The Haunting

Очередное бесполезное утро. Совет пафосно распылялся, ничего нового. Молодой инквизитор стоял в холле крепости в третьей шеренге: ровная спина, высоко поднятая голова, безупречная выправка. Он слушал вполуха речи о долге и чести, о Великом Зле, о давней борьбе, о воинах Господа. На шестом году службы надоело слушать одну и ту же речь каждый раз. «Долбанный бред стариков, не желающих принимать реалии нового мира.» Где-то в середине фразы про священный обет охранять Землю от нечестивых мужчина произнёс – достаточно громко, чтобы его услышали все: - Если вы жаждете очистить мир от ведьм и установить свои правила, нужны другие методы. Мастер Руперт, самый старый среди Советников, умолк, растерявшись. Никто другой не спешил говорить, поэтому молодой человек покинул шеренгу, прошёл вперёд к помосту, с которого вещал Совет. Он остановился, глядя на них поочерёдно, сцепил руки за спиной, медленно развернулся лицом к остальным инквизиторам. Те непонимающе смотрели то на стариков, то на него, некоторые шушукались. Лишь один мужчина в конце зала слегка ухмыльнулся. - Инквизиция много веков воюет с древним врагом – это всем известно. Но ведьмы учатся, меняют тактику, и дают нам отпор с каждым разом всё жёстче. А что делаем мы? – он развёл руки в стороны, обращая вопрос ко всем в зале. – Мы продолжаем топтаться на месте со столетними методами, не учимся новому, а управляют нами мстительные и закостенелые старики. Если мы хотим навести порядок, если мы хотим, чтобы люди нас не ненавидели, но боялись и уважали, мы должны измениться. Мы должны расширить сферы влияния, где-то – дать людям то, в чём они нуждаются, а где-то – жёстко наказать тех, кто не ценит наш дар. Нам нужен уверенный лидер, реформы и твёрдая рука. Он продемонстрировал сжатый кулак и поднял его вверх. Согласные голоса, сначала робко, доносились из разных частей холла, но их становилось больше, они становились увереннее. - Нам нужен Великий Магистр, который понимает, что мы живём в двадцать первом веке, а не в шестнадцатом. Магистр, который не думает лишь о том, чтобы убить единственного личного врага, а который думает о благе Ордена и его развитии. Который возвысит Орден во всём мире! Это был открытый камень в огород Гойера де Сангуа, но тот исчез девятнадцать лет назад. Его останков не нашли, посему технически он считался Магистром до сих пор. На деле же все понимали, что Гойер был одержим своей властью, он не покинул бы своё уютное кресло просто так – вероятнее всего, он погиб в тот день, когда Бесфамильный забрал его из Де-Мойна. Поднялся шум, инквизиторы рукоплескали этой внезапной речи одного из собратьев, а Совет хранил молчание. Буря разбушевалась ожидаемо, в целом, но всё же слишком внезапно. Мастер Руперт приказал всем разойтись, подал условный знак членам Совета, а сам спустился к ждущему его молодому человеку. - Назовитесь. - Сержант Рафферти Фрост. - За мной, сержант. Они направлялись в башню Совета через главную дверь холла, где на выходе мастеру слегка поклонился мужчина с едва заметной ухмылкой. - Полковник Лоу. - Мастер Руперт. Поскольку Советник шёл впереди, он не мог увидеть, как многозначительно мужчины переглянулись у него за спиной. Но главное – он не обратил никакого внимания на их сходство. За дверью слышно было нешуточный спор, но Рафферти Фрост подавил самодовольную улыбку, и проследовал за мастером Рупертом в зал Совета. - …мальчишка слишком самонадеянный! - …знали, что это может случиться в любой момент. - …пойдут за ним, Ордену нужен новый лидер. - Простите, что прерываем вас, господа. Руперт занял своё место за столом – по правую руку от кресла Магистра, которое пустовало. - Объяснитесь, сержант Фрост. - Думаю, Вы и сами отлично понимали, что этот день наступит. Инквизиция стала слабой, она безынициативна и устарела. Нам нужны новые территории, ресурсы, больше людей, но самое главное – новый путь. Нельзя ограничиваться одним лишь истреблением ведьм. Нужны новые методы обучения – об этом я уже говорил, нам нужна сильная пропаганда среди населения, но она не может быть голословной, поэтому придётся сильно напрячься. Считайте, что это бизнес. Информационная война. – Мужчина принял расслабленную позу, пока говорил, затем набрался наглости и пошёл вокруг стола. Он проходил за спиной каждого Советника, и все они оборачивались, слушая его – Рафферти с удовольствием отметил этот факт. Затем он остановился за спинкой кресла Магистра. – Мы не выстоим, если всё ещё будем верить в Магистра, который исчез почти двадцать лет назад. Остался последний рывок, подумал Фрост, собираясь с духом. Ни рука, ни голос не должны дрогнуть. На кону стоит его жизнь, если он не убедит Совет в своей правоте, ведь это будет чистой воды измена. Он отодвинул кресло, сел в него, затем закинул ногу на ногу. Советники изумились, глядя на его вальяжную позу, но хранили молчание. - Мы можем поставить мир на колени. Вы готовы к этому? Двенадцать человек перед ним не шелохнулись. Слишком большое число мнений для единогласного решения – понимал Фрост. Если они разделятся, то его затея не увенчается успехом. Это тревожило, ведь лишиться головы не хотелось. Но он не проявил ни одной эмоции, а просто демонстрировал свою уверенность и терпеливое ожидание. Здесь давить больше нельзя. По первым робким переглядываниям спустя несколько минут он понял, что зерно нашло свою благодатную почву. - Если это не пустозвонство, то у Вас должен быть подготовлен хоть какой-нибудь план предлагаемых изменений. - Конечно, мастер Табита. Я готов представить чёткий план действий на ближайшие пару лет. Как минимум: реформа обучения детей из последних колыбелей на первом этапе; реформа обучения новобранцев из оставшихся после отбора детей; несколько предложений по развитию собственных предприятий, которые будут давать нам необходимые для работы ресурсы, а также создадут рабочие места для населения. Последнее даст нам нужные рычаги давления на сознание обывателей – мы предстанем не обычными убийцами, прикрывающиеся Господом, а спасителями, несущими всеобщее благо. Отсюда уже будут расти ноги информационной кампании. Заинтересованный кивок женщины и ещё четырёх Советников дал Рафферти надежду. Почти половина голосов. - Откуда столь проработанные предложения? – спросил мастер над монетой Греймар. - У меня было слишком много свободного времени, как и у большинства наших членов, – иронично произнёс Фрост, отмечая поджатые губы Руперта, – и я изучал наш Орден как конструкт. Из каких структур он состоит, как они функционируют, что предпринимают или не предпринимают. Оказалось, что в организации слишком много брешей и очень мало доходов. Членские взносы – это чудесно, но ведь они отбирают у некоторых последнее, а затем мы обратно платим людям эти деньги. Есть только замкнутый цикл оборота денег внутри Ордера, плюс при Гойере де Сангуа было много расходов вовне. Если мои прикидки верны, то казна с каждым годом всё больше пустеет. По выражению лица мастера над монетой и двух других Советников, чья зона ответственности находится в смежных плоскостях с Греймаром, стало ясно, что в копилку можно добавить ещё три голоса. Этот допрос длился долго. Советники задавали каверзные вопросы, Фрост на них отвечал подготовлено, либо же искусно уходил от ответа, апеллируя к предыдущим своим предложениям. Это была чистой воды политика, в которой нет место неуверенности или незнанию. Рафферти шёл напролом, где-то говорил открыто, где-то напропалую врал, но никто не смог уличить его в слабости, никто не услышал дрожи в голосе, никто не смел сомневаться, что он добьётся поставленных целей. Парень чувствовал, как пот ручейком бежит по спине, но стойко терпел издевательские взгляды, саркастичный тон, открытую злобу. И это склонило в его пользу последние голоса. Кроме одного. Мастер Руперт – номинально глава Совета – не проронил ни звука за эти часы допроса. Он сидел с ровной спиной, практически не моргая, и выискивал во взгляде Рафферти слабину. Да он вообще не отводил взгляда от парня ни на миг. «Сдох, что ли?» – подумал Фрост, но Руперт моргнул. Увы. За ним было последнее слово. Одиннадцать голосов против одного. - Сержант Фрост. – Его тон был настолько ровен, как будто он не просидел здесь статуей три с лишним часа. – Вы крайне амбициозны и молоды. Вам, напомните, двадцать шесть лет? – Парень кивнул. – У Вас нет необходимого опыта в управлении подобной организацией. Да и любой другой, впрочем. Вы фонтанируете идеями, но воплощать их придётся другим людям, отвечать за исполнение – тоже. Какой смысл водружать на трон юнца с не обсохшим на губах молоком? Рафферти криво улыбнулся. Это был самый точный удар в цель за всё время – удар по самолюбию. Мастер Руперт знал, как вывести человека из себя, понимал, на какую кнопку нажать, чтобы самый стойкий сдался. И это могло бы сработать, если бы не одно но. Парень лениво поднялся с кресла и направился к выходу из зала. Уже стоя у открытой двери, он бросил через плечо: - А какой смысл в бесполезном отсутствующем руководстве? Это был плевок в лицо, если принимать на свой счёт. Но ведь Фрост говорил об исчезнувшем Гойере, а не мастере Руперте, поэтому оскорбления не было. Ведь так? Рафферти понял, что победил, когда услышал звук падающей мебели за уже закрытой дверью. Чуть поодаль в коридоре его ждал полковник. - Как прошло? - Я выложил им все свои козыри и оскорбил Руперта напоследок. Думаю, после такого с ним считаться особо не будут. Мужчина хмыкнул. - Интересный способ убедить сделать себя Магистром. - Всё получится. - Увидимся позже. Не стоит лишний раз волновать Совет нашим сходством. Мужчины разошлись, не прощаясь, и Рафферти ушёл в другой конец коридора к окну. Ждать пришлось недолго – из зала вышел мастер Греймар и поманил к себе. - Пройдёмся, молодой человек. Люблю встречать закат на улице. Фрост учтиво поклонился старику и пошёл рядом, придерживаясь его неспешного темпа. Они вышли из крепости и прогуливались в её окрестностях, в лучах тёплого закатного солнца. - Ваши предложения весьма заинтриговали меня, как человека, отвечающего за казну, юноша. В этом отношении Магистр де Сангуа редко прислушивался ко мне, упокой Господь его душу. - Простите, мастер Греймар, он всё же погиб? - Ни у кого нет вещественных доказательств, – развёл руками казначей, – но и сомнений тоже нет. Лично у меня они развеялись в день его исчезновения. Слишком много свидетелей того, что его забрал с собой Бесфамильный Джаред – а они друг друга ненавидели со всей страстью, присущей человеку. - Тогда почему Орден столько времени существовал без Магистра? - Много причин… Первая, на мой взгляд, беспросветная глупость некоторых из моих коллег. Они знают, что Гойер не вернётся, но как будто до сих пор его ждут. Его и ту побрякушку, что он носил на груди. Вторая – желание оставить всё как есть, особенно власть в своих руках. Ты и сам это прекрасно понял по последним словам мастера Руперта. Кстати, восхитительный прощальный выпад, сынок, хвалю. – Старик весело хихикнул, и Рафферти позволил себе ответную улыбку. – Ну, а последняя – это отсутствие подходящего кандидата. Гойер де Сангуа родился в начале предыдущего века и дожил до этого, перебрался в прогрессивную страну, но умом как будто навсегда остался в Париже тысяча девятисотых годов. Девятнадцать лет мы ждали появления умного, дерзкого и амбициозного лидера. И вот мы здесь. - Но меня ещё не избрали, мастер. - Дай Совету переночевать с твоими словами, пусть они разложатся в их головах по полочкам, и завтра ты услышишь ожидаемый ответ. - Мастер Руперт не даст вам избрать меня. - Мастер Руперт является главой Совета, но не держит всю власть в своих руках. Да, он был в некоторой степени исполняющим обязанности Магистра, но моё слово весит столько же, сколько и его. Пожалуй, если бы я жаждал власти, то поборолся бы с ним за это право, и, поверь, победил бы. Без слова мастера над монетой не свершится ничего. Улыбка на его лице неуловимо изменилась из доброжелательной в сухую. Старик мягко, но категорично дал понять, что покидать пост не собирается, но Рафферти и не собирался его смещать. Такие сторонники всегда нужны. - Орден стоит на плечах людей, которые пекутся о его благополучии. Не в битвах со злом, не в тронных залах, а на своих скромных постах. Греймар смягчился, получив нужный ответ, и мужчины продолжили прогулку. - А про какую побрякушку Вы говорили, мастер? - Ты был совсем малышом, вряд ли помнишь. У тебя есть клеймо Инквизитора, верно? – Фрост кивнул. – Де Сангуа носил особый артефакт – золотой орден – на груди. Артефакт оставлял эту печать на теле, снять её не представляется возможным. Им владели исключительно Магистры, его тайны также знали только они. Возможно, ещё самые приближенные из Советников, но здесь я не могу говорить уверенно. - Как я понимаю, он исчез вместе в Магистром? - Верно. Это – одна из причин, почему Гойера искали по всему свету. Артефакт хранит в себе нужную нам магию, а мы созданы, чтобы эту магию находить, но, увы, даже лучшие следопыты не смогли напасть на его след. – Греймар вдруг задумался и хмыкнул. – А ещё любопытно вот что: правильное обучение вкупе с этим клеймом делает детей покорными и не задающими лишних вопросов, даже если им совсем нечем заняться. Единственным, кто не поддавался его влиянию, был отступник. Это был вопрос без вопроса и Рафферти это понял. - Возможно, ему не поддаются люди исключительного таланта? Греймар засмеялся, но слышалось в этом смехе недоверие. * Когда Рафферти спустился к завтраку в столовую, там яблоку негде было упасть. Парень слегка удивился, что в крепости собралось столько народу – обычно кто на задании, кто уходит домой, а кому просто не по вкусу здешняя еда. Затем его заметили, и начался гвалт: молодые и старые, мужчины и женщины, даже дети за своим столом – все приветствовали его, свистели, барабанили кулаками по столам. Фрост понял, что его вчерашняя речь произвела неплохой эффект, поэтому улыбнулся и здоровался за руку по возможности с каждым, кто желал. Вскоре он заметил, что Совет тоже здесь – сидят за своим столом и наблюдают. Он им учтиво поклонился, и им пришлось ответить тем же, кому-то по доброй воле, а кому-то сквозь зубы. - Они восхищаются им. – Заметила мастер Табита. - А главное – они за ним пойдут. – Греймар ухмыльнулся и скосил взгляд на Руперта. Глава Совета не стал ничего отвечать, просто продолжил есть, наблюдая за Фростом. - Я всё больше склоняюсь к мысли, что он подходит на пост Магистра. – Такой мыслью поделился мастер над войной Джаспер – на допросе он был одним из последних, кто выбрал сторону Рафферти. - После трапезы в зале совещаний. А сейчас никаких обсуждений. – Оборвал глава. У него скрипели зубы при взгляде на мальчишку. После завершения завтрака Совет удалился из столовой. Фрост проследил, как они уходят друг за другом, и задержался взглядом на казначее. Старик едва заметно кивнул ему и продолжил путь. Они провели в зале заседаний несколько часов. Наступило время обеда, но Совет не явился в столовую. Рафферти нервничал. Вчера он вручил Совету топор и сам себе подставил плаху, чтобы долго не мучиться перед казнью. Стопроцентной уверенности в словах казначея у него не было, пусть даже звучали они очень убедительно. Парень настолько глубоко ушёл в свои мысли, что не сразу услышал объявление: «Всем без исключения явиться на общее собрание.» Столовую он покидал одним из последних, и было две минуты времени обдумать свои дальнейшие действия. По всему выходило, что остаётся продолжать уверенно стоять на своём, даже если воображаемый топор отсечёт ему голову. - Сержант Фрост! Рафф остановился, не дойдя пары метров до двери в холл. Момент истины. Величие или смерть. Молодой мужчина прошагал вперёд и предстал перед Советом. Мастер над войной держал в руках невиданной красоты серебряный меч, что заставляло неслабо понервничать, а вот у Греймара в руках находился гранитный шар с крестом. - В ходе длительных дискуссий мы пришли к выводу, – громогласно вещал мастер Руперт, – что Ордену действительно нужны перемены. Для начала хотим внести ясность в несколько моментов: первое – признать Магистра Гойера де Сангуа почившим, дабы получить законные основания для освобождения места Магистра для преемника. Второе – Совет постановил, что снимаются ограничения на возраст и ранг кандидата на пост Магистра. Руперт взглянул на сержанта и вновь обратил взгляд на всех присутствующих. У парня поджались пальцы на ногах. - И последнее: Совет избрал нового Магистра. Сержант Фрост, подойдите. Молодой человек перевёл дух и поднялся на помост. - Преклоните колено. – Он послушался и склонил голову. Мастер Джаспер с почтением и некоторым благоговением передал меч в руки Главы. Мастер Руперт опустил лезвие на левое плечо Рафферти, затем перенёс на правое. – Сей державой обрекаю тебя на власть и обязую держать ответ за неё перед твоими последователями. Сим мечом нарекаю тебя хранителем мудрости и тайн нашего священного Ордена, первым воином Господа, Великим Магистром Маллеуса. Встань и прими свою ношу с кротостью и почтением. Отныне и до самой смерти. Мастер Табита накинула