Rev!Falls

— Что ты с ним сделал? — сердитая Пасифика выглядела страшнее, чем сама смерть. Они с Мейбл зашли в кабинет именно в тот момент, когда Гидеон, кряхтя, как дряхлый девяностолетний старик, поднимался с пола. И конечно же, блондинка сразу же накинулась на Диппера. — Ничего, — устало прикрыв глаза, произнес Пайнс. — Ну конечно! — девушка подбежала к другу и помогла сесть на ближайшее кресло. — Вы же оба, — она переводила презрительный взгляд то на сестру, то на брата, — оба обещали, что с ним будет всё в порядке. — Да ладно Пас, я в норме, — проговорил Гидеон. Он и правда чувствовал себя, как ни в чем не бывало. — Видишь, мисс истеричка, он сказал, что всё в порядке… — Да он всегда так говорит, даже если будет побит тремя здоровыми амбалами, или такими «колдунами», как вы! — Ты закончила? — насколько позволяла его вежливость, поинтересовался Диппер. — Нет! Сначала вы мне скажете, что тут произошло. Ты его бил? Гидеон, тебя пытали? Я ведь знала, что не нужно было сюда прихо… — оказавшись вдруг слишком близко, Пайнс провел большим пальцем по губам девушки. Она резко замолчала. — Действие пройдет через три минуты. А пока, соизволь послушать меня, — прикрыв глаза, тихо проговорил парень. Действие? Пасифика попробовала что-то сказать, но у нее не выходило. Так это всё магия! Он забрал у неё голос. Вот почему она перестала говорить. Хотя, что-то подсказывало, что совсем не это, а… прикосновение его пальцев к её губам заставило девушку замолчать. Он так заткнул её? Нортвест отвела взгляд в сторону, чуть краснея. И что это за реакция? Диппер, увидев это, усмехнулся: — Спасибо, — выдохнув, он обернулся уже к Гидеону и направился к своему креслу. — Случился небольшой такой казус, из-за чего мы доставили тебе некоторые неудобства, — он положил одну ногу на другую, сцепил руки в замок и откинулся на спинку своего «трона». — Причину надо знать или сразу перейдём… — Надо. — Хорошо. Так как, — Диппер насмешливо посмотрел на сестру. Та же, в свою очередь, только цокнула, — Мейбл в спешке, назовём это так, забрала второй камень с собой, мне пришлось использовать всю энергию моего. Но я не рассчитал, твое тело не выдержало. Вот ты и оказался в такой… ситуации. Все понятно? — Думаю да, — кивнул Глифул. «Всё ещё доверяет своей недоруне.» — И я бы хотел принести извинения за предоставленные неудобства. Пасифика красноречиво вскинула брови и чуть не закашлялась. Если бы не заклинание, она бы точно сказала, что насчет этого думает. Даже Мейбл поперхнулась. Чтобы Диппер Пайнс, и просил прощения? Увольте, этого никогда не случится. Хотя уже… — Да ладно, говорю же, со мной всё в порядке, — начал отмахиваться Гидеон, но брюнет явно не хотел отступать. — И всё же. Я виноват, и мне будет очень неприятно, если за мной сохранится такой грешок. Не люблю оставаться в должниках, — он говорил вполне серьёзно. Даже Пасифика ему немного поверила. Ну, последней фразе точно. — Эмм… — замялся Глифул. — Просто извинения… — Конечно нет! В качестве извинений я предлагаю тебе, — Диппер даже поднялся с кресла для торжественности, — обучиться у меня магии! Точнее, я покажу всё, что умею сам. — Что? — немой восклик Пасифики никто не услышал, ведь каждый сейчас пребывал в не меньшем, чем блондин, шоке от неожиданного заявления. — Серьёзно? Ты н-не шутишь? — обрадованно, так же поднявшись с кресла, с сияющими глазами, произнес Гидеон. Еще бы, это просто предел его мечтаний! — Я всегда серьёзен, — таинственно улыбнулся Пайнс. Радостное «Вау!» разнеслось по всему особняку. Но через миг, словно человека подменили, белобрысый тихо промямлил: — А если, если у меня не выйдет и нет никаких способностей… — Чтобы изучать магию, не обязательно иметь какие-то способности, — откинув прядь длинных шелковистых каштановых локонов, подала голос, до этого молчавшая Мейбл. Она стояла, опершись спиною на шкаф с книгами. Кстати, книг здесь было внушительное колличество. — Есть и такие маги, которые используют внешние силы, не свои. Силы огня, воды, применяют все свойства органических и неорганических веществ в природе, добавляя к этому знания волшебных слов, а это элементарно заклинания и вера… — Да, — подхватил Диппер, — есть и такие. Но я расскажу всё это позже, если ты, конечно, любезно согласишься принять эту услугу в качестве извинения, — он наклонил голову набок. — Я, — уверенно начал было парень, ведь для себя он давно всё решил, но тут он встретился взглядом с Пасификой. Точно, она никогда не была в восторге от магии и тем более, не смирилась бы с тем, что он будет дни напролёт ошиваться рядом с Пайнсами. Гидеон не хотел расстраивать подругу, но так же он хотел учиться магии, ведь выпал такой шанс, которого, возможно, у него больше никогда не будет! Она снова будет говорить о том, что эта семейка опасна, и не надо к ним приближаться. Что же делать? Диппер видел все колебания мальчишки и понял, что быстрее будет сделать всё самому. — Мисс Истеричка, конечно, не против. Да? — он вновь подошёл к Пасифике. Настолько близко, что ей пришлось даже сделать шажок назад. Причем смотреть ему в глаза ей сейчас очень не хотелось. Всё-таки хорошо, что он выше её на голову. Почему щеки так пылают? А брюнет непринужденно продолжал. — Ведь это такая возможность для твоего друга. Ты знаешь, как он этого хочет. Правда ведь? — он вновь резко провел пальцем по губам девушки, освобождая от заклятия. Та даже не успела сообразить, что произошло. А когда поняла, то увидела умоляющий взгляд друга и ухмыляющийся — Пайнса. Почему он сам убрал заклятие, ведь три минуты уже скоро пройдут? Её глаза быстро нашли Мейбл, и после того, как та еле заметно кивнула, девушка, пересилив себя, произнесла: — Да. Я понимаю, такой подходящий момент. Упускать нельзя, — она улыбнулась. Диппер сразу отвернулся и вновь сел в кресло. — Вот именно. Ведь такое предлагают не каждый день. Значит, договорились? Гидеон благодарно посмотрел на девушку, будто она сама сейчас начнет учить его магии. Если честно, он и не надеялся, что Пасифика одобрит его уроки, но она вновь побила все его ожидания. А ведь она ничего такого не сделала. Вообще-то, она всегда должна поддерживать друга не только в таких случаях, но и по жизни. — Естественно. — Отлично. Я передам, когда первое занятие. — А что насчёт дневников? — вспомнила Пасифика. — Только хотел сказать. Спасибо, — это уже второй раз за сегодня, точнее вообще, когда он сказал ей «спасибо». Странно… Хотя, почему? Просто не стоит придавать этому такое значение. — Сначала я должен обсудить и решить кое-какие вопросы с некоторыми людьми. А потом, мы же всё равно увидимся в школе. С Пасификой так точно. — Ох, это да, — обреченно выдохнула вышеупомянутая. Но потом в голове вдруг раздался звоночек. Что это? Диппер назвал её по имени? Не мисс Истеричка, не Нортвест, а просто — Пасифика? Девушка мысленно похлопала себя по щекам, отгоняя странные мысли. Не об этом нужно сейчас думать. — Тогда думаю, вам уже пора, — устало проговорил Пайнс. — Мы вас проводим до двери. Когда все прощались, Мейбл отвела Пасифику чуть в сторону и шепнула что-то на ухо. Та кивнула, что поняла. Но они не заметили, что за ними пристально наблюдает зоркий взгляд Диппера Пайнса.

