Rev!Falls

Руди открыл глаза. Так хорошо он не высыпался уже давно. Рядом все ещё спала девушка, с которой он провел всю эту ночь. Нортвест сел на кровати, проверил телефон. Десять утра. Отложив гаджет в сторону, Руди посмотрел на свои ладони. Тяжело вздохнул. Опять остались небольшие, но болючие ранки от ногтей. Вчера он слишком сильно сжимал кулаки. — Утра, — повернулась к нему девушка. Ее взгляд был таким же серьёзным и печальным, как ночью. — И как ты себя чувствуешь? Пришёл в норму? — Спасибо, Кэнди, я в порядке, — Руди попытался улыбнуться. Вышло неубедительно. — Благодаря тебе. Ещё раз, прости меня. И спасибо. — Пожалуйста, — грустно улыбнулась девушка. — Кто бы мог подумать, что ты снова придёшь ко мне из-за этого. После того, как ты исчез, я поклялась себе, что буду ненавидеть тебя всю жизнь и когда-нибудь отомщу. Но вчера ты выглядел таким жалким, что я сразу все тебе простила. Почти все. — Да, я знаю. Спасибо тебе. — Руди посмотрел на девушку и закусил нижнюю губу. Кэнди напряглась. — Думаю, я и правда жалкий, раз пришёл к своей бывшей просить помощи, — засмеялся парень. Чу совсем не разделила его веселья. Только положила свою руку на его и спокойно сказала: — А к кому бы ты ещё пришёл? Не к Нортвест же, в которой ты души не чаешь, не к отцу. Ты всегда приходил ко мне, когда тебе было либо скучно, либо плохо, — Руди удивлённо взглянул на девушку. — Ну да. Я знала, что ты меня не любишь. Но всё равно была рада тебе. Мудак ты, Руди. Парень улыбнулся по-настоящему. Это правда, он не любил ее. И встречаться они начали только потому, что он был ей благодарен, что она терпела его истерики. Интересный выбор, Руди. Молодец. Он взял ее руки в свои. — Ты права. Поэтому я и прошу прощения. И, ты знаешь, твои руки просто чудо! Они всегда спасали меня во времена моих неврозов. — Да? — улыбнулась Кэнди. — Кто же тебе тогда помогал, когда ты сбежал? Руди покачал головой: — Это моя первая паническая атака за два года.

