Латино Эффект (рабочее)

       Шаттл «выкинул» нас в стороне от главного входа - вернее, того, что от него осталось. Мастерства флотских канониров и крепости заброшенных ксеносских технологий хватило, чтобы осталась возможность проникнуть внутрь. Транспортник завис на пару секунд, чтобы мы могли покинуть его нутро, после чего рванул обратно ввысь, выполняя маневры уклонения. Ирия и Фадей почти сразу приникли к ближайшему укрытию – обломку старой транспортной платформы, осматривая местность впереди, используя все доступные средства. Обменявшись данными с Глазом, заключили, что можно идти вперед. Две пары плюс снайпер, таким был наш порядок движения. Немного маневров – и вот мы уже внутри, осматриваем останки тех глупцов, кто не успел убраться поглубже в туннели от входа, где их настигли ударная волна пополам с тепловой.       Памятуя об опыте борьбы с батарианскими ублюдками, мы двигались медленно и осторожно. В ход шли всевозможные светофильтры шлема, встроенные в уник датчики и прочее. Предосторожности были не лишними – не прошли мы и нескольких десятков метров, как нам попалась старая-добрая растяжка на тонком тросе, выкрашенном в цвет окружения. Однако сама граната была лишь отвлечением внимания от улучшенной вариации «волчьей ямы». Куда по замыслу создателей должен был попасть расслабившийся вторженец, после деактивации растяжки. А вишенкой на торте чьей-то паранойи оказалось несколько мин, расположенных на потолке, чтобы похоронить тех, кто еще сможет продолжить двигаться. Впрочем, такие ухищрения были бессильны против внимательных глаз и умелых рук, коими мог похвастаться Кощей.       За следующим поворотом располагался перекресток, ведущий вглубь шахты двумя отдельными тоннелями, в хранилище и административный закуток. Ирия предпочла сначала осмотреть через телескопическую камеру ближайший участок, затем в ход пошла светошумовая, нарушившая планы группы пиратов, а затем в дело вступили мы сами, несколькими прицельными очередями ликвидировав большую часть угроз. Помня, что здесь с высокой долей вероятности могла быть парочка-другая коллег из конкурирующей спецслужбы, еще до высадки была принята гипотеза о глубоком залегании всех важных систем. Наверняка главные силы отошли туда же, а здесь, максимум, можно было «поживиться» несколькими засадными группами.       Перехвалил противника, недооценил силу орбитальной поддержки – уровень оказался поврежден сильнее, чем предполагалось. Несколько помещений завалило, беглый осмотр говорил, что там десятки тонн породы в сумме, без техники не разгрести. Удобных мест для подлянки было мало, но все же полтора десятка нервных налетчиков мы положили. Сказывалась разница в умениях, готовности, уровне стресса и так далее. Ничего толкового пленные сказать не сумели, так что быстро отправились в расход. Но их скудные данные подтвердили мнение о наличии здесь нескольких визави по опасному делу, так что мы спускались вниз, ожидая любых подлянок.       Мины, растяжки, несколько клинящих турелей, наспех заложенная на потолке и стенах тоннеля взрывчатка – это не то, что должно было нас остановить, только замедлить. Впрочем, армейцам-морпехам в суете могло бы хватить, среди солдат Альянса всякие попадаются. Слепые, торопыги, карьеристы, просто тупицы. Лично мне было приятно снова вернуться в строй, когда не бросают прямиком в хрень сродни мертвого Жнеца, Фероса или штурма Цитадели. Хотя и в таких ситуациях крутых спецов сажали в лужу, отправляя на тот свет. Поэтому мы долго, скучно, методично обходили доступные помещения, ликвидируя ловушки, засады или неосторожных ублюдков, переживших «кару небесную».       