***

Выйдя за тяжелые железные ворота поместья, дышать стало как будто легче. Ветер свистел лучше любого соловья и играл с длинными волосами девушки, что тщетно пыталась спрятаться от порывов холодного воздуха, кутаясь в обычной толстовке. Пересилив себя, она вновь повернулась лицом к особняку. Он стоял всё такой же могучий и невозмутимый. Девушка почувствовала даже какую-то зависть. Вот он такой величественный и большой, ничего его не тревожит. Смахнув слезу, что появилась от сильного ветра, Пасифика отвернулась и зашагала прочь. И, если раньше её это место сильно напрягало, то сейчас, будто притягивало и не хотело отпускать. Что или… кто это мог быть… «Конечно, не этого я ожидала. Но теперь обратной дороги нет. Сама влезла, сама виновата.» И кто меня только тянул…

***

За гостями закрылась дверь. Пайнс-младшая было направилась в комнату, как её окликнул голос брата: — И что это было? — Ты о чём? — приставив указательный палец к щеке, Мейбл сделала вид, что задумалась. — Дуру из себя не строй. О чем вы договаривались с Нортвест? — Ах, ты об этом? Знаешь, она такая миленькая, мне сразу понравилась. Завра мы с ней идем по-магазинам. Вот так вот, — улыбнувшись на последок, девушка поскакала по коридору. Конечно она понимала, этой притянутой за уши версии брат просто не поверит. И ей много усилий пришлось приложить, чтобы не оглянуться и не посмотреть ему в глаза. — Тц… — нахмурился Диппер. — Уилл, — сзади в миг появился синий демон. — Проследи за ней, — и тоже двинулся по коридору, только в другую сторону. — За н-ней? — испуганно повторил приказ треугольный. — Остаться бы в живых, для начала.

***

В каждом уважающем себя особняке, что закрепил за собой статус «дома, которого все боятся», есть и комната, которую все, даже обитатели того самого дома, обходят стороной. Диппер же воспользовался этой особенностью (а приметил он её ещё давно, при жизни дяди) и затолкал туда всё, что мог: компьютер, книги, какие-то приборы, бумаги, понятные лишь ему одному. Но и приходил он сюда не часто, только если ситуация была крайне важная. А что может быть важнее, чем сохранить собственную жизнь? Ничего необычного в комнате не было. Она была одной из тех, что ничем не выделяются, но туда всё равно никто не заходит. Вот идете вы по коридору, вдоль расположены двери, множество дверей. И одна из них — эта самая комната. Главное, не запутаться. Пайнс завернул за угол, отсчитал четвёртую дверь. Перед ней весела картина с пейзажем, где корабль поглощает бездонный водоворот, а судно отчаянно пытается выплыть. Диппер задержал на ней взгляд, после моргнул и зашел в помещение. Не потрудившись даже включить свет, он устало плюхнулся на стул-кресло и, разок крутанувшись на нём, посмотрел в незанавешенное окно. Темно. Звезды начинают показываться, а луны нет. Чем была хороша эта комната — её вид из окна. Там нет ничего лишнего, только небо. Никаких снующих туда-сюда людей, грязной сырой травы, что остается после таких дней, как этот. Лишь бесконечное, неизведанное небо, полное то безмятежно плывущих вдаль облаков, то ярко мерцающих звезд, а иногда, как сегодня, неясная серая пелена туч, покрывающая простор небес. «Они дошли в такой темноте?» — мелькнула мысль в голове Диппера. Но он тут же отбросил её, ведь что случится с этими двумя — абсолютно не его проблемы. Если надо, он найдет других. Совершенно без разницы. Он потянулся к кнопке включения компьютера и стал ждать. Ещё многое сегодня нужно сделать. Пыльный, что не удивительно, ведь в этой комнатушке не прибираются, монитор загорелся, началась загрузка. Парень откинулся на кресле, как вдруг дверь открылась. Диппер рефлекторно стал нащупывать в кармане