Rev!Falls

Открывалась 125-я бутылка вина, играла 110 песня. Вечер шёл своим чередом, и все просто отдыхали, танцевали, играли и просто общались. Так можно подумать, если не знать, что такие вечера проводят уж точно не для веселья. Именно на таких вечерах решаются судьбы компаний, должностей, а иногда и жизней. Робби тихо-мирно стоял рядом с Мейбл, которая уж который раз уговаривала его пойти с ней поиграть в вист или двадцать пять**, но парень упорно молчал. Не признаваться же, что он не умеет. Пусть лучше думает, что просто не хочет. Прервал поток слов Мейбл звонок телефона Робби. Валентино резво достал его из кармана и нажал кнопку «принять». — О, Венди, — «Ты меня спасла!», — что-то случилось? Аа… Правда? А, точно, вижу его. И? Ты серьёзно? Нет, но… Хорошо, скажу Дипперу и примчусь. Давай. — Что такое? — спросила Мейбл, сложив руки на груди. — Для начала нужно найти твоего брата. Долго искать не пришлось. Он с Пасификой только уходили от надоедливых Дракула, а последние были весьма заметны в своих кроваво-красных платьях. Пайнс тут же вопросительно посмотрел на Робби. — Приехал МакГакет… — Да, я в курсе. — Так вот. Как мы и предполагали, взломать замок машины будет проще простого и Венди с этим справилась, но… Прикинь, он положил псевдодневник на самое видное место, чтобы запутать нас. Но есть вероятность, что и настоящий дневник там, потому что кое-какой замок Венди никак не может обойти. Я пойду, помогу ей. Потом отзвонюсь. — Ок. Но будьте максимально осторожными. МакГакет очень хитрый человек, и возможно, там будет ловушка. — Эй, обижаешь, — ухмыльнулся Робби и быстрым шагом пошел к выходу. Мейбл тут же надулась. — Вот же, меня кинули… — Мне кажется, что все мужчины здесь хотят потанцевать с тобой, — улыбнулась Пасифика, осмотрев зал. — А вот те, что у стены, так вообще с тебя глаз не сводили. Я всё видела. — Твоя правда, — воодушевленно кивнула головой Пайнс. — Ну что ж, пойду покорять мужские сердца, — она остановилась около брата и прошептала ему на ухо. — Уже видел Руди? — Конечно, — так же, на ушко прошептал Диппер. — И я бы хотел, чтобы ты за ним присмотрела. — Принято, — подмигнула девушка. — Интересно, куда же он пошёл… а ведь недавно поблизости околачивался, слышал похоже… — Бьюсь о заклад, что в здешней игорной зоне. Только девушка услышала, тут же упорхнула.

***

— Джейсон, всё-таки ты не стареешь! Колись: где ты прячешь философский камень? — шутливо прищурился мистер МакГакет. Трое молодых (а может и не очень) людей, собравшихся поприветствовать довольно уважаемого в их кругах МакГакета, засмеялись. Смеялись по-разному, из-за чего можно было попробовать определить их статус. Вот человек, на вид в дорогом костюме и с хорошими часами, но смеётся как-то уж чересчур громко, будто выдавливая из себя эти звуки. Смехом это назвать нельзя. Кажется он заработал на жизнь подхалимничая. «Смеялся» над каждой шуткой и не шуткой начальника, и дослужился. В таких кругах такое любят. Но даже не утруждайтесь презирать таких людей, ведь по факту: они добились гораздо больше, чем вы, даже таким способом. Добросовестный труд и честность в наше время совсем не ценятся. Они это понимают. А некоторые смеются хоть и искренне, но по-свински: хрюкая и периодически выпуская слюни на близ стоящих. Над самыми чёрными, разноцветными, и даже не шутками вовсе. Но им можно, ведь денег у них предостаточно. А деньги в наше время решают всё. Тем не менее, смех раздался громкий. Поговорив ещё немного, МакГакет изволил поиграть… да хотя бы в покер, что уж там. Его идею подхватил смуглый, на вид лет 30-35, мужчина с хитрым взглядом, но поразительно добродушной