Фросту на плечи старинную хламиду, ему вручили державу и меч, который он воздел к небу, и все присутствующие преклонили колено. Раньше слова про священный трепет звучали для Рафферти бессмысленным бредом, но сейчас он именно это и ощутил. - Встаньте все. Я не тот Магистр, который требует поклонения. – Он дождался, когда инквизиторы вновь распрямятся. – Свою речь я произнёс вчера. Сейчас хочу добавить неприятных отрезвляющих слов: не ждите, что через месяц после моего назначения мы возвысимся. Внедрение любых реформ, а тем более развитие чего-либо с нуля – долгий и кропотливый процесс. Это постоянная работа, ошибки, новые решения, взлёты и падения. Орден был обезглавлен долгие девятнадцать лет – это слишком большой срок для быстрого восстановления хотя бы нормальной функциональности того, что есть. И в этом будет нужна помощь каждого. Мужчина, женщина, ребёнок – неважно, вы можете приложить руку к восстановлению былой мощи. Вы готовы это сделать? Толпа хором откликнулась: «Да!» Рафферти улыбнулся. - Тогда принимаемся за работу. Для начала нам с Советом нужно решить, что быстрее и проще будет осуществить из представленных мной планов. К концу недели мы дадим вам отчёт о проделанной работе. Это тоже реформа, которую вы все заслуживаете: право знать, что мы делаем для вас, и влиять на скорость и качество нашей работы. Мы живём в современной демократической стране, но одновременно в застрявшем в средневековье замке. Такого больше не будет, я обещаю вам, как ваш Магистр. Молодой человек поклонился, как вдруг, один за другим, инквизиторы начали скандировать его имя. - Рафф! Рафф! Рафф! Рафф! Опешили все, кто был на помосте: и сам новоизбранный Магистр, и все члены Совета. Только полковник стоял поодаль за колонной и ухмылялся, но Рафферти видел пламя гордости в его глазах. Когда все покинули большой зал, Фрост смог, наконец, немного расслабиться. - Пожалуй, нам стоит пообщаться ещё раз, но уже более предметно. Возражения? Советники учтиво кивнули и проследовали в зал заседаний следом за Магистром. Войдя в комнату, Рафф сбросил хламиду и положил её на стол перед собой, а сверху оставил меч и державу. Он размял спину, которая вдруг закаменела от такого напряжения, и сел в уже своё по праву кресло. - Вы устроили переворот за один день! – Рявкнул мастер Руперт, не дождавшись даже, когда все войдут и закроется дверь. - Простите, Советник, но переворот – это когда сбрасывают действующего лидера, а я все лишь занял свободное место. Глава подавился собственной желчью, ведь фактически он не был главным, и Рафферти сказал правду. По взгляду большинства было ясно, что авторитет Руперта падает всё ниже с каждый его неудачным высказыванием. - Между прочим, подозреваю, что Ваш голос тоже был учтён при избрании нового Магистра. Если я Вам настолько не нравлюсь, зачем Вы это сделали? Почему не продвигали свою кандидатуру, в конце концов? По переглядываниям Совета и выражению лица Главы было понятно многое. Рафферти хмыкнул про себя и поставил галочку перед мысленным взором. - Если Вы закончили выказывать недовольство, предлагаю поработать. Я обещал отчёт в конце недели – сегодня вторник. - Интересное новшество, сэр, – с ноткой недовольства протянул мастер-амбассадор Роберт, чьим делом была коммуникация с правительствами разных стран, – но зачем оно нужно? Вопросы управления всегда были делом Магистра и Совета, а делом остальных было подчинение приказам. - «Мы живём в современной демократической стране, но одновременно в застрявшем в средневековье замке.» – процитировал Фрост сам себя. – Вы не представляете себе, какое количество подобного рода изменений грядёт. Если это кажется Вам неуместным либо некомфортным, я найду удобное решение. Для каждого. Скрытая угроза прямым текстом. Некоторые напряглись, услышав это, кто-то насмешливо фыркнул, как Руперт. Мастер над монетой не подавал виду, что веселится, но парень всё видел. Совещание длилось дотемна. В основном это были доклады Советников об их работе, успехах, неудачах. Магистр оставлял заметки в своём блокноте, чтобы вернуться позже к каждому пункту более основательно. Он отпускал каждого из Советников после его доклада, чтобы меньше народу давило на нервы. Когда их осталось шестеро, он ощутил, что так намного комфортнее. Эту заметку он тоже записал. Под конец за столом осталось трое: Магистр, мастер Руперт и мастер Греймар. Руперт был зол и устал, но Рафферти намеренно оставил его напоследок. Пока он слушал доклад Греймара, который, по счастью, был самым коротким из всех. - Спасибо, мастер. – Парень вырвал из блокнота лист, сложил вчетверо и протянул казначею. – Возьмите во внимание. Старик пробежался глазами по аккуратным буквам, затем поклонился: - Доброго вечера, Магистр. - Итак, – сказал Фрост, когда дверь закрылась, – остались только мы с Вами. Мне нужна помощь в базовых аспектах управления Орденом. В основном, я имею ввиду бюрократические тонкости, с которыми плохо знаком. Плюс нужна будет инструкция что, как, когда нужно планово делать… Ну, Вы понимаете. Как Глава Совета вы знаете все эти штучки. - С чего мне обучать тебя? - С того, мастер, что Вы являетесь членом Ордена, Вы приносили клятву служить ему, а Ваш пост предполагает помощь Магистру. Как бы Вы к нему не относились. - Сместить меня вздумал? - Нет. – Холодно посмотрел Рафф в глаза Советника. – Но Вы можете меня вынудить своей бесполезностью. Оба знали, что в истории нет примера, когда член Совета по собственной воле покидал пост – он либо умирал на посту, либо его смещали. Люди, знающие много секретов, живыми никому не нужны. По всему выходило, что Руперту не оставалось никаких вариантов, если он хотел жить. А он хотел. - Я подготовлю списки важных дат, плановых встреч и… в общем, всё необходимое. - Мне нужно издать несколько указов в ближайшее время… - Указы издаются только в случае присутствия тринадцати подписей! – перебил парня Советник. - Но бланки я ведь могу заполнить предварительно? Или для возможности писать мне тоже нужно одобрение Совета? - Традиционно указы пишутся во время обсуждения, а затем заверяются. Тут уже Рафф злобно выдохнул сквозь зубы. - Вот это будет самая инновационная инновация – Магистр умеет пользоваться ручкой без помощи Совета и не будет обязан ждать, пока все соберутся вокруг него, чтобы его мозг заработал. Шок, самоуправство, скандал! - Бланки в столе в кабинете Магистра. – Довольный собой, Руперт хмыкнул. Он выводил на эмоции и ему удалось. По крайней мере, пусть так думает. - Проведите меня туда. Фрост забрал хламиду, державу и меч, и проследовал на верхний этаж за Советником. - Располагайтесь, господин Магистр. - Здесь есть специальное место, где хранить это? Тайник или что-то вроде? - Это не магические артефакты, но предыдущий Магистр предпочитал хранить их в сейфе позади рабочего места. - Кстати, раз уж зашла речь об артефактах. – Парень указал Руперту на кресло напротив. – Я бы хотел побольше узнать о золотом ордене, которым клеймили инквизиторов. - Он утерян, а с Магистром де Сангуа утеряно и знание об артефакте и его свойствах. Старик насмешливо хмыкнул и покинул кабинет, не прощаясь. «Да и пошел ты к чёрту.» На сегодня Рафферти не хотелось уже ничего, но он сам назначил ещё одну последнюю встречу. Придётся потерпеть. Спустя четверть часа раздался стук в дверь. За это время парень успел бегло изучить кабинет и смежные с ним покои Магистра. Ему понравилось, что у него, кроме своего кабинета, есть своя шикарная спальня и ванная. Несомненный плюс его положения – но, кажется, единственный. - Войдите. Мастер Греймар излучал довольство этой жизнью, как будто это его посадили в кресло Магистра. Следом за ним вошёл и полковник. - Что ж, господа, подозреваю, что немногие в замке столь наблюдательны, как ваш друг. – Казначей приложил руку к своей груди. – Поразительное сходство. Как вам удаётся до сих пор скрывать факт родства? - Люди редко наблюдательны, как Вы верно заметили. - Но не слепы же, полковник Лоу! - Вероятно, всё же слепы. И прошу, давайте без официоза. Зовите меня Дэвид. - Учитывая, что мы втроём заинтересованы в одном и том же, я согласен, что официоз будет лишним. – Улыбнулся молодой Магистр. – Присаживайтесь, нам есть о чём поговорить. - И есть что отметить! – старик достал из складок мантии запечатанную бутылку. – Из личных погребов де Сангуа. Предлагаю выпить за нового Магистра вино, подаренное старым, чтобы, так сказать, замкнуть круг. - Меня попытаются отравить в первый день правления? Тут уж Греймар от душа расхохотался: - Юноша, я выиграю больше всех, если Вы достигнете обещанных целей. К тому же, в ядах я не силён, это по части хранительницы знаний Табиты. Но не волнуйтесь, Табита на Вашей стороне, и её яды вполне могут сослужить Вам отличную службу. - Спасибо за информацию, Греймар. Фрост нашёл кубки в небольшом серванте возле камина, старик вскрыл бутылку и первым отведал вино, демонстрируя, что отравы действительно нет. После выпитого вина Рафф расслабился в кресле и пожаловался: - Как же я устал… - Вы подняли одну песчинку, а впереди ещё целая пустыня. – Поддел Греймар. - Знаю. Я больше устал от психологической игры с Рупертом. - Верно, верно… Он искусно умеет играть на нервах, но я никогда не видел, чтобы он так плюхался в лужу, как эти два дня. - Почему не убрать его из Совета? – деликатно спросил Дэвид. - Я не должен выглядеть мстительным в глазах остальных. Пока достаточно того, что Руперт утратил весь авторитет и влияние, вскоре я смещу его с поста главы Совета. Мне нужно выяснить всё, что он знает, как правая рука Гойера – только потом я уберу его. Кстати, как удалось заставить его согласиться на избрание меня Магистром? - Ну, я же вчера говорил, юноша, – как будто поясняет прописную истину, снисходительно улыбнулся старик, разливая вино по кубкам, – мой голос весит не меньше, чем его. Но важнее в данной ситуации то, что даже Совет устал от его главенства, и мне не пришлось никого уговаривать – все выбрали Вас по собственной инициативе. Хвалю за смекалку, стойкость и умение убеждать. - Хвалите отца – его воспитание куда действеннее плетей мастера Хойтунга. - И как же вышло, что не Вы претендовали на пост Магистра, Дэвид? - Я посудил, что это слишком утомительное занятие, а Рафферти – молод, полон хороших идей и больших амбиций. И пусть даже мой возраст и статус больше подходили под требования, моему честолюбию достаточно знать, что мой сын занял этот пост. - Вероятно, Вы и есть та причина, по которой наш молодой Магистр не стал безвольным рабом клейма? - В том числе. – Ухмыльнулся отец. – Но по большей части он выковал себя сам за счёт ума и железной воли. Рафферти устал от разговоров за два дня, а завтра предстоял третий и вся жизнь впереди. Он выпил второй бокал, открыл свои заметки, принялся выделять, что самое важное в первую очередь. Работы было невпроворот – и это только основная информация, представленная на первом совещании, за прошедшие годы. Парень понимал, что далеко не уедет без дополнительных знаний, да ещё и с таким количеством советников, которые будут рвать его на части ради своей выгоды. - Простите, что прерываю, – сказал он, когда уловил момент тишины в диалоге отца и казначея, – у меня немного глупый вопрос. Руперт сказал, что указы Магистра должны быть одобрены каждым членом Совета, это так? - Это не глупый вопрос, а правильный. Запомните: нет глупых вопросов, если Вы чего-то не знаете. – Назидательно сказал Греймар. – Лучше спросить, как Вы считаете, глупость, чем уверенно сделать какую-нибудь глупость. Кажется, сэр, Руперт пытается сыграть на Вашей молодости, неопытности и незнании отдельной части Кодекса, которая регулирует работу руководства Ордена. Магистр может издавать свои собственные указы, но не всегда. Также Магистр имеет право наложить вето на любой указ Совета, который будет представлять угрозу деятельности Ордена. Но не на каждый, поэтому Вам стоит первым делом изучить Кодекс. - Думаю, я угадаю, если скажу, что Магистр не может своевольно делать кадровые перестановки, особенно в Совете. - Действительно, не может. Но есть поправка: может, если доказано, что кто-то ведёт подрывную деятельность. Рафферти вздохнул. - Спасибо, Греймар, я плотно займусь изучением Кодекса. - Обращайтесь, сэр. Вам в первую очередь нужны мудрые помощники. - Они у меня уже есть. Вы оба. Но если Вы предлагаете ещё кандидатуру, я с радостью её рассмотрю. - Есть несколько мыслей… Я их обдумаю тщательнее, дайте немного времени. Спустя полчаса казначей откланялся и удалился отдыхать. - Ну, что скажешь, отец? - Греймар старый лис и печётся о своей выгоде. - Как и все они. - Безусловно. Но он и об Ордене печётся, так что это удачный выбор союзника. Тебе стоит быть с ним осторожным, ведь он имеет реальное влияние на события. Быть казначеем – это быть хозяином слабого Магистра, и он прекрасно это понимает. - Наш уговор на том и базировался: он помогает мне, а я оставляю его место за ним. А ещё он знает, что я не стану марионеткой в чужих руках. - Если он попытается тебя прогнуть, я рядом. - Спасибо, отец. Я разберусь с этим бюрократическим адом и первым делом назначу тебя своим помощником, а пока могу лишь попросить об этом. - Ты мой сын, Рафф. Тебе не нужно просить. * Магистр проснулся в своей новой постели. Магистр. Рафферти хмыкнул и потянулся, не желая пока вставать. Часы показывали семь утра, значит, ещё полчаса спокойствия у него есть. Парень понежился в постели ещё несколько минут, затем лениво поднялся, надел брюки, и достал замеченную вчера турку из серванта в кабинете. Покопался, нашёл немного кофе. Прикинул, что этому кофе уже двадцать лет, и наверно не стоит его пить… В дверь раздался робкий стук. - Кто там? - Меня зовут Джессика Строуп, я Ваша экономка, господин Магистр. Экономка? Вот это новости. Фрост открыл дверь, как был, с обнажённым торсом, и молодая девушка зарделась. - Но я не просил нанимать мне экономку. - Это не по Вашей просьбе… То есть, так заведено. У Магистра всегда есть экономка, которая следит за домом… Комнатой. - Ты тут новенькая, да? - Да, сэр. – Вымученно вздохнула девушка. – Я скажу, чтобы прислали кого-нибудь более подходящего, простите, пожалуйста. - Заходи. Джессика застыла в ступоре, а затем дёрнулась, схватилась крепче за сумку, что держала, и вошла в кабинет. Она двигалась рывками, как будто не понимает, как нужно себя вести. Рафферти с интересом наблюдал за происходящим. - Кто тебя прислал? Мастер Руперт? - Нет, господин Магистр, меня прислал мастер Греймар. Ещё интереснее. - Сказал, чтобы шла работать у меня экономкой? - Да, господин Магистр. - Завязывай с этим. Меня зовут Рафферти. Если не хочешь по имени, то максимум «сэр», а то меня раздражает это «господин». - Хорошо, гос… Рафферти, сэр. Парень хихикнул с этого «Рафферти, сэр». - Допустим, так и было. А нашёл он тебя где? – Эти перепуганные глаза напротив… Господи. – Ты работница кухни? - Нет, сэр. - Уборщица? - Нет, сэр. - Тогда кто? - Я… - Девушка совсем растерялась, прижимая к себе сумку всё сильнее. – Я принесла Вам одежду, Рафферти, сэр! Тут уж Магистр не выдержал и рассмеялся в голос. - Спасибо, конечно, но ты мне так и не ответила. - Она для Вашей охраны, Магистр. В незакрытых дверях появился казначей. Он прошёл внутрь, закрыл дверь, и девушка вдруг расслабилась, глядя на него. - Я же инквизитор, зачем мне охрана? - Вы будете заняты делами, Рафферти, не сможете постоянно концентрировать внимание на окружении. Вам нужна дополнительная пара глаз, да и дополнительная пара рук никогда не помешает. - А почему меня будет охранять девушка? Фрост отметил нотку недовольства на лице Джессики, но она промолчала. - Потому, что по бухгалтерии она проходит, как «экономка». Ну, и потому, что она лучшая разведчица за последние пять лет. Такая подручная Вам крайне необходима. - Признайте, Греймар, Вы просто хотите ещё понаблюдать за нашими с Рупертом словесными баталиями. - Он на Вас живого места не оставит своими шпильками, сэр. – Гнусно хихикнул старик. – Одевайтесь и спускайтесь к завтраку. Вы, конечно, можете трапезничать и у себя в кабинете, но подчинённым куда приятнее лицезреть своего Магистра рядом с собой. - Быть ближе к народу, я понимаю. Да я и не привык к такому… – Парень повёл рукой, демонстрируя убранство кабинета. – Там мне будет спокойнее. - Едва ли. Мастер Руперт будет сидеть рядом. Фрост закатил глаза и полез в сумку, предложенную своей «экономкой». - Это ещё что такое?! - Мантия Магистра, сэр. - Это уже перебор. – Рафф осмотрел длинную бархатную мантию, расшитую золотой нитью и самоцветами, как у членов Совета. – Я не буду её носить. - Вам положено по статусу, – пытался настоять казначей. - Завтракать в парадной мантии? - Всегда носить, в общем. - Это дикость из той же серии, что и «Вам положена экономка». Нет, мастер Греймар, простите, но лучше принесите мне яду, а то я ещё вчера его ждал. - Ладно, – старик сдался, – пусть будет парадной формой Магистра. Ещё одно новшество, которое Вы привнесёте в своё правление. - Не ходить, одетый как шут – тоже мне новшество. - Не буду принимать на свой счёт. – Ухмыльнулся Греймар. - Простите… - Да, дитя? - А