брошь. Наконец, он её нашёл, но… — А, это ты, — выдохнув, повернулся к дворецкому Пайнс. Он мысленно выругался про себя и оставил брошь в покое. — Откуда ты узнал, что я здесь? — Я вас напугал? — подходя к столу, неся в руках поднос, поинтересовался Себастьян. — Глупый вопрос. — Да, конечно. Мне сказала ваша сестра. Я принес кофе, — мужчина поставил на стол чашку, из которой доносился приятный аромат божественного напитка. — А, благодарю, — опешил Диппер. «Разве я просил кофе?» — Прошу прощения, — дворецкий поклонился, и уже собирался уйти, как его вдруг окликнули слова: — Себастьян, а как тебя зовут по-настоящему? — Диппер, не сводя глаз с собеседника, взял чашку в руки и вдохнул исходящий аромат. Всё же от кофе он отказаться не мог, но это какое-то странное. «Пить я его, конечно, не буду.» Мужчина со светлыми, чуть желтоватыми волосами, замер. Через секунду он повернулся и серьезным тоном начал: — Госпожа зовет меня Себастьян. Так что свое имя я должен забыть. Ещё раз прошу прощения, у меня много работы, — он двинулся в направлении к двери, и только стены видели, как он чему-то усмехнулся. Пайнс сложил руки в замок и холодно улыбнулся. — Интересно… «Только моя сестра не знает про это место», — юноша поставил чашку на стол, но получилось немного неаккуратно и несколько капель попало на пальцы. Он рефлекторно облизал их. После повернулся к уже включенному компьютеру. Тут же, словно только и ждали, когда Пайнс останется один, на экране выплыло окошечко, оповещающее, что некий «R.V.» желает пообщаться через видеосвязь. Может показалось, но с какой-то предвкушающей радостью Диппер нажимал на «принять вызов», хотя как обычно, этого не показывал. В окошке показалась какая-то неясная картинка. Качество, конечно, играло роль, оно было не самым лучшим, но и не только в нем дело. На экране появилось что-то черно-зелёное, в клеточку. И это что-то копошилось, пыхтело, а иногда даже задевало камеру, чуть не приведя последнюю к падению. Пайнс-старший негромко сказал в микрофон: — Валентино! И тут же стало ясно, что черно-зелёное — это всего лишь рубашка, а была видна лишь она, потому что этот долговязый паренёк (тот, кому принадлежала эта одежда) пытался что-то достать с верхней полки. — Эй, я просил, не называй меня так, — раздраженно проговорил черноволосый, садясь за стол, наконец, взглянув Дипперу в глаза. — Знал, что сегодня ты будешь здесь. — Что ты там делал? — А, — отмахнулся парень. Но он сделал это с таким намеком, что Пайнс понял — нужно спросить еще раз. — Мне так интересно, — он даже всплеснул руками, для пущего эффекта, — расскажи! Не долго думая, парень с крайне недовольным лицом, начал рассказ, иногда, для атмосферы, прикладывая руку, тыльной стороной ладони, к голове: — Я искал права. Чтобы, наконец, доказать рыжей, что за рулем лучше сидеть мне! Зачем! Зачем, я тебя спрашиваю, ты нанял еще и её? Или ты мне не доверяешь? Я всегда прекрасно справлялся со своей работой и без неё… — Ты о Венди? — А о ком ещё? Кто еще может так пессимистично с утра встать и заявить, что теперь мы партнёры! Я так старался разорвать с ней все контакты, а здесь… Эх… — Пессимистично? — уголок рта чуть дёрнулся вверх. Диппер давно знал, что у этого парня какие-то личные счеты с рыжей готкой. Хотя тот никогда, на протяжении всего времени, что они были знакомы (а это без малого 14 лет), ничего такого не говорил, да и виду не подавал. — Да! Именно пессимистично! Знаешь, таким тоном, будто ей противно со мной работать. Командовала, говорила, что я все неправильно делаю! Раньше ведь… Почему она так меня невзлюбила? — А может, всё наоборот… — Да нет! — он на секунду нахмурился. — Короче, — парень принял