2 4 / 7

       Тэён считает Джехёна лучшим другом, а тот и не смеет просить большего. Джехён ласково зовет его «Тэённи-хён», вкладывая в простое обращение всю нежность и ласку, что старательно прячет долгое время.       Тэён пахнет душистой смородиной, такой терпкой, но в то же время сладкой и притягивающей. Джехён обладает теплым и согревающим запахом летнего денька после только что выпавшей росы. Тэён в постоянных поисках любви, поэтому Чон давно перестал удивляться частой смене пассий. Джехён влюблен в Тэённи-хёна безответно и тайно, а последний никогда не посмотрит на своего младшенького в таком ключе.       Джехён терпеливо выслушивает каждый рассказ хёна о других парнях, будь это искренняя радость или горечь расставания. Младший скрывает собственные эмоции и даёт совет, но вязкий ком больно сжимает горло. Чон никогда не срывается злобой на старшего, а второй удивленно охает на регулярно сбитые в кровь костяшки.       И Джехёну хочется бросить всё, найти себе кого-нибудь другого, перестать глупо ждать чуда и надеяться, но полупьяные глаза напротив, тихий шепот и мягкая улыбка привязывают его к себе намертво, с каждым днем затягивая и без того тугие узлы крепче.       Крепкие объятия дарят ощущения уюта и защищенности. Игривое поглаживание по голове и откровение: «Не знаю, что делал бы без тебя. Дороже тебя у меня нет. Давай вечно будем друзьями» обрывает что-то внутри, заставляя сердце ухнуть в пятки.       Младшему больше всего на свете хочется услышать робкое «я тоже» в ответ. Он просто хочет быть единственным, кто прижимает к себе хрупкое тело Тэёна. Джехён безумно сильно мечтает прижаться к розовым губам, легонько оттягивая нижнюю; поглаживать тонкую талию и плечи; оторваться, лишь чтобы вдохнуть воздух в легкие.       Крупные снежные хлопья мягко ложатся на землю, плавно кружась в воздухе, прежде чем упасть. Тэён глядит в окно, а свет от камина отбрасывает на его скулы тепло-желтые блики. На нем одна из его любимых безразмерных толстовок, постоянно спадающих с худощавых плеч и оголяющих острые ключицы. Длинные пальцы держат стакан с ароматным глинтвейном, что приготовил Джехён. Сам Чон сидит чуть поодаль, пьет тот же напиток и не сводит взгляда с профиля старшего. Хён выглядит таким домашним и словно хрустальным, что Джехён очень хочет приласкать парня в своих объятиях.       Чуть позже они выходят на запорошенное крыльцо, и Тэён не может оторваться от ярких холодных звезд и мыслей о своей прогнившей жизни. Ему так надоело копаться в бесконечных партнерах, пытаясь заполучить крупицу ласки и понимания. Ли сам и не заметил, как его тело пробила дрожь, пока Джехён не укрыл его пледом. Младший подумал, что Тэён замерз, но на самом деле он был на грани истерики.       Старший вгляделся в глаза стоящего напротив друга и осторожно улыбнулся. Чон наслаждался неожиданной близостью Ли, разглядывая снежинки на пушистых ресницах, однако от него не укрылось, что Тэён в очередной раз вздрогнул.       — Пойдем в дом, ты весь замерз.       Тэён покорно последовал вперед, остановившись посреди гостиной. Парень обернулся на Джехёна и учащенно задышал, стараясь не обращать внимание на громкий стук собственного сердца. Чон улыбнулся, оголяя клыки, отчего на его щеках образовались глубокие ямочки.       Старший делает один уверенный шаг в сторону друга, затем второй. Последний раз касается взглядом добрых глаз и розовых губ, прежде чем наклониться вперед.       Тонкие пальцы левой ладони зарываются в слегка жесткие волосы на затылке, а правая поглаживает заднюю часть шеи, не давая возможности отстраниться. Джехён зачаровано смотрит на подрагивающие ресницы, но на поцелуй не отвечает. Просто все случается как-то неожиданно? Но, когда Ли начинает опускать руки, Чон до приятной боли сжимает стройную талию, скользнув языком по ровным зубам, упиваясь сладким привкусом глинтвейна. Тэён облегченно выдыхает в поцелуй и крепче сжимает широкие плечи, а Джехён тянет его к кровати.       Тэён скрещивает стопы за спиной младшего и продолжает тянуть мешающуюся футболку вверх. Чон еле слышно хохочет, опаляя дыханием острые ключицы, и заставляет Ли поежиться. Джехён несдержанно кусает молочную кожу до красноты, а нос щекочет кисло-сладкий запах смородины. Старший ерзает под чужим телом и тихонько сопит, безуспешно пытается сдержать рвущиеся наружу не то всхлипы, не то стоны. Когда Джехён прикусывает надключичную ямку особенно сильно, Тэён впивается ногтями в перекатывающиеся мышцы спины, но не удерживает звонкий стон.       Чон придавливает тонкие запястья к кровати над головой хёна, обезоруживая. Джехён покусывает то нижнюю, то верхнюю губу, вытягивая соблазнительные стоны. Младший двигается, имитируя фрикции, а почти холодные подушечки пальцев невесомо касаются распаленной груди и следуют ниже, ныряя под кромку трусов. Ли ведёт в ту секунду, когда младший мягко проходится по коже, начиная сладостно-мучительно надрачивать в ритм толчков, а джехёнов язык настойчиво соприкасается с его собственным.       Тэёна захлестывают чувства и внутреннее ликование, что он, наконец, решился на первый шаг.       Старший был влюблен буквально с первого взгляда. Он видел Джехёна в соседнем магазинчике слишком часто, да и парень является слишком красивым. Тэёна сводила с ума эта нежная улыбка, и именно он же и организовал их знакомство. Ну, как. Просто влетел в него на выходе, уронив из рук пакет с продуктами.       Джехён является для Ли чистым воплощением всего невинного и чистого, что только может быть в людях, и в мире в целом. Тэён банально боялся быть сокрушенным стойким отказом, поэтому скрывал.       Но вот Чон толкается бедрами вперед, совершая первое движение внутри старшего. Неприятные ощущения сменяются головокружительным удовольствием, и счастье приносит тихий шепот «люблю» на ушко. Тогда Ли касается пухлых губ и выдыхает: «я тоже», не зная того, исполняя главную мечту младшего.        — Я чертовски сильно люблю тебя, Джехён-а. Чертовски давно.       Тэён почти что скулит, обнимает Чона за шею и рассыпается на части. Но Джехён резко приподнимает левую ногу старшего и входит под другим углом, отчего Тэён переходит на невнятные крики и жалобный скулеж, потому что толчки становятся быстрыми, размашистыми. Джехён чувствует, что близок, накрывает член старшего влажной ладонью и несколькими быстрыми движениями и особенно глубокими толчками доводит Ли до края.       Младший без сил укладывается на грудь тэёновскую, осыпая поцелуями вздымающуюся грудь. Джехён почти урчит, пока старший перебирает пряди его волос, заботливо поглаживая кожу головы.       Снег кружится за окном, а иней рисует узоры на окошках. Тэён по-прежнему пахнет душистой смородиной, такой притягивающей для Джехёна. Но теперь Чон знает, что сердце старшего все это время принадлежало ему.