Право выбора. (по мотивам книг Гарри Поттера)

- Гарри, нам пора. – тихий голос Гермионы заставил Гарри Поттера оторвать взгляд от самого любимого замка. Хогвартс. Его дом. Место, куда он до сих пор мечтает вернуться. Только что он и другие школьники, участвующие в войне против Волан де морта, сдали последние экзамены и покидают школу чародейства и волшебства Хогвартс. - Гарри. – мягко произнесла Гермиона, понимая его чувства. Прошло всего 6 месяцев с окончания войны, но как же сильно изменилась их жизнь. Гермиона смотрела на Гарри и радовалась, что война не смогла сломить его или изменить. Он остался тем же Гарри, с которым она познакомилась так давно. - Пора. – он протянул ей руку. Гермиона бросила короткий взгляд в сторону замка и перенеслась с ним на площадь Гримо, место, которое они уже несколько месяцев считают своим домом. Гарри Поттер, мальчик, который выжил, стал настоящей легендой еще при рождении, а теперь и вовсе встал на один пьедестал с другими великими волшебниками. Однако он предпочел бы отказаться от этой славы и жить вдали от шумихи. Вот только судьба у него другая. После получения документа об образовании Гарри возобновил свое участие в суде над пожирателями смерти и другими сторонниками темного лорда. Его мнение зачастую играло важную роль для вынесения решения по делу. Например, Люциуса Малфоя желали увидеть мертвым большинство участников заседания, но Гарри настоял на том, чтобы старший Малфой отправился в Азкабан. Он спас его. Большинство осуждали Гарри, считая его решения неверными, но Гарри все равно оставался верен себе. Гермионе приходилось участвовать во всем этом балагане. Она не могла оставить Гарри одного. Министерство магии отказывалось проводить многие слушания без мальчика, который выжил и победил. Именно так магическое сообщество теперь именовало Гарри Поттера. Они жили на площади Гримо вместе с Кикимером, который верой и правдой служил своему новому хозяину. Гермиона пыталась убедить Гарри отпустить домовика, но Кикимер годами угнетаемый семьей Блэков пугался при слове «свобода». И Гермионе пришлось смириться с его рабством. - Я не использую его, как раба, Гермиона. – заметил Гарри. - Он работает на тебя бесплатно. Это разве не рабство? - Взамен он получает место, где может спокойно жить и питаться. – заявил Гарри. – И он просто помогает по дому. Мы с тобой уже несколько месяцев бесплатно посещаем министерство магии и участвуем в этих слушаниях. Разве мы рабы? - Ты преувеличиваешь, Гарри. На следующий день после возвращения из Хогвартса, они вновь отправились в министерство магии. Спустившись в подземелье, Гарри привычно направился к лифтам, а Гермиона семенила следом. Они прошли мимо восстановленного фонтана и нырнули в пустой коридор, ведущий к лифтам. Гарри предпочитал приходить пораньше, пока в министерстве никого не было. Это позволяло избежать ненужного внимания и разговоров с людьми. - Ты становишься затворником. – скорее в шутку, чем серьезно говорила Гермиона. - Привет, Гарри, Гермиона. – в лифте их встретил мистер Уизли. - Здравствуйте, мистер Уизли. – Гарри всегда тепло здоровался с ним. Боль утраты все еще продолжала терзать мистера Уизли, но он старался жить дальше ради своей семьи и уже улыбался при встрече. И все же потеря Фреда навсегда изменила его. - Вы давненько к нам не заезжали. Молли будет рада, если вы найдете время зайти на обед в следующие выходные. – он с надеждой посмотрел на Гарри. Юноша не знал, что сказать. Чувство вины мешало ему вновь посетить Нору. Так бывает, что жизнь меняется настолько, что ты боишься посещать места, где был счастлив. Словно новая темная жизнь способна испортить то светлое, что