мне куда идти? - Ты можешь завтракать здесь, просто сходи и представься леди Грете – она главная по кухне. Можешь трапезничать и там с остальной прислугой, но тогда придерживайся легенды об экономке. - Выследить Бесфамильного будет легче… – Вздохнула девушка. – Даже в этом дурацком платье. - Разрешаю тебе его не носить. – Улыбнулся Рафферти. – Я же Магистр-новатор! Джессика улыбнулась и опустила глаза. - Я принёс Вам Кодекс и некоторые заметки, что помогут разобраться в деталях. – Греймар оставил книгу на столе. – Изучите, сэр, пригодится в самое ближайшее время. Вас будут ждать внизу, Магистр, не задерживайтесь. – Бросил он, уходя. - Убери этот кошмар куда-нибудь. – Парень вручил помощнице ком ткани, именуемый мантией. – Не хочу его видеть до наступления каких-либо важных церемоний. Девушка кивнула и направилась в спальню к шкафу. Рафф в это время рылся в своей сумке с вещами, коих внезапно оказалось очень мало. - Посмотри, что будет выглядеть приличнее? Он натянул чёрную облегающую футболку к своим военным брюкам, а потом приложил к себе армейскую рубашку. - Не уверена, но рубашка должна быть уместнее. Придать строгости. - Посмотрим. Он стянул футболку, невольно демонстрируя атлетическую фигуру, и переоделся в рубашку, которая, впрочем, тоже показывала тело мужчины в выгодном свете. - А ты права, так солиднее. Спасибо, Джесс. Девушка снова залилась краской и начала издавать непонятные звуки вместо речи. - Эй, прости. Не стоило так фамильярно обращаться к тебе. - Что Вы, Рафферти, сэр! Нет, я просто… То есть… - Джессика, – Фрост успокаивающе погладил её плечи, – мы с тобой примерно ровесники. Магистром я стал только вчера. Расслабься, ладно? Тем более, что ты теперь единственная приближённая к моему телу. Она вспыхнула ещё сильнее. Что ж, подумал парень, вот это было очень двусмысленно. - Идём завтракать, да? - Не хочу, чтобы меня расспрашивали о чём-либо. Я ведь новенькая, к тому же экономка самого Магистра. - Ну, это не проблема. Во-первых, мы только что познакомились, а во-вторых, можешь притвориться, что ты иностранка и пока не очень хорошо говоришь на английском. Учитывая, как ты мило заикаешься, все поверят. Главное, не притворяйся немкой! Грета мигом раскусит. Джессика тихонько засмеялась. Она подняла робкий взгляд на Магистра: - Спасибо, сэр. Идём. Они вместе спустились в столовую, Джессика шла на пару шагов позади Магистра. Уже почти дойдя до входной двери, Фрост остановился. - Я тут подумал… У меня нет желания садиться за стол Совета, да и тебя отдавать на растерзание сплетниц в первый твой день не хочу. Сейчас разыграем сценку, как будто ты действительно мне служишь. Ты не против? - Подавать Вам блюда и называть «господин Магистр»? Рафф был уверен, что услышал издёвку в её голосе. - Смекаешь. – Фыркнул он в ответ. – Просто принеси нам обоим завтрак и сиди рядом со мной. - Слугам не место в общем зале. - Технически, ты – моя слуга. Где хочу, там и сажаю. Сегодня я хочу позавтракать в твоей компании. - Хорошо, сэр. Когда они вошли, поднялся шум: инквизиторы приветствовали своего Магистра. Рафферти шёл среди них с гордой осанкой и широкой улыбкой на губах, здоровался, хлопал по плечу и жал руки. Но до стола Совета так и не дошёл. Он учтиво кивнул им, а затем сел за угловой стол с простыми бойцами, чтобы иметь возможность наблюдать за всем периметром. Джессика шла к нему с двумя тарелками на подносе. - Ну-ка, парни, освободите девушке немного места. – Сидящие рядом охотники подвинулись, чтобы она могла сесть рядом. – Спасибо. Некоторые Советники явно были возмущены подобным поведением: Магистр сел не с ними, а с рядовыми, ещё и слугу притащил! При этом вёл себя совершенно неподобающе, ведь не пристало главе Ордена позволять окружающим такое панибратство по отношению к себе. Это ещё они не сразу заметили, что он без мантии. Это всё ему высказали на утреннем совещании сразу после завтрака. Мантией упрекнул Греймар, но Фрост по глазам видел – отыгрывается за его слова про «шутовской наряд». Рафферти на всё это отмахнулся, сказав, что собирается и впредь придерживаться такой линии поведения, ведь ему нужна всеобщая поддержка. Самое главное, что это действительно работало: его уважали и любили. * Джаред устал. Они шли весь день и дотемна, пересекали топь и карабкались по скалам, под конец попали под тропический ливень. Даже костёр не удалось развести без магии, а ведь они договорились, что это будет обычная «человеческая» экспедиция. - В очередной раз спрошу, почему ты зовёшь в свои экспедиции меня, а не кого-нибудь ещё. Да хотя бы Циско – он большой любитель древностей и тайн, к тому же очень уважает Реми Ноттингем. - Я тебе когда-то говорила про слабость человека в отношении некоторых артефактов, особенно потенциально опасных. Мало того, что мне нужно будет бороться с заклятьем, так ещё и пытаться удержать дурака, который попадёт под его воздействие. Опять же слушать его нытьё о тебе… Мне хватило последней встречи с ним в музее археологии и этнологии Пибоди, мы оба искали реликвии для новой выставки и были важными гостями. Циско даже с речью выступал. Потом на фуршете пряталась от него за каждой колонной. - Интересно, – люминер вздёрнул брови, – когда это было? - Да вроде около полугода тому назад. А что? – Онора бросила взгляд на озадаченного Джареда. - Нет, ничего, просто… Ничего об этом не слышал. - Ты вообще не часто меня спрашиваешь об экспедициях и разных мероприятиях, откуда бы тебе знать? - Просто обычно ты рассказывала сама. Джаред понял, что вопрос свой он задал изначально зря, ведь по прищуру Келли стало ясно, что отмазаться ему не удалось. А если Онора решила докопаться до правды, то увильнуть не удастся никому. - Мы с тобой на вылазки собираемся один раз в пару лет, а в посёлке тебя можно застать ещё реже. Так что нет, Джей, обычно не рассказываю. – Ведьма наблюдала за явно растерянным Джаредом, понявшим, что его уличили. И начала веселиться. – Может, это не я тебе обычно рассказывала? - В каком смысле? - Может, – с ухмылкой она села на каремат и уставилась прямо на друга, который явно игнорировал её взгляд, – это Циско тебе рассказывает? - Не понимаю, куда ты клонишь. Джаред поздно спохватился, что человеку, что не смотрит в глаза собеседника, редко верят, но когда их взгляды встретились, мужчина понял, что это его уже не спасёт. Онора ликовала: - Ты с ним встречаешься! - Что?! Нет, мы просто пересеклись недавно. Я к тому, что он ничего такого не рассказывал. - Джей, хватит врать! О, боги, это точно была не разовая встреча, иначе бы ты так не краснел! - Мы просто встретились на концерте и… разговорились. О всяком. - Да что ты, – она сложила руки на груди, давя улыбку, – У тебя часто разговор с человеком, с которым вы знакомы поверхностно, звучит, например: «Эй, привет, а ты случайно не бывал на выставке с моей подругой?». И он отвечает: «Конечно, бывал! В музее Пибоди! И ещё в трёх музеях, сейчас расскажу!» - Ну, нет. – Люминер поворошил угли костра, опять избегая её взгляда. – Не звучит. - Тогда не ломай комедию. Признавайся, вы видитесь? Открещиваться смысла не было. Джаред знал, что эта женщина выпытает всю информацию у самого стойкого шпиона. Иногда подозревал, что она работала дознавателем у всяких тиранов до того как переквалифицироваться в археологи. Вздохнув, он кивнул. - Да, видимся. Пересеклись на недавнем концерте Шаде, ну и начали общаться ближе. - Насколько ближе? – Глаза подруги загорелись нездоровым интересом. Джаред даже немного занервничал. – Ты тоже запал на него? - Боги, Онора! Хватит! Девушка коварно захихикала, но отстала, снова приняла горизонтальное положение и даже прикрыла глаза. Джаред выдохнул. - И всё же? «Ты и сам понимаешь, что она не отстанет.» «Чёрт, Оттар!» «Спешу уведомить, что насчёт дознавателя ты не так уж и неправ.» «А ты откуда знаешь?!» «Работа такая.» Люминер закрылся от ментальной связи со своим фамильяром, но тот вдруг издал звук шипения, больше похожий на насмешливое хихиканье. Джаред покачал головой и тихо буркнул: - Запал, наверное. Значит, я всё-таки гей? - Если до этого ты был натуралом, а теперь запал на мужика, то это не обязательно делает тебя геем. - А если это у меня вторые отношения за всю жизнь, и оба раза с мужиками? - Тогда, вероятно, ты гей. - Спасибо. – Буркнул он. – Это самая важная информация в моей жизни, она однозначно поможет мне разобраться в себе. - На самом деле, в некоторой степени, так и есть. Самоопределение – одна из важнейших вещей для полноценного понимания своей личности. - Дорогая, у меня нет проблемы с самоопределением. - Тогда в чём проблема? Джаред опять вздохнул. - Слишком много сложных вопросов, на которые у меня нет ответов. И моя ориентация никогда не была в этом списке. - Я могу помочь? – Онора смотрела с неподдельным участием, отбросив шутовство. - Не уверен, есть ли в этом мире хоть кто-нибудь, кто даст мне нужные ответы. - Можем попытаться. Мужчина грустно улыбнулся подруге и покачал головой: - Вряд ли ты разбираешься в магии люминеров и умеешь воскрешать мёртвых. - Ничего себе у тебя вопросы… А зачем воскрешать кого-либо? Джей, во всём мире нет более противоестественной вещи. Даже убийство рядом не стоит. - Затем, что этот человек погиб очень глупо и по моей вине. – Бесфамильный уставился на свои ладони, до сих пор иногда видя на них клеймо инквизитора. – И потому, что он рядом со мной каждый день. Если бы мог, то я отдал бы ему своё тело, но этого всё равно недостаточно. А он такой подарок не оценит и не примет. - И всё равно это противоречит законам мироздания. Джей, нельзя забирать у Смерти того, кто ей принадлежит. - А если бы я сказал, что мертва лишь его оболочка? Его душа ни на миг не была по ту сторону – она здесь, с нами. - Такого не бывает, Джей, прости. – Онора покачала головой. – Душа не может оставаться в мире живых без привязки к телу. - Вот поэтому я и ушёл из посёлка. – Раздался голос рядом. Джаред подпрыгнул и уставился на Дженсена, прислонившегося спиной к стене пещеры. – Вокруг лишь узколобые и ограниченные одним учением люди, они даже не пытаются искать альтернативу своим фундаментальным законам мироздания. - Джей, ты чего? – Испугалась Келли. – Что там? - Показалось, что что-то увидел… Неважно. Дженсен понятливо пересел ближе к Оноре, чтобы быть ровно напротив Джареда. А тот ощутил, как сердце начало отбивать бешеный ритм просто от взгляда в эти глаза, и кольнуло болью, а потом ещё раз – это чувства Дженсена отозвались эхом. - Если не секрет, кто этот человек? – снова спросила Онора. Люминер подавил ощущения, от которых стало больно дышать, и задумался, стоит ли отвечать. Айкелс же пожал плечами, мол, сам решай. - Дженсен. - Наш Дженсен? Айкелс? - Он самый. - Погоди, Дженсен погиб?! - Оу. Да, пожалуй, я думал, что все в курсе. Я рассказал всё Кианнэйт, когда впервые появился у вас. Повисла тишина. Онора переваривала информацию, Джаред терялся в догадках, стоило ли вообще об этом говорить, и никак не мог понять, поговорить ли с Дженсеном. А с чего вообще начать? «Позже, Джаред. Я не ради выяснения отношений пришёл.» «А ради чего?» «Лучше спроси у неё, почему старейшины не известили клан о гибели одного из них. Обычно для этого собирают если не всю деревню, то хотя бы глав семей.» - Онора… Я не уверен, стоило ли тебе это рассказывать, но вроде как старейшины должны уведомлять о смерти одного из вас. - Ты знаешь, Джей… У меня нет чёткого ответа на твой вопрос. Во-первых, Дженсен был отщепенцем клана. Я хорошо к нему относилась, мы кузены всё-таки, росли и учились вместе, и он во многом мне помогал, но факта не отнять. Он выбивался на общем фоне настолько, что сначала все только его и обсуждали, мол, откуда у тебя такие странные идеи, и даже многим детям в назидание говорили: не будешь слушаться, станешь таким, как Дженсен. Потом о нём вдруг перестали говорить совсем, ведь он покинул клан. Во-вторых, я ведь в некотором смысле такая же, как и он. Может, чуть более консервативна, и более чуткая к соплеменникам, поэтому меня в ранг отщепенцев не возводят. Но по факту – я тоже много времени провожу в путешествиях, у меня другие ценности, я не занимаюсь домоводством и земледелием, как нормальные девушки. Я приношу деньги или необходимые товары в клан, поэтому со мной мирятся. Хотя шушуканий за спиной хватает, поверь. Поэтому, может быть, старейшины об этом извещали, но меня в это время не было дома. А поскольку о нём не говорят – вот и результат. - Но вы с Кензи подруги, неужели она не говорила о смерти родного брата? - Дружок, - хмыкнула ведьма, - Ты бы трепался всем и каждому о смерти самого близкого человека? Привет, как дела, кстати, мой брат умер. Возможно, ей достаточно того, что есть ты, с кем можно об этом поговорить, так зачем обсуждать с другими? - Может, ты и права… Никогда об этом не задумывался. Девушка пожала плечами. Некоторое время стояла тишина, разрываемая треском поленьев в огне. Джаред изо всех сил старался не смотреть на призрака, но нет-нет, да и бросал украдкой взгляд. Он был уверен, что Дженсен делает то же самое, когда люминер не смотрит. - А почему он так важен для тебя? Мужчина застыл. Вопрос был очень неожиданным, а главное его сверлили две пары глаз, ждущие ответа. И перед зелёными глазами, в которых едва виднелись переливы золота, ему было невыносимо стыдно. - Он спас меня от Маллеуса. - Я знаю, что ты был инквизитором. Но как получилось, что тебя от своих же спасал друид? - Я не знал, что люминер, да и никто не знал, что мы до сих пор существуем. Мне, как лучшему охотнику, дали главное задание, ради которого можно было даже бросить другие – Дженсен был приоритетом номер один. Но когда я впервые встретился с ним, он не стал сбегать или драться. Он начал со мной говорить. После этого мы долго играли в кошки-мышки по всей планете, но мне не удалось его поймать, а вот он приходил ко мне сам. Решил спасти ребёнка-люминера от клейма Инквизиции. – Мужчина горько улыбнулся. – Так два отщепенца нашли друг друга, и так я его потерял. - Джей… – Онора поняла. – Это о нём ты говорил? Джаред кивнул. Он ощутил, как слёзы накатывают на глаза, но взял себя в руки. - Я любил его. – В горле запершило, и он прокашлялся, а потом уточнил, – Люблю. На мгновение он поднял взгляд на Айкелса и вновь отвёл глаза. Одного мига хватило, чтобы понять – Дженсена точно так же разрывает изнутри от чувств. - Я курить. Ложись спать, потушу костёр, как вернусь. Онора отрешённо кивнула и вновь улеглась на каремат. Ей было над чем поразмыслить. Люминер быстро покинул пещеру и отошёл на безопасное расстояние, чтобы не было слышно его голоса. Тогда он сел на ближайший камень, закурил, и принялся ждать. Дженсен явился, когда тот подкурил вторую сигарету и плотнее застегнул кофту – ночью в горах было совершенно не жарко. Но Айкелс молчал, а Джаред не знал, как начать разговор, поэтому применил беспроигрышную тактику: - Ну и? - Что «ну и»? Сработало как всегда безотказно. - Опять играем в «ответь вопросом на вопрос»? Друид фыркнул и скрестил руки на груди, демонстрируя, что он вообще-то в разговоре не заинтересован. - Ты явился сам, именно здесь и именно в момент таких откровений. Сколько, напомни, мы не разговаривали? Десять месяцев? - Девять с половиной. – После долгой паузы ответил рыжий. Джаред внутренне ухмыльнулся такой точности, но внешне этого никак не показал. - Девять с половиной месяцев назад ты меня бросил и перестал выходить на связь. Я звал тебя, Оттар звал Хоррига – и ничего. Вы оба просто ушли, бросили нас. - Я не бросал... – Прошептал Дженсен. - Что, прости? - Не бросал я тебя. – Уже громче повторил он. – Я тебя отпустил, чтобы ты мог жить спокойной и счастливой жизнью. И я об этом не жалею. Джаред от таких слов сильно опешил, не зная, злиться или плакать. Поэтому он просто вложил всю силу в удар кулаком о скалу. - Какого чёрта ты делаешь?! Люминер молчал. Ему было настолько больно, что лицо побагровело, но кричать не было сил, и начал баюкать сломанную кисть. - Джаред, дай руку! «Ты же призрак, какого рожна ты планируешь делать в таком состоянии?» Дженсен понял, что говорить тот сейчас не в состоянии, иначе-таки заорёт от боли, поэтому отвечает ментальной связью. - Руку дал, быстро! Джей покосился на него очень злым взглядом, однако друид проигнорировал ментальный посыл, куда ему идти и что там делать. Поняв, что по-хорошему не получится, Дженсен и сам разозлился и схватил Джареда за больную руку. Он принялся колдовать, поддерживая предплечье второй рукой. Процесс оказался небыстрым, но действенным – кости срастались, причиняя новые вспышки боли своему нерадивому хозяину. Джаред покраснел ещё сильнее, но не позволял себе проронить ни звука, и всё время подозрительно косился на сосредоточенного Айкелса. Примерно полчаса ушло за сращивание всех костей, после чего лицо люминера приобрело нормальные выражение и цвет. - Ты умудрился сломать себе четырнадцать костей и раздробить на части ещё две. Как это прикажешь понимать? - Лучше скажи, как ты руку мою держал? - Что? - Не понял, да? – Джаред хмыкнул. – Ты всё это время держал мою руку своей, хотя не черпал силы. Дженсен оторопело