***

Эта история началась давно, когда ещё десятилетнего Руди привели в дом к Нортвестам. Мальчик был бледный, как ходячий мертвец. Даже казалось, его рыжие волосы совсем утратили цвет, а глаза потускнели. Он потерял родителей в автокатастрофе. Когда он рассказывал эту историю Пасифике, будучи уже 13-летним подростком со здоровым цветом лица, она звучала как-то так… — …мы праздновали день рождения хорошего друга моей матушки. Жил он в небольшом посёлке, не очень далеко на самом деле от Гравити Фоллз. У них была своя ферма. Ну и, так как это определённо была пирушка, мы приехали на автобусе и на нем же собирались уехать домой. Нам предлагали остаться на ночь, но отцу нужно было завтра на работу, у них горел дэдлайн, никак нельзя было опоздать. Мы сели на последний автобус. Все было нормально, но где-то посередине пути… — Руди запнулся. Пару раз глубоко вдохнул и продожил. — Произошла авария. Автобус столкнулся с грузовиком. Вроде он потерял управление и врезался в нас. Мама и папа сразу бросились ко мне. Они закрыли мое тело своими. А автобус несколько раз перевернулся. Не знаю, сколько я был без сознания… Когда очнулся, первый раз почувствовал вкус металла во рту. Потом когда встал — снова упал, голова сильно кружилась. Кто-то из выживших пассажиров уже вызывал скорую. А я все никак не мог найти родителей. Когда нашёл, — Руди тяжело вздохнул, хватаясь за грудь. Пасифика тогда крепко сжала его руку, он благодарно взглянул на неё. — Они уже не дышали. Я тормошил их, звал, люди успокаивали меня, говорили, что сейчас приедут врачи и помогут, — голос переходил на крик. — А я кричал, я звал их. Они не откликались. Все, кто был в этом ебаном автобусе выжили! Все кроме моих родителей! — это был первый и последний раз, когда Руди матерился при Пасифике. Но по-другому этот автобус он называть больше никогда не смог. Они умерли на его глазах. Ему даже сначала привиделось, что отец ещё дышит, а у матери потихоньку открываются глаза. Потом приехала скорая, тела забрали. Тогда мальчика переклинило. По ночам Руди стали преследовать его мама и папа. Они были очень огорчены тем, что только они умерли, а Руди продолжает жить. Каждый раз просыпаясь в холодном поту, мальчик боялся обратно ложиться спать. Он стал очень нервным и вздрагивал от всего, что к нему приближалось. Особенно он стал бояться автобусов. Когда повзрослел, боязнь прошла, но ненависть и нетерпимость осталась. У Нортвестов, всё время находясь в одной комнате с Пасификой, Руди становилось спокойнее. Ведь от маленькой девочки не шло никакой опасности. Её саму нужно было оберегать, она была довольно неуклюжей. Но проблемы по ночам никуда не делись. Однажды ни с того, ни с сего его вдруг охватила такая паника по среди бела дня, что его начало трясти в треморе. Он не мог ничего контролировать и начинал задыхаться. Тогда об этих проблемах узнал биологический отец — Престон. Он отвёл мальчика к психотерапевту и к психологу. Ему выписали какие-то таблетки. Они хоть и помогали, но довольно слабо. Психолог же, поговорив с самим Руди посоветовал ему уехать от всего, что напоминает родителей. Так Руди попросился в школу-интернат. Он и сам был рад уехать. Жалко было расставаться только с Пасификой. В школе ему немного стало легче. Кошмары стали реже, а если и были, то уже не такие страшные. Руди даже начал искренне улыбаться, когда ему хотелось. Ему даже хотелось! В школе разрешали гулять по городу, в котором и находилась та школа, в свободное от учебы время, поэтому Руди часто выходил развеяться. Когда гулял — мысли очищались и как будто даже начала забываться та история с катастрофой. Так он приехал в Гравити Фоллз на лето уже более нормальным ребенком. И даже тут его не беспокоили кошмары и панических атак больше не наблюдалось. Все стали думать, что проблема с ПА закрыта. Однако приехав обратно в школу, все почему-то стало возвращаться. Решив, что все прошло, Руди перестал пить выписанные таблетки. Видимо зря. Кошмары возвращались, как и панические атаки. Тогда-то и произошёл поворотный момент в жизни мальчика. В школе-интернате, как и в большинстве школ в те времена, ходовым товаром были наркотики. Как-то попробовав один раз, Руди очень сильно подсел на них. Они настолько очищали его разум от всего плохого, что мальчик просто видел в них свое спасение. Ему стало намного легче жить. Кошмары больше не снились, ПА прошли. Осталась только зависимость. Так, однажды, придя за очередной дозой, судьба свела Руди Нортвеста с Фиддлфордом Адроном МакГакетом. Руди приходилось нередко самому доставать наркотики. А за любое удовольствие нужно платить. Так, он сбегая из школы играл на деньги в карты. Поскольку отец мальчика был выдающимся картежником — он обучил этому и сына. Руди быстро учился, однако обыграть самого отца он бы вряд ли когда-нибудь смог. К сожалению, теперь это даже не проверить. А вот других людей обыгрывать оказалось не только легко, но и довольно весело. Руди открыл у себя талант, граничащий с золотой жилой. Играл он на улице, с такими же простыми азартными людьми, как и он сам. Его там уже все узнавали и полюбили. Но если бы знали настоящую причину его похождений, никогда бы не сели с ним за один стол. Так он приглянулся одному господину. Выглядел тот весьма богато. Он предложил Руди сыграть в его казино с «его ребятами». Мальчик только пожал плечами и согласился. Ему не терпелось купить еще дозу. Конечно, Руди выиграл. Обыграл всех, кроме самого мистера МакГакета (так он представился), но последний и не играл. Только наблюдал. Когда мальчик подошёл к нему за честно заработанными деньгами, МакГакет, довольно улыбаясь, достал из внутреннего кармана пальто пачку. Руди сглотнул. Столько купюр в живую он никогда в своей жизни ещё не видел. Но перед тем, как отдать награду, МакГакет похлопал мальчишку по спине и спросил: — Скажи, если не секрет, зачем тебе деньги? — Разве не всем нужны деньги? — удивлённо и чуть раздраженно спросил Руди. Ему хотелось уже быстрее получить заветную пачку. Но этот странный господин только рассмеялся. — Действительно, не поспоришь. Но судя по твоей одежде и мобильнику — ты не сирота из трущоб. Да и кажется, у тебя есть, кому за тобой присматривать. Тебе не дают карманных денег на какую-то безделушку? Руди нахмурился. Это еще больше раззадорило МакГакета. Мальчик потерялся в мыслях. Планов, как лучше соврать было слишком много и почти все — недостоверные. Дальше тянуть было уже нельзя. — Мне нужны кое-какие лекарства. Не хочу… расстраивать родных, — Руди чуть не вырвал деньги из рук старика. Тот только кивнул и сам спокойно отдал их. Руди ушёл. МакГакет, протирая руки влажной салфеткой, подозвал к себе одного из тех, кто недавно с позором проиграл десятилетнему. Или сколько там ему лет? — Да, босс? — Поехали-ка, покатаемся. За одним посмотрим, какие лекарства так нужны нашему маленькому гению.