еще осталось в прошлом. - Мы постараемся, мистер Уизли. – Гермиона в очередной раз пришла на помощь Гарри. - Пора. – Гарри попрощался с мистером Уизли и вышел из лифта. Они проскочили безлюдный коридор и прошли в зал суда. Гарри привычно занял самое темное место, откуда мог наблюдать за происходящим, оставаясь в тени. Многие из служащих пытались заставить Поттера сесть рядом с ними, но Гарри отказывался. Пришлось обратиться за помощью к Кингсли, чтобы угомонить их всех, наконец. - Гарри. – Гермиона осторожно коснулась его локтя, привлекая внимания. Гарри посмотрел в сторону и увидел фамилии тех, кого сегодня будут судить. Малфои. - Что ж. – прошептал Гарри. – Этот день рано или поздно настал бы. - Что ты будешь делать? – спросила его Гермиона. Гарри давно для себя решил, что Драко Малфой и Нарцисса Малфой заслуживают снисхождения. Но убедить в этом суд будет практически нереально. Они желают превратить Малфоев в нищих и прокаженных и их мотивы не всегда понятны. Иногда Гарри думал, что хорошо бы, если б рядом был Рон. Его лучший друг, с которым он пережил очень многое. Гермиона тоже его друг, но с ней все иначе. С ней не поделишься всем. Но Рон вернулся домой к семье. Сейчас он им нужен больше. После смерти Фреда Джордж впал в уныние. Магазин близнецов продолжал работать, и помогал Джоржду именно Рон, которому тоже тяжело. - Ничего, справимся. – улыбнулась Гермиона. Гермиона старалась поддерживать и Гарри, и Рона. Первоначально она умудрялась поддерживать обоих, с каждым днем осознавая, что и сама бы не отказалась от помощи. Ей хотелось, чтобы кто-нибудь пришел и помог ей, забрал все заботы и тревоги, решил бы все проблемы. Но этот день вряд ли настанет. Зал суда потихоньку заполнился народом. Гарри и Гермиона молча наблюдали, как министры занимали свои места. Все уже знакомые лица с интересом смотрели в тот угол, где прятался Гарри вместе с Гермионой. Они явно гадали, пришел ли он на это слушание и какое его решение будет. А заседание началось. В помещение с гордо поднятой головой вошла Нарцисса Малфой в сопровождении своего единственного сына. Драко поддерживал мать, помог ей занять место на стуле перед остальными магами. Она держалась гордо и смело, как и положено потомственной ведьме. Ей не представилась возможность присутствовать на суде своего мужа. И сейчас его не было на ее суде. Сожалела ли она? Гарри не знал, но понимал, что не позволит осудить эту женщину. Драко выглядел неважно. Он заметно похудел и стал еще бледнее. Он часто бросал тревожные взгляды на свою смелую маму. А она продолжала с надменностью взирать на тех, кто смеет ее судить. И к сожалению, такое поведение только злило присяжных заседателей. - Я немного опоздал. – в помещение вошел министр Кингсли. - Министр, вы будете присутствовать? – удивился мужчина, проводивший данное заседание. - Да. Думаю, я понадоблюсь. – Кингсли занял место в первых рядах рядом с седоволосым старичком. Гарри тяжело вздохнул. Тяжело судить. И нелегко бороться против толпы, что ему предстояло сделать. Гермиона ободряюще сжала его руку. Она бы хотела помочь, но ее слова вряд ли смогут убедить присутствующих. Здесь, как ни странно, должна помочь слава Гарри Поттера. И если потребуется, он будет пользоваться и своими привилегиями, чтобы добиться результата. Такие рассуждения заставляли Гарри задуматься, а не изменила ли его война? Может, и он теперь готов пойти на многое, ради достижения своей цели? - Пожалуй, начнем. – заседание проводил невысокий мужчина среднего возраста мистер Тортон. Он старался оставаться непредвзятым, но выражение его лица в большинстве случаев выдавали все его чувства. - Он настроен