Карл первым ощутил угрозу впереди, и даже сумел определить положение противника. Однако, судя по вздоху и тихому ругательству, отпущенную им, визави - возможный снайпер - сумел уйти. И без того неспешное продвижение пришлось замедлить, используя все чаще не только доступные системы, но и ощущения. Чем глубже заходили, тем креативнее становились. Еще одно складское помещение неожиданно заволокло клубами холодного дыма – то сработала пожарная сигнализация, резко снизившая зону обзора.       Несколько очередей, для отвлечения внимания. Пара залпов дробовиком, чтобы еще сильнее рассредоточить. И после это должен был последовать сокрушающий удар, в идеале уничтожающий практически все цели. Я помнил подобный трюк, но еще не попадал под его воздействие. Еще на начальных стадиях войны БаГОР «любили» использовать данный манёвр на разгоряченных отрядах космопехов планетарных отрядов или неосторожных морпехах. Да и после стабилизации, а затем перелома в военных действия нет-нет, да устраивали эти ловушки, пусть и наши были к этому более готовы.       Примерно в то время появился весьма оригинальный способ бороться с такими атаками. Очень опасный для исполнителей, но вот результат… в общем, я скомандовал своим отключить сенсоры брони, а затем достать не так часто применяемые звуковые гранаты. Куда полезнее и многофункциональнее были ЭМИ-«кругляши», учитывая повсеместную автоматизацию и кибернизацию, но уши человека или другого антропоморфного ксеноса не становились от этого менее чувствительными. Да и схожие боеприпасы - светошумовые - использовались теми же полицейскими для разгона демонстраций. Активация заняла доли секунд, гранаты отправились веером в разные стороны…       Секунда, не более, после вновь активация сенсоров. Сдержанная, или не совсем, ругань на батарианском, турианском и даже ворчание крогана. Мы с Доком сразу стали выцеливать местоположение ящера, а после нафаршировали быстро оправившегося от спецбоеприпаса амбала вольфрамом в два ствола, рискнув приблизиться максимально близко. Крофт и Кощей зачищали остальных, пока Глаз редкими выстрелами «отгонял» наименее пострадавших или поддержку с более глубокого уровня. Эта стычка стала своеобразным рубежом, за которым нас ожидали постоянные огневые контакты разной степени интенсивности. Все еще попадавшиеся ловушки говорили о том, что спецы если не живы, то успели оставить после себя массу пакостей. Свет едва горел, чаще аварийными лампами, нас тоже пытались оглушать через внутренние системы оповещения, или взорвать, или завалить, даже старые шахтерские роботы, переоборудованные под иные нужды, шли подрагивающей стеной. Сложно, опасно, по грани смерти, но все равно до штурма Цитадели не дотягивало. Да и арсенал наш был, в определенных пределах, широк как никогда. Ведь мы превозмогаем для красивой, мать его, картинки!       Оружие – кустарные пушки, криво переделанные из портативных шахтерских лазерных резаков и пневматические молоты - работало со сбоями, но если попадет, то щит не спасет. Как и эти махины не спасло от экспериментальных пушек, дуговых излучателей. Искры летели, молнии шибали по балкам, обшивке и неосторожным супостатам - мое почтение. Жаль, перезаряжается почти по минуте после каждого выстрела, да еще и питание жрало как не в себя. Большой зал, бывший когда-то стоянкой техники, вскоре оказался завален обломками, техникой и трупами, а мы продолжали давить, на ходу обрабатывая раны и закрывая прорехи быстросхватывающимся гелем-пеной, созданной для таких случаев.        