смотрел на люминера, как будто не понимая, что тот говорит. - Смотрю, руку сломал себе я, а мозги отшибло тебе. Дженсен, ты полчаса держал мою руку своей рукой. Бесплотной, призрачной рукой, не взяв у меня сил предварительно. Более того, ты колдовал, чтобы вылечить меня, а я что-то не припомню, чтобы раньше такое случалось, ещё и обошёл мой иммунитет. Если бы у Айкелса не двигались глаза, то Джаред мог бы подумать, что разговаривает со статуей. Бесфамильный для верности помахал здоровой рукой у того перед носом, с удовольствием отмечая, что реакция есть. - Дженсен! Если ты не отомрёшь, то я спать пойду, тут вообще-то холодно. - Я не знаю, как сделал это. Просто разозлился очень сильно, но ещё больше испугался за тебя. – Он присел рядом на камень так близко, что у Джареда мурашки побежали по коже. – Я ведь ушёл не из-за твоих слов тогда, Джей. Я устал быть тебе обузой, ненавидел сам себя за то, что не разделяю твоего оптимизма. Я обычный паразит, который жрёт жизненные соки носителя, и ничего хорошего не даёт взамен. Ты всегда знал, что я так думаю, но убеждал меня в обратном, и я верил тебе, но в тот день… – Мужчина скривился и отвернулся. – Почему-то именно в тот день это не сработало, так что я решил тебя отпустить, дать шанс на счастье. Кажется, весьма успешно. Джареду вдруг стало неимоверно стыдно. Это чувство наложилось на не утихшую злость и обиду, и получился весьма гремучий коктейль эмоций. - Только руку не вздумай ещё раз ломать! Люминер на секунду взбесился, а потом принялся смеяться и смеялся он так заразительно, что Дженсен вскоре присоединился к нему. А когда они успокоились, улыбки сошли с их губ, уступив место непонятному смущению. Оба осознавали, что неправы, и потому испытывали стыд. - Джей, я… - Погоди, Дженс. Я понял твою мотивацию. И да, я воспользовался данным мне шансом, и тоже не жалею об этом – пусть даже это было сделано на зло тебе в некоторой степени. И бросать Циско я не хочу – по крайней мере, сейчас. Но это не отменяет моей любви к тебе. Понимаю, как грубо, грязно и эгоистично это звучит, но… Я запутался. Мне одновременно настолько плохо и настолько хорошо, что начинает казаться, будто я схожу с ума. - Джей, остановись. Я чувствую все твои эмоции как свои, ни на миг не переставал. – Друид положил ладонь на недавно срощенную кисть люминера. – Мне удалось сделать так, чтобы ты не чувствовал меня и смог жить свободнее, чтобы ты чувствовал только влюблённость в Циско, а не моё разбитое сердце. Но сейчас ты разрушил эти чары и снова ощущаешь всё вместе. - Ты всё чувствовал?.. Бесфамильный выглядел таким раздавленным и печальным от этого известия, что Дженсену захотелось прижать любимого к себе и гладить по волосам, чтобы успокоить. Он не решался, хотя знал, что Джаред желает того же. - Это неважно, Джей. Я счастлив от того, что ты счастлив с ним. Я не собираюсь просить тебя рушить ваши отношения ради меня, ведь он может дать тебе гораздо больше, чем я. Пожалуйста, прислушайся, ладно? Джаред молчал. Он смотрел неотрывно в эти бледные зелёные глаза, а потом вдруг схватил мужчину на грудки и прижался лбом ко лбу. - Поцелуй меня. - Не проси меня, Джей… - Мне будет легче встать и уйти, если ты скажешь, что не любишь меня и поцелуешь в доказательство. - Ты же знаешь, что это неправда. - Мне плевать, Дженсен. – Джаред отпрянул от лица Айкелса и немного встряхнул мужчину. – Скажи это. - Нет. - Скажи! - Нет! - Ненавижу тебя! – Джаред ещё раз встряхнул Дженсена, на этот раз гораздо сильнее, а потом сам прижался к его губам. Он ощущал, как руки призрака становятся всё плотнее, силятся оттолкнуть и разорвать контакт, но потом внезапно прижимают к себе ближе, сильнее, и чужие губы отвечают на этот злой поцелуй. Они не знали, сколько времени провели так, но остановиться смогли лишь, когда Дженсен ощутил, насколько замёрзла кожа Джареда. - Возвращайся к Оноре. Люминер отрицательно покачал головой, не в силах разорвать объятья. - И я тоже тебя ненавижу. Джаред фыркнул от смеха. - Я тебя больше. - Иди к огню. - Ты снова уходишь? Дженсен взял любимого за подбородок, и заставил посмотреть себе в глаза. - Ты сейчас с Франциско. Не разбивай ему сердце, ладно? Наслаждайся тем, что у вас есть, ведь я всё равно никуда не денусь. Ты в моей вечности, Джей, а я в твоей. - Это всё звучит как бред какой-то. Я буду продолжать спать с ним, зная, что причиняю тебе боль каждым прикосновением к нему. А любить тебя, зная, что ты не придёшь ко мне. - Мы жили так полгода, ещё немного поживём. И я могу приходить. – Люминер скептично вздёрнул бровь на эти слова. – Мне ведь нужно поделиться мыслями, идеями, нужна твоя сила иногда. И просто увидеть тебя тоже. - Не вздумай подсматривать, как я дрочу в душе, вспоминая тебя. - Ты не можешь мне запретить. Мужчины тихо засмеялись, после чего Джаред снова потянулся за поцелуем, и в этот раз Дженсен ему не отказал. * Рафф подумал, что «невпроворот» – это неподходящее слово для того количества работы, что на него свалилась. Но он не филолог, а браниться Магистру не к лицу, поэтому заменил его на «до чёртовой матери». В столовую он ходил только завтракать, а всё остальное время проводил в зале совещаний или у себя в кабинете, поэтому Джессике пришлось соответствовать своей официальной должности экономки, принося еду, убирая со стола, и банально присматривая за Магистром, чтобы тот хотя бы спать и мыться не забывал. Иногда Фрост просил её прочитать некоторые бумаги и кратко рассказать содержимое, ведь он физически не успевал обрабатывать такие массивы информации в одиночку. Ещё Джессика раздобыла маленькую электроплитку и свежий кофе, и Рафферти пил его литрами – только успевай варить. В один из таких «кофейных» вечеров мастер Греймар пожаловал в гости. Магистр как раз только закончил со стопкой бумаг, толщиной с «Войну и мир», и растёкся в своём кресле лужицей. - Ещё кофе, сэр? – Спросила помощница. - Надеюсь, что нет. - А Вам, мастер? - Я думаю, что он пригодится всем нам. – Старик плюхнул на стол новую кипу документов, и Фрост болезненно взревел. - Греймар, казна может выделить небольшой бюджет на покупку оптового количества кофе в кабинет Магистра? - Смотря, о какой сумме мы говорим. Есть предпочтения по стране выращивания, сорту и обжарке? - Мне не нужен кофе, собранный вчера никарагуанскими девственницами, и доставленный сегодня утром реактивным самолётом. Выберите что-нибудь средней ценовой категории из первого попавшегося супермаркета, и закажите у поставщика оптом напрямую. Иначе я сдохну, не выдержав даже второго месяца на посту. - Что же, по моим прикидкам – это не такая большая сумма. - Тогда и кофеварку ему купите, пожалуйста. А то я вроде как телохранительница, а по факту стою у плиты. На надгробии напишут: «Сгорела на работе». Мужчины рассмеялись, Джессика тоже улыбалась. - Уговорили, молодые люди, завтра займусь этим вопросом, а то на вас двоих лица нет. Бумаги, что я принёс, могут потерпеть. Это отчёты о расходах и прибыли за прошедшие двадцать лет. Вам даже не нужно смотреть все накладные, достаточно первой страницы в каждой папке – это оборотная ведомость за каждый год. Поскольку я весьма дотошен, каждый документ и суммы в нём точны до неприличия. - Зачем Вы это принесли в таком случае? - Просто, чтобы Вы ознакомились для начала. Я отвечаю за казну – головой в том числе. Мне важно знать, что Магистр в курсе всех денежных операций Ордена, и что у него нет вопросов ко мне. А когда появится больше свободного времени, рекомендую ознакомиться с содержанием приходных накладных. И больше никогда так не делать. Рафф вопросительно поднял бровь. - К примеру, первый квартал этого года, начало февраля. – Греймар достал из вороха папок одну, а затем вытащил бумагу. – Покупка туалетных принадлежностей для членов Совета. Сразу уточню, что из двенадцати человек эти товары попали в ванные только к троим. Затем казначей протянул накладную Фросту. - Шампунь, гель для душа, зубная паста… Так далее… Бомбочки для ванн?.. Помада для бороды? – У парня на лице читалось недоумение. - Читайте дальше. - Высокомолекулярная и низкомолекулярная гилуаро… гируал… - Гиалуроновая кислота. - Ты материшься? – Теперь Магистр смотрел на помощницу. - Нет, сэр, – прыснула девушка, – это уходовая косметика для длительного поддержания кожи лица в тонусе. Для омолаживающего эффекта. Рафферти покачал головой и продолжил читать: - Коллаген-шмоллаген… Ксерджофф Сорок Узлов, что бы это ни значило, пятьдесят миллилитров… Сколько стоит?! - Это парфюм, сэр. Поверьте, на его стоимость я закуплю Вам не менее десяти килограммов кофе. - Уберите это с глаз моих долой, пожалуйста. - Зато наш епископ благоухает белым кедром, зелёными нотами и морской водой. – Хихикнул старик. – Я специально почитал. - Учитывая, что он по полдня сидит слева от меня, я лучше знаю, чем он благоухает. – Проворчал Рафф. – И если часть из этого списка попадает в его ванную, то цена этих штук слишком завышена. Как Вы разрешили такие траты, Греймар? - Проблема в том, что по рангу я нахожусь немного ниже главы Совета и епископа, а они не слишком любят отчитываться передо мной и перенаправляют такие платежи на моих помощников, которые боятся их как огня. Я крайне редко узнаю о столь неразумных покупках заблаговременно и могу их запретить, обычно они попадаются мне на глаза уже в квартальной ведомости. - Я понял, Греймар. Будем думать, как искоренить такое поведение. - Мне любопытно… – Заговорила Джессика, ставя перед мужчинами чашки с горячим кофе. – Кто именно пользуется этими средствами? - Епископ Леонард в основном. Едва ли это ему помогает, конечно. - Главное, чтобы он не узнал о существовании пластических хирургов и о подтяжке, иначе казна точно разорится. Несмотря на серьёзность темы об угрозе казне, Рафф неожиданно хрюкнул от смеха. - Можно я больше не буду ничего слушать о ежедневном туалете епископа? Джессика жестом изобразила, что закрыла рот на ключ, и взяла верхнюю папку. Она села с ней и чашкой кофе в соседнее кресло и принялась читать. - Очень хорошо, что у Вас есть помощница, сэр. Ни один человек не справится самостоятельно с этой, практически невыполнимой, задачей. - Мне нужен ещё один совет, чтобы разобраться только с отчётами Совета. – Вздохнул молодой человек, надпивая восьмую чашку кофе за день. – Двадцать лет хаоса. - Больше, намного больше, Рафферти. Но при Гойере они не позволяли себе слишком разгуливаться. Он был далеко не лучшим Магистром во многих отношениях, и сам разбазаривал казну будь здоров, но Совет держал в узде и этот хаос был упорядочен. - Оксюморон какой-то. - В целом, так и есть. Благодарю за угощение, – старик поклонился по очереди Магистру и Джессике, – я пойду отдыхать, и вам двоим советую. - Доброй ночи, мастер. Когда за стариком закрылась дверь, Фрост с сожалением посмотрел ему вслед, а потом сделал ещё глоток кофе и взял верхнюю папку. - Кажется, Джесс, пора ставить тебе собственную кровать здесь, чтобы ты не тратила время на походы по коридорам, а то ты можешь успеть изучить половину такой папки за время, пока добираешься из одной башни в другую. В таком сумасшествии прошло два с половиной месяца его главенства. Не только Джессика, но и отец подключился к помощи в разборе старых отчётов, чем высвободили время Рафферти для решения текущих проблем и внедрения обещанных изменений. Сейчас они втроём сидели в кабинете Магистра: Джессика – разбирая финансовые отчёты, к которым у неё выявился талант; полковник изучал отчёты о разведывательных и боевых операциях; сам же Магистр готовил документ медицинской реформы, чтобы представить своей «чёртовой дюжине» на ближайшем собрании. - Почему «чёртова»? – Поинтересовалась девушка, в очередной раз включая кофеварку. - Потому что у меня есть одиннадцать Советников, мастер Руперт и его невероятное эго как отдельный организм. Дэвид негромко засмеялся, не отрываясь от бумаг, и так же негромко сказал: - В таком случае надо считать большее количество сущностей. Греймар, каким бы прекрасным союзником он ни был, ходит под ручку с таким же эго. - Его эго хотя бы работает на благо Ордена. - С этим не поспоришь. - Ой, у нас вода для кофе кончилась. Сейчас вернусь. - Сиди, девочка, нечего тебе таскать эти бутыли. - Не стоит, Дэвид, сэр, здесь я «экономка». Я мигом. – И пулей вылетела из кабинета. Рафф только хмыкнул. - Она забавная, никак не могу привыкнуть к обращению «Дэвид, сэр». По уставу, но неформально. - Я её еле отучил от «господин Магистр», теперь она называет меня исключительно «Рафферти, сэр». Мне кажется, это не искоренить. Джессика пропадала дольше, чем нужно. Фрост понимал, что не пристало Магистру бегать по замку и искать экономку, поэтому ждал, но ёрзал от волнения. Он слишком сильно привык, что она всегда рядом, и иногда чувствовал себя так, будто это он за ней присматривает, а не наоборот. Она вернулась только через минут двадцать. - Рафф! То есть, сэр! Да к чёрту! – Влетела она в кабинет, тараторя. Её лицо сияло. – У нас проблемы! - Какая интересная подача. – Удивился полковник. - С чего такой восторг, Джессика? Какие проблемы? - Это невероятная удача, Рафферти, сэр! – Девушка побежала к книжной полке, вытащила Кодекс с заметками Греймара, принялась судорожно листать. Найдя нужную страницу, она ткнула книгу буквально в нос Магистру. Тот книгу отобрал и потёр ушибленное место. – Читайте! - «Магистр не может самолично изменять состав Совета, решение должно быть единогласным за исключением голоса смещаемого»… Я всё это и так знаю, и что? - Пункт четвёртый исключений. – Её улыбка слегка походила на маньячную. - «Сговор либо принятие решений без дозволения Магистра, потенциально опасных для безопасности одного или больше членов Ордена.» – Глаза Фроста округлились от понимания. – Джессика, что ты узнала? - Что наш чудесный глава Совета, епископ и мастер-амбассадор решили выследить Бесфамильного. И не просто решили, а отправляют людей и вынуждают одного из младших казначеев выделить деньги на операцию задним числом. - Ты же понимаешь, что твоё слово против их? – Попытался урезонить девушку Дэвид. – Тебя считают слугой Магистра, его первейшей подстилкой, человеком, который соврёт ради него даже на Божьем суде. - Мне даже говорить не придётся, сэр. Всё здесь. Она вытащила из кармана телефон и включила видеозапись. Сначала был чёрный экран и отдалённые голоса, затем они стали более чёткими – и узнать их не составляло труда – обсуждали дом на Манхэттене, где живёт какой-то богач, и его периодические пересечения с Бесфамильным. Затем на экране появилось и изображение со странного ракурса, откуда-то снизу издалека. Мастер-амбассадор Роберт говорил о том, что некий Картрайт не скрывает свою интимную жизнь на публике, и, хотя специально не демонстрирует, но многие видят его встречи в людных местах с отступником. После этого Руперт предлагает установить слежку за этим Картрайтом и просит Леонарда подёргать за свою ниточку в казначействе, чтобы получить очень внушительную сумму. Ветхозаветный епископ с готовностью кивает, и кожа на его обвисшей шее отвратительно колышется. Далее они обсуждают какие-то детали. - Это тянет на сговор, но где доказательство того, что это может нанести вред кому-либо? - Сын, вполне достаточно того, что один из разведчиков в этой несанкционированной вылазке может поскользнуться и сломать руку… - Да тихо вы! Слушайте! – Девушка отмотала видео на несколько секунд назад, а мужчины в это время изумлённо переглянулись – она впервые себе позволила такое высказывание в адрес старших по званию, пусть даже у них приятельские отношения. -…главное, чтобы разведка увенчалась успехом. Если мы найдём безродного ублюдка и схватим его, у нас появится козырь против этого выскочки. Нам нужно вернуть золотой орден, чтобы реальная власть осталась в наших руках, а те побрякушки, что мы дали ему на инаугурации, пусть засунет себе в задницу – сначала меч, а потом и державу, чтоб не выпал. – Епископ на этой фразе странно хихикнул, а Роберт скривился. – Я устал от сопляка, который мешает меня с дерьмом каждый день. Лео, срочно найди своего мальчика, пусть разбросает по датам платежи, как он умеет. Нам нужно хотя бы двести тысяч наличными. А я сейчас же звоню своим доверенным людям в Нью-Йорке. Далее видео обрывалось, поскольку мужчины разошлись в разные стороны, и Леонард похромал в сторону камеры. - Достаточно доказательной базы? Рафф вскочил и начал нарезать круги по кабинету. - Отец, завтра утром, как только начнётся совещание, будь с десятью парнями под дверью и встречайте тех, кто побежит. - Ты думаешь, Руперт побежит? - Поверь мне, он будет первым. - А мне что делать? - А ты, дорогая, будешь со мной рядом на всякий случай. Главное оденься удобно, в платье драться вряд ли комфортно. - Будет драка? – Девушка даже загорелась неким предвкушением. - Сомневаюсь, они всё же преклонного возраста в большинстве своём. Но исключать ничего нельзя. * Входная дверь с грохотом открылась и ещё громче хлопнула, закрываясь. Далее послышался шум летящих в разные стороны дорогих туфель, шуршание снимаемой одежды, и всё это под отборную брань. Джаред молча слушал этот спонтанный