решительно. – проговорила Гермиона, выучившая все повадки мистера Тортона за то время, что они провели на заседаниях. - Да и большинство тоже. – ответил Гарри. – Они ведь практически лишили Малфоя старшего всего. - И будут стараться лишить и их всего имущества. – пробормотала Гермиона. Деньги. Гарри уже видел, что твориться с людьми из-за денег. - Сегодня мы собрались, чтобы судить Нарциссу и Драко Малфоей за сотрудничество темному лорду. – объявил мистер Тортон. – Признаете ли вы себя виновной, миссис Малфой? - отказы темный лорд не принимает. – возмутился Драко, стараясь защитить мать. – Моя мать не имеет метки пожирателя смерти. Она никого не убивала и не мучила. Она не участвововала в произволе пожирателей смерти. Зал загалдел. Дерзость Драко не понравилась присутствующим. Они желали увидеть поражение этой семьи, хотели посмотреть, как Малфои унижаются ради своей свободы. Большинство из них с радостью отправили бы Нарцису и Драко в Азкабан к главе их семьи. - ТИШИНА. – потребовал мистер Тортон. Но по мнению Гарри слишком поздно. Он позволил толпе обсудить порыв Драко. Они видели в этом только дерзость и нежелание признавать вину. Никто не подумал, что этот гордый аристократ просто хочет спасти свою мать. - По нашим данным миссис Малфой действительно не замечена среди пожирателей смерти и в тех бесчинствах, что они устраивали. – поднялся министр Кингсли. Зал вновь загалдел. Мистер Торторн с недоверием смотрел на министра. Похоже, они уже вынесли семье Малфоев приговор. Гарри не собирался мириться с этим и впервые за долгое время вышел из своего укрытия. Воцарилась тишина. Он направился к центру арены под пристальным вниманием присутствующих. Несмотря на всеобще внимание к происходящему за своей спиной, Нарцисса Малфой не обернулась. А вот Драко обернулся. Он удивился, увидев Поттера, но во взгляде появилась надежда. Он знал, что Поттер слишком благороден, чтобы позволить этим тщеславным индюкам растерзать ту, кто помог ему в лесу. Драко знал эту историю. Отец ни раз ругал мать за то, что она решилась на столь отчаянный поступок. Но ею двигало не отчаяние. Драко знал, что его мать сделала для него так много, что вряд ли найдется человек, способный превзойти ее. - Миссис Нарцисса Малфой спасла мне жизнь. – начал Гарри речь, которую готовил уже давно, с тех пор, как узнал, что ей предстоит предстать перед судом. – Если бы не она, я не смог бы победить темного лорда. – он остановился рядом с Нарциссой. – Она скрыла от темного лорда то, что я жив. Только благодаря этому он не добил меня той ночью. Рискнув собственную жизнью, миссис Малфой спасла меня и все остальное магическое сообщество. Считаю, что следует признать миссис Малфой невиновной. - Она впустила темного лорда в свой дом. - Большинство магов спокойно работали в министерстве магии под руководством пожирателей смерти. – напомнил Гарри. – желаете и их наказать? - У нас не было выбора. - У миссис Малфой тоже. – Гарри продолжал стоять на своем. Он сжал кулаки, пытаясь унять внутреннюю дрожь. – Я хочу посмотреть, кто из вас рискнул бы отказать темному лорду. Зал умолк. Присутствующие обменивались непонимающими взглядами. Гермиона, наблюдавшая со стороны за происходящим, гордилась за Гарри Поттера. Он все же действительно знаменитый Гарри Поттер. Она улыбнулась, радуясь, что Гарри остался тем же. - Никто из вас не может и представить, что значит, когда темный лорд находится рядом. Ему не перечат. Поверьте, помимо запрещенных заклинаний, он знал такие заклинания темной магии, о который вы даже не слышали. Отказывать темному лорду? Смогли бы вы это сделать? Сомневаюсь, ведь у каждого есть тот, кем вы дорожите всей