да и какая разница? Главное, что руна есть. Хотя…я думаю, он всё равно не откажется от изучения магии. Его глаза так жадно сияли, когда он увидел, как мы с Мейбл колдуем. Но, — юноша задумался, — должен признать, что у него есть и желание, и потенциал. Это должно сыграть мне на руку. — Хозяин, вы, может, и обучите его, но ведь он всё равно будет слабее вас. А ваш дядя не такой, прошу прощения, дурак, чтобы не отличить вас от него. — А кто сказал, что в момент вселения я буду там? Главное, что дух дяди почувствует магию. Ведь всё-таки, — уголки рта чуть приподнялись вверх, — эфирное тело не так разборчиво, как живая плоть и разум… — А вы всё спланировали. Я так понимаю, мне придётся дать ему амулет? — Да, но, — Пайнс потер подбородок, — будет лучше, если Глифул не узнает, что он у него есть. Пусть думает, что добился всего «тренировками». Да и некоторые особы в таком случае ничего не заподозрят. — Вы о Пасифике Нортвест? Знаете, кажется, она о чём-то догадывается. И ей кто-то помогает в этом… — Время покажет, — только и сказал на это Диппер. После резко встал с кресла и подошел к Гидеону. — А сейчас, пока он не очнулся, внедри ему в тело самый слабый амулет. — Будет сделано. *** — Себастьян, — строгим тоном обратилась Пайнс-младшая к дворецкому, — ты можешь идти. Я сама провожу нашу гостью в кабинет. — Конечно, мисс, — поклонился мужчина. Уходя, он нахмурился, что очень насторожило Пасифику. Если честно, её сейчас всё пугало. Зачем она вообще напросилась с Гидеоном в этот странный особняк? — Нортвест, — Мейбл взяла вдруг под руку девушку, — ты… — она посмотрела на дрожащую Пасифику и усмехнулась. — Хватит трястись! Я больше не буду «пугать» тебя всякими рассказами о картине. Я поняла, что ты ничего не… — Мейбл, я… всё поняла, — серьёзно сказала блондинка. — Правда? — подняла правую бровь Пайнс. — Что ж, интересно послушать, — увидев, что собеседница колеблется, говорить или нет, девушка бесшумно выдохнула и проговорила. — Все твои слова останутся строго между нами. Клянусь своей брошью. — Я не уверена… — пробормотала под нос Пасифика. Ведь вторая не говорила, можно ли с кем-то делиться этой информацией. И, конечно же, из-за теперешнего её выбора зависит будущее. Если она расскажет Мейбл, что она разговаривала тогда не с ней, а с Пасификой-из-будущего, как она отреагирует? Посмеётся или того хуже. А если не расскажет, то как ей самой действовать? Что предпринять? На плечах сейчас большая ответственность! Ведь Вторая сказала, что существует очень важная причина, почему она должна взять этот адрес и двигаться дальше. Это даже связано с её… жизнью. Конечно, этот аргумент очень сильно повлиял. Но верить до конца девушка еще не может. Поэтому нужно все самой проверить. Но одна она не справится. А втягивать Гидеона опять не хотелось бы. На секунду глаза Пайнс стали такими же, как и у её брата — холодными, завораживающими. Мейбл просто потеряла терпение. Она остановилась и стала притеснять Нортвест к стене. Дыхание последней сразу участилось, сердце заколотилось быстрее. Что-то подобное она уже переживала и повторения не хотела. Брошь Мейбл тускло вспыхнула, и в её руках оказался маленький карманный ножик. Когда обеим больше некуда было двигаться, Пайнс вкрадчиво начала: — Не уверена? Что ж, — она провела тупой стороной ножа по шее Пасифики. — Если я к тебе хорошо отнеслась в начале, это совсем не значит, что сейчас я не могу причинить тебе боль. Я, может, не такая… — она подбирала слово, будто пробуя на вкус, — …жестокая, как Диппер. Но если что-то касается его… — она осеклась, — …моей заинтересованности в нём, я могу и посоревноваться с братиком. Ты понимаешь, как важна та информация? Мне нужно знать, как спасти брата! Не хочу и его потерять! — после последней фразы, Мейбл отпустила девушку и повернулась к ней спиной. Её глаза были сухими, но лишь от тренировок над собой. Дядя всегда говорил: не показывайте другим свои чувства, это делает вас уязвимыми. Хотелось плюнуть на эти слова и забыть, но этот черт говорил правильные вещи. Иногда. Пасифика, наконец, убрала руки от горла, к которому недавно прикасался холодный металл. Она твёрдо сделала шаг вперёд. Она все решила. И почему-то именно сейчас она совершенно не боялась. Будто бы этот разговор придал ей уверенности. — Мейбл, я поняла, что ты тогда имела в виду. Ты сказала, что сожгла картину. Эта картина, в ней спит дух вашего дяди? — Допустим, — всё так же стоя спиной, ответила девушка. — Семь месяцев назад мы встретились с тобой в вашем же саду. Ты, конечно, не поняла, как какая-то девушка оказалась на вашей земле без разрешения. Я рассматривала розы, и ты подошла разобраться к клумбе. И я без всяких предисловий выпалила всю эту информацию о картине и сожжении. Естественно, ты не поверила, но я тебе предоставила… — Видеозапись, — повернулась лицом Мейбл. Она была сосредоточена, как никогда. — Да, видеозапись. Там была дата: 10.12.20NN. И мы с тобой говорили на камеру всякие… — Да! Там были пруфы. Я даже проверила: не магия ли это, но это было определенно что-то другое. Но я поверила. Так ты вспомнила? — Нет. Тогда, семь месяцев назад, с тобой разговаривала… не я. — Да ну. — Да. Это была я, только из будущего, — Пасифика внутренне зажмурилась. Что сейчас будет? — Так вот оно что, — вполне спокойно произнесла Мейбл. — Точно. Машина времени! Первый дневник, раздел V, глава четвёртая. Теперь всё ясно, — она улыбнулась, вновь взяла девушку под руку и они двинулись вперёд, к кабинету. — Ясно? Так ты мне веришь? — Конечно. Это ведь вполне возможно. Да. Вот почему ты ничего не понимала. Только сейчас почему всё вдруг вспомнила? — Ко мне тоже приходила я, — что ж, назад пути нет. Рассказывать, так всё. —Почти только что. Она-то мне про всё и поведала. Но я не поверила сначала, у неё не было с собой этой видеозаписи… Но она предъявила другие доказательства, поэтому я поверила. — Какие доказательства? — Другие, — быстро сказала Пасифика. Не рассказывать же ей про то, что она… Лучше переведёт тему. — В общем, — Мейбл усмехнулась, — в итоге, она дала мне адрес. — Чей? — Стенфорда Пайнса, — брюнетка резко остановилась, но потом тут же возобновила движение. — Ясно. И когда мы с тобой пойдем к нему? — предвкушая, улыбнулась Мейбл. — Мы с тобой? — Ну не брать же с собой братика и этого, твоего… — Гидеона, — подсказала Пасифика. — Но я не о том. — А я об этом. Мы с тобой вместе пойдем к этому химику и разузнаем всё, что можем. — К тому химику? А это не твой… — Нет. Мой дядя умер, — грозно произнесла она. — А мертвые не возвращаются.