моноспектакль, на минуту отложив ручку, сделал символический глоток вина и снова принялся за работу. Он заканчивал расшифровку первой главы найденной книги. Впереди, судя по толщине, было ещё пару тысяч глав. Циско зашёл на кухню как раз, когда Джаред вычитывал последнее предложение. - Не знал, что ты вернулся. - Зато тебя невозможно было не услышать. Привет. Картрайт подошёл, взялся за протянутую руку и поцеловал Джея. - Чем занят? - Нашёл интересную рукопись. Надеюсь, это то, о чём я думаю. Дай мне пару минут, я уже заканчиваю. - Конечно. Вино ещё есть? - В холодильнике, только открыл. Бесфамильный склонился над тетрадью, опираясь подбородком на руку. Его волосы отросли больше обычного, поэтому он собрал их в хвостик, чтобы не мешались, и периодически поправлял очки с непривычки. - Не замечал, что ты носишь очки. Думал, у ведьм зрение стопроцентное. – Заговорил Циско, когда Джаред отложил бумаги и потянулся. - Это очки для дешифровки древних текстов. Подруга одолжила. - Подругу зовут не Реми случаем? - Какой ты проницательный, – ухмыльнулся люминер и поманил любовника к себе. Циско дважды звать не нужно – он сел на колени мужчины, оставив бокал на столе, и принялся целовать его губы, после чего спустился к шее. - Милый, не хочешь переместиться в спальню? - Милый? – Картрайт явно удивился такому обращению. - Что не так? - Ты раньше так меня не называл. - Сегодня захотел. Не нравится? - Непривычно. – Он слез с колен Джареда. – Давай сначала в душ, а потом в спальню. У меня был напряжённый день. - Конечно. Или могу наполнить тебе ванную, если хочешь. - Джей, тебя в экспедиции по башке огрели, я не пойму? Почему вдруг такие нежности и забота? Бесфамильный закатил глаза и поднялся из-за стола. - Настроение у меня такое. Не хочешь секс в ванной – ладно. Тогда я курить, наберу ванну себе и там подрочу. Или вообще могу сделать это дома. Мужчина начал было собирать бумаги со стола и уносить их в комнату, выделенную специально для него. Циско остановил его, взял крепко за руку и обнял. - Прости. Был очень трудный день, а тебя не было три недели, я немного отвык. Джаред хмыкнул, но на объятия ответил, запустил руку в идеально уложенные волосы Картрайта и принялся массировать затылок. Мужчина заурчал, как кот, от этой ласки и ощутимо расслабился. - Я понимаю твои чувства. Мне тоже немного не по себе. - Почему тебя так долго не было? - Пришлось обшарить огромные пещеры, искать заброшенные дворцы и библиотеки, потом опять слоняться по пещерам. Кроме того, мы с Реми нашли столько артефактов, что хватит на ещё одну выставку в музее Пибоди. - Оу. Она рассказала? Джей улыбнулся, целуя любовника в висок. - Как-то случайно разговор свернул в это русло. - Она же не ревнует? Вы, вроде как, женаты. Тут Джей отстранился и засмеялся. Он взял их бокалы и поманил Циско за собой на балкон. - Она жена не моя, а Ярослава Корецкого. Да и у неё есть законный муж, в смысле у неё настоящей. Мы с ней – хорошие друзья и сообщники. - То есть, она не Реми? - Зря я это сказал… – Почесал в затылке люминер. Что-то он начал много болтать. – В общем, да, но её тайны я больше раскрывать не буду, ладно? Для мира она Реми, пусть так и остаётся. - Я могила. - Ещё бы. Иначе она с нас обоих шкуру спустит – и это не фигура речи. Франциско поднял руки в капитулирующем жесте. - Лучше расскажи, почему ты пришёл такой злой. - Да что тут рассказывать… – Картрайт скривился и выпил залпом вино. Джаред немного удивился, а потом сделал жест рукой, и вино появилось на столике перед ними. – Спасибо. На прошлой неделе появился важный контракт, но сделка всё никак не состоится, потому что партнёра не страивают условия, а если ему всё нравится, то мои юристы начинают плеваться ядом. Мне нужно и старого бурдюка умаслить, и для себя условия выгодные оставить, и чтобы комар носа не подточил, ведь мне предлагают практически незаконную сделку. - Зачем она нужна в таком случае? - Затем, что это очень крупная компания с доступом к редким ресурсам, и легально добывать их могут только они. По крайней мере, в США. А найти зарубежную компанию, с которой я смогу подписать легальный контракт на импорт, практически невозможно. Короче, не забивай голову, пусть болит только моя. - Не знал, что ты, в самом деле, занимаешься такими сложными вопросами. Франциско хмыкнул и опустошил второй бокал: - А никто не знает, кроме моего ближайшего окружения в компаниях. Для всего мира я повеса и бездельник, прожигающий жизнь на светских вечерах, и транжирящий деньги отцовских компаний. Так обо мне должны думать и впредь. - Но зачем? Разве тебе не хочется, чтобы к тебе относились серьёзно? - Ты знаешь, - Картрайт закурил и сделал затяжку, - И да, и нет. Мой психотерапевт говорит, что создавать искусственное раздвоение личности грозит в будущем реальными проблемами, но мне выгодно, чтобы многие не воспринимали меня всерьёз. Тогда у меня в рукаве появляются нужные козыри. С другой стороны, конечно, хочется, чтобы со мной считались, как с моим отцом когда-то, но… Это сложнее, утомительнее, и точно грозит проблемами. По крайней мере, для отца это хорошо не закончилось. – Циско с сожалением посмотрел на истлевшую за время своего монолога сигарету и достал новую из пачки. – Зачем мы вообще говорим об этом? Нам полагается трахаться, как бешеным кроликам, после разлуки. - Говорить всё равно придётся рано или поздно, почему не сейчас? К тому же, твоё настроение явно не располагает к бездумному сексу. - Это да. Даже не уверен, что у меня сегодня встанет, настолько я зол и устал. - В твоих возможностях я не сомневаюсь. – Джаред поиграл бровями. Циско прыснул от смеха. - Ну, а что ты? - Что – я? - Почему ты всегда настолько серьёзен? Я знаю тебя инквизитором, ведьмаком, знаю тебя любовником. Ты всегда собран, как будто готов к атаке в любой момент. Даже когда спишь. Люминер задумался и уставился в пустоту. А что ему было сказать? - Инквизиция – это армия, по сути. Тебя с младенчества муштруют, обозляют и учат убивать. Когда я узнал, что я люминер, то начал учиться с нуля всему – нужна постоянная концентрация внимания. Плюс ты всегда должен быть готов к тому, что инквизиторы могут явиться в любой момент, ведь ты враг. Я также пытался искать своих родителей, а это невыполнимая задача, ведь они не оставили мне ничего, кроме имени. Многие в клане считают, что мои путешествия – это прихоть, что у меня праздная жизнь, и что я со своим прошлым ставлю их под угрозу, не отдаю себе отчёт, что меня могут выследить и выйти на них. На самом же деле, большая часть моих путешествий – это трудности, препятствия, опять же учёба, плюс разведка и наведение Маллеуса на ложный след. Потом я стал отцом – пришлось учить сына, пока он не вырос. У меня не было возможности жить спокойной и расслабленной жизнью практически ни дня. Я расслабляюсь только в своём доме, либо с тобой в постели. Но да, сплю я чутко, потому что должен знать, что никто не ворвётся в квартиру, пока ты спишь рядом. - Ого. – Картрайт опешил от такого количества информации. – Я и не знал… всего этого. Не думал, что ты захочешь поделиться сокровенным. - А что тут сокровенного? Это моя обычная жизнь. - Ну, про клан, родителей… Даже не знал, что у тебя есть сын. Это всё вроде как сугубо личное, чего обычно не рассказывают в светских беседах. Джаред хмыкнул, тоже закурил. Принял от Циско бокал вина и продолжил: - История с сыном весьма странная для меня даже до сих пор. Если ты когда-нибудь захочешь узнать, расскажу. А то, что для меня действительно личное и сокровенное – этого я рассказать не могу. Во-первых, это очень больно для меня, во-вторых, это будет больно для тебя. А делать тебе больно не входит в мои планы. Это моя одна единственная тайна, в которую посвящены лишь двое человек, непосредственно связанные с происходящим. Всё остальное же я могу рассказать практически беспрепятственно, если только это не ставит под угрозу раскрытие чужих тайн, которые я поклялся хранить. Я груб и прямолинеен – в том числе в своих чувствах к тебе. Люминер потянулся для поцелуя, но не успел – в голове настойчиво начал зудеть зов Оттара. «Кстати, о нём. Маллеус замышляет установить слежку за его квартирой.» «Откуда информация?» «Слежу за ними прямо сейчас. Эти дебилы стоят у открытого окна, а я просто мимо пролетал.» «Они в курсе, что я здесь?» «Догадываются, поэтому пока только слежка.» «Спасибо.» - Что такое? - Возможные трудности. – Джаред всё же завершил свой путь к губам Картрайта. – Уходим с балкона. - Джей! - Я срочно на разведку. Бесфамильный быстро собрал свои книги и тетради в сумку, очки Оноры тоже прихватил, затем обулся и принял облик парня с какого-то давно увиденного постера в журнале. Франциско непонимающе наблюдал за мужчиной. - Убери следы моего присутствия, а я скоро вернусь. - За нами слежка? - Насколько я понимаю, пока ещё нет, но может начаться в любой момент. Просто сделай, как прошу. – Он ещё раз поцеловал Картрайта. – Верь мне. И переместился домой. Он не был здесь пару месяцев, Габриэль, по-видимому, тоже. Джаред спрятал сумку в тайник, затем вычислил местоположение Оттара. «Не суйся сюда!» «Просто проверяю, где ты.» «На жёрдочке, ты рядом не поместишься. Лучше иди, осмотрись вокруг дома Франциско, они уже рядом. И лицо измени!» «Первым делом так и сделал. Спасибо, друг.» Джаред уже собирался вернуться, как вдруг решил бросить взгляд в зеркало. Слащавая морда, что смотрела оттуда, была слишком узнаваемой среди девочек-подростков, любительниц вампирских сериалов. Так дело не пойдёт. Мужчина не стал копировать ещё чью-то внешность, а просто подправил то, что было: сделал нос картошкой, убрал точёные скулы и пухлые губы, округлил челюсть, изменил цвет глаз с голубого на самый невзрачный, а цвет волос высветлил до заурядного русого. В таком виде он и переместился обратно в Нью-Йорк, решил пройтись пешком вокруг дома Циско. Маллеус не особо поумнел за годы, так что прибытие двух разведгрупп он заметил сразу же. Он слышал, что Орденом управляет Совет, ибо нового Магистра избрать так и не смогли – весьма логично, что их методы ничуть не изменились. Это давало Джареду преимущество в данной ситуации. Одна группа сосредоточилась в фургоне дорожных рабочих напротив входа в дом (какая банальщина!), вторая же парами выходила из второго фургона с разницей в десять минут и разбредалась по соседним зданиям. Джаред задумчиво жевал хот-дог, купленный у местного торгаша, запивал его дрянным кофе, и считал, сколько же народу приехало. По всему выходило, что дюжина человек. Одна пара из второй группы ушла в офисное здание западнее дома Циско, вероятно хотят расположиться на верхних этажах. Нужно будет проверить, насколько просматривается балкон с такого ракурса, думал люминер, и смотрел дальше. Вторая и третья пары вошли в жилые дома на юге и севере, но они были намного ниже, пентхаус они не увидят. Значит, это скорее подкрепление, чем разведчики. Восточная часть дома не просматривалась вообще, спасибо, что эта сторона здания выходила окнами на парк. Джаред ещё понаблюдал, понял, что они укрепляют позиции и разворачивают оборудование. Значит, магией лучше не пользоваться, они сразу засекут всплеск энергии. Мужчина выкинул стаканчик из-под кофе, закурил, и неспешно побрёл прочь от дома. Вдруг зазвонил телефон: - Слушаю. - Как дела? - Не очень. Хочешь прогуляться? - Конечно, куда мне подойти? - Давай посидим у фонтана в парке. - Сейчас приду. Джаред спрятал телефон обратно в карман и сел на скамейку возле центрального входа в парк. Циско появился минут через двадцать, одетый в простые джинсы, толстовку с абстрактным рисунком и кеды. Он осматривал людей, сидящих на скамейках, мазнул взглядом по Джареду и пошёл дальше. Люминер не сразу понял, почему мужчина просто прошёл мимо, а потом вспомнил, что подправил лицо. Он поднялся и догнал любовника. - Чёрт! – Картрайт испугался хлопка по плечу от незнакомого мужика, но потом понял, что голос ни чей иной, как его любовника. – Не делай так больше. - Прости, забыл, что немного изменил внешность. Идём дальше, как будто мы просто знакомые. Он изучал обстановку и искал следящих за Циско, но оказалось, что тот тоже не дурак: в простой одежде, без идеальной укладки и с пробивающейся щетиной он выглядел непохожим на себя. Даже банальное изменение выражения лица преобразило его: он выглядел как обычный уставший парень после тяжёлого рабочего дня. - Я, конечно, знал, что Маллеус отупел, но чтобы настолько… – Хмыкнул люминер. – Не узнать тебя просто потому, что ты переоделся – это уже слишком. - Может, они просто ищут тебя, а не меня? - Нет, они следят именно за тобой, чтобы ты привёл их ко мне. - Откуда ты знаешь? - Есть надёжный источник. Может, скоро познакомлю. Джаред огляделся по сторонам и повёл Циско к общественному туалету. Внутри было пусто, поэтому мужчины беспрепятственно переместились в облаке серебряной дымки. - Ух ты! Где это мы? Было утро, а не вечер. Сочная зелёная трава доставала колен, а на западе шумело море. Вокруг – ничего, кроме моря травы, одинокая гора, и дом из чёрного кирпича. - Дома. – Джей прикрыл глаза от удовольствия, подставляя лицо лёгкому бризу. Циско наблюдал за умиротворённым Джаредом, осматривал чудесный пейзаж и дышал чистым воздухом. Ему здесь нравилось, но главное – здесь не было больше ничего и никого. Только они и абсолютный покой. Люминер последний раз глубоко вдохнул, протяжно выдохнул, а затем достал телефон и сфотографировал своё лицо. Телефон нырнул обратно в карман, и Джаред с удовольствием снял наведённый морок, а затем и кольцо с пальца. - Ты сияешь… Это… Как это? Джей обернулся на любовника: тот смотрел с благоговением, как будто впервые увидел магию. - Особенность люминера. Я ношу артефакт-заглушку, чтобы скрывать свой фон, когда я выбираюсь в другие города. Но когда я дома, у меня нет нужды прятаться от посторонних глаз. – Мужчина подошёл к Франциско, нежно погладил по щеке и коснулся его губ своими. – Не знал, что дети ведьм тоже могут видеть магический фон. - Ну, в своё оправдание скажу, что такого я не видел вообще никогда. У других ведьм фон так не проявляется. - Знаю. Пожалуй, это плохая особенность моей расы. Мы были слишком заметными для инквизиторов, поэтому чудо, что я вообще существую. - Твоя рожа вообще очень заметная штука, чудо, что не грохнули до сих пор – с твоими-то наклонностями. Мужчины обернулись на голос: белая летучая мышь сидела на крыше колодца, затем взмыла вверх и приземлилась уже человеком. - Привет, Оттар. – Джаред поспешил обнять друга. - Лапы не распускай свои, – притворно ворчал фамильяр, но обнял в ответ. – Если я пришёл в человеческом облике, не значит, что можно ко мне лезть. Джей засмеялся. - Да к тебе ни в каком виде лезть нельзя! – Люминер отпустил друга и повернулся к Циско. – Это мой фамильяр Оттар, будьте знакомы. - Очень приятно, Франци… - Я знаю слишком много, нет необходимости в представлении. – Блондин подошёл к Картрайту и пожал ему руку. Тот вспыхнул, понимая, что Оттар имеет ввиду. Фамильяр внутренне ухмыльнулся, глядя на пунцовое лицо мужчины, и выслушав ментальный поток оскорблений хозяина. – Идём в дом, есть о чём поговорить. Все трое проследовали в кухню-гостиную, Джаред принялся варить кофе, пока смущённый Циско сидел за столом под прицелом голубых глаз Оттара. «Перестань над ним издеваться!» «Но он же такой забавный!» «Оттар, предупреждаю…» «Руки коротковаты мне угрожать.» Джаред кинул хмурый взгляд на фамильяра. Тот сжалился и отвернулся от Картрайта. Он щедро разбавил свой кофе сливками и достал из заначки шоколадное печенье, прежде, чем начать говорить: - Летал я такой над Детройтом, чтобы вам не мешать, и решил полетать над крепостью Маллеус. - Случайно занесло, ага. - Совершенно. – Кивнул Оттар с максимально серьёзным лицом. – Я слышал, что после уничтожения замка в Де-Мойне штаб перенесли, но не было точно известно куда. Теперь могу официально заявить: новый штаб в Детройте. Но самое интересное было дальше! Фамильяр закинул в рот печенье и принялся тщательно жевать, запивая сливками с ароматом кофе. Он откровенно издевался над люминером, но Джаред, привыкший к такому его поведению, даже бровью не повёл. Через пару минут стало ясно, что в этот раз поизмываться над другом не получится, и Оттар продолжил: - Я искал зал Совета или что-то типа того, чтобы знать, где происходит всё самое интересное. Не ожидал, что это будет происходить в одном из коридоров, но потом мне стало понятно, почему так. Новость дня: Маллеус избрал нового Великого Магистра. Но куда любопытнее, что некоторым он как кость в горле! - Это как? – удивился Джаред. На его памяти Магистра боялись и уважали, а если ненавидели – то молча и за глаза. - Я сам не понял, услышал половину разговора. Важно то, что Совет пытается выследить тебя через Франциско, чтобы вернуть артефакт Гойера и остаться при власти. Молодой Магистр чем-то очень сильно им насолил. - Как интересно… – Джаред уставился в пустоту перед собой и почёсывал подбородок, обдумывая услышанное. – А они в курсе наших отношений? - Вроде как нет, они только знают, что вы видитесь на публике. Но, если я правильно понял, то