душой. А темный лорд мастер использовать привязанности людей. - Что ж. – министр магии поднялся со своего места. – Миссис Малфой признана невиновной и свободна. Нарцисса не двинулась с места. Она бросила тревожный взгляд на своего сына, затем посмотрела на Гарри. - Мой сын. – тихо прошептала она. - Сначала вы. – уверенно проговорил Гарри. - Иди, мама. – Драко положил руки на плечи матери и помог ей подняться с маста. Она встала и посмотрела на любимого сына. - Иди. – мягко подтолкнул ее к выходу. - Я помогу. – пообещал Гарри. – Даю слово. – пообещал он. Только после его слов, она кивнула и направилась к выходу все той же гордой походкой. И пусть на нее смотрели с осуждением, пусть ее провожали недовольные взгляды. Она все равно шла прямо с гордо поднятой головой. Стоило ей уйти, как присутствующие сосредоточили свои кровожадные взгляды на Драко Малфое. Здесь Гарри вряд ли сможет найти аргументы для спасения своего однокурсника. - Что ж, Поттер. – Малфой и сам понимал, что его шансы остаться на свободе мизерные. – Не думал, что скажу это, но спасибо тебе. А теперь вали, мне не нужна твоя помощь. - А я не собираюсь помогать тебе, Малфой. – твердо произнес Гарри. – Я здесь ради твоей матери. И я помогу тебе ради нее. Она достойная женщина, заслуживающая счастья. Но без тебя ей будет тяжело. - С этим трудно не согласиться. Драко понимал, что без Поттера ему не выбраться. Остатки гордости благополучно молчали. После всего пережитого, Драко понимал, что гордость это не то чувство, которое следует беречь и сохранять. Защищая Малфоя, Гарри постарался немало. На каждый выпад они с Драко находили аргументы. Он никого не убивал, не мучал, за что неоднократно получал от самого темного лорда. Несколько шрамов остались подарком от темного лорда. Он не собирался оправдывать себя или гордиться пережитым. Но что-то в нем изменилось. Исчезла напыщенность и величие. - Поттер, почему вы упорно защищаете семью Малфоев? – мистер Торторн явно злился. Малфои так и не попали в его руки. - Потому что, мистер Торторн, когда все прятались или жили в тепле, подстраиваясь под новую власть, были те, кому приходилось жить в аду. – спокойно ответил Поттер. – и я вряд ли пожелал кому-то такую участь. Мистер Торторн нервно дернулся. Он-то как раз спокойно жил с семьей, приходя на работу каждый день. В этой войне он остался наблюдателем и теперь судил тех, кого она задела. - Невиновен. – объявил мистер Торторн, прекращая этот процесс. Гарри облегченно вздохнул. Он все же добился своего и не пришлось прибегать к помощи министра магии. Он справился сам. Несколько дней спустя. Гарри сидел у окна и смотрел на площадь, по которой гуляли обычные люди. Они весело разговаривали, обсуждая последние новости. Гарри с грустью ловил себя на мысли, что хотел бы кусочек такого счастья. Гулять с родителями, весело проводить выходные у крестного Сириуса или у Люпина. Они могли бы собираться вместе, наслаждаясь этим прекрасным миром. - Гарри, будешь завтракать? – спросила вошедшая Гермиона. – Кикимер переживает, что ты плохо ешь. - Я сейчас. –кивнул Гарри. Гермиона осторожно подошла к нему. Девушка посмотрела в окно. - Я когда-то думал, что буду жить с ним здесь. И когда меня хотели исключить, я думал, что смогу жить здесь с ним. Это грело мою душу. Встреча с родителями, крестным и Люпином в лесу разбередила старые раны. Гарри хотел бы встретить их вновь, почувствовать руку матери на своем плече, спросить совета, узнать, о чем они думают, как принимали решения в своей жизни. - Идем, Гарри, ты должен поесть. Ежедневная работа в министерстве магии выматывала Гарри. - Гермиона, ты не думала о возвращении в Хогвартс? – поинтересовался