***

Руди пришёл к знакомому барыге за поворотом старой аптеки. — Слушай, пацан, я тебе говорил: тот раз был последний, ты меня плохо расслышал? Руди просто протянул половину пачки, которую недавно выиграл. У барыги вытянулось лицо. Он молча взял деньги и протянул пакет с дурью. — Этот раз точно последний, — бросил барыга и быстро скрылся. Мальчик облегчённо выдохнул и улыбнулся. Последняя ночь без дозы прошла ужасно. Его очень сильно накрывало. Только он собирался открыть заветный зиплок, как его испугал громкий звук сигнала машины, и от неожиданности он просыпал все содержимое на дорогу. Руди полминуты молча и с нескрываемой болью смотрел на «спасение», рассыпанное по сырому асфальту. Из остановившейся машины вышел знакомый господин. Между зубов была зажата трубка. Руди с ненавистью посмотрел на него. — Ты потом еще спасибо скажешь, — спокойно проговорил МакГакет, выпустив дым. — Вы специально? — зло спросил мальчик. Мужчина кивнул. — Да чё вам от меня надо? Какая вам разница зачем мне нужны были эти деньги? Я думаю я лучше знаю, что мне нужно, а что — нет! — Руди сорвался на крик. — Сколько тебе лет? — так же спокойно проговорил МакГакет. — Не нужно докапываться до меня! — Отвечай на вопрос. — Свалите в закат! — Я сказал. Отвечай. На. Вопрос. Наверное, такого властного голоса Руди никогда не слышал. Ему вдруг стало не по себе. Нет, это была не паническая атака. Это было что-то другое. Совершенно другой страх. Страх из-за этого человека. — Одиннадцать, — потупив голову, чуть слышно проговорил Руди. — Одиннадцать, — резко усмехнулся мужчина. — И ты правда считаешь, что имеешь право думать, будто ты знаешь что для тебя лучше? Поверь мне, ты и в двадцать знать не будешь. Если продолжить употреблять… — МакГакет брезгливо поморщился, — эту дурь. — Вы не знаете, зачем она мне нужна, — так же тихо сказал Руди. — Без нее я просто сойду с ума! Снова вернутся кошмары и я… Я… — сердце пропустило удар. Вновь стало холодно. Появилась тревога, голоса. Мальчик испуганно посмотрел в глаза не менее изумленному МакГакету. Руди замер, а потом руки начали трястись. Опять. Паническая атака. Наконец, взяв себя в руки, МакГакет понял, в чем дело. Он приобнял мальчика за плечи и повёл в машину. Усадил на заднее сидение и сам опустился рядом. — Ну-ну, успокойся, парень. Все хорошо. На-ка, держи, — ошеломленный мальчик взял протянутую сигарету. — Это, конечно, не лучший выход. Но гораздо предпочтительнее, чем твой экстези. Давай, дам огоньку. От первой затяжки Руди закашлялся. Но зато, кажется, ПА прошла. Он вновь оказался в реальности, сидя на мягком сидении шикарного Мустанга рядом со странным стариком. — Лучше? — Немного, — сглотнул мальчик. — Держи, — МакГакет протянул почти целую пачку сигарет одиннадцатилетнему мальчику. — Спрячь хорошенько. Хотя тебе не привыкать, да? И слушай, приходи-ка ты почаще играть в наше казино. Авось, что из тебя путное получится.