улыбкой. На сколько помнил сам МакГакет, Мигель Муньос в штаты перекочевал из Мексики. — Amigo*, — улыбнулся Мигель, не сильно похлопывая спину старика, с которым уже направлялся в сторону зоны азартных игр, — я слышал, что дела у вас идут быстро и perfecto! Muy bueno, я желаю вам только удачи. — Это очень мило с твоей стороны, Мигель. Но не старайся так сильно, — усмехнулся МакГакет. Его немного позабавило, как этот мексиканец совмещает разные языки, причем совсем без акцента. — Que? No, о чем вы, señor? — опять его добрая улыбка. Только вот уж сильно она подозрительная. — Можешь не подлизываться. Я знаю, что тебе нужно, но мой ответ всё равно «нет»! Ничего вы от меня не получите! — Ай, señor, какой вы жадный… А ведь на вашей бы стороне могли бы быть gran dinero! Экономика нынче para nosotros… — Не переживай ты так. За меня и экономика, и геометрия… — мексиканец недоуменно посмотрел на собеседника, но решил не углубляться в бредни старика и просто дружелюбно произнес: — Как знаете, señor, а ведь мог бы получиться el mejor proyecto! — он вдохновенно возвел руки к потолку, но после, будто спустившись обратно на бренную землю, с усталой улыбкой сказал. — Ну что ж, пойдемте сыграем, probemos nuestra suerte! Они уже было сели за стол, начали раздавать, как к мистеру МакГакету подошёл один официант и что-то тихо проговорил на ухо, жестами показывая куда-то на другую сторону помещения. Мужчина напряг зрение и увидел знакомую рыжую макушку. — Руди, мальчик мой, — наигранно улыбнувшись, не забыв посмотреть по сторонам для безопасности, почти что прошептал МакГакет. Он удивленно взглянул на парня. — А… что ты здесь делаешь? — Серьёзно? — нервно усмехнулся рыжий. — Вы меня неделю игнорировали, и теперь продолжаете? Спасибо хоть, что не нужно делать вид, что мы совсем не знакомы. — Не тебе меня отчитывать, — предварительно откашлявшись, тихо, но строго произнес МакГакет. Слова возымели эффект и Руди остудил пыл. — Босс, — намного спокойнее продолжал парень, — что за игру вы начали? Почему я не знаю ни о письмах (зачем они вообще), ни о том, что вы открыто пришли сюда? Что мне вообще нужно делать в городе? Вам еще всё нужны дневники? — Как хорошо, что ты спросил это. Но только прошу — потише, — перешёл на шёпот старик. — Ты можешь свободно уезжать из Гравити Фоллз обратно. Ты свою часть работы сделал. Ну, если ты уж сюда приехал, то веселись! Но после уезжай, прошу — не светись. Извини, мне тоже пора. — Подождите, босс! — опешил Руди. Он нахмурился. — В каком смысле «сделал работу»? Разве не… Что вы вообще, — он сглотнул, всё еще не понимая. Но вдруг его взгляд просиял. — Ладно, я понял. — Молодец, — МакГакет похвально похлопал парня по плечу и поспешил уйти. А Руди остался стоять с полным осознанием того, что сильно ошибался. Ему ещё не доверяют. И не доверяют очень сильно. «Значит вот как… Конечно, босс. Только я никуда не уеду». Вдруг чья-то рука задела рукав пиджака Нортвеста, вывев тем самым того из раздумий. И он никак не мог не улыбнуться, посмотрев на ту, кто это сделал. — Мейбл Пайнс, чем обязан такому счастью? — «А она очень красивая!». — Руди Нортвест… — Мейбл не смогла договорить, потому что большая ладонь парня легла ей прямо на губы. Он осмотрелся вокруг, а позже, немного смутившись, убрал руку. — Прошу прощения, просто Руди Нортвеста здесь нет. Зовите меня просто Руди, если не затруднит. — А, понимаю, — таинственно улыбнулась девушка и откинула назад длинную прядь. Что-то завораживающее было в этом жесте. — Значит, Руди… Не ожидала тебя здесь увидеть. — Да, мне тоже не привычно видеть тебя в таком шикарном платье. Первый раз я встретил