Гарри, когда они закончили с завтраком. - Я надеюсь, что когда все наладится, я смогу заняться работой над законодательством. – призналась Гермиона. – Это важно для меня. Но ты смог вернуться, Гарри. Ты очень хороший учитель. - Возможно. – согласился с ней Гарри. В помещение влетела сова, сделала круг над их головами и приземлилась на стол перед Гарри и гордо протянула лапку с письмом. - Письмо от Рона. – сообщил Гарри, отвязав сверток. – Давненько от него не было известий. – он украдкой посмотрел на Гермиону. Подруга сделала вид, что не слышит его. - Рон пишет, что магазин близнецов полностью восстановлен. Джордж живет дома… Так и не оправился. – Гарри тяжело осознавал тот факт, что больше не увидит близнецов вместе. – Перси тоже вернулся домой… Миссис Уизли очень рада, что он вернулся. Гермиона и не сомневалась. Материнское сердце способно простить многое. - Флэр родила ребенка, девочку. – продолжал сообщать новости Гарри. Он говорил о жизни, о семье, которая восстанавливалась после ужасной войны. И таких семей очень много. - Уверена, что не хочешь навестить их? – поинтересовался Гарри. - А ты? И вот так каждый раз заканчивался их разговор. Гарри не мог сказать, что не хочет отправляться в Нору. Это место он любил всей своей душой. Но война что-то изменила в нем. И юноша теперь боялся, что его взгляд изменился. И посетив те места, что были дороги сердцу, он увидит их другими глазами. - Ты не виноват. – шепот Гермионы раздался довольно громко и уверенно. - Я знаю. И все же он ничего не мог поделать со своими эмоциями и болью от утраты друзей. - Гарри, поедем к Тедди на этих выходных? – спросила Гермиона будничным голосом. Решение текущих проблем помогало им двигаться дальше. Гермиона вовлекала Гарри в решение проблем по дому, отправлялась с ним в гости к Тедди. Чаще всего они посещали родителей Гермионы, которые со временем стали спрашивать, а не собираются ли они пожениться. Гермиона любила Гарри, но как друга. Она скорее считает его за старшего брата, чем за парня. - Да, нужно навестить крестника. – улыбнулся Гарри. - А потом отправимся в Годрикову впадину. – продолжала строить планы Гермиона, не желая, чтобы они стали затворниками. И при этом они никогда не ставили в план поездку в Нору. Их планы вновь изменились. Они отправились в Ракушку навестить Билла и Флер, а также подарить подарок в честь рождения их маленькой девочки. Гарри также хотел навестить могилу Добби, еще одного друга, которого он потерял в этой жестокой войне. А Гермиона насладилась прекрасной прогулкой по окрестностям. Ей нравилось любоваться красивыми открывающимися видами красоты природы. Гермиона, тебе не понять. Ты никого не теряла. Эти жестокие слова Рона продолжали мучить ее. На обычное предложение отправиться с Гарри на площадь Гримо, он взревел. - Гарри пережил боль утраты больше, кто либо. Мы нужны ему, Рон. - Я нужен своей семье. Но ты всегда в первую очередь думаешь только о Гарри. - Ты не прав, Рон. И надеюсь, вскоре ты это поймешь. Но это «вскоре» так и не наступило. А прошло больше пяти месяцев. - Гермиона. – Флер нашла девушку на побережье. - Да, Флер. – Гермиона теплее закуталась в теплую шаль, которую ей одолжила сама Флер. - Выглядишь неважно. – заметила Флер. – И он тоже переживает из-за вашей ссоры. Это не ссора, подумала Гермиона, это настоящий разрыв, который она должна пережить. - Гермиона, я понимаю, тебе тяжело. Но Рон страдает. - Да. – согласилась Гермиона, смотря на море. – Ему действительно тяжело. И мне не понять. – не удержалась от колкости. «Но почему я должна что-то понимать?» - спросила себя Гермиона. Рон считает, что ему тяжелее других, пусть, это