Большая Охота Сумрака

      — Будь внимателен, — давал последние наставления Кошмар, — когда я займу позицию для наблюдения, и ты сообщишь о своей готовности, я дистанционно открою ворота. У тебя будет несколько секунд, чтобы сориентироваться и действовать.       — Помню, — глухо донеслось из-под маски. Что выражало лицо сына Грозы в преддверии самой грандиозной и самой опасной Охоты в его жизни, напарник видеть не мог, но голос Сумрака был ровен и тверд, не выдавая даже легкого оттенка волнения. Это одновременно радовало… и настораживало.       — Не буду желать тебе удачи, братишка — сам знаешь, примета плохая, — в заключение проговорил Кошмар. — Но я верю, что ты справишься.       — Мы справимся, напарник, — подтвердил старший самец, и его жвала в попытке улыбнуться стукнули по внутренней поверхности маски. Главное, чтобы Кошмарик не спохватился, что они вчера полночи провспоминали прошлое… Данная примета еще хуже была, но сын Броска о ней позабыл или по какому-то удивительному стечению обстоятельств ее не знал. Вот пусть и дальше не знает.       Кошмар опустил голову и замер так на секунду, будто бы собираясь с мыслями, затем резко подобрался и, не оборачиваясь, вышел в наружную камеру шлюза, где разместился челнок. Тяжелые створки с не внушающим доверия дребезжанием закрылись за ним, и Сумрак остался в среднем шлюзовом отсеке один. Спустя несколько минут легкая вибрация пробежала по стенам и тут же плавно сошла на нет — напарник покинул нутро «Острова». Вот теперь точно один…       Время потянулось мучительно медленно. В ожидании первого позывного проводника, охотник, подойдя к внутренним воротам, остановился и прислушался. Там, за прочными многослойными створками, располагался тщательно патрулируемый Жесткачами ангар — первое препятствие на пути отчаянного сына Грозы. Конечно, через толщу металла не проникало ни единого звука, но Сумрак знал, что они там: прохаживаются медленно и величаво, покачивая дыхательными трубками и таская за собой гребенчатые хвосты. Скорее всего, они уже почуяли вторжение на их территорию, ощутив отголоски работы двигателей, и поднапряглись, но еще не забили тревогу. Они выжидают; не суетятся, не кидаются на задраенный выход, а просто спокойно готовятся со всем радушием принять очередных незваных гостей в свои когтистые лапы.       В динамиках послышалось шипение, но тотчас же прекратилось — видимо, Кошмар отрегулировал что-то.       — Я на месте, — сообщил проводник. — Как меня слышно?       — Слышно хорошо, — кратко ответил охотник.       — Готов?       — Готов.       — Передаю тебе изображение ангара, — продолжил Кошмар, открывая трансляцию. — Сейчас там пятеро, солдаты, крупные. Всего на уровне сейчас двадцать штук — намного меньше, чем вчера было — можно сказать, повезло… Но могут прийти еще по лифтовым шахтам. Твоя первая задача максимально быстро и по возможности бесшумно убрать охранников, потому что еще четверо трутся дальше по коридору, они сами на тебя выйдут, будь к этому готов.       — Понял, — согласно прищелкнул Сумрак, сосредоточенно вглядываясь в появившуюся на линзах картинку. Он уже видел этот ангар и даже заочно успел достаточно хорошо его изучить, но теперь, когда первая ловушка располагалась прямо за стеной, прежнее впечатление немало изменилось. В помещении царила кромешная темнота. На тепловой картине четко вырисовывались угловатые силуэты заброшенных челноков, густо оплетенных «паутиной», между которыми нервно расхаживали графически подсвеченные фигуры бронированных Жесткачей. Священная Дичь волновалась.       Что чувствовал в этот момент сам охотник? О, это всегда было сложно описать. В частности, потому, что заниматься анализом своих мыслей и ощущений во время Охоты ему бы и в голову не пришло, а с ее завершением заветное чувство стремительно ускользало, оставляя после себя возбуждение и азарт, но унося неведомо куда остальные, не поддающиеся определению эмоции. Это было нечто на грани разума и инстинкта, когда на время забывались истинные цели и мотивы, а душой и телом овладевала жажда… Убийства? Нет, не то… Самоутверждения? Отчасти, но не только… Преодоления?.. Да, пожалуй, преодоления чужого сопротивления. И, чем яростнее это сопротивление оказывалось, тем сильнее пьянило неудержимое чувство. Чем более явный вызов бросала добыча, тем больше хотелось с ней расправиться.       