Постоянно поддерживать организм в напряжении и готовности сложно. Была бы возможность, попытался бы вспомнить, как страдал в учебке на чисто физических упражнениях, потом на тактических занятиях или отработках различных действий, вроде прохода через минные поля или поиск замаскированного противника. Хотелось стрелять по каждой тени чисто ради собственного спокойствия. Все общение сводилось к коротким командам, указаниям да предупреждениям. Тоннель пошел выше, нам на головы попытались скатить несколько валунов, за которыми скрывалось несколько гранат. Успели вовремя убраться к основанию и рассредоточиться. Несколько зажигательных тоже не достигли цели, а Карл так и вовсе сумел изловчиться, и прострелить руку неосторожного гранатометчика, когда тот уже активировал боеприпас. Вспышка, несколько вскриков стали командой для действия – стремительного рывка по тоннелю, поливаемому короткими очередями на подавление.       Парочка невысоких бойцов рухнула нам под ноги, содрогалась от многочисленных попаданий. Крофт закончила их мучения парой залпов из дробовика, практически в упор. Чем выше поднимались, тем меньше следов импровизированной дымовой завесы оставалось. Несколько контейнеров, ринувшихся навстречу, стали еще одной импровизированной ловушкой, устроенной нам противниками. Иконка в углу визора показывала резко подскочившую частоту пульса и давление. Несколько старых светильников лопнули после шальных очередей с обеих сторон, погружая и без того полный тенями проход в почти непроглядную тьму. Противник отступал, стараясь всеми силами остановить наше продвижение, а после, возможно, приступить к последовательной ликвидации.       Крофт и Кощей замерли рядом с потемневшими от времени и условий балками, обмениваясь выстрелами с пиратами на вершине туннеля. На ходу сняв с пояса осколочную гранату, выкрутил таймер на пять секунд и швырнул его во мрак перед собой. Гулкий бумк отразился от стен, заставляя снизить плотность ответного огня, что позволило продвинуться дальше. Ближайшую цель - антропоморфтного стрелка с ППшником - я срезал по ногам, когда тот пытался укрыться за перевернутой платформой для перевозки породы, а затем «нашел» взглядом наводящего турель инженера, перенося огонь на него.       Очередь еще не успела коснуться его щита, как тот схлопнулся, заставив специалиста вздрогнуть и потянуться в сторону, не успев нацелить орудие. Наверняка Глаз постарался, а я смог зацепить противника по ноге, заставляя споткнуться и замешкаться. Затем его настигло несколько дробинок, пуля, и он затих. К сожалению, оружие было активировано, а простенькая программа начала палить во все, что движется, что говорило об отсутствии системы «свой-чужой»». Темп наступления оказался сбит, но ненадолго - несколько гранат, пара-тройка залпов, и вот мы уже снова движемся вперед.        Остатки бандитов предпочли свалить, или же были выведены специалистами для перегруппировки. На тот момент нас встретила еще одна пара переделанных шахтерских роботом, импровизированным оружием способных расколошматить роту-другую ОБТшников без напряга. При условии, что те будут стоять рядами, без экипажей и попыток себя защитить. Пара неприцельных залпов буровыми лазерами превратили тоннель за нашими спинами в держащуюся на честном слове груду камней, способных от условного чиха похоронить дорогу назад. Импульсы разрядника они «поглотили» на ура, превратившись из машин для убийства в… машины для убийства, только одноразовые. Часть отнорка, откуда они пытались вылезти, они засыпали грудами породы, хороня себя под нею. Судя по картам, дополняемым прямо на ходу сканирующими возможностями нашей брони, осталось всего пара залов и несколько тоннелей, где нам дадут последний бой.       