его право. Она тоже оставила семью и бросилась бороться с темными волшебниками. Тогда почему виноватой он оставляет именно ее? - Флер. Гермиона. – позвал их Гарри, дабы обнаружить свое присутствие. – Все хорошо? - Да. – Флер гордо вздернула носик и направилась в сторону коттеджа. - Все только и думают, что лучше меня знают, как мне жить и какое решение принять. - Понимаю. – согласился с ней Гарри. – Со мной точно так же. Недавнее письмо от Джинни ввергло его в шок. Для начала она описала страдания Рона, акцентируя внимание, что Гарри тоже виноват в произошедшем. Он, видите ли, должен заставить Гермиону вернуться к Рону. Дальше она обвинила его в отсутствии поддержки с его стороны. Ей тяжело и больно, но он ничего не сделал, чтобы помочь. И ко всему прочему, в конце концов, она назвала его дураком, не желающим предложить ей переехать к нему и в тоже время продолжавшему жить с другой девушкой. - Невероятно. – прошептал Гарри, когда первый раз прочел все это, и так и не ответил на ее письмо. - Завтра очередной процесс? – сменила тему разговора Гермиона. - Да. – кивнул Гарри. – Они хотят знать, что делать с теми, кто бежал после моего воскрешения. Не все ведь остались с Волан де мортом, чтобы бороться дальше. Они говорят, что одумались. - Кингсли не желает заточать чистокровных волшебников в Азкабан. – произнесла Гермиона. - Верно. – согласился Гарри. – Но они убивали и сражались за темного лорда. И я устал, Герм. - Твое присутствие обязательно? - Да. Еще и Амбридж. Не могу объективно судить ее, после всего произошедшего. Гермиона подошла ближе к Гарри, положила голову ему на плечо. Гарри обнял девушку и грустно улыбнулся. - Спасибо, Гермиона. – поблагодарил ее Гарри, зная, что без нее он ни за что бы не справился со всем этим грузом, свалившимся на его плечи. - Я так и знал!!! Они обернулись. Рассерженный и обозленный Рон Уизли стоял неподалеку и взирал на них со всей ненавистью и злостью. - Развлекаетесь? – спросил Рон, запихнув руки в карманы. Он все такой же нескладный и рыжий, подумала Гермиона. Они не виделись так давно, но при этом он продолжает вновь взирать на нее недовольным взглядом. Гарри убрал руку с талии Гермионы, но не отошел, намереваясь в этот раз помочь подруге. Он не позволит Рону довести Гермиону в очередной раз до слез. - А ведь Джинни ждет, что ты приедешь. - Рон, прекрати. Мы просто поддерживаем друг друга. - Я заметил. – фыркнул недовольный Рон. – Вы прекрасно поддерживаете друг друга. Конечно, вы же больше всех пережили, сделали, вы буквально герои этой войны. Всплески его агрессии на пустом месте уже не раздражали. Гермиона молча отвернулась к морю. - Остынь, Рон. Между нами ничего нет. Мы просто друзья. Пойми же это, наконец. Хотел бы он понять, но, к сожалению, не мог. - И что я должен понимать? Гермиона молчала. - Рон. – Гарри пытался набраться терпения. – Разгребать последствия войны неприятное дело. - Думаешь, я легко живу дома? Да после смерти Фреда все не так. - Я понимаю. - Неужели? Мои родители столько сделали для тебя, а ты даже не навестил их. Это неправда. Гарри часто виделся с мистером Уизли в министерстве. А с миссис Уизли она нередко обедали в доме Билла и Флер. Но говорить об этом Рону он не стал. - Вы никогда не понимали меня. – с этими словами Рон трансгрессировал. Гарри посмотрел на расстроенную Гермиону и обнял ее. - Теперь ты понимаешь? – спросила она. - Спасибо, Герми, что ты рядом. Всю следующую неделю Гарри и Гермиона путешествовали. После нескольких дней, что они гостили у Флер и Билла, они отправились в Австралию к родителям Гермионы. Они настолько привыкли к Гарри, что воспринимали его, как своего сына, за что