они догадываются. Во всяком случае, зачем-то обсуждалась интимная жизнь Франциско. - Быть медийной личностью иногда достаточно хреново – все всё про тебя знают. – Хмыкнул Картрайт. – Тебе бы любовника попроще. Джаред ткнул его кулаком в плечо, но ничего не сказал. - Я продолжу наблюдать, попрошу своих коллег о помощи. - Других фамильяров? - Именно, – кивнул блондин. – Не тебя одного выслеживают, поэтому заинтересованы будут все. - А я узнаю, что известно моим друзьям в разведке. – Уведомил Циско. – За Маллеусом очень пристально следят в правительстве. - Отличный план, парни. Нам лучше быть на пару шагов впереди. - А что за артефакт? – поинтересовался Картрайт. - О-о-о… Это крайне любопытная штука, о которой даже прошлый Магистр мало что знал. Эта вещь ставит клеймо Инквизитора на тело человека, слабые при этом не выживают. Печать даёт организму инквизитора некоторые особые свойства, противопоставляя его ведьмам, но самое забавное – они становятся покорными, как тупые овцы. - Они же клеймят детей?.. - Именно. У них очень долгий и сложный процесс отбора, а потом избранных детей испытывали этим артефактом. Выживали многие, но далеко не все. К счастью, эта вещь уже давно у меня. - Может, лучше её уничтожить? Вдруг нас всё-таки схватят? Джаред посмотрел в полные тревоги глаза мужчины. Он зарылся рукой в волосы на затылке Циско, прижался лбом к его лбу. - Не волнуйся. Артефакт очень хорошо спрятан, потому что уничтожить его пока что невозможно. Я пытался, но не вышло, поэтому я его изучаю и гоняю по свету в разные экспедиции. Вдруг Оттар напрягся. «Что такое?» «Хорриг здесь.» Через мгновение в комнате появился черноволосый мужчина спиной к ним. Ещё через мгновение появилось облако серебряного тумана, из которого вышел Габриэль и атаковал на опережение. Мужчины покатились кубарем по полу, а рядом возник Дженсен и внимательно наблюдал за схваткой. Именно поэтому он был первым, кто увидел сидящую за столом троицу. - Приветствую. – Спокойно произнёс друид, а потом обратился к своему фамильяру. – Ты сам ему подставился. - Я немного спешил, а парень явно делает успехи. Габриэль держал его в захвате за горло, но отпустил, как только увидел компанию в кухне. - Папа! - Привет, малыш. – Джаред поспешил обнять сына, а тот сжал его в объятьях настолько сильных, что сдавило дыхание. Но старший люминер не стал противиться. – Как же я скучал. - Сам свалил вообще-то. - Прости, пожалуйста. Они разомкнули объятья, и Джаред оглядел Гэйба: тот раздался в плечах и мышцы стали куда больше, чем десять месяцев назад, а волосы почти такие же длинные, как у него самого. - Ты сильно изменился. - Тренируюсь каждый день с Хорригом или парнями в посёлке. А вас тут много, – кивнул Габриэль в сторону стола. Оттар встал из-за стола и обменивался объятьями з Хорригом и Айкелсом, а вот Циско смущённо молчал, сжимая чашку. - Познакомьтесь, это Франциско – мой близкий друг. Циско, это Габриэль, мой сын. Это Хорриг и Дженсен. Мужчина вышел из-за стола и пожал руку каждому из представленных. Дженсен был осязаем, потому крепко перехватил ладонь нового знакомого. - Очень рад знакомству. Джаред заволновался, что сейчас запахнет жареным, но друид отпустил руку Франциско. Хотя взглядом сверлить не перестал. - Дженс, на пару слов. - Конечно. – Это явно было обещание скорой расправы, настолько медовым тоном Дженсен произнёс одно единственное слово. Франциско заметил, что заволновались абсолютно все, наблюдая, как Джаред и Дженсен удаляются наверх по лестнице. - Пойду, проверю. - Не надо, – Хорриг удержал Оттара за плечо. – Разберутся. Лучше расскажи, что здесь происходит. Оттар тяжело вздохнул, расслабляясь в хватке друга. Он вернулся за стол и уткнулся в чашку, Хорриг сел рядом, Циско тоже вернулся на место. Гэйб же полез в холодильник за грейпфрутовым соком и присел на тумбочку напротив них. - Маллеус установил слежку за квартирой Циско, поэтому Джаред забрал его сюда, чтобы мы придумали план действий в безопасности. - Насколько вы с отцом близки? Картрайт явно растерялся от вопроса, но ответить он не успел. Белоглазый мужчина изучил его цепким взглядом и произнёс: - Любовник. - Теперь всё сходится. – После долгой паузы вздохнул Гэйб. - Не вини его. – Оттар многозначительно посмотрел на парня. - Да тут некого винить. Ну или сразу всех. - Учитывая обстоятельства, ты тоже виноват, парень. Габриэль посмотрел исподлобья на фамильяров по очереди: - Я не мог занять ничью сторону, и вы оба прекрасно это знаете. Перестаньте меня склонять, я не весы. Сверху разнёсся громкий зов «Габриэль!», парень недовольно крякнул и пошёл к отцу. Дженсен сидел на подоконнике, скрестив руки на груди, с недовольным лицом, а рассерженный Джаред ходил по комнате туда-сюда, периодически спотыкаясь о вытянутые ноги друида. - Убрать их не можешь? - Не могу. - Зачем звал? Старший люминер сел рядом с Дженсеном, как будто они не в ссоре вовсе: - Почему ты отдаёшь свои силы? - Он имеет в виду меня. – Уточнил друид. - Потому что мне нужна помощь, а тебя рядом нет. - Ты же говорил, что ходишь в посёлок, тебе недостаточно телесных людей там? - Знаешь, пап, не тебе указывать, как мне распоряжаться своими силами. Ведьмы в клане не такие древние, как Хорриг, который может стать телесным только вместе с Дженсеном, и его навыки куда круче, чем у них. Я с детства сильнее тебя, к тому же я делаю его осязаемым далеко не каждый день и не на сутки, как ты, а максимум на пару часов. - Он говорит правду. – Подтвердил Айкелс. – Хотя я тоже был против этой затеи. - Вы помирились, что ли? - Отчасти. Джаред же проигнорировал вопрос сына: - Но зачем? Просто ради спарринга? - Затем, что Дженсен тоже мой отец! – Вспылил Гэйб. – Если тебе что-то не нравится в моих действиях, то это твоя проблема, а мне сказать больше нечего. Парень развернулся и вышел из спальни, хлопнув дверью. Мужчины в кухне напряглись, но парень к ним так и не пришёл. Хорриг прикрыл глаза, а потом тихо сказал: - Он ушёл. Я пойду к нему. - А Дженсен? - Ещё наверху. Догонит. И Хорриг растаял в воздухе. Через несколько минут Бесфамильный вернулся в кухню, но увидел только своего фамильяра и Циско. - Ты много слышал? - Больше, чем стоило, вероятно. – Поник Картрайт. - Прости, пожалуйста. – Джаред подошёл к мужчине и нежно поцеловал. – Не думал, что так случится. - Не лучшая твоя идея, да? – Поддел Оттар. - Если беспокоишься о чьих-либо задетых чувствах, то можешь пойти к ним. - Не будь мудилой, Джей. – Фамильяр был явно задет его словами. – Только Хорригу плевать на твои слова и поведение, остальным ты причиняешь боль. Не замечал раньше, чтобы тебе нравилось играть чувствами близких людей. - О чём ты? - Ты причиняешь боль своему сыну, Дженсену, Циско, а сейчас и мне. – Люминер поднял изумлённый взгляд на Оттара и увидел разочарование на его лице. – Но я смогу это пережить, всё же мы с тобой связаны до смерти, и я дал клятву служить тебе и защищать. Может быть, я слишком много язвлю и заслужил такое отношение, но остальным за что? Бесфамильный оторопел. Его обвинили в том, что он… Справедливо, в общем. Мужчина опустил голову и зарылся руками в волосы, чувствуя, как его обуревает стыд и гнев. Поэтому он долго не думал и молча переместился вон из дома. - Боги, какой же кретин! – Крикнул в пустоту дома фамильяр, когда вычислил, куда ушёл хозяин. – Циско, не уходи никуда, будь как дома. - А ты куда? - Попытаюсь спасти этого агрессивного придурка. Джаред стоял напротив входа в крепость Маллеуса в Детройте. Почему он решил, что это хорошая идея, он не знал, но точно знал, что здесь ему удастся унять ярость. Он специально переместился на сотню метров от центрального входа, чтобы его успели засечь, и неспешно пошёл вперёд. И действительно – включилась тревога, зажглись прожекторы, значит, у него есть секунд тридцать, пока инквизиторы появятся. - Джаред, стой! Айкелс появился перед ним и остановил, приложив ладонь к его груди. Джаред опустил взгляд вниз на ладонь друида, и обратно посмотрел в глаза: - Уйди. - Без тебя не уйду. - Нет времени на этот бред. – Раздалось сзади. Рука на груди схватила за футболку, но люминер решил не сдаваться без боя и замахнулся на Дженсена. Айкелс понял, что добром это не кончится, успешно заблокировав удар, поэтому нанёс удар в ответ. В это время Оттар подошёл сзади и ударил точно под колено. Джаред вскрикнул от боли и упал, после чего его скрутили и переместили прочь. - Какого чёрта вы делаете?! – Вырывался люминер, но его держали крепко, не позволяя подняться. Перед глазами возник разозлённый Хорриг и дал звонкую пощёчину. Не слишком больно, но обидно. - В себя приди, идиот. Джаред настолько опешил, что перестал вырываться и расслабился в державших его руках. Оттар посудил, что теперь это безопасно, и отпустил хозяина. Люминер остался только в руках Дженсена, чей захват неуловимо перетёк в лёгкие объятья. - Где мы? - Моя комната в доме Кианнэйт. – Раздался где-то сзади голос сына. – Я не такой затворник, как ты, поэтому сейчас живу здесь. Джаред дёрнулся, чтобы подняться и подойти к Габриэлю, но Дженсен удержал его на месте и отрицательно покачал головой. «Он знает, что ты хочешь извиниться, но сейчас он обижен. Оставь его в покое ненадолго.» «Мне просто ждать, пока он успокоится?» «Именно так. Вспыльчивость у него от тебя. И хук справа тоже.» Гэйб прошёл мимо них к выходу из комнаты, даже не взглянув на отца, Хорриг последовал за ним. - Мне остаться? – спросил Оттар. - Если боишься, что мне опять придётся скручивать этого бугая, то я думаю, что этого не произойдёт. - Прости, Отт. – Джаред поднялся с колен, освобождаясь от рук Дженсена. – Я самый настоящий мудак и прощу прощения за свои слова. Ты не заслужил, пусть даже твой постоянный сарказм меня подбешивает иногда. Блондин криво улыбнулся и хлопнул Джареда по плечу. - Извинения приняты. Пойду, займусь переговорами с другими фамильярами, как и обещал. И ещё – тебя ждут. После чего растаял, оставив Джареда и Дженсена одних. - Циско? - Да. - И что он делает у нас дома? - Его пасёт Орден в надежде добраться до меня. Не придумал ничего лучше, чем забрать его к нам. Это «наш дом» заставляло люминера улыбнуться от теплоты, растекавшейся в груди. А спустя мгновения ощутить укол горечи. - Не напрягайся, Джей. Я не злюсь. - Я – злюсь. Чувствую твою боль, свою, сына, Оттара, Циско. Я обидел каждого из вас, думал исключительно о себе. - В этом нет ничего странного, человек всегда эгоистичен. - У меня нет права на эгоизм! Его голос становился всё громче, так что Дженсен вынужден был подойти ближе и прикрыть губы мужчины своей рукой. Джаред мгновенно заткнулся от этой близости и невинного прикосновения, которое вызвало разряд тока по всему телу. - Есть, Джей. - Что? – Как будто только проснулся, спросил люминер. - У тебя есть право на эгоизм по отношению ко мне, ведь я первый поступил эгоистично без твоего ведома. Поэтому ты имеешь право быть с Циско столько, сколько захочешь. Только не трахай его у нас дома, пожалуйста, иначе я приду и прерву процесс. От неожиданности Джаред засмеялся и уткнулся лицом в плечо друида. - Ты ревнуешь? - Свою мебель к нему, да. - Я серьёзно! - Я тоже. – Айкелсу пришлось слегка отстраниться, чтобы иметь возможность посмотреть в глаза любимому. – Этот дом – твой и мой. Место только для нас, и я не потерплю любовников в нашем доме, на нашей постели, в нашем душе. - О. Я понял, сейчас же уведу его в другое место. - Джаред… – Друид вздохнул, понимая, что его поняли буквально буквально. – Пусть сидит себе спокойно. Прошу только хранить наш дом непорочным очагом нашей любви. - Нашей?.. - Конечно, нашей, дурак. Или ты думал, я вру тебе тридцать пять лет? Тридцать пять лет… Джаред подступил на шаг, нежно огладил лицо друида кончиками пальцев, не веря в цифру, озвученную Дженсеном. Он прожил каждый день этих лет, видел, как меняются поры года, как его сын превращается из младенца в молодого мужчину таких же размеров, как он сам, и всё равно не верил. - Как я хочу провести день с тобой… - Нет, Джей. Вернись к Франциско, ты ему нужен. - Ты моей совестью подрабатываешь? - Да, – без шуток ответил Дженсен. – Мы не сможем остановиться, если сейчас позволить себе большее. - Сможем, Дженс… - Нет! Мы. Не. Захотим. Остановиться. Не отрицай этого, пожалуйста, ты лучше меня знаешь, что такому соблазну мы не устоим. Возвращайся домой, твой парень тебя ждёт. Он напуган и растерян, он один в незнакомом для себя мире. В этот момент ты – самый важный человек для него, единственный, кто может помочь и защитить. Его миллиарды прямо сейчас не имеют ценности, ведь он отрезан и от них и от мира, не может ими воспользоваться, а если бы мог – негде и незачем. Приходи в себя и возвращайся к нему. - Он спрашивал меня сегодня, почему я всегда собран и серьёзен. Вот именно поэтому сейчас – ты отправляешь меня что-то делать, кого-то защищать, хотя раньше я мог расслабиться только с тобой. - Твой выбор – твоя ответственность. Я не заставляю тебя защищать его, а только напоминаю, что ты выбрал это и должен отвечать за результат решения. - А ты отвечаешь? Дженсен понял продолжение вопроса. - Я отвечаю за эти тридцать пять лет вот уже полгода. Каждый раз, когда чувствую его прикосновения к твоей коже, когда ощущаю твою страсть, когда ты кончаешь с ним. И когда ты лежишь с ним в объятьях, и вы просто наслаждаетесь присутствием друг друга. Так что твоя ответственность куда приятнее моей, не находишь? - Дженс… - Уходи. – Ладонь друида опять упёрлась в грудь Бесфамильного. – Пожалуйста, Джей, уйди. Люминер не стал спорить. Эта ситуация была болезненной для всех, ещё и с Циско придётся объясняться. Джаред прикоснулся ладонью к руке Дженсена на своей груди и нежно погладил, а затем убрал его руку. Пора возвращаться. Циско сидел напряжённый, бездумно клацая пультом от телевизора. Картинки сменяли одна другую: боевик, новости, передача про животных… На ней он и остановил выбор, даже не слушая диктора, который рассказывал про причины групповых объятий пингвинов. Джаред появился в кухне, огляделся, увидел картинку на экране и затылок на диване, и улыбнулся. Он тихо подошёл к любовнику и обнял того сзади, крепко сжал, когда Циско дёрнулся от неожиданности. - Это всего лишь я. - Оттар говорил, что идёт тебя спасать, я волновался. - Да… Я иногда делаю глупости. - И в этот раз? - И в этот. – Подтвердил Бесфамильный. – Но меня успели остановить. Картрайт умолк и напрягся ещё сильнее. Затем вдруг расслабился, опустил плечи и развернулся в объятьях лицом к Джареду. - Я хочу спросить. - Мне не понравится вопрос, да? - Подозреваю, что не очень. - Ну, спрашивай. – Люминер отпустил мужчину, чтобы обойти диван и сесть рядом. - Это даже не вопрос, а наблюдение. Я сделал некоторые выводы на основании увиденного и услышанного. - Подозреваю, что мы говорим о Дженсене. - Он меня чуть не испепелил взглядом, а твой сын назвал его вторым отцом – следовательно, это тот человек, которого ты любишь. Но при этом у меня не складывается общая картина в голове. - И что это за картина? - Самым страшным врагом Инквизиции, до тебя, в последние пару сотен лет был ведьмак, называемый Бритт. Именно его я сегодня видел здесь. Но также известно, что Бритт погиб тридцать пять лет назад. Джаред тяжело вздохнул. - Вот здесь мы и подходим к моей тайне, которую я не могу тебе рассказать. - Я уже половину её раскрыл самостоятельно. Люминер нахмурился и посмотрел тяжёлым взглядом на любовника. - Дело в том, что ты раскрыл то, что в целом не так страшно. Бритт мёртв, это правда, и ты видел его сегодня, даже трогал. Это тоже правда. Я люблю его, хоть он и мёртв – ещё одна правда. - Как я мог прикоснуться к нему? Он призрак? - В целом, да. Хотя призраков не существует, но это слишком долго объяснять. - Я хочу понять, Джей. - Не стоит. Это та черта, за которую тебе лучше не переходить в целях безопасности. - Почему? - Потому, что Маллеус сейчас у тебя на хвосте. Тебе не нужна лишняя информация, которую они могут добыть. А здесь информации хоть отбавляй. - Мне можно знать, что ты любишь его, но нельзя узнать, как я к нему прикоснулся? Джаред скривился от боли в голосе Циско. - Прости. Я говорил, что не хочу причинять тебе эту боль, но не знал, что они все здесь появятся именно сегодня. Моей целью было защитить тебя. - По крайней мере, это тебе удалось. Верни меня домой, ладно? В Нью-Йорке уже ночь, я устал. - Мне нельзя появляться возле твоего дома, нам придётся переместиться чуть дальше. - Поймаю такси. Джаред поник, понимая, что сегодня он обидел каждого, кем дорожит. Мужчина просто кивнул, взял Картрайта за плечо и переместился в переулок возле парка Вашингтон-сквер. - Отсюда удобно добираться? - Вполне. – Циско не поднимал взгляд, но Джаред понял, что мужчину что-то сильно гложет. - Поговори со мной, пожалуйста. Картрайт вдруг как будто превратился в подростка, которого впервые бросили. - Ты ведь не представляешь его вместо меня? - Чего? – Люминер даже ушам не поверил. – Вот что ты думаешь? Что я заменяю Дженсена тобой? - Просто ответь. Джаред покачал головой, а затем взял мужчину за руку, другой рукой взял за подбородок и заставил поднять на