тебя в грязном порванном костюме, — засмеялся Руди, а Мейбл нахмурилась. Этого она явно не ожидала услышать о своём платье и о себе. Она было собралась что-то возразить, но Руди её опередил. — Ты даже тогда была прекрасна, сейчас у меня и слов нет! — похоже, к Мейбл вернулась уверенность в собственной неотразимости, потому что она довольно улыбнулась и так скрестила руки на груди, что эту самую грудь чуть-чуть подняла. «Интересно, чего она этим добивается?» — подумал Руди, воспитанно отводя взгляд. А желание было таким сильным! — Правда? Как мило, спасибо, — обворожительно улыбнулась брюнетка, вновь откинув прядь. «Коронное движение?». — А ты, значит, МакГакета подручный? — А? — быстро тему перевела. — Уже успела всё от брата узнать? Однако быстро… Получается, мы теперь враги? — Даже не отрицаешь? — Смысл? — пожал плечами парень. — Действительно… Эй, что ты делаешь? — она не хотела признаваться, что действия Руди смутили её, но это было так. — Что? Прости, просто здесь ужасно жарко, — Нортвест снял пиджак и расстегнул удушающие две первые пуговицы на рубашке. Здесь действительно становилось душно. — Не хочешь и ты раздеться? — подмигнул Руди и засмеялся. — Прости, но уж перед тем, кто подслуживает МакГакету, я точно не раздеваюсь, — парировала девушка. — Получается, теперь мы точно враги и нам и разговаривать нельзя? — Почему? Мы как Ромео и Джульетта: оба на разных сторонах, но тайно встречаемся… Это так романтично! — девушка мечтательно прижала сцепленные в замок ладони к щеке. — Точно, — он был в полнейшем ступоре. К чему она всё это говорит? Но эта непредсказуемая девушка уже начала разговор о другом. — Случайно, не хочешь сыграть со мной? — Во что? — эта тема была приятной неожиданностью. Поэтому Руди охотно согласился. — Хочу в Джокера… или нет, стой… может, вист? Не знаю, ты мужчина — реши ты. Всё равно тебе не выиграть. — Правда? — «Всё-таки эта девушка безумно очаровательна. Такая уверенность! Может, проиграть? Нет, это будет нечестно». — Ну хорошо, идём. Ты ведь покажешь, как нужно?

***

Пасифика выпила уже с десяток бокалов, но только недавно удосужилась спросить — что было внутри. Сильно не удивилась, но пить перестала. Хотя и этого ей достаточно. Потому что теперь она стала намного смелее и уже которую минуту третировала Диппера с просьбой взять её с собой для разговора с МакГакетом. Пайнс на это только закатывал глаза и вновь говорил про безопасность. Даже пытался пристыдить, но градусы внутри тела девушки делали ее толстокожей для такого. Хотя кто знает, может это и не от алкоголя. МакГакет как раз стоял в кругу влиятельных бизнесменов. Он подошел к ним совсем недавно (выходил из игорной зоны, причем очень торопливо), но уже успел вписаться в разговор. И Диппер хотел присоединиться к ним, но упорная Нортвест просилась с ним. Можно подумать — почему бы и нет? Сама будет виновата, ведь он её предупреждал, но предчувствие внутри не давало позволить взять эту девочку с собой. Всё же, что с ним происходит? Сошлись на: — Давай ты пока постоишь здесь, немного в сторонке. Я пойду, проведаю как общее настроение. Если хорошее — обещаю, приведу тебя к ним. — Так и быть. Но ты обещал, — Пасифика же вроде отпустила его, он было повернулся и собирался уходить, но девушка схватила его за руку. Сама себя испугалась. Быстро отдёрнула ладонь и, нервно улыбаясь и заплетаясь, проговорила. — Х-хорошо, иди. Иди уже, быстрее! — А если честно? — вздохнул Диппер и положил руки ей на плечи. Пасифика вздрогнула. После поникла головой и тихо произнесла: — Я не хочу оставаться одна, — вдруг она вскинула голову и умоляюще посмотрела парню прямо в