Усталость и напряженность минувших боев не могла не сказаться, тем более, что против нас теперь, наконец, выступили враги с соответствующим уровнем. Крофт пришлось чуть ли не ползком уходить из-под шквала атак – оказалось, что мелкий батарианец устроился на импровизированной позиции, сделанной в вентиляции. Подруге снова не повезло попасть под раздачу, а нам превращать смертника в мертвый кусок плоти. Готов поставить годовое жалование против жвачки, что это был простой налетчик, а не БаГОРовец. Гранаты прилетали, откуда не ждали, да и вообще использовались часто, голографические дроны едва не посадили на пятую точку Фадея – в общем, стало очень жарко.       Смутная тень, на периферии зрения, не замеченная системами, приподнялась над укрытием, держа в руках продолговатую трубу. Прежде, чем мозг успел переварить данные и выдать вердикт - боец с РПГ, собирается пальнуть в потолок, вызывая обвал - несколько кусочков вольфрама отправились в его сторону, бессильно соскользнув с напрягшегося, но устоявшего щита. Глаз, словно ангел-хранитель, довершил мою работу на мгновение позже, пробив заслон и развернув тело, что сместило направление полета ракеты. Она рванула в стороне, окатив Дока волной кусочков породы, отбомбардировавших по его щиту. Карл не отпустил угрозу, пока не пробил ему дыру в шлеме, но это вряд ли был кто-то из батарского спецназа. Еще один робот ввалился чуть позади нас, прикрывая выход двух плавно двигающихся стрелков, заставивших замолкнуть нашего снайпера.       Мартин поддержал переключение на нового противника, в итоге мы парами пытались выжать в том вихре смертоубийства, которым стал последний известный оплот противника в этой шахте. Не заметил, когда собственный щит приказал долго жить, как в ноге ниже колена стало горячо, как от робота остался лишь ставящий помехи тепловизору остов, как потерял винтовку, как заклинило дробовик, как… расшибал кулаками и камнями голову агонизирующего тела какого-то ксеноса, переставшего подавать признаки жизни. Опомнившись, окинул взглядом бойню, удерживая наготове словно самостоятельно прыгнувший в руки пистолет, проверяя своих.       Все живы, пусть и не целы. Док помог обработать раны, Карл не без труда прицепил к держателям остатки своей любимой винтовки, Фадей, прихрамывая, добрался до пары последних дверей. Удостоверившись, что его прикрывают, он забросив внутрь несколько звуковых гранат, полуслепыми выстрелами довершил начатое. Связь с орбитой, ожидаемо, практически не работала, таймер показывал, что с начала спуска минуло менее получаса. Время на красивый финал будущего хита экстранета еще оставалось.       На адреналине и лекарствах даже самые пострадавшие из нас быстро разошлись, держа оружие наготове и «контролируя» тела в головы. Удача, кажется, решила повернуться к нам лицом – Кощей нашел в тенях, рядом с незадачливым стрелком, дублирующую систему подрыва, по которой вышел на груду взрывчатки, «украсившую» собой зал так, что хватило бы отправить «Мако» на орбиту и без работы движков под днищем. Защиты от снятия не оказалось, и вскоре контроль за ВУ оказался у него. Мартин немного покопался в уцелевшем терминале на предмет полезных данных, а Ирия почти вошла в роль режиссера всего этого великолепия. Десять минут хватило, чтобы получить крохи полезных данных, убедиться в сохранности снятых кадров и отправиться к поверхности. Шаттл вернулся за нами еще через двадцать минут, которые мы провели за камнями, ожидая если не восставших из мертвых, то уцелевших пиратов, желающих если не отомстить, то отжать транспорт отсюда. Перед отлетом обратно наш мастер минно-взрывных дел подорвал взрывчатку, что даже отразилось на поверхности ввиду осевшей породы и парочки столбов огня.