он был искренне благодарен. По возвращению, они навестили Лавгудов и уже тогда отправились в гости к Тонкс. - Тедди очень радуется, когда приезжает Гарри. – заметила Андромеда с нежностью следя, как Гарри возиться с малышом. – Приходил бы он почаще. - Он бы делал это с радостью, но занят. – проговорила Гермиона. - Я знаю. Министерство не может без мальчика, который выжил. Уверена, он вряд ли рад своей славе. Гермиона согласно кивнула. - Гарри старается. – призналась она. – Он не показывает, но я знаю, что работа в министерстве не нравится ему. Он с большим удовольствием вернулся бы в Хогвартс. Именно школа чародейства и волшебства стала для него настоящим домом. - Конечно. Андромеда неожиданно нахмурилась и резко повернула голову. - У нас гости. – обеспокоенно сообщила она. - Гарри. – Гермиона привлекла его внимание и кивнула на входную дверь. В свою очередь она быстро достала волшебную палочку. Гарри сработал молниеностно. Вскочил на ноги и нацелил палочку на дверь. Андромеда оставалась спокойной. Подойдя к входной двери, она с невозмутимым лицом открыла дверь и встретила незваных гостей. В дом вошли Нарцисса Малфой в сопровождении своего сына. Осторожно осматриваясь по сторонам, она прошла в гостиную, где спокойно стянула с себя плащ. - У тебя не изменился вкус, сестра. – заметила Нарцисса. - Рада, что ты нашла время навестить меня. – Андромеда подняла на руки своего внука и повернулась к сестре. – Его зовут Тедди. - Прекрасный малыш. – улыбнулась Нарцисса теплой ласковой улыбкой и потянула руки к мальчику, вопросительно смотря на сестру. Гарри бы никогда не доверил ей сына Люпина, но что-то остановило от вмешательства. - Драко похож на нашего отца больше, чем на Люциуса. – заметила Андромеда, забирая малыша с рук Нарциссы. - Да. – согласилась Нарцисса. – И я искренне этому рада. Миссис Малфой повернулась к Гарри и Гермионе. - Мистер Поттер, мисс Грейнджер. – поздоровалась Нарцисса. - Миссис Малфой. – Гермиона и Гарри вежливо поприветствовали ее. - Я надеялась поговорить с сестрой, чтобы она организовала нам с вами встречу. И вот мы встретились. Думаю, вы не откажете побеседовать со мной. – она вопросительно посмотрела на сестру. - Я приготовлю чай. – охотно кивнула она. Нарцисса грациозно опустилась в кресло и с интересом посмотрела на Гарри с Гермионой. Им ничего не оставалось, как последовать ее приему, и приготовиться к светской беседе с женщиной, которая явно что-то желала сообщить. - Я хотела бы поговорить лично с Вами, мистер Поттер. Но уверена, у вас нет секретов от мисс Грейнджер. - Вы совершенно правы. – согласился с ней Поттер. - Хорошо. – Нарцисса приготовилась рассказывать, а ее сын отвернулся от присутствующих, уставившись в окно. - Много лет назад, а точнее 17 лет назад я гостила в доме миссис Блэк вместе со своей матерью. В один из летних дней в дом заявилась девушка-магл с ребенком на руках. Вся в слезах и в отчаянии она просила миссис Блэк о помощи, но так ее и не дождалась. - Какой помощи? – Гарри трудно было представить, что у миссис Блэк могли быть знакомые среди маглов. - Она ранее долгое время встречалась с Сириусом. – сообщила Нарцисса. – И площадь Гримо, 12 единственный адрес, который был ей известен. - Помощь … ребенок … - прошептала Гермиона. - Совершенно верно мыслите, мисс Грейнджер. – заметила Нарцисса. – Ребенок Сириуса Блэка. Его дочь. Девочка, рожденная с магическими способностями, напугала свою мать. И отчаявшись, женщина направилась на поиски помощи у семьи отца ребенка. Как вы и сами догадываетесь, миссис Блэк в грубой форме отказалась помогать бастарду. - И что же случилось с ребенком? – Гарри сжал кулаки. - Я разыскала эту женщину и забрала ребенка. Она выросла во Франции у моих родственников. Они растили ее, как родную и подарили всю любовь, которую могли бы подарить родному ребенку. - Почему вы не оставили ее в Англии? - В Англии?! – удивилась Нарцисса.