Быть вместе

~~~фраза: Если бы мы с ума сошли, то не оба сразу. С ума по отдельности сходят. Это только гриппом все вместе болеют.~~~ Дни шли один за другим, как бусины в ожерелье. И так же, как бусины, были похожи друг на друга. Только маленькие шалости давали мальчикам возможность отличить вторник от среды, а четверг от пятницы. Однажды ночью ребята выбрались из корпуса и на дорожке в лесу, где проходила утренняя пробежка, выкопали неглубокую яму и намесили в ней грязи, прикрыв все это тонюсенькими хворостинками и сухими листьями. Был у них в лагере один любитель всех обгонять, словно это не пробежка, а гонка на выживание. Вот этот торопыга на следующее утро и попался. Длина ямы шутниками была рассчитана верно, и любитель вырваться вперед попался в грязевую ловушку. Смеялись все, не только воспитанники, но и тренеры, которые не один раз просили непризнанного лидера утреннего бега не сбивать остальных ребят с темпа. Хулиганов серьезно даже не искали. Так – поспрашивали, пожурили всех, мол, нехорошо, ай-яй-яй – и на этом успокоились. В другой раз перекладины всех турников оказались щедро намазаны маслом, и кто бы ни старался на них повиснуть – почти сразу же соскальзывал вниз. Это Дик ухитрился во время дежурства на кухне стащить полбанки растительного масла, отлив его из большой бадейки, так что пропажу никто не обнаружил. Акцию провели только через два дня после дежурства, чтобы отвести от себя возможные подозрения. Учитывая, что турники ребята ухитрились измазать днем, то отмывать с них масло пришлось дежурному отряду в наказание за недосмотр. Еще две акции провели под покровом ночи. Сначала связали за ночь шнурки кроссовок у старшего отряда. Все проделали настолько тихо, что никто ничего не заметил. Зато на следующее утро по всему лагерю эхом разносилась ругань старших, которые спешили на пробежку и вынуждены были возиться со шнурками. Подбор слов у них был тот еще. Хоть бери и конспектируй. На все замечания тренеров в ответ летели отборные матерные пожелания, куда те могут пойти со своими замечаниями и желательно прихватив того, кто позабавился с их обувью. Вторая акция охватила ребят среднего отряда. Утром все одевались почти наощупь, чтобы яркий свет спросонок не бил в глаза. Выйдя из полутемной спальни, ребята заметили, что они стали походить на готовящихся к войне индейцев. Все их лица были тщательно разрисованы зубной пастой. Некоторые щеголяли однотонным белым орнаментом, но некоторым повезло больше, и двухцветная зубная паста оставила на их щеках белые и кроваво-красные следы, делая их похожими на исцарапанных кошками вампиров, а зеленоватая паста на лечебных травах превратила своих счастливых обладателей в инферниев. Все бы ничего – посмеялись и забыли. Но пока разрисованные воспитанники спали и одевались поутру, они успели измазать и постель, и одежду. И теперь все это им самим пришлось отстирывать. Вердикт тренеров был категоричным – раз дрыхнете так, что не слышите, когда враг издевается над вами, значит, учитесь ликвидировать следы своего проигрыша. Вот так и жили наша троица и их новоприобретенные друзья между тренировками и регулярными приемами пищи. К концу недели фехтованием увлеклось больше половины воспитанников лагеря. Три братца уже не в состоянии были всем поодиночке рассказывать основные правила и приемы, поэтому на помощь приходили те, кто уже прошел ускоренный курс молодого фехтовальщика. Учитывая количество тренирующихся, под площадку для боев на два-три часа отдавали футбольное поле. Джеймс, Скорпиус и Северус во время таких тренировок все время двигались по полю, присматривая за своими «учениками». Они подбадривали, подсказывали, поправляли, а иногда и просто показывали на собственном примере, как правильно отбить тот или иной удар, как удобнее взяться за рукоять, как поставить ноги или в какую сторону лучше уклониться. Таким образом, к седьмому и последнему дню пребывания «наказанных» в лагере на тренировку по фехтованию высыпали все обитатели «Форварда». Кто не участвовал в бою на палках, изображавших мечи, присутствовали в качестве зрителей, которые подбадривали юных меченосцев. Три братишки открыли занятия показательным боем, а после внимательно следили за успехами своих друзей. Никто не заметил, когда у массовой тренировки появились новые зрители. – Ты видишь то же, что и я? Это то, что я думаю? Я не сошел с ума? – Драко широко раскрытыми глазами смотрел, как их сыновья с какими-то палками в руках, явно игравшими роль палашей, мотались среди целой толпы мальчишек лет от семи до пятнадцати и всем показывали элементы фехтовальных премудростей. – Они их учат? – И что ты видишь? – выражение лица Гарри можно было бы описать словами восхищенно-офигевательное. – Я вижу, как наши сыновья бегают среди выводка особей мужского пола, вооруженных палками, и показывают им приемы, которым их учит мастер Сван, – не отрывая взгляда от поля с беснующимися мальчишками, ответил Драко. – Так я не сошел с ума? – Не думаю. Если бы мы с ума сошли, то не оба сразу. С ума по отдельности сходят. Это только гриппом все вместе болеют. А раз я вижу то же самое, вывод сделай сам, – Гарри почесал затылок. – Ну что, пошли? – Надеюсь, им не пообещали ставку тренера фехтования, и они согласятся вернуться домой, – задумчиво произнес Драко. – Что-то мы с наказанием слегка просчитались с тобой, Гарри. – Да? Не думаю, – Поттер снова почесал затылок. – А ты никогда не думаешь. Так что я не удивляюсь, в кого наши дети пошли, – ядовито прокомментировал Малфой. – Даже наш беленький? – ехидно спросил Гарри, намекая на Скорпиуса. – А он заразился от черненьких! Глупость передается воздушно-капельным путем, – выкрутился Драко. – Пошли забирать наших охламонов. Не то они от лагеря ничего не оставят. Занятия, как я погляжу, они уже благополучно срывают. Что будет их следующим шагом, даже не хочу представлять, – Малфой уверенно направился к футбольному полю. – И как обратить их внимание на нас? – Гарри наблюдал, как их мальчики мотаются где-то в районе центра поля. Драко осмотрелся. Неподалеку валялось несколько палок, не нашедших для себя воинов. Он наклонился над ними и, выбрав ту, что поровнее, с хитрой усмешкой посмотрел на Гарри. – Нет, – Поттер даже сделал шаг назад. – Не позорь меня. Я только третий год занимаюсь, а ты с детства. – Я немного поддамся, не трусь, – глаза Драко озорно заблестели. – Я не трус, – принял со смехом вызов Гарри, поднимая чуть кривоватый дрючок. Как бы Поттер ни прибеднялся, а фехтовать его Снейп и Люциус все же научили неплохо. Парочка взрослых, обмениваясь ударами, постепенно продвигалась к центру поля, где их заметили сыновья. Мальчики не ринулись к отцам, а перемигнувшись, несколькими командами освободили от тренирующихся мальчишек площадку пошире и, опершись на свои палки, наблюдали за боем отцов, разошедшихся не на шутку, когда пространства для маневра стало больше. Постепенно все воспитанники лагеря оставили свои попытки тренироваться и присоединились к клану наблюдателей за беспрецедентным боем. Если бы они еще знали, что смотрят на двух лордов-волшебников, то старались бы запомнить каждый их шаг, каждое движение, чтобы потом рассказывать своим детям. Драко и Гарри сошлись на обоюдном поражении, когда их палки одновременно уткнулись сопернику в бок. Расхохотавшись, супруги пожали друг другу руки и оглянулись в поисках своих мальчиков. Те не заставили отцов долго разыскивать их, бросившись в раскрытые объятия, абсолютно не обращая внимания на зрителей. Уходя из «Форварда», ребята взяли адрес лагеря и обещали новым друзьям обязательно написать. Особых заверений удостоился Дик, который еще до поздней осени должен был оставаться здесь. За оградой ждало такси. Джеймс, Северус и Скорпиус в последний раз оглянулись на лагерь. Вдоль ограды стояли все воспитанники «Форварда» и махали им руками.