***

      Очередной день в притоне всех авантюристов, неудачников, убийц и мразей всех мастей. Скоротечная, или затяжная, стрельба, сделки на многие сотни тысяч кредитов буквально ежечасно, крушение судеб и взлет карьеры бесчисленных вовлеченных - все это ушло на второй план для той, кого не раз за глаза величали королевой, придавшей безумству подобие порядка, направлявшего кипучую энергию этого места в нужные русла. Биение музыки, потоки света, буря эмоций на грани животных инстинктов остались по ту сторону возвышения-кабинета-студии и еще черт знает чего. Фиолетовокожая азари почти без извинений выпроводила молодого и перспективного вожака наемничьей банды, когда помощник, просочившийся с лестницы, выдохнул ей на ухо всего два слова:

«Призрак зовет»

      Жест рукой, пара стуков по поверхности планшета, едва за недовольным гостем захлопнулись бронированные двери, со стороны смотревшиеся как декоративные перегородки, выбиваемые парой ударов кулаком. Блеск запускаемой голограммы, вновь демонстрирующей невыразительную поверхность стола, за которым расположился мужчина-человек, с парой не застёгнутых под горлом пуговиц выглаженной рубашки, выглядывающей из-за неплотно запахнутого пиджака. Синева глаз, будто бы легкая небритость, доброжелательная, но сдержанная улыбка довершала портрет одного из могущественнейших представителей своего вида:              — Доброй ночи, - с легкой хрипотцой Джек Харпер приветствовал собеседницу, что, по слухам, была старше всех его предков вместе взятых в два раза, словно старую-добрую знакомую, с которой их могли связывать не только приятельские отношения.       — Итак? - без обиняков бросила Ария, наклонив голову набок, отметив про себя вроде бы такую незначительную деталь, как его осведомленность о времени на станции.       — Хотел бы лично поблагодарить за предоставленную информацию, позволившую выкорчевать еще один нарыв пиратства, - неспешно завел речь мужчина, «вынуждая» азари поморщиться, на миг прикрывая глаза.       — Звучит так, словно это была не отработка долга, - фыркнула Ария, вновь смотря на голограмму. - Доказательства?       — С разных ракурсов, во всех подробностях, в том числе сделанные со стороны, - улыбка Призрака приобрела некий намек на извинения. - Не столь качественные, как с нашлемных камер, и тем не менее… - он позволил голосу сойти на нет, ожидая реакции.       — В нашем деле верить на слово глупо, - бросила азари, возвращая расслабленное положение тела, с некой аурой царственности в позе.       — Если хочешь, можем сейчас же выбросить это в экстранет, или же передать сначала тебе, оценить работу привлеченных специалистов, - директор «Цербера» откинулся назад в кресле, скрыв частично лицо в полумраке, только глаза продолжали сиять пронзительным светом. - А затем поступай как знаешь.       — Звучит так, будто я тебе обязана, - с ленцой заявила ксенос, оценивающе рассматривая изображение.       — В определенном смысле, - судя по движению тени, Харпер пожал плечами, словно в этом не было ничего выдающегося. - Избавили от лишних трат времени и ресурсов на досадную помеху, мешающую вести дела. Мелочь, а приятно.       — Избавь меня от своего потока мнимого превосходства и передай запись, - проворчала азари, раздраженно цокнув в сторону помощника, ожидавшего приказов.       — Не так быстро, Ария, - «пропел» человек. - Сначала, будь любезна, передай обещанные данные.       — Ты разве в том положении, чтобы требовать? - будь у азари брови, то Ария бы точно вздернула левую в выразительную дугу.       — А зачем мне требовать? - вздохнувший Призрак вновь «вышел» на свет. - Достаточно только довести до заинтересованных разумных, что Омега не держит слово, и все. Тем более, что тебе вопрос не принципиальный, а держать друг дружку за яйца ради такой мелочи…       — Мелочи не волнуют руководителей спецслужб, - парировала ксенос. - Тем более, когда они касаются этих… Коллекционеров.       — Уверяю, что мне чертовски приятно соревноваться с тобой в остроумии, Ария, однако договор есть договор, - человек оставался непреклонен.       — Я лишь хочу убедиться, что ты не собираешься снова втягивать меня в свои дела, - процедила азари, а затем, выдержав паузу, но не добившись никакой ответной реакции, добавила с улыбкой, - без явной выгоды для себя, которая перевешивает возможные риски.       — Мне нужна только информация, - пожала плечами голограмма. - Источник информации не будет никого интересовать после получения нужных результатов.       — Как будто ты отчитываешься кому-то в Альянсе по источникам и прочим особенностям работы, - фыркнула собеседница. - Хорошо, отправляй данные. Что касается информации… как много ты знаешь о самом «ненавистном» среди кроганов…       