Жесткачи всегда бросали вызов одним лишь видом своих глянцевых рельефных тел, своих удлинённых обтекаемых голов и подобных сокрушительным бичам хвостов. Они были во всех отношениях идеальной дичью: безжалостной и смертоносной, достаточно хитрой, чтобы сделать Охоту по-настоящему увлекательной, но достаточно примитивной, чтобы позволить пренебрегать по отношению к себе некоторыми статьями Кодекса.       Сумрак любил добывать Жесткачей. Он поддался этим диким истребительным порывам далеко не сразу, только спустя несколько лет после Посвящения, но, однажды войдя во вкус, уже не смог более остановиться. Однако, для наступления нужного состояния требовалось одно обязательное условие. На уровне подсознания чувствуя направленную против себя враждебность, Сумрак по-настоящему распалялся в бою лишь в тот момент, когда разъяренного противника начинало обуревать безумное желание его уничтожить. Именно эта лютая злоба доставляла самцу истинное наслаждение и дарила необъяснимую сладость, заставляя внутренне содрогаться в эйфории. И, чем сильнее и откровеннее становилась агрессия будущей жертвы, тем более страстно он вожделел ее… прикончить.       — Открывай, — тихо рыкнул сын Грозы, наклоняя корпус и выдвигая две пары лезвий. За его плечами послушно активировались обе пушки. Сегодня, как и всегда, он намеревался выжить, ибо в стремлении убивать с Жесткачами, обороняющими свой улей, не мог сравниться никто, но испить до дна чашу их жгучей ненависти охотник мог, лишь выстояв эту битву.       Массивные створки шлюзовой камеры поехали в стороны. Сумрак уже знал, где поджидает враг. Две особи притаились неподалеку от входа, мгновенно среагировав на непривычное движение, трое отошли дальше к стенам и заняли выжидающую позицию, раздраженно переминаясь с ноги на ногу и хлеща в стороны гибкими хвостами. Он видел их отлично, дополнительных подсказок не требовалось, и Кошмар по ту сторону динамиков сейчас напряженно молчал, вглядываясь в готовую вот-вот разразиться яростной схваткой замершую картину.       Первый Жесткач кинулся на Сумрака сразу, сопровождая атаку негодующим визгом, слишком резким и тонким для такого внушительного с виду создания. Поистине, выросшие на Бронеголовах солдаты были крупнее и мощнее тех, что выводились из более мелких организмов. Надо сказать, размер хозяина был немаловажным сдерживающим фактором для размножения Жесткачей. Эти существа были способны перенимать черты носителя, и одном богам было бы ведомо, что произошло бы, начни они плодиться на каких-нибудь гигантских ящерах… Но грудолом мог пробить лишь ограниченную толщу тканей, именно поэтому Бронеголовы, вероятно, являлись максимумом, на что Священная Дичь могла посягнуть. Но и этого вполне хватало…       Сумрак не знал, насколько могут быть крепки покровы подобной морфы — увы, роботы не могли предоставить подобной информации, а потому проверять предстояло по ходу дела. Чем сын Грозы незамедлительно и занялся. На размышления у него не было даже лишней секунды. Жесткач бросился, навострив когти и оскалив внешнюю пасть, а мгновением позже уже был наколот на лезвия. Вопреки опасениям, подаренное Вожаком оружие легко пробило горло твари, не позволив ей приблизиться больше, чем на расстояние вытянутой руки. Солдат рванулся, беспомощно задирая голову и в последней попытке дотянуться до противника взмахнул передними лапами, но, теряя сознание, уже не достал руки Сумрака, и начал медленно оседать вниз.       Первый был готов.       Ох и тяжеленная оказалась туша! Удар, пришедшийся на лезвия, показался с непривычки слишком уж сильным, и, надо сказать, тут немало выручила усиленная конструкция скафандра. Будь охотник облачен в более легкий доспех, исход этого первого короткого поединка мог бы получиться совершенно иным: не выдержав напора, Сумрак, вероятно, «обнялся» бы с Жесткачом, что ни к чему хорошему не вело…       Скинуть безвольное тело с лезвий также оказалось не настолько легко, как это бывало обычно. Падая, тварь невольно потянула за собой пронзившую ее руку, заставив нагнуться, прежде чем соскользнула с оружия. В тот же момент второй находившийся поблизости Жесткач выскочил из укрытия, но тут же был разнесен в клочья выстрелом в упор, забрызгав стены и испачкав кислотостойкий костюм охотника. Попавшие на грудь и рукав капли слегка задымились.       