деловой вид. Пайнс усмехнулся. Значит, он застал его врасплох. Тот всегда меняет тему, если не знает, что ответить. — Вчера мы засекли некоторые волнения на севере города. Возможно это даже за городом. Похоже, что твой учитель скрывается где-то там. Причем он начал действовать аж два дня назад. Взял с собой один дипломат, будто всё остальное уже там. — Вероятно, так и есть. — Да. Особо много выяснить не удалось, так как он безвылазно сидит там. Засечь определенное место сложно. В лесу связь хуже… — Стой! — Пайнс приподнялся с кресла, а позже медленно начал садиться обратно, хмурясь всё больше. — А «Хижина» случайно не на севере ли города? — Ну да, там, — вдруг глаза парня округлились и он понял, о чем Диппер. — Так значит… Точно, в этом районе леса ведь и «Хижина» находится! Только вот, там ведь постоянно кто-то крутится, да и мы там нередко бываем. Не думаю что… — Если только… — уголки рта Пайнса приподнялись. Валентино знает, что обозначает эта «улыбка». — Эмм… Да. Стоит попробовать проверить. Скажу Венди. Кстати, завтрашний план в силе? — Конечно… — вдруг Пайнс осёкся и устало потер глаза. — А, нет. Забыл. Наказание. — Что? Наказание? — вдруг парень прыснул. — Скажи мне, сколько ты находишься в школе? И уже получил наказание! — он натурально насмехался над Диппером совсем забыв, к чему это может привести. Хотя, он уже много раз так делал. По-крайней мере, пока еще жив. — И что смешного? — загробным голосом сказал юноша. Черноволосый сразу замолк и, сглотнув, извинился. Но нотки веселья всё еще были заметны на его растянутых в улыбку губах. — И я не виноват. Это всё Пасифика Нортвест. — Нортвест? Интересно, кто она, раз даже тебя подставила. Так! Мне обязательно нужно с ней познакомиться! — не скрывая нетерпения, парень потер ладони. — Зус* у вас был? — решив проигнорировать это заявление, Пайнс перевел разговор на другую тему. Сам не зная почему, он совсем не хотел, чтобы Робби и Пасифика знакомились. Было бы намного лучше, если бы завтра за рулем сидел не он, а семейный телохранитель. — Эмм… — задумался парень. — Я не видел. А почему вообще он должен был к нам зайти? А, не вернулся ещё? — Нет. — Значит, он всё-таки «выполняет последнюю волю», — парень «ужасающе» пошевелил пальцами. — Все ведь знают, как он был предан старику, — вдруг парень уловил запах чего-то горелого, что шел из кухни. Это не к добру. Погодите-ка, там ведь… — Сам знаю, — Пайнс задумчиво закинул голову. Тут его отвлек странный звук, доносившийся с обратной стороны экрана. Это кричал Робби. — Чтоб тебя, Венди! — парень выскочил из-за стола, задев ногой шнур и чуть не упав при этом. Последнее что послышалось из монитора, это отчаянный мужской визг. — Моя микроволновка! — и на экране появилось оповещение, что разговор окончен. «Эти двое…» Жестокий и грубый Диппер Пайнс невольно улыбнулся и откинулся на спинку кресла. Он знал этих ребят очень давно. Они были теми, кого люди обычно называют друзьями. Друзьями? Удивительно… Он не считал их таковыми. По его мнению, друзья это бесполезные люди, которые просто постоянно ошиваются рядом и глупо шутят. С ними же он виделся только по работе, хотя какая работа может быть у подростка? Да и он платил им за это. Каким бы не был Диппер, он всегда хорошо вознаграждал, в отличие от своего дяди, который грешил уклонениями от налогов и киданием всех на деньги. Да и эти двое знали больше, чем кто-либо ещё. Так что… Можно ли считать их друзьями? Ответ прост до безобразия. Нет. Они намного большее. Ведь знают слишком много. Пайнс, устало зевнув, неохотно встал с кресла. Закрыв за собой дверь комнаты на четыре оборота, он направился в свою комнату. Завтра ждет трудный день.