***

      

      Флотские не встречали нас, как героев, оно и понятно. Тут масса факторов сложилась – внезапность появления, чего никто не любит, секретность действий( которая специально будет обнулена в будущем), да хоть банальная конкуренция с «Дельтовцами» и «Семерками», которая в разумных пределах даже поощряется руководством. Миссию выполнили, и ладно, главное что никто живым не ушел. Трофеев им и с разбитых кораблей за глаза хватит, кому-то отсыпят медалек, премий, может пару званий счастливчикам дадут. Нам главное выбраться живыми.       Примерно через сутки мы оказались на ближайшей армейской базе, с «нашим» управлением, замаскированным под досуговый центр военнослужащих Альянса. Учитывая ее нахождение на границах с Терминусом, тут все было достаточно скучно и строго. Флотские медики подлечили раненых, техники помогли залатать снаряжение – в общем, к моменту встречи с местными агентами мы вполне себе были готовы продолжать работать на благо человечества. Как оказалось, по закону подлости, глупо было ожидать возможности отдохнуть после вполне рядового выхода.       Нам дали полдня для отдыха - полноценно помыться, а не кратко сполоснуться душем, как было на корабле. Поесть-поспать, а после собрали перед экраном, где спикером вновь выступил неподражаемый шеф. Уже это говорило о чрезвычайной важности миссии. Приходилось терпеть, например, нестерпимый зуд от панацелина, который испытывал Фадей, в ноге после ранения, равно как и отчетливое ощущение, что теперь-то мы так просто не отделаемся. А уж когда нам показали изображение Корлуса, мы и вовсе приуныли. Правда, только я знал о том, что нас там будет ждать.       Остальные скисли по другому поводу. Это же была планета-свалка, в прямом смысле слова. Заваленная сотнями, тысячами тонн обломков кораблей, которые прежде было нельзя утилизировать целиком и полностью. Местное население и зарабатывало на переработке, и страдало от своего главного заработка. Про уровень преступности и вообще нет смысла говорить - в первой галактической десятке. Отвратительное место для жизни и удобное для базы - попробуй найти кого среди этих мешающих нормальному сканированию гор металла и прочей химии.       Цель под стать отвратительному месту – огромный ящер, носящий на себе с гордостью, судя по выражению морды на снимке, шрамы времен восстания, ставшего поводом для генофага. Кажется, за опыты над соплеменниками кроганы возненавидели его, теперь же он работал на «Светила» в лаборатории при местной базе. Задача звучит банально – прилететь, найти, вывезти живым, или всего его данные в случае смерти. Проблема в наемниках, ведь в таких ЧВК хрен угадаешь, кого встретишь – зеленого идиота, простого вояку, не нашедшего себе места на гражданке, или же бывшего визави, по разным причинам покинувшего службу. Уровень проблем варьировался соответственно. Да еще и лабиринт остовов и прочего мусора, там потеряться пара пустяков, тем более с барахлящей звязью. Это в игре все для сюжета, а тут как карта ляжет.       Еще спустя сутки мы висели на орбите, рассматривая через внешние камеры и несколько «окон» масштаб грядущих проблем. Затянутое серой пеленой смога небо, куда хватало глаз, практически нигде не имело разрывов. Замаскированное под очередной мусорный краулер судно «Цербера» медленно вело нас в предполагаемый район расположения базы, несколько в стороне от ее центра. Вместе с парой разбитых шаттлов и древних, еще прошлого века, спутников мы «вывалились» из нутра судна и под прикрытием падающего мусора устремились к точке высадки.       —... понял… повторяю, я понял… Проклятье! - прошипел пилот со своего рабочего места.       — Связь? - я просунулся через переборку, сумев понаблюдать за трансляцией с внешних камер – всю область в зоне доступа приборов покрывали груды остовов кораблей, испещренные кривыми, что твоя жизнь, проходами разной ширины. Куда-то и контейнеру не просочиться, а где-то и фрегату местечко для взлета-посадки хватит.       — Обломки все портят, без усилителя будет совсем плохо. У вас пять часов, после этого мы или заберем вас отсюда, либо… - парень прервался для маневра захода на посадку, но все было понятно и без слов. Еще через пару минут мы укрылись в тени борта азарийского судна, смотря за тем, как транспорт возвращается обратно.       Около километра до точки мы прошли непривычно долго, сказывалось незнание территории и расположение возможных позиций наемников. Если правильно помню данные по «Светилам», там немало хороших бойцов, но вот со «службой» у них наблюдались определенные сложности. Дело требует усидчивости, терпения и массы внимания, а выхлопа, скажем так, нет вовсе. Можно считать перевод в эти места наказанием, однако есть фактор Окира, который в игре пускал по этим лабиринтам кучу кроганов, жаждавшим убивать. Интересно, как он добился финансирования и снабжения броней и оружием под ящеров? Кучу денег ведь стоит.       Наймиты в целом грамотно располагались, контролируя подступы к своей территории, но внимательности и усидчивости не хватало, что позволило нам проникнуть за внешний контур без больших проблем. Несколько раз раздавались взрывы, все сильнее убеждавшие в том, что кроган и местный командир вряд ли найдут общий язык. Один раз едва не оборвал жизнь кусок обшивки размером с ОБТ, рухнувший сверху, сорванный «сквозняком».       — Откуда здесь кроганы? - спросил Фадей «пустоту», когда мы стали свидетелями одной из схваток между Светилами и «пробирчатыми», как я называл ящеров за глаза.       — В таком количестве, ага, - проворчал Мартин. Больше никто и слова не вымолвил, пока победу не одержала пятерка наемников, из которых трое оказались тяжелоранеными. В итоге мы воспользовались шансом, добили раненых и взялись за допрос молодого батарианца и пожилого турианца, предварительно отключив им связь.        Разумеется, говорить оба сразу не захотели. Их ответ был прост, груб и требовал глубокой цензуры. Поэтому батарианца я столь же просто и незатейливо пристрелил, точным выстрелом в голову – сложно найти солдата альянса, который питал бы к четырехглазым любовь или уважение. Затем я достал из брони дозу панацелина и продемонстрировал турианцу.       — Твой выбор прост: либо ты отвечаешь на вопросы в обмен на эту маленькую штучку, либо отправляешся вслед за своим другом, - я повернулся к турианцу.       В ответ только сосредоточенное молчание и холодный взгляд невыразительных синих глаз. Птиц сидел, привалившись к брустверу побитого кроганами опорного пункта, сосредоточенно разглядывая нас, демонстрируя особенность своей нации. Наверняка ветеран армии, не нашедший себя в изменившихся условиях, но успевший выпестовать в себе типичную для нации стойкость перед невзгодами. Можно пытать, но он скорее смолчит до самой смерти. Впрочем, для его молодого товарища вполне может хватить.       — Ох, и если ты надеешься на быструю и легкую смерть… нет, мы просто уйдем. - я усмехнулся прекрасно понимая ход мыслей турианца.       — Оставив без оружия, связи и боеприпасов, надо полагать, - турианец сплюнул кровь на землю, прекрасно осознавая, что с ним сделают пробирочные.       — Чтобы не было соблазна напасть со спины, - пожав плечами, я посмотрел на товарищей, будто спрашивая их мнение. Вместо ответа турианец вдруг попытался броситься вперед, но не на нас, а на своего товарища, четко целясь заостренным наколенником в область шеи. Честно говоря, такое я редко встречаю, действия заслуживают некоего уважения. Убрать слабое звено, а после умереть, сохранив лицо и честь воина.       — Знай, кем бы ты ни был, мы уважаем твое решение, - окончательно осознав, что с ним нам ничего не светит, я знаком приказал поставить турианца на ноги, а после выстрелил ему в голову из пистолета.