И вот уже двое солдат были на том свете. Все произошло быстро. Ворота шлюза еще только доползли друг до друга позади Сумрака, а он уже нацеливался на следующую жертву.       Три оставшихся Жесткача, однако, не спешили теперь подходить. Рассредоточившись по ангару, они начали продвигаться между челноками справа и слева, стараясь не показываться воину на глаза. На маску мгновенно пришло соответствующее изображение.       — Окружают, — сообщил Кошмар. — У тебя на них минута. В коридоре еще четверо, направляются сюда.       И вновь единственный щелчок в знак согласия. Сумрак, не теряя времени, скользнул вдоль стены, обходя ряд челноков с противоположной стороны.       — Дальше… Дальше… — самец один за другим миновал застывшие механизмы, послушно следуя за голосом напарника. И, наконец: — Этот. Слева!       Сумрак быстро развернулся лицом к опасности, и лазер, повинуясь четкому автоматическому прицелу, выжег дыру прямо по центру угрожающе склонившегося к охотнику лакированного лба. Облако горячего пара вырвалось из раны, ломая панцирь и выворачивая наружу ткани; солдат неуверенно качнулся и рухнул.       — Верх-право!       Следующий выстрел снял подкрадывающегося Жесткача с крыши соседнего челнока, и грузное туловище с химическим шипением скатилось вниз, прожигая металл в местах, свободных от «паутины». Сумрак отступил на шаг.       — Последний. Сзади, — рыкнул Кошмар, и охотник устремился обратно, навстречу уцелевшему защитнику ангара.       Почуяв, что перевес уже явно не на его стороне, Жесткач озадаченно приостановился, а затем внезапно метнулся в сторону, уклонившись от залпа. Сноп искр разлетелся от какой-то металлической конструкции впереди. Кошмар недовольно шикнул в микрофон.       — Кончай с плазмой баловаться на периферии корабля!       В целом, он был прав…       Следуя указаниям проводника, Сумрак начал оттеснять беглеца в угол. Вот добыча оказалась в зоне видимости, и тут же сверкнул яркий луч. Уже пятый Жесткач расстался с жизнью, сделав напоследок несколько неловких шагов и тяжко повалившись набок. Все-таки догадки на счет сниженной быстроты реакции продукта заражения Бронеголовов, были не так уж беспочвенны… Тем не менее, расслабляться не следовало. Здесь уже погибло множество славных воинов, и они, возможно, стали жертвами того же заблуждения.       — Коридор, быстро! — тут же скомандовал проводник. — Четверо. И за ними еще столько же, готовься дважды принимать.       В два прыжка Сумрак достиг центра ангара, оказавшись прямо напротив раскрытого прохода, ведущего в сторону технических помещений. В нем уже появились две причудливые светящиеся фигуры, и еще две маячили чуть позади. Рассерженные солдаты отчаянно заверещали, примериваясь к броску, но привести свое намерение в действие не успели, оказавшись обезглавленными на месте. Лазер был чудо, как хорош!       Впрочем, моментально вставшие на их месте собраться уже медлить не стали. Опустившись на все четыре конечности, Жесткачи понеслись прямиком на охотника, изогнув хвосты над своими спинами и направляя смертоносные шипы во врага. Времени прицелиться на этот раз не хватило. Все, что смог в тот момент сообразить сын Грозы — это выхватить из-за спины копье и, стремительно разложив его в горизонтальном положении, ринуться между тварями, заставляя их натолкнуться грудью на внезапную преграду и одновременно подавая на наконечники электрический разряд. Неожиданно этот опасный ход удался. Пришлось приложить немало энергии (и в очередной раз возблагодарить «дом» с его усилителями), но результат того стоил. Одного Жесткача получилось опрокинуть навзничь, второго же Сумрак откинул к стене и, не давая опомниться, заколол, опробовав, таким образом, в деле еще один подарок лидера.       — Сзади! — команда напарника заставила быстро обернуться к поднимающемуся с пола солдату. Через пару секунд и этот Жесткач был без головы.       Тем временем, из коридора уже целенаправленно перли еще четверо тварей. Увы, лишь в сказках, да на тренировках противники подходят по одному, покорно дожидаясь своей очереди, в реальности же все происходит иначе… Солдаты напали скопом. Одного из четырех Сумрак успел подстрелить, остальные трое обступили его и закружили на расстоянии, недостаточным для удара, выжидая удобный момент для решающего броска. Охотнику не оставалось ничего другого, кроме как тоже завертеться на месте, отпугивая Жесткачей электрическими разрядами, но последние, скорее, злили Священную Дичь, нежели причиняли ей какой-то ощутимый ущерб…       Внезапно один из солдат, зайдя воину за спину, решился на сближение.       — Сзади! — Сумрак мгновенно развернулся, в следующую секунду уже поднимая дрыгающуюся тушу на копье и невероятным усилием перебрасывая через себя. Жесткач захлебнулся пронзительным криком, и, подобно неуклюжему снаряду, сбил с ног собрата. Не растерявшись, Сумрак пригнулся и одним движением подсек лапы третьей приближающейся особи. Три коротких выстрела довершили дело…       Сын Грозы стоял возле темнеющего, затянутого наплывами «паутины» входа и пытался отдышаться. В ангаре катастрофически недоставало кислорода, а потому приходилось на первых порах использовать регенерирующие патроны. Солдатам в этом плане было легче: способные в бескислородных условиях переходить на получение энергии путем брожения, подобно грудоломам, они, хоть и теряли в прыти, но оставались по-прежнему жизнеспособными и опасными.       — Отдохни пять минут, — посоветовал Кошмар. — Или все десять. На уровне еще осталось семь тварей, но они бродят по дальним отсекам и пока не проявляют признаков беспокойства. Не услышали.       — Понял тебя, — отозвался Сумрак, опускаясь у стены на корточки и разглядывая переданное изображение. Узкие коридоры второго яруса пока и впрямь были свободны.       — Сейчас я поведу тебя по маршруту, — продолжал напарник. — Схема такая: зачищаешь отсек — закрываешь его. Доходишь до лифта — закрываешь шахту. В шахтах пока спокойно, но ситуация может измениться. Старайся не поднимать много шума, по крайней мере, пока.       — Понял, — повторил сын Грозы, вставая.       — Уже идешь?       — А что тянуть?       Выслушав дальнейшие инструкции, Сумрак ступил в давящее пространство коридора. Отыскав сбоку от дверей заляпанную черными слюнями панель запирающего устройства, он заблокировал вход в ангар, дабы Жесткачи вновь не оказались за его спиной, снизил мощность лазера до пяти процентов и для надежности приварил на стык ворот полоску металла — самец подобрал несколько таких возле одного из складов.       Окончив работу, Сумрак отрегулировал оружие и тихо двинулся вперед, осторожно ступая по неровному, укутанному наслоениями «паутины» полу. Коридор был превращен стараниями Трудного Мяса в неровный бугристый туннель — Жесткачам так было привычнее и удобнее бегать, не скользя когтями по гладкому полу и стенам. Это был минус, но присутствовала и положительная сторона — затвердевшие слюни являли собой дополнительную защиту палуб от кислоты, выливающейся из тварей при зачистке. Конечно, перекрытия «Острова» и так были достаточно мощными, однако искушать лишний раз судьбу все же не хотелось.       Миновав склады крупногабаритных грузов, по какому-то счастливому стечению обстоятельств Жесткачами нетронутые и даже не вскрытые, Сумрак, подчиняясь указаниям проводника, свернул направо. Поперечный коридор, уходящий в две стороны, был намного шире центрального и оканчивался грузовыми лифтами, шахты которых пронизывали станцию сверху донизу. Очевидно, все громоздкие запчасти, блоки кормов и клетки с животными помещались из ангара в самый большой из складов, имеющий сквозные ворота, а затем уже распределялись, куда следует, именно по этим коридорам.       Пройдя еще немного, охотник сверился со схемой и решительно повернул в первый из открытых отсеков. Там пряталась всего пара особей, причем, эти, похоже, отлынивали от «службы» и просто спали, так как появление Сумрака явно застало их врасплох.       — Я тоже не люблю, когда меня будят, — пробормотал сын Грозы наводя прицел. — Я от этого… зверею…       Первый Жесткач рухнул на пол, сраженный алым лучом. Второй попытался забиться между коммуникациями и позорно застрял.       — Сражайся, трус! — рыкнул сын Грозы и, увернувшись от удара колючего хвоста, перехватил его у основания острия, потянув на себя. Жесткач засучил лапами, но, вместо того, чтобы дать задний ход, рванулся вперед, еще сильнее погнув конструкции и застопорившись намертво. Раздраженно ворча, Сумрак отбросил хвост и зашел с морды. Тварь негодующе заскрежетала, когда охотник приблизился, и с бессильной злобой выбросила в его сторону внутреннюю челюсть. Сумрак фыркнул. Где-то по ту сторону Кошмар хрюкнул со смеху.       — Слабых убивать недостойно… — задумчиво проговорил воин, продолжая созерцать нелепые телодвижения Жесткача. Тварь одновременно пыталась выбраться и достать обидчика. Но, так как для первого нужно было толкаться назад, а для второго хоть немного продвинуться вперед, ни то, ни другое у нее не выходило. Наконец, устав от этого зрелища, Сумрак выдвинул лезвия и одним ударом пробил глупую башку. Заодно и поглядел, насколько прочен у этой модификации череп… Оказалось, весьма и весьма.       — Слабых убивать недостойно, — повторил вслед за этим самец, — но никто не говорит, что нельзя убивать дураков.       — Да я не возражаю, — отозвался проводник, глядя через маску напарника на подергивающегося в последних конвульсиях солдата, самостоятельно загнавшего себя в ловушку.       Покинув отсек, Сумрак заварил вход, подобно дверям ангара и двинулся к лифту. По словам Кошмара этот коридор был пуст, оставалось лишь изолировать помещения и шахты, после чего можно было смело двигаться дальше. «Как-то все слишком просто пока идет», — вскользь подумал сын Грозы, возясь с дверями лифта.       — Ты там не расслабляйся, — словно бы угадав его мысли, шикнул Кошмар.       Действуя в достаточно спокойном темпе, Сумрак закрыл еще три помещения и шахту второго грузового лифта. Никто даже не пытался ему мешать… Но тут…       — Тревога! — вдруг нарушил этот кажущийся покой проводник. — Второй поперечный коридор. Жесткачи зашевелились. Видимо, вибрацию засекли. Пять особей, выход сразу из трех соседних отсеков в районе резервной электрощитовой. Заканчивай и быстро туда, пока они сосредоточены в одной части коридора. Окажутся по обе стороны от тебя — плохо будет.       Громко щелкнув, Сумрак поспешно завершил последний металлический шов и припустил в указанном направлении. Достигнув следующего поворота налево, он и правда узрел в глубине коридора сбившихся в небольшую стаю солдат. Действовать вновь пришлось быстро. Твари ринулись на него одновременно. Чтобы не толкаться, трое поскакали по коридору, а двое полезли вдоль стен, цепляясь за наплывы. Очевидно, каждый из Жесткачей мечтал добраться до охотника первым и поглядеть, что же у того внутри.       На сей раз сын Грозы благоразумно решил не геройствовать и подпускать Священную Дичь близко не стал, без ухищрений перестреляв ее с места. Брать солдат на трофеи он не планировал, да и не будешь ведь сражаться с каждым… Последний Жесткач из шайки успел скрыться в отсеке, но вскоре был настигнут и беспощадно заколот.       — Это все? — переводя дух, осведомился Сумрак.       — На уровне — да, — подтвердил Кошмар. — Закрывай шахты, я слежу…       Буркнув что-то себе под нос о нелегкой судьбе сварщиков, Сумрак отправился выполнять поручение. Не смотря на пару капитальных встрясок, настоящей Охоты он пока не почувствовал. Пока что «Остров» разочаровывал сына Грозы. И тем более странно было осознавать, что здесь сложили головы столь многие славные воины… Их кости и доспехи даже здесь то и дело попадались под ноги. Отвлекаться на них было некогда, но потом, когда все закончится… Наверное, стоило все это собрать для дальнейшего захоронения.       