глаза. — Диппер, не оставляй меня, пожалуйста, одну! — осознав, что только что сказала, Пасифика вспыхнув закрыла лицо руками и отвернулась. — Забудь… забудь всё, что сейчас слышал и просто иди. Внемля приказу, не просто просьбе, Пайнс большими шагами приближался к группе бизнесменов. И всё-таки, странная улыбка появилась на его лице. Эта девушка была абсурдно мила! — О, господа, посмотрите-ка, — услышал Диппер, когда уже подошёл к нужным людям. Абсолютно точно говорили о нем. — Мистер Пайнс-младший! Рад встрече. — Взаимно, — Диппер пожал руки всем, кто здесь находился. То самый мистер Бенсон, что и проводил этот вечер (он первый и заметил юношу), мистер Муньос, довольно занятный человек в общении, и Фиддлфорд Адрон МакГакет собственной персоной. При рукопожатии с ним, их взгляды встретились и некоторое время-таки сверлили друг друга. — Слышал, у вас, прошу прощения, после смерти вашего дядюшки дела идут не очень хорошо. — Не стоит связывать это со смертью моего уважаемого дяди, мистер Бенсон. Ведь мои дела идут на спад только со времен, когда на рынок вновь заявился мистер МакГакет. После такого-то отсутствия. — А, sí, señor, sí, — вдруг засмеялся Мигель. — Прошу прощения, продолжайте. — Это конечно же шутка, не обижайтесь. — Какие обиды? — улыбнулся МакГакет. — Вы правы, я долго не выходил наружу. Но ведь ваши успехи… — Естественно не связаны с вами, — перебил Диппер, что не понравилось МакГакету. Даже его губы искривились в странную фигуру. — Правда в том, что я в это время занимался более личными делами и немного запустил бизнес. — Позвольте поинтересоваться. — Конечно. Когда-то мне дядя рассказывал о его братьях. Ведь я почти ничего не знаю о своей семье. Вот искал информацию о Шерми Пайнсе. Вы, случайно, ничего не слышали? — твердый взгляд Диппера, в большинстве своём, устремился на МакГакета, который, в свою очередь, бегал глазами. — Sí, señor, когда-то я слышал, что он жил в… Maldita sea esta virgen memoria! Не помню, Lo siento. Но маленький поселок недалеко от Гравити Фоллз. Я там был, очень милое местечко. Кстати, а вы, señor, — он посмотрел на МакГакета, — разве не бывали там? — Бывал, — коротко ответил старик. Будто ставил точку на этой теме. Диппер ещё хотел кое-что спросить у скрывающегося старика, но краем глаза заметил подол красного платья, что двигался в сторону Пасифики. Оставлять ее было плохой идеей. Эти стервы ж сейчас ее изведут! Извинившись, Пайнс быстро направился к девушкам. Он не ошибся: стая разукрашенных девиц, будто стервятники над добычей, стояла вокруг Нортвест. Краем уха он услышал отрывок фразы, сказанный Анной: — Ты хоть знаешь, во что ввязалась? Ты понятия не имеешь, чем здесь все занимаются! Ты просто глупая ш… А договорить поток (Диппер нисколько не сомневался, что скоро в дело пойдут маты) обидных слов не дал девушке, вовремя подоспевший, Диппер Пайнс. Он взял Пасифику за руку, вытянул её из кучи девушек и прижал к себе. Только просмотрев на притихшую Анну уничтожающим взглядом, пара поспешила удалиться. На удивление, Пасифика ни слова не сказала, лишь крепче сжала руку парня. Но когда они уже приближались к бизнесменам, Пасифика вырвала ладонь, сильно закусила губу и с мокрыми глазами, которые отвела в сторону, прошептала: — Я не хочу туда идти. — Но ты ведь хотела… — Знаю! А сейчас не хочу. Я не знаю, — Нортвест схватилась за голову. — Диппер, я не знаю! Я не знаю, что вообще здесь делаю! Меня не должно быть здесь! Без лишних слов, которые бы точно не помогли, Пайнс просто, поддавшись странному, непонятному порыву, что внутри бушевал уже давно (а как давно — уже не сосчитать), обнял это хрупкое дрожащее тело.

