Why now?

      Проблемы начались уже на следующее утро. Активность ребёнка была минимальной и живот омеги перестал привычно тянуть. Его вновь начали водить из кабинета в кабинет, делая различные тесты.       Копаясь в бумажках, содержащих в себе результаты проверок Микки, врач обеспокоенно поднял взгляд на брюнета:       — Мистер Милкович, вам необходимо рожать, прямо сейчас. Мы введём в ваш организм препарат, который вызывает искусственные роды, но в малом количестве, чтобы не навредить плоду. Ваш альфа в палате?       — Он ушёл завтракать… — Голос омеги еле заметно дрожал.       — Мы позовём его, сейчас вас отведут в другую палату и начнут вводить нужные препараты.       Проигнорировав своего лечащего врача Милкович встал со стула и поплёлся за медсёстрами. Палата была довольно большая, с идеально чистыми белыми стенами, украшенными аппликациями маленьких детей. Атмосфера в помещение была на удивление лёгкой и успокаивающей. На секунду брюнет забыл о том, что прямо в данный момент его ребёнок медленно умирает без доступа к кислороду.       Осознав всю реальность происходящего, Микки готов был провалиться сквозь в землю. Он почти не чувствовал ребёнка, лишь небольшие отголоски его чувств играли на нервных окончаниях парня. Больше не было того приятного родного тепла, оно полностью исчезло, просочилось сквозь щели на полу и упало в бездну. Ноги заметно подкашивались, а ладони покрылись большим количество влаги, отчего всё выскальзывало из рук.       Спустя некоторое время, нервы уже были на исходе. После очередного «почтип.адения» Милковича, тот истерично засмеялся, вызывая недоумение на лицах медсестёр. Они уложили мужчину на койку и присоединили к нему аппараты, следящие за состоянием малыша.       — Мик… — запыхавшийся альфа ворвался в палату, заставляя медсестёр вздрогнуть от неожиданности. — Ты как? — Он в мгновенье ока пересёк всё помещение, садясь коленями на пол, смотря в глаза своего партнёра.       — Просто, блять, заебись. — Омега спрятал лицо в подушку, корча гримасу боли, после чего повернулся обратно. — Первые схватки, всё просто охуенно. — Мужчина слабо улыбнулся и прикрыл глаза, глубоко дыша.       Галлагер соединил их лбы, произнося тихое «я рядом», вызвавшее мурашки на теле брюнета, и беря его руки в свои, крепко сжимая.       — Доверься мне, прошу…       И он доверился. Именно в этот самый момент, когда больше всего нуждался в поддержке, отдавая часть своей боли Йену.

***

      — Он не дышит! Нужна срочная вентиляция лёгких! — Медсестра говорила всё чётко, повышенным тоном, осматриваясь вокруг.