Задумчиво поскрипывая жвалами, Сумрак направился к ближайшей шахте. Перешагнув через убиенных Жесткачей, он проследовал в конец коридора и заглянул в широкий вертикальный туннель. Кабина лифта, как и в предыдущих двух случаях, была уведена вниз. Вверху смутно виднелся переход на третий уровень. Кругом было тихо… Поразительно тихо для крупного улья.       Сумрак поежился. Под прижатой гривой жутко зачесалась шея, но достать до нее через скафандр не имелось никакой возможности. Издевательство какое…       Механизм дверей был выведен из строя. Пришлось поднатужиться и закрыть шахту вручную. Также пришлось приварить пару дополнительных железок взамен неработающего замка. Далее самец позакрывал все технические отсеки, уже не тратя время на сварку и двинулся в противоположный коридор с целью обезопасить и его, как вдруг проводник вновь забил тревогу. На третьем уровне поднялось активное шевеление, и Жесткачи, привлеченные не то запахом крови сородичей, не то грохотом дверей, устремились к шахтам. Три из пяти имеющихся уже были тщательно замурованы, а вот две другие представляли собой нешуточную проблему. Быстро оценив количество солдат и их близость к каждому из лифтов, Кошмар гаркнул Сумраку, чтобы в первую очередь блокировал туннель, находящийся в конце центрального коридора — именно туда сейчас направлялась основная масса тварей. Хотя бы один вход следовало отрезать, дабы не оказаться в окружении. Сын Грозы опрометью кинулся туда, уже слыша скрежет когтей и негодующий визг из глубин шахты. Он успел в последний момент, благо, замок не подкачал. Захлопнувшиеся створки тут же начали содрогаться от мощных ударов. Пока Сумрак судорожно наплавлял несколько металлических «печатей», Жесткачи с той стороны яростно пытались пробиться. А самец тем временем варил металл и недовольно морщился под маской. Да, не такой Охоты он ожидал…       Впрочем поохотиться сегодня у него еще был шанс. Успеть к обеим шахтам Сумрак не мог физически, так что, стоило ему закончить с дверями, как Кошмар велел идти оборонять последний незакрытый коридор, прислав «воодушевляющую» картинку с места действия: рассерженные солдаты уже во всю лезли из проема и заполоняли коридор. Когда Сумрак выскочил им наперерез, уже около полутора десятков Жесткачей наступали со стороны лифта, и сзади их подталкивали все новые прибывающие боевые единицы…       Давно ему не приходилось так отстреливаться… Он уже, не смущаясь близости несущих конструкций станции, палил из двух стволов, почти не целясь, а тварей все никак не становилось меньше. Одновременно Сумрак неустанно насаживал на лезвия самых шустрых Жесткачей, действуя обеими руками и, медленно, непростительно медленно продвигаясь к шахте. Лезвия то и дело соскальзывали по крепкой броне, но Сумрак скоро наловчился метить в горло и грудь дичи, бывшие достаточно уязвимыми, так что дело пошло быстрее.       Вот чей-то хвост полоснул его по ноге, пробив защиту, но само тело лишь только задев — система устранения повреждений сработала моментально, и вновь скафандр был целехонек, а шкуру уже слегка пощипывал антисептик. Другое острие просвистело в сантиметре от маски, но затем его обладатель, подобно остальным, тяжело рухнул охотнику под ноги. Сумрак уже перестал четко осознавать происходящее. Он видел лишь слабо обозначенный в окружающей тьме проем впереди и бесчисленные светящиеся силуэты, нескончаемо лезущие из этого проема и кидающиеся на него. Под подошвами хрустело, падающие тела мешали идти вперед, визг Священной Дичи уже сливался в единый неумолкающий гомон. Один из солдат уклонился от удара и мертвой хваткой вцепился в нагрудник, правда, тотчас же получил полный рот быстро затвердевающей пены и отвалился, настигнутый лезвиями. До шахты оставалось совсем немного…       Последним неимоверным усилием Сумрак отбросил ближайших тварей и, воспользовавшись секундной сумятицей, внесенной в их ряды, сорвал с перевязи одну из шоковых гранат. Перелетев через головы упорных Жесткачей, снаряд угодил аккурат в проем шахты, и через пару мгновений все ее внутреннее пространство озарилось яркой вспышкой, сопровождающейся громким хлопком. Ну, это для Сумрака было «ярко» и «громко» — звуковые и световые фильтры «дома» отсекли все лишнее, а