***

Сигареты заменили Руди наркотики. Это, наверное, было его лучшим решением в жизни. Когда подступала паника, одна-две сигареты решали все проблемы. И достать их было гораздо проще. С появлением же в жизни Руди алкоголя, панические атаки остались в далеком прошлом. Бывало однако несколько раз, в Гравити Фоллз. Тогда ему помогали сигареты и Кэнди. Она правда очень сильно ему помогала. Действовала как успокоительное. Никто, наверное, кроме нее и не знал, что ПА Руди никуда не делись. Как и говорил, когда пришло время шестнадцатого дня рождения Руди, когда он уехал ни с кем не попрощавшись, ПА совсем его не беспокоили. Их просто не было ни разу. Хоть одно обстоятельство в пользу этого спешного побега. Однако. До вчерашнего дня. Когда он договорился с Мейбл о встрече, то довольный пошел собираться. И вдруг. Началась паническая атака. Такая сильная. Будто тревога копилась всё это время внутри, и сейчас решила взрывом выйти наружу. Когда оцепенение прошло, и Руди с трудом, но восстановил более ровное дыхание, он будто на автомате пошёл прямиком в дом Кэнди Чу. Быстро извинился перед Мейбл, тут же отключил телефон. Добравшись до дома бывшей девушки, не помня уже как, он постучал в дверь. Слава небесам, что открыла именно Кэнди. Она удивлённо посмотрела на пришедшего. — Ты чего прип… — Руди осел на пол. Кэнди испуганно бросилась к нему. Парень руками оперся на плечи девушки. — Твои ладони… Влажные! — Словил ПА, — кивнул Руди. — А… — Транки не вариант, — перебил Руди. Он совсем не мог самостоятельно стоять. — Прости, меня, Кэн, прости! Умоляю, помоги мне! Я… кажется меня ноги сами привели сюда. Кэнди Чу нахмурилась. Она думала. — Поговори со мной, пожалуйста. Я вообще не могу пошевелиться. Они все вокруг меня… — Кэнди, дорогая, кто там пришёл? — раздалось сонное из комнаты. — Не волнуйся, пап. Никто. Никто. Правильно. Никто. Руди ухмыльнулся. «Да, я никто». — А теперь заткнись и помоги мне тебя поднять на верх, — строго прошептала Кэнди и положила руку жалкого бывшего себе на плечи.

***

— Первая за два года? — нервно усмехнулась девушка, поднявшись с кровати. — Соболезную. — Спасибо? — неуверенно прошептал Руди. — Знаешь, я конечно, помогла тебе. Но это последний раз, — повернулась к зеркалу Чу. — Не хочу, чтоб ты думал, что между нами что-то осталось. Ты для меня пройденный этап, как что-то неправильное в моей жизни. — Я знаю, — Нортвест улыбнулся. — Спасибо, Кэн, за все.