себя глаза. - Нет, Франциско, ты – не заменитель. Я испытываю к тебе чувства, хотя изначально наши отношения были не про это, мы просто хотели трахнуть друг друга. Сейчас я чувствую к тебе нечто более… глубокое, что ли. Ты важен для меня, именно такой, какой ты сам по себе. И я дорожу тобой и тем, что между нами есть. - Правда? - Конечно. – Джаред улыбнулся, приближаясь к губам своего парня. И бесконечно обрадовался, когда тот крепко обнял его, целуя. - Мне пора домой. - Как бы мне хотелось с тобой. – Промурлыкал он в губы Картрайта. – Но сегодня мне лучше понаблюдать за действиями разведчиков, когда они поймут, что ты вернулся домой один. - Завтра четверг. Давай посмотрим, что будет, и проведём выходные вдвоём? - Отличная идея. – Люминер притянул Циско к себе, чтобы ещё раз жарко поцеловать. – У меня на тебя большие планы. * - Доброго утра, господа. – Рафф прибыл на совещание раньше остальных и ждал их уже пятнадцать минут, тем временем заполняя бланк указа. Джессика стояла, одетая по форме, сзади и немного сбоку от него, провожая каждого Советника цепким взглядом. - Господин Магистр. – Советники по очереди склоняли головы в знак почтения и занимали свои места. - Ещё одно новаторство? – Поддел мастер Дикон. – Теперь прислуга будет ходить в форме инквизитора? - В некотором смысле. Фрост отложил ручку, перевернул бланк лицом вниз, медленно обвёл взглядом присутствующих. - Напомните, пожалуйста, кто такой Бесфамильный Джаред? Советники растерялись, не понимая, где именно подвох в вопросе. Рафферти терпеливо ждал. - Он отступник. – Осмелился заговорить епископ Леонард. - А кем он был до этого? - Он был инквизитором. - Каким инквизитором? Епископ уже жалел, что открыл рот. Он сжался под немигающим взглядом Магистра. - Он был лучшим из лучших за все века существования Ордена. Пусть и немного мягкотелым. – Отозвался мастер над монетой. Старик догадывался, к чему идёт разговор, поэтому позволил себе ответить, понимая, что его голова в безопасности. А вот за головы некоторых своих коллег он ручаться не мог. - Спасибо, мастер Греймар. – Рафферти кивнул союзнику. – Лучший из инквизиторов, а теперь отступник. Что это означает? - Что его нужно найти? – осмелился предположить Дикон. - Это мы уже обсуждали и не раз. Да, его нужно найти. Но что это означает для нас? - Что он знает наши методы. - Спасибо, сэр Джаспер, наконец-то кто-то понял. – Магистр поднялся, обошёл стол, глядя на каждого из Советников по очереди. Затем стал у окна спиной к ним. – Исходя из этой информации, у меня возникает вопрос: зачем вы установили за ним слежку? Кто-то удивлённо ахнул, кто-то заёрзал в кресле. - Он узнает о слежке в ту же минуту, как вы подошлёте разведчиков. И поверьте, он будет знать, сколько человек, на какой позиции за ним наблюдают. Он оставит вас в дураках, и вы даже не узнаете об этом. – Фрост вернулся в кресло. – Скажите, пожалуйста, что хотя бы не успели отправить отряды. Гробовая тишина. Рафф разочарованно провёл ладонью по лицу. Он снова взял ручку, перевернул бланк указа, поставил подпись. Взял ещё один бланк, молча заполнял его под аккомпанемент клацающей челюсти епископа слева от себя, поставил подпись. - Всем подняться и выйти из-за стола. Советники отступили от своих кресел. Все всё поняли. Фрост подходил к каждому и указывал на его новое место за столом, вежливо подсовывал кресло женщинам. Кто-то благодарил его за честь, а кто-то стоял с таким лицом, будто на голову ему вылили ушат дерьма. Но Рафферти было всё равно. Он два с лишним месяца ждал этого момента и сейчас наслаждался властью, вероятно, впервые. Руперт был последним, кому осталось место за столом, и все понимали, что это было вежливое унижение – абсолютно в духе молодого Магистра – а его место из первого превратилось в последнее. Все с замиранием ждали, что бывший глава Совета сейчас устроит скандал, но Руперт молча принял свой новый ранг и сел на дальнее слева от Магистра кресло. - Рад, что меня все понимают. Теперь сделаем ещё кое-что. Я даю вам два документа – внимательно прочтите их и подпишите. К несчастью некоторых из вас, я тщательно изучил Кодекс и имею законные основания, а так же полное право эти документы издать. Он передал направо первую бумагу. Мастер над монетой быстро прочитал текст указа, взял ручку и оставил подпись, а затем передал указ дальше и принялся наблюдать. Он уже догадывался, чьи конкретно головы вскоре покатятся, и наблюдал за этими людьми, равно как и Магистр. Мастер Руперт получил документ, ему хватило минуты на ознакомление. Затем он взял ручку и расписался. Рафферти мысленно отдал ему честь. Вскоре Магистр получил бумагу обратно, с удовольствием лицезрел двенадцать подписей под его собственной, и передал Греймару следующий документ. Казначей еле сдерживался, чтобы не засмеяться и не зааплодировать, парень явственно это видел. Старик черкнул свою роспись и пустил по кругу второй указ. Тут уже многие напряглись, но перечить явно опасались. Эмоции у всех были разные: епископ дрожал, как осиновый лист на ветру; мастер-амбассадор раздражённо скривился; мастер над войной задумчиво нахмурился и перечитал указ ещё несколько раз прежде, чем заверить; мать Мириам вздохнула с нескрываемым облегчением. Теперь все ждали реакции Руперта. - Упразднить Совет?! Я понимаю, почему меня сместили с поста, – неугодных всегда убирают и набирают удобных лизоблюдов – но убрать весь Совет?! - Читайте дальше. – Рафферти с любопытством наблюдал багровую физиономию бывшего главы Совета. – Там есть продолжение. - «Постановляем упразднить Совет, как неэффективную форму власти, и вернуть Магистру его законные полномочия, чтобы он набрал новый Совет в составе и количестве, которое он считает нужным, и с необходимыми навыками для исполнения долга перед Орденом.» - А теперь, мастер, докажите мне тезисно, в чём я не прав. - Это произвол! Автократия! - Нет, мастер. Вы же только что прочитали вслух для всех: «…чтобы он набрал новый Совет». Вы были мастером над законом, и Вам полагается знать Кодекс лучше всех – автократия в Ордене невозможна, ведь она не предполагается Кодексом, а Магистр, захвативший власть единолично в свои руки, должен быть предан суду. У меня есть сжатые сроки на собрание нового Совета, но в более подходящей форме, чем он существовал. Вы уже не можете оспаривать мои решения, поскольку с Вас сняты полномочия, и у Вас нет необходимой поддержки, чтобы опять же иметь возможность оспорить мой указ. Ваша подпись – это всего лишь формальность, Руперт. Старик черкнул свою подпись и направился к выходу, чтобы покинуть кабинет, громко хлопнув дверью. Не сложилось. В открытой двери появился силуэт полковника Дэвида Лоу, заграждая путь. - Пропустите, полковник! - К Вашему сожалению, это не представляется возможным. Вы задержаны по обвинению в сговоре с целью переворота. – Он оттеснил Руперта вовнутрь кабинета, а за ним вошли и десяток бойцов с автоматами. - Что за клевета?! - Есть неопровержимые доказательства того, что Вы и двое Ваших сообщников затеяли заговор против Магистра. Дэвид вопросительно взглянул на сына. - Леди Строуп, прошу. – Рафферти сделал приглашающий жест кистью. – Пожалуйста, господа, обратите внимание на экран. Я не желаю быть голословным в обвинениях. – Девушка выкатила телевизор из кладовой и включила запись. Руперт побледнел, Роберт обречённо опустил голову, а епископ Леонард подозрительно вздохнул и потерял сознание. Остальные же наблюдали с неподдельным интересом. - Ну, и зачем нужен был этот цирк с перестановкой мест и нашими подписями? - Ждал чистосердечного признания. – Магистр кивнул бойцам. – Уведите подозреваемых в темницу. Суд состоится после избрания нового Совета. И отдайте приказ об отмене слежки. Когда все вышли и полковник закрыл за собой дверь, Рафф обратился к оставшимся: - Что ж, господа, можете расслабиться, наконец. – Он хлопнул в ладоши. – Ваши основные полномочия остаются за Вами. Если я решу кого-нибудь из Вас вернуть в Совет, уведомлю предварительно, но пока отдыхайте и занимайтесь своими делами. Когда все покинули зал, Фрост встал, потянулся, а затем подхватил Джессику, слегка оторвав от земли, и закружил. Девушка ойкнула, крепко обняв Магистра за шею. - Ты сокровище! Я буду говорить тебе это каждый день, потому что ты – невероятная! Спасибо, Джесс! Без тебя этого бы не произошло. Он поставил её на пол и неожиданно даже для себя поцеловал. А когда понял, что сделал, отпустил девушку из объятий и отступил на шаг: - Прости, пожалуйста… Я не собирался ничего такого… Прости. У неё были такие же перепуганные глаза, как в первую их встречу. Фрост мысленно назвал себя дебилом и покинул зал совещаний, не поднимая глаз. Он не помнил, как добрался до своих покоев, потому что из-за этого поцелуя мыслей в голове было больше, чем за прошлые месяцы, когда он работал почти круглосуточно. За это утро он устал больше обычного, потому прошёл в спальню, сбросил обувь, рубашку, оставшись в майке и брюках, и завалился в кровать. Но спать не хотелось. Вообще ничего не хотелось. Но хотелось вернуться в пять минут назад. Возможно, всё дело в том, что она практически единственная молодая девушка в его окружении. Или в том, что они постоянно вместе – с раннего утра и до поздней ночи. Или в том, что он уже давно забыл, как касаться другого человека, кроме официальных рукопожатий. А может, это всё потому, что она умна и невероятно очаровательна, особенно этот испуганный взгляд… Дверь кабинета тихо открылась и закрылась. Магистр прислушался: кошачья поступь изучила смежные комнаты, подошла к двери спальни, но застыла. Отошла. Джессика включила кофеварку, налила ароматного напитка в чашку и зашуршала страницами. Рафф не представлял, как сейчас показаться ей, поэтому продолжил лежать в кровати, слушая звуки извне. Спустя некоторое время девушка вновь поднялась, налила кофе и тихо позвала: - Рафферти, выходи. – Затем подумала немного и добавила. – Ты не сделал ничего плохого. Парень вздохнул, но поднялся и пошёл к двери. Он ещё на мгновение засомневался в своих действиях, но потом повернул ключ в замке и открыл дверь. Джессика стояла у двери и протянула ему чашку, когда он вышел – Рафф её принял и кивнул в знак благодарности. А потом девушка начала расстёгивать куртку. - Джесс, что ты делаешь? Я не хочу, чтобы ты думала, что я пользуюсь своим положением, чтобы склонить тебя к близости! - Мне что, вариться в куртке? Здесь же тепло. Фрост завис, понимая, что неверно истолковал её действия. Он вздохнул и отошёл от девушки, стараясь не смотреть на красивое тело в облегающей форме – строгие платья, которые она носила «экономкой» были весьма невзрачными и непривлекательными, а главное скрывали под собой такое великолепие. Он сел в своё кресло и мрачно посмотрел на кипу документов, которыми предстояло заняться. Джессика села напротив, взяла свою чашку и продолжила чтение бумаг. - Отдохни сегодня. Полагаю, ты так же чертовски устала, как и я, поэтому у нас заслуженный выходной. - То есть… Мне уйти? Опять этот перепуганный взгляд… Рафферти мысленно взвыл, не понимая, почему они друг на друга так реагируют. - Если хочешь этого сама, я не собирался тебя прогонять. Девушка отложила документы, крепче обняла чашку, и отвела глаза. Возникла неловкая пауза, оба не шевелились и не знали, как себя вести. Но в какой-то момент Фрост понял, что она собирается с духом что-то сказать. - Господин Магистр, я не Вашего уровня. Мне кажется, будет лучше, если я попрошу уволить меня и назначить Вашим телохранителем кого-нибудь более подходящего. Рафф ощутил, как будто ему вломили под дых. Он отставил чашку, быстро подошёл к девушке и присел перед ней на корточки: - Какие «уровни», о чём ты? Джесс, пожалуйста, не бросай меня так. Я не смогу без тебя – и как Магистр, и как… Ты нужна мне. – Он протяжно выдохнул, взял её ладони в свои и поцеловал их. – Если мои чувства тебя пугают, тогда я не буду их показывать и не буду никак на тебя давить. Только не уходи. Она молчала некоторое время, не шевелясь. А потом отобрала одну ладонь и запустила её в волосы парня. - Мой милый Магистр… Я же хочу лучше для тебя. Тебе нужно сконцентрироваться на работе, тебе нужна хорошая партия в будущем, а не девочка из провинции. - Звучит как отговорка. – Хмыкнул Фрост, понимая, к чему она ведёт. – Причём весьма слабая. Нет никаких «партий» – мы же не в средневековье, и я тоже не из знатного столичного рода. И с работой, кстати, я тоже не справлюсь без тебя. - Рафф… - Прекрати. Мужчина поднялся на ноги и неспешно склонился над ней, давая понять, что сейчас будет, при этом показывая, что он не заставляет. Второй раз за утро его губы коснулись её губ, но теперь осознанно и чувственно, как и полагается. Он озвучил ей свои чувства, а теперь демонстрировал их – мягко, но настойчиво ломая её оборону. Джессика держала его за плечи крепкой хваткой в последней попытке удержать его, но иногда ослабляла её, и вдруг снова пыталась оттолкнуть. Рафферти приказал своему телу расслабиться, чтобы случайно не начать её подавлять. Всё же бойцовские инстинкты, вылюбленные в каждом из них суровыми инструкторами, были очень сильны, но вдруг нашлась большая сила, способная заглушить их. Он ломал её оборону поцелуями, и это оказалось куда действеннее грубой силы или слов. Джессика наконец-то отпустила его, перестала сопротивляться, и даже наоборот – её ладони блуждали по его плечам, груди, шее, зарывались в волосы. Счастливый, Рафф обнял её, отрезая пути отступления, и углубил поцелуй – она ответила. Давить было страшно, но он нырнул ладонью под её футболку и огладил поясницу на пробу. Девушка улыбнулась в поцелуй и вдруг отстранилась. Фрост непонимающе наблюдал, как она отдаляется от него спиной к входной двери, и попутно сбрасывает ботинки. Но Джессика повернула ключ в замке и вернулась к нему, так же мягко и ненавязчиво потянула его майку вверх – парень поднял руки, позволяя ей снять с него одежду. Взяв девушку за руку, Рафферти пошёл спиной вперёд в сторону спальни, и она последовала за ним. Дрожь прошла по его телу от понимания, что она согласна, она тоже желает его, она чувствует то же самое. Магистр усадил Джессику на край кровати, неспешно целовал её – его руки блуждали по краям её одежды, но снимать не спешили. Девушка поняла, что он даёт ей право выбирать – сейчас всё случится или нет. Охотница поймала его ладони на своей талии, мягко направляя их под край футболки, и тогда Рафф не стал ждать второго приглашения: снял с девушки футболку, прижался к ней всем телом, а затем зубами сбросил шлейки бюстгальтера с её плеч. Тихий смешок ему в ухо послал волну мурашек по коже мужчины. Тогда он расстегнул застёжку, слегка отстранился, чтобы она могла снять мешающий предмет одежды, и нежно огладил упругую грудь. Джессика прикрыла глаза от удовольствия, но этого вдруг оказалось недостаточно: Рафф опустился перед ней на колени и принялся ласкать губами её грудь, целовал живот, посылал горячее дыхание на кожу над самым поясом брюк. Ладони девушки сжимали его плечи и царапали, давая понять, что она разгорается желанием всё сильнее. Теперь Магистр не стал ждать разрешения – он расстегнул её брюки и потянул вниз, заставляя её приподняться, чтобы снять их, и поднялся с колен, чтобы сбросить свои. Он не ожидал, что Джессика мягко отведёт его руки от ремня и сама снимет с него штаны, а потом начнёт целовать его торс. Это сводило с ума – её нежные руки, губы, волосы, щекочущие кожу. Рафферти вдруг понял, что белье у него не железное, и ничего не скрывает, когда ощутил мимолётное прикосновение к уже перевозбуждённому члену. Сил больше не осталось, поэтому он отстранил девушку от себя, заставил лечь в постель и снял последнее, что на ней было. Джессика слегка сжалась от неловкости, но Рафф не дал ей времени на смущение: снял своё бельё тоже, и прильнул к ней – кожа к коже, губы к губам. Он терпеливо дождался приглашения, к счастью, девушка была возбуждена не менее, и они слились воедино. И пусть долго он не продержался, но этого хватило, чтобы успеть ощутить волны удовольствия девушки, которые сжимали его, выбрасывая за грань следом за ней. Солнце давно поднялось в зенит и пошло дальше, а они лежали в постели и наслаждались объятьями друг друга. - Чувствую себя девственником, впервые познавшим женщину. - Если тебе от этого легче, то у меня примерно такие же ощущения. - У тебя давно никого не было? - Сам знаешь, наш образ жизни не предполагает отношений, а мимолетные связи – это большой риск, и я даже не о возможных болезнях. - А о чём? – Удивился парень. - Какая у тебя специализация? - В смысле, до того, как стать Магистром? – Джессика кивнула. – Военная стратегия. Собирался строить карьеру, как и отец. Хотел дослужиться до высших чинов. - Возможно, в ваших кругах об этом не говорят, но в разведке одно из главных правил: никаких случайных интрижек. Очень много инквизиторов было убито именно потому, что они хотели быстренько перепихнуться, но оказывались в ловушке ведьм. - Получается, разведчики больше остальных лишены маленьких радостей жизни? - По большей части. – Джессика прильнула к парню, чтобы иметь возможность целовать