вот ближайших к шахте солдат оглушило до полной дезориентации в пространстве. Не говоря уж о тех, кто в это время пробирался по туннелю или только намеревался в него залезть. Точно спелые плоды с дерева, контуженные Жесткачи друг за другом попадали вниз, живописно пронесясь мимо освободившегося проема, и вслед за тем, наконец, воцарилась мертвая тишина…       Теперь, когда удалось надежно отпугнуть «гостей с третьего уровня», Сумрак мог позволить себе добить остатки еле движущихся солдат в коридоре, под присмотром Кошмара нашинковать лазером попадавших на дно шахты особей и запечатать вход, пока уцелевшие твари не вернулись с подмогой. Ярус, наконец-то был чист. Но дел на сегодня оставалось еще немерено…       Оповестив Кошмара об удачном завершении зачистки второго уровня, Сумрак покончил с изоляцией помещений, установил возле лифтов дополнительные датчики движения и отправился в ангар, поджидать товарища. По дороге он посчитал добытых Жесткачей — всего вышло шестьдесят восемь штук. Пожалуй, не так уж прост был «Остров».       Только сейчас, когда напряжение ушло, Сумрак почувствовал, насколько же он устал. В пасти сильно пересохло. Самец шевельнул правой максиллой, нажимая на устройство подачи воды. Живительная влага потекла прямо в горло, и он сделал несколько жадных глотков. Пожалуй, следовало еще все-таки принять стимулятор, ведь впереди предстояла разгрузка оборудования, наладка системы жизнеобеспечения, а также подготовка отсека для отдыха, и все это требовалось сделать быстро и качественно.       Вскрыв поставленную на воротах ангара печать, охотник вернулся в первое из очищенных помещений. Там, чтобы скоротать время, он решил подробнее изучить выросших на Бронеголовах чудовищ. Склонившись над одним из мертвых солдат, самец внимательно осмотрел труп. Жесткач уже заметно одеревенел, и вытекшая из раны на его шее кислота выжгла в полу приличную яму. Подковырнув ножом одну из спинных пластин твари, Сумрак попытался оценить ее толщину. Экзоскелет отходил с трудом, но, в конце концов, удалось его вскрыть. Что ж… Не удивительно, что лезвия отскакивали. Дальше не следовало и пытаться.       Повертев Жесткача так и эдак, охотник обнаружил в его покровах еще несколько слабых мест: подмышками и в паху, под затылком и, как ни странно, в районе холки. В самый разгар этих научных изысканий по ангару прошла вибрация от захода малого транспорта, и через несколько минут шлюзовая камера открылась. Кошмар, облаченный в простой технический скафандр, стоял возле челнока, готовый к процессу дальнейшей разгрузки.       — Между прочим, ты отлично справился, — позитивно прострекотал младший самец, когда старший приблизился, и дружески хлопнул его по плечу.       — И ты неплохо, — отозвался Сумрак. — Но про ту лавину Жесткачей можно было и пораньше предупредить…       — А двери можно было и побыстрее заваривать, — парировал Кошмар. На том и сошлись.       Не мудрствуя лукаво, напарники решили приспособить под склад оборудования… склад оборудования. Как раз тот, что имел два выхода — в ангар и в коридор. В течение примерно трех часов они перетаскивали туда с челнока оставшееся вооружение, инструменты, запчасти, медикаменты и припасы. Наконец, разложив все по порядку и накрепко закрыв склад, самцы уселись передохнуть прямо на ступеньку у ворот.       — С ремонтом пособить? — спросил Кошмар, поворачиваясь к напарнику. Сумрак вздохнул и отрицательно покачал головой.       — Твоя задача следить за обстановкой, — ответил он. — Лучше охраняй мой покой, пока я буду в щитке ковыряться. Я, конечно, все закрыл, но мало ли…       — И то верно, — согласился Кошмар. — Тогда… Будем прощаться. До конца операции мы больше не увидимся, будем только слышать друг друга.       — Я как-нибудь переживу, — Сумрак добродушно пихнул его в бок.       Челнок улетел, а сын Грозы, не теряя времени даром, вооружился ремонтным набором и двинулся в сторону резервного пункта управления, находящегося в противоположном конце станции, как раз неподалеку от места самого масштабного из сегодняшних сражений. Основной располагался от него неподалеку и был убит окончательно и бесповоротно, накрывшись при скачке напряжения вместе с заглохшим реактором. Аварийная система, питавшаяся от второго реактора также пережила несколько замыканий, а потому работала через пень колоду, но восстановить ее, судя по всему, было вполне реально.       