***

— Кстати говоря, давно хотел попросить вас познакомить нас с вашей очаровательной спутницей. Это ваша… — Невеста, мистер Бенсон, — поспешил сообщить Диппер. Пасифика же всем доброжелательно улыбнулась. Выглядела она бодро. Похоже всем присутствующим девушка понравилась и показалась весьма приятной. Только один человек смотрел на неё очень странными глазами. Он будто не верил в происходящее. МакГакет дрожащими руками дотронулся до плеча девушки. Нортвест сдержалась, чтоб не вскрикнуть. — Простите, — нахмурился он. Кажется, он собирался что-то спросить, но в последний момент с губ сорвалось только: — Присцилла? Все тут же удивленно уставились на старика. Диппер с интересом ждал продолжения, а Пасифика закусила губу. Сейчас её вновь немного трясло. — Нет, простите, — почему она извиняется? — Пасифика. — Пасифика Пайнс, — подытожил Пайнс. — Прошу меня простить, видимо обознался, — попытался засмеяться МакГакет. — Ой, а почему я вижу эту прекрасную леди только сейчас? Признавайтесь, это у вас точное решение? А то и мой сын подрастает. Нелепые шутки мистера Бенсона спасли всех от напряжённой обстановки. И хоть еще было тревожно от мысли, что «этот опасный человек» знает имя её матери, но настроение потихоньку возвращалось в хорошее русло. Пасифика даже повеселела, а Диппер отчего-то становился всё более хмурым. — Почему вы не танцуете, amigos, — абсолютно неожиданно выпалил мистер Муньос. — Такая красивая пара, я бы хотел увидеть, ¡cómo eres capturado por la danza del amor! — Простите, но я не тан… Прервав девушку, Диппер взял её за руку и поднёс последнюю к губам. — Не согласишься ли станцевать со мной? — он поцеловал тыльную сторону ладони Пасифики. Нортвест немного опешила и непроизвольно сравнила два поцелуя (хоть и в руку): у Джонатана и Диппера. Последний волновал куда больше. — Конечно, — подыгрывая, мягко улыбнулась Пасифика в ответ. Пара повернулась спиной к недавним собеседникам и чинно удалилась на паркет. Пока они шли, Диппер выдохнул. Он сам удивился, что так тяжело это сделал. Разве врать было слишком сложно? Но ведь это он практиковал много лет. Или не в этом дело? Как раз началась новая песня. [Talking to the Moon. Bruno Mars] Они встали в позу, как в школе, даже не задумываясь: руку на талию, на плечо, сцеплены. У Пасифики из головы почему-то не выходил тот вздох её напарника. Она, чуть смущаясь, сказала: — Они больше не смотрят в нашу сторону, — взглянула Нортвест на компанию бизнесменов. — Так что… если не хочешь, можем не танцевать. — Кто сказал, что я не хочу? — искренне удивился выводам девушки Пайнс. Неужели она подумала, что это из-за неё он… — Миссис Пайнс, я даже очень не против этого. Тем более, что отсюда прекрасно можно следить практически за всем. Пасифика улыбнулась. Теперь она узнавала Диппера. Они продолжили танцевать. Мелодия была очень красивой. Вдруг девушка посмотрела на Пайнса взглядом, который не предвещал ничего хорошего. Для Диппера. Это он понял сразу. Похоже, она собиралась спросить что-то довольно щекотливое. — Диппер, — она не смотрела в его глаза. Ее взгляд блуждал где-то на уровне груди Пайнса. Но тут она подняла голову. — Всё-таки расскажи мне, чем ты занимаешься! — парень ухмыльнулся, как знал, что будет нечто подобное. — По твоей легенде я всё знаю, и это немного не честно, скрывать по-настоящему от меня такую информацию. — Какую такую? — Важную. — Похоже Анна на тебя сильно подействовала, но Пас, давай не будем о работе, — Диппер обворожительно улыбнулся. — Ты сегодня просто очаровательно выглядишь, не порти впечатление о себе глупыми расспросами. Вполне в его духе сказать сомнительный комплимент. Но он достиг своей цели — Пасифика больше не задавала вопросов на эту тему. По большей степени потому, что по правде, где-то в глубине, она не хотела