- В стране, где ее отец считается жестким убийцей и отбывает срок в Азкабане? Считаете, мне следовало позволить девочке расти дочерью убийцы? - Но вы знали, что это ложь?! - Темный лорд не рассказывает о своих подручных среди врагов, Поттер. – строго произнесла Нарцисса. – Даже не все пожиратели смерти знаю друг друга в лицо. - Но Сириус никогда бы не предал своих друзей. - Война меняет людей. Поттер. Даже после победы близкие люди могут стать чужими, что говорить о чужих? Она точно охарактеризовала чувства Гермионы, что девушка изменилась в лице. Это не укрылось от Драко. Он с интересом наблюдал, как тревога и печаль сменяют друг друга на лице Гермионы. - Я решила, что ты имеешь право знать. - Я должен увидится с ней. - Это можно организовать. – легко согласилась Нарцисса. – Да, Драко? – с нажимом спросила она своего сына. - Конечно. – мрачно согласился Драко, явно не желая помогать Поттеру и Грейнджер. - Девочка хочет знать правду о своем отце и о том, каким он был. Думаю, именно ты сможешь рассказать ей все, что она желает знать. – заявила Нарцисса. - Да. Гарри удивляло стремление Нарциссы помочь дочери Сириуса. Но у Сириуса есть дочь. Что-то внутри Гарри изменилось. Он словно узнал о родственной душе, с которой ему не терпелось увидится. - А вот и я. – Андромеда вернулась в гостиную, а следом прямо по воздуху летел поднос с чашками и большим чайником. – Приятного аппетита. – чашки разлетелись к гостям, а следом полетела чашка со сладостями. – Ой, я забыла торт. – спохватилась Андромета, ставя поднос на журнальный столик. - Я помогу тебе. – вызвалась Нарцисса. – Идем, сестра. - Конечно. Драко посмотрел на мать непонимающим взглядом. Она никогда не проявляла столько чувств к кому-либо. Когда Белатрисса сбежала из Азкабана Нарцисса радовалась, но все не проявляла столько эмоций. Драко словно увидел мать с другой стороны. - Ты знаком с дочерью Сириуса? – спросил Поттер у Драко. - Да. – кивнул тот в ответ. – Думаю, ты быстро найдешь общий язык с Джул. Она, как и ты, склонна к излишнему героизму и притягиванию неприятностей. А так же большой фанат всевозможных существ. Прямо таки дочь своего отца. Гермиона бросила испуганный взгляд на Гарри, но тот оставался спокойным. Наоборот, ему было интересно узнать о дочери своего крестного, как можно больше. - Какая она? - Она хорошо учится в местной магической школе в Главном ветеринарном корпусе. Весьма сердобольная и лечит с помощью магии бездомных зверей. Что еще рассказать о ней? Недавно она освоила превращение в животных и стала анимагом. Только превращается не в собаку, как ее отец, а в лань. Что еще тебя интересует? Гарри и не знал, что еще он хочет спросить о той, кто неожиданно занял все его мысли. Дочь Сириуса. Дочь человека, заменившего ему отца. Он посмотрел на Гермиону. Подруга улыбалась доброй понимающей улыбкой, словно читала все его чувства по выражению лица. Но в этом была вся Гермиона. Он всегда знает и чувствует и понимает больше, чем кто либо еще из знакомых Гарри. - Думаю, ты с легкостью найдешь с ней общий язык. – заметил Драко уже более спокойным тоном. Даже странно слышать, как Малфой может говорить без напыщенности. - Ты часто виделся с ней? - Я гостил в Франции каждое лето. Столь продолжительного мирного разговора у них явно никогда не было. - Ты вернешься в Хогвартс? – спросил Гарри. - Нет. Я уже сдал все экзамены. Они умолкли, не зная, о чем еще следует поговорить.