его в любой миг, чем тут же воспользовалась. – Но не я теперь. Рафф рассмеялся и осыпал девушку поцелуями в ответ, навис сверху и потёрся носом о её носик. А потом грустно вздохнул: - Нам придётся скрывать наши отношения. - Я понимала это лучше тебя, когда пыталась вразумить. Мы – слабость друг друга. А сейчас мы практически в яме с волками, пока ты укрепляешь свою власть, и очень нескоро сможем спокойно выдохнуть. - Знаю. Но я бы всё равно сделал всё возможное, чтобы добиться тебя. - Мужчины всегда думают нижней головой… – Подколола Джесс, за что была немедленно наказана щекоткой. - Я думал сердцем, вообще-то! – Получилось серьёзнее, чем хотелось. Но Рафферти не стал брать слова назад или переводить в шутку. Почему-то делать этого не хотелось. - А я и не против. – Она притянула парня к себе и чувственно поцеловала, давая понять, что отвечает на его чувства сполна. – Но на людях общайся со мной, как обычно. - Я же буду неосознанно флиртовать! - Ты и так это делал, милый, - снисходительно улыбнулась девушка, - просто сам не замечал, а я не отвечала открыто, ну и смущалась. - Правда, что ли? - Правда. С первой нашей встречи. Фрост откинулся на подушки и нахмурился. Получалось, что все окружающие могли видеть его увлечённость Джессикой, которой сам он даже не осознавал. Это может обернуться нешуточной проблемой, если кому-нибудь захочется использовать девушку для давления на него. - Рафф, не волнуйся. Мы со всем справимся. - Конечно, справимся. Но я постараюсь лучше себя контролировать, чтобы не подвергать тебя опасности. - Я могу о себе позаботиться. - Нет, Джесс. Я своим поведением навлекал на тебя беду всё это время, даже не понимая этого, а теперь ты – моя, и я в ответе за твою жизнь. Будь сильной сколько угодно, я не приуменьшаю твои способности, но позволь мне заботиться о тебе. - Ничего не имею против. Расслабься, ладно? У нас выходной, завтра будем думать о проблемах. - Как я могу думать о чём-либо ещё, когда мы лежим обнажённые. – Магистр навис над девушкой и принялся целовать её шею и грудь. – Хочу надышаться тобой… Раздался стук в дверь. Рафферти прекратил свои действия и прислушался. Стук повторился уже настойчивее. - Открой, может, что-то важное? - Да уйдут сейчас. – Стук повторился, но уже громче в пару раз. – Или нет… Жди меня здесь. Фрост поцеловал девушку, надел свободную футболку и спортивные штаны. Он оглядел себя в зеркало: выглядит помятым и растрёпанным, вполне может прокатить, что спросонья. - Да иду я! – крикнул он в ответ за четвёртый стук и закрыл дверь в спальню. На пороге обнаружился мастер над войной Джаспер. – Чем обязан? - Хотел бы поговорить насчёт утренних событий. - Если Вы надеетесь на место в новом Совете, то оно Ваше с вероятностью девяносто процентов. Простите, сэр Джаспер, но я бы хотел хоть один день просто отдохнуть и выспаться. Или что-то случилось? - Спасибо за доверие, Магистр. Простите, я не знал, что Вы отдыхаете, разговор может подождать до завтра. - Чудесно, завтра после завтрака Вы будете первым на аудиенцию. Идёт? - Благодарю, Магистр. Приятного отдыха. Мужчины попрощались, после чего парень вернулся в спальню. Он едва успел раздеться, как в дверь снова постучали. Раздосадованная, Джессика упала на подушки и махнула рукой, мол, иди. Рафферти пришлось вновь одеваться, с сожалением оглядывая изгибы её тела, и идти открывать. - Господин Магистр, как Ваши дела? - Греймар, простите великодушно, но я очень хочу отдохнуть сегодня. Только один день. Вообще ни с кем говорить не хочу ни о чём. - Справедливое желание, учитывая объём работы. А где наша милая леди Джессика? Я хотел с ней пообщаться тоже. - Я ещё утром сказал ей, что у нас выходной, вероятно, спит без задних ног где-нибудь. Чем и я занимался, пока мне не начали выносить дверь все по очереди. - Любопытно. Что ж, благодарю за минуту внимания, сэр, хорошо Вам выспаться. Буду рад завтра Вас видеть. Рафф слегка поклонился, но его начало потряхивать от раздражения из-за манеры казначея нерасторопно двигаться и говорить. Он с превеликим удовольствием закрыл за стариком дверь и повернул ключ. Джессика ждала в кокетливой позе, лёжа на животе. Магистр с удовольствием провёл ладонями по спине и ягодицам любовницы, а потом снял футболку. - Не раздевайся, сейчас опять кто-нибудь постучит. - Не постучит. - Они уже поняли, что ты не спишь, и начнут ходить один за другим. Раздался стук в дверь. - Я же говорила. Парень зло выдохнул через сцепленные зубы, снова надел футболку и пошёл открывать. В этот раз на пороге стоял отец. - Что-нибудь случилось? - Давай войдём. - Я устал, давай завтра? Полковник мягко, но настойчиво развернул сына и прошагал за ним в кабинет, а потом сам закрыл дверь. - Греймар догадывается, где Джессика. Он – союзник, но нельзя давать слабину и вручать ему рычаги управления собой. Иногда союзники хуже врагов в этом плане. - Не понял. - Вы оба всё прекрасно поняли, сын. Я приказал принести сюда обед, чтобы мы с тобой могли поесть вместе, так что через несколько минут сюда придут, и я должен находиться рядом с тобой для алиби. Но потом я уйду, и распоряжусь, чтобы тебя больше сегодня не трогали. - Откуда ты вообще знаешь, о чем мы говорили? - Натренированный слух. Фрост вздохнул, падая в кресло. - Всё настолько очевидно? - Нет, но для нас с Греймаром – вполне. Мы слишком много времени проводим вместе, чтобы не заметить твою влюблённость. Джессика с эмоциями справляется лучше тебя, так что вряд ли наш друг догадывается о её чувствах. – Дэвид сел напротив поникшего парня и мягко улыбнулся ему. – Ты – самый важный человек в моей жизни, а с тех пор, как мы начали осуществлять наш план возглавить Орден, я стал десятикратно внимательнее за тобой присматривать. Так что прости, конечно, но я о ваших чувствах догадался задолго до вас самих. В дверь опять постучали, но полковник сам открыл дверь и впустил слугу с подносом, полным еды, и отправил его восвояси. - Пусть выходит, она явно голодна. Рафф встал из-за стола и заглянул в спальню. Джессика уже была одета и приводила в порядок волосы. Парень с сожалением развёл руками, но перед ней и не требовалось объясняться. - Всё то, о чем мы говорили. Но это, по крайней мере, твой отец, который за тебя в любом случае и не станет манипулировать. Девушка поцеловала его и вышла из спальни следом. - Садитесь обедать, – пригласил полковник, – я попросил принести побольше, так что хватит на всех. - Спасибо, сэр. - Учитывая ситуацию, я запрещаю тебе называть меня «сэр», когда мы одни. Девушка зарделась и кивнула, а потом принялась за еду. Она даже не осознавала, насколько голодна, впрочем, как и Рафферти, который сметал еду с тарелки со скоростью света. Когда они закончили трапезу, Дэвид налил себе кофе, вернулся в кресло и задумчиво вертел чашку в руках. - О чем думаешь, отец? - Думаю, – неспешно начал мужчина, – что Греймар специально подослал тебе в помощники девушку, надеясь именно на такой исход. Но слегка просчитался. - Я думала об этом. Ему стоило подослать настоящую слугу для Магистра, а не тренированную разведчицу – тогда он бы с большей вероятностью смог получить рычаг воздействия. - Верно. Он весьма умён и хитёр, неплохо умеет в тактику, но вот со стратегией у него не очень. Его недальновидность и невнимательность к мелочам – одна из причин того, что казна пустеет. Хотя лучшего варианта на пост казначея сейчас всё равно не найти. - А ты уже присматривал варианты? – слегка вздёрнул бровь Фрост. - Конечно. Тебе нужны свои люди, «лизоблюды», как выразился Руперт. - Ты слышал это? - Сынок, он так орал, что его слышал весь город. – Улыбнулся Дэвид. – Я предлагаю оставить в Совете Джаспера: он компетентен и лоялен, а главное – у него трезвый взгляд на вещи. Он не станет прыгать перед тобой на задних лапках, но и не будет вести себя, как Руперт. Это кремень, который делает свою работу на совесть. - Я так и собирался сделать. Но – завтра. Сегодня, честно, я не в состоянии думать о делах. Образовавшаяся пауза, попытки отца спрятать понимающую улыбку, и ступор Джессики подсказали, что его поняли совершенно превратно. - Да не в этом дело, Господи! Семьдесят девять дней нервов, недосыпа и работы без выходных. Я специально считал. Пап, дай мне просто отдохнуть и не думать хотя бы сегодня. - Я молчал. – Ухмыльнулся Дэвид. – Отдыхайте, пока есть возможность, потому что завтра начнётся новый круг Ада. И, Джессика, ты должна завтра утром войти через главный вход, как будто тебя здесь не было. - Я уже всё продумала, сэ… Дэвид. - Тебе пост Магистра подошёл бы куда лучше, чем мне. - Уволь, сынок. – Хмыкнул полковник. – Мне хватает проблем даже в роли твоего неофициального помощника. - Завтра подпишу указ о твоём назначении. - Звучит, как месть. Рафферти не стал отрицать. - Джессика, иди в спальню, сейчас придут убирать со стола. – Приказал Лоу, но тут же остановил девушку за руку. – Я рад, что ты с ним. Девушка смущённо улыбнулась мужчине, после чего он освободил её руку, чтобы она скрылась. - Отличная будущая невестка, – подмигнул Дэвид сыну. - Господи, пап, – прошептал Рафф, – не сейчас. - Просто мысли вслух. Полковник поднялся и вышел за дверь, чтобы позвать слугу, который быстро собрал тарелки и исчез. - Обед ещё не кончился, так что наши бывшие Советники сейчас в сборе в столовой. Я скажу им, чтобы тебя сегодня больше не тревожили. - Спасибо большое. Лоу улыбнулся и закрыл за собой дверь, а Магистр повернул ключ в замке. Он тяжело выдохнул, опираясь спиной о дверь. - Рафф, – Джессика показалась из спальни, – иди ко мне. У нас осталось не так много времени прежде, чем я уйду. - А как ты собираешься уходить? – Поинтересовался парень, раздеваясь. - Через потайной ход, которых в твоих покоях три. - Чего?! - Я изучила этот нюанс ещё в первые дни своего назначения, что и тебе стоило бы сделать. – Её слова прозвучали упрёком. - Я даже не подозревал, что здесь могут быть потайные ходы. - А как иначе? Для безопасности Магистра всегда существуют альтернативные пути отступления и ведут они в разные места. Я каждый день проверяю их, чтобы удостовериться, что больше никто их не использует. - Зачем кто-то станет ими пользоваться? - Для шпионажа. Рафф, ты действительно настолько беспечен? - У меня не было времени об этом думать. – Фрост сел на край кровати, раздосадованный. Строуп поцеловала его в уголок губ. - Как хорошо, что у тебя есть я. И, кстати, пройдусь-ка я по ним ещё разок, для успокоения. - Зачем? - Греймар что-то подозревает. Я не понимаю, как тебя не насторожили его слова, ведь всё было очевидно. Рафферти тяжело вздохнул, теряя желание что-либо делать, даже возбуждение сошло на нет. - Ты слишком ему доверяешь, милый. Представь, что он – любой другой член Совета, не думай о нём, как о безоговорочном союзнике, и всё станет проще. - Яма с волками. - Именно. – Джессика кивнула. – А теперь расслабься, сходи в душ, а я к тебе присоединюсь через десять минут. Строуп покинула спальню, оставив Рафферти переваривать информацию. С каждой минутой выходной всё больше накрывался медным тазом, но парень решил плюнуть на всё и последовать совету девушки – пойти в душ. Может, хоть немного смоются тяжёлые мысли. Горячая вода расслабляла тело и успокаивала душу. Рафф стоял под тугими струями, даже не пытаясь намылиться. Скоро он услышал, как открылась дверь, а через несколько секунд его обняли сзади. В этот момент Магистр смог, наконец, полностью расслабиться и забыться в руках девушки, пока не уснул спустя много приятных часов. Проснулся он от стука в дверь. Часы показывали половину восьмого утра, но Джессики не было рядом. - Кто там? – Крикнул Фрост, поднимаясь. - Ваша экономка, сэр. Парень улыбнулся, натянул штаны, и поспешил открыть дверь. Джессика снова была в строгом сером платье, почтительно склонив голову. - Проходи. Она кивнула и молча вошла в кабинет. Рафферти закрыл за ней дверь, а потом подхватил и прижал к ближайшей стене, чтобы жарко поцеловать. Строуп обвила его талию ногами, ощутила, как руки Магистра скользнули под ткань платья. - Ключ… - Угу… Парень не стал отпускать её, а придержал крепче за бедра и поднёс к замку, чтобы она закрыла дверь. - Если кто-нибудь постучит, а у нас закрыто, и ты в таком виде, то возникнет много вопросов. - Дай мне минуту, Джесс… – Фрост снова прижался к её губам, и она разрешила ему эту минуту нежности. - Отпускай меня. Рафферти с сожалением поставил девушку на пол, чтобы она могла привести в порядок платье, а сам пошёл одеваться. Джессика открыла дверь, включила кофеварку и подготовила две чашки, как в дверь постучались. На пороге оказался казначей с очень хитрым прищуром. - Леди Строуп, доброго утра. - Здравствуйте, мастер Греймар. Вы к Магистру? - К нему, конечно. - Я сейчас позову его. Будете кофе? - С огромным удовольствием, девочка. Старик проследовал в кресло, не спуская глаз с девушки. «Старый хитрый осёл», – мрачно подумала она, улыбаясь самой милой из своих улыбок, и постучалась в спальню. - Рафферти, к Вам мастер Греймар. Через две секунды дверь открылась, из неё показался Магистр в расстёгнутой рубашке на голое тело, он застёгивал ремень на брюках. Парень улыбнулся очаровательно, глядя ей прямо в глаза и нарочито игнорируя казначея. - Прости, Джесс, не хотел тебя смутить. – Рафферти погладил девушку по плечу, читая в её глазах обещание скорой расправы, и перевёл взгляд на старика. – Греймар, доброго утра. Кофе желаете? - Уже налила. – Джессика поставила перед мужчинами чашки, а сама ушла в спальню, заправить постель. Её тон и взгляд были настолько ровными, что Фрост даже восхитился, а вот Греймар наблюдал за ними с огромным интересом. - Ты же знаешь, что не обязана это делать? - Кто-то же должен, иначе Вы будете спать на груде грязного белья. Сэр. - Магистр, я надеялся на минутку Вашего внимания. – С нажимом произнёс Греймар, поняв, что его игнорируют. - Конечно, мастер, о чём Вы хотели поговорить? – Фрост улыбался простодушно, но взгляд его был холоден. - О новых назначениях в будущий Совет, узнать Ваши мысли и предложить некоторые неплохие варианты. - Греймар, у нас с Вами был уговор, и я буду его придерживаться при условии, что Вы больше не допустите оплошностей. Одно дело, когда Совет покупает духи по цене недельного запаса картошки для личного состава всего замка, но совсем другое – когда Ваш подчинённый идёт в обход Вас, «разбрасывает платежи», и выделяет сотни тысяч из казны на несанкционированные операции. Это выставляет Вас в плохом свете, как мастера над монетой, а меня – как Магистра, который обещал исправить прошлые ошибки и не допустить новых. Стоит ли мне, в таком случае, слушать Ваши советы относительно кадров, когда Вы со своими не можете справиться? Рафферти показалось, что он слышит звук, с которым Греймар плюхнулся в лужу. Старик явно сильно занервничал, поэтому Фрост решил немного сбавить градус: - Мы с Вами всё ещё союзники и я ценю Ваше мнение, но чтобы вернуть доверие, Вы должны провести чистку в казначействе. Я требую, чтобы к концу дня ответственный за чёрную бухгалтерию был помещён под стражу, а все, кто хоть раз был замечен в недобросовестном исполнении служебных обязанностей – уволены. – Греймар хотел было открыть рот для возражения, но Рафферти его опередил. – Я не говорю об опечатках в оборотной ведомости. Я говорю о серых и чёрных платежах из казны. Вам всё понятно? - Виновного – в тюрьму, список ненадёжных служащих казначейства – Вам на стол к концу дня. - Именно так. Благодарю за понимание, мастер. А теперь идём дружно завтракать. - Буду ждать Вас в столовой, – Греймар откланялся и поспешил на выход. - Ну и что это было? - О чём ты? – На голубом глазу спросил Фрост Джессику. - Зачем ты так нагло заигрывал со мной перед ним? - Затем, дорогая, – Рафферти поднялся из своего кресла и подошёл к ней вплотную, деликатно обнял за талию, – чтобы он видел, что мы, во-первых, не раскусили его замысел, а во-вторых, что ты не повелась на мои ухаживания. Просто продолжай притворяться, что я дурачок, который не понимает, что девушка его морозит. - Я так не могу, Рафф. Ты – Магистр, а я твоя подручная. Я обязана относиться к тебе с почтением. - Тогда делай вид, что я почтенный дурачок. - Это я могу. – Ухмыльнулась Строуп, и тут же была прижата к сильному телу парня. Рафферти забрался под подол её платья, погладил по бедру, рука поднялась выше к ягодице и сжала. А затем он опустился на колени и принялся поцеловать те места, что только что гладил. - Рафф, пожалуйста… Нет времени… - Ммм… Форма в казарме? - Да. - Пять минут на переодевание, буду ждать внизу за столом. Я не могу спокойно находиться с тобой рядом, когда знаю, что так легко могу добраться до желаемого. Джессика тихонько рассмеялась. - Это приказ, господин Магистр? - Увы, да. Хотя я был бы не против, чтобы ты носила платья. Только не это, оно ужасно. Девушка вздёрнула Рафферти на ноги, начала застёгивать пуговицы на его рубашке, и промурлыкала: - Могу носить платья по выходным, господин Магистр. После чего развернулась и ушла переодеваться. Уже за закрытой дверью услышала негромкое «есть!» и улыбнулась. На ум пришло несколько идей относительно покупки пары платьев.