это знать. Она всё слушала песню, и когда начался первый припев, тихонько хихикнула. Пайнс вопросительно взглянул на неё. — Не знала, что на таких «вечеринках» включают такие… современные песни. — Ты думала, что здесь все старики и играют такие же старческие песни? — девушка кивнула. — Ошибаешься. Как видишь, здесь очень много… молодняка. Каждый предприниматель в будущем передаст бизнес своему сыну, преемнику, дочери. Кстати о молодых… — Пасифика посмотрела туда, куда устремился взор Диппера. Там стояла Анна в окружении еще нескольких людей. И они смотрели прямо на них и неприятно перешептывались. — Почему они так смотрят? — Конечно, — провел рукой по лбу Пайнс. А через секунду выдал ошеломленной девушке. — Возьми меня, как парня. Немой вопрос только отразился на лице девушки, а Диппер уже начал действия. И очень ловко. Он придвинул Пасифику вплотную к себе, её руки обвил себе вокруг шеи, а сам собирался положить руки ей на талию, но увидев её удивленное лицо усмехнулся и прошептал: — Не бойся, целовать не буду. В голове Нортвест пронеслись странные мысли, но она уверила себя, что это необходимо для прикрытия и прижалась ближе к Дипперу и положила голову ему на плечо. Не хотелось признаваться, но это было очень приятно, и от него шёл такой великолепный запах! Почему-то дыхание участилось. Устала что ли? После всего того ужасного, что случилось на этом вечере, сейчас она расслаблялась по-правде. Просто доверилась. — Не дыши так часто, — шепотом, улыбаясь, проговорил Диппер. — Щекотно. От этого стало как-то стыдно, и Пасифика крепче прижалась к парню и зарылась лицом в пиджак. Девушка заметила, что это очень удобно, да и Диппер вроде как не против. Интересно — почему? Песня очень понравилась девушке, поэтому она прикрыла глаза и стала получать удовольствие. Сейчас ей правда было на удивление хорошо и уютно. Они танцевали, песня была очень красивой. Всё та же Анна хмурясь смотрела на них. Диппер ухмыльнулся. Теперь-то она точно отстанет, ведь Пас намного лучше… Лучше? Пайнс прищурился и посмотрел на свою партнёршу. Она так сильно прижалась, будто боялась чего-то, но ему доверилась. Он чувствовал почти всю её… И от этого становилось странно хорошо. Наверное ещё никогда Диппер не испытывал настолько непонятных чувств, но это ему нравилось. У песни уже прошёл второй припев и начался проигрыш и тогда почему-то… Именно почему-то, никто из них не понимал, что происходит. Оба посмотрели друг другу в глаза. И больше ничего не видели, только друг друга. Сработала сила притяжения, промелькнула искра. Она была короткой, но очень яркой. Руки Диппера сами потянулись к волосам девушки. Он прокрутил её шелковистую блондинистую прядь на своем пальце, случайно задев подбородок. Почувствовав мягкую кожу, немного нахмурившись, бережно обхватил лицо девушки ладонями. В этот момент она была необычайно красива. Пасифика же уже давно «залезла» пальцами в волосы Диппера. Они были на удивление мягкими и приятными. А его синие глаза, которых она испугалась в первый день знакомства, казались теперь необъяснимо прекрасными и очень притягательными… как и губы… Но что самое главное — это было взаимно. Пасифика закусила нижнюю губу. Пайнс быстро сглотнул. И на самом кульминационном моменте песни они, не сговариваясь, соединились в поцелуе. Сначала осторожно, но после всё больше и больше углубляя его. Руки девушки блуждали по волосам юноши, а он осторожно держал подбородок Нортвест, второй рукой зарывшись в мудреной её причёске. Было тепло, нет… Было жарко. Песня заканчивалась, как и воздух. Поэтому оба, тяжело дыша, неохотно, отстранились друг от друга. — Прости, — Диппер наклонился к Пасифике так близко, что губами касался мочки уха. По рукам девушки пробежала легкая дрожь. — За что? — удивленно в ответ прошептала она. — Я соврал.