Без особых приключений добравшись, куда следует, Сумрак получил от Кошмара сообщение, что тот уже на позиции и готов бдеть дальше, не смыкая глаз. Подтвердив, что сообщение принято, старший самец немедленно приступил к ремонту. Как выяснилось, отсек управления от Жесткачей не пострадал — он был в числе немногих, которые оккупанты не смогли открыть, а, может, и не особенно пытались. При ближайшем рассмотрении проблема оказалась в нескольких сгоревших предохранителях. Раскрыв руководство, Сумрак внимательно сверил картину «как оно есть» с картиной «а как должно быть» и, посоветовавшись в паре моментов с Кошмаром, принялся тщательно устранять неполадки, благо все нужные запчасти имелись и даже с запасом.       Провозился он меньше, чем ожидалось, от силы часа полтора, после чего не без гордости мог наблюдать, как загораются индикаторы всех систем, и на оживших мониторах появляются первые показатели. Без перебоев заработала вентиляция, зажужжали фильтры и кислородные установки принялись насыщать воздух. По высветившимся прогнозам до стабилизации атмосферы оставалось чуть более суток.       В коридорах и отсеках зажглись красным небольшие резервные светильники, бросая тусклые блики на оплетенные выделениями Священной Дичи стены и выхватывая из тьмы неутешительные следы боев и разрушений. Но даже этот минимум освещения давал проводнику и охотнику преимущество при отслеживании ситуации. То самое преимущесвто, которого были лишены все, павшие здесь прежде. Очевидно, бравые воины кидались в гущу Жесткачей, очертя головы, без какого-либо плана, полагаясь лишь на свою силу и свой опыт, которые, увы, как показала практика, еще не являлись главным залогом успеха.       — Молодец, все у тебя зафурычило! — констатировал Кошмар, бегло оглядев уровни. — Жесткачам, кстати, не нравятся, пытаются светильники отгрызть… Но сами же так густо их слюнями обмазали, что теперь не могут добраться.       — Пусть отвлекутся, — хмыкнул сын Грозы, собирая инструменты.       — Это вряд ли надолго, — предположил напарник.       Оставив системы работать, Сумрак поспешил обратно к складам. Предстояло последнее на сегодня дело: подготовить убежище. Уже на месте, к великому неудовольствию самца прямо перед входом на склад из вентиляции выпал заблудившийся грудолом, каким-то образом (возможно, в силу своих размеров и скорости), укрывшийся от взора камер. Полыхнул лазерный луч и мгновенно рассек проворного малыша надвое. Сумрак негодующе рявкнул, в ответ услышав точно так же ругнувшегося Кошмара. Его косяк… Конечно, взрослым особям через воздуховоды было не пробраться, но вот такие мелкие лазутчики могли принести немало проблем…       Тем не менее, этот случай лишь еще раз подтвердил необходимость полной герметизации отсека для сна, к чему Сумрак приступил сразу же после того, как установил по периметру дюжину дополнительных датчиков. Обследовав малый склад, он выкинул оттуда все лишнее и, убедившись в отсутствии повреждений, начал методично заваривать вентиляционные отдушины и прочие подозрительные щели. Закончив, подержал дверь открытой, чтобы выветрился запах паленого металла, после чего соорудил из найденных среди хлама ящиков и какого-то укрывного материала подобие ложа — отдыхать, так уж с комфортом. В последнюю очередь он установил внутри помещения дополнительную камеру наблюдения, как просил Кошмар, а так же перенес сюда часть провизии, лекарств, боеприпасов и кислородных патронов, один из которых активировал сразу же, после закрытия и укрепления двери. В это просто не верилось после столь насыщенного событиями дня, но теперь можно было отдыхать…       Когда воздух насытился кислородом, Сумрак с наслаждением стянул шлем и откинул капюшон, встряхнув головой и разметав по плечам помятую гриву. И наконец-то он смог от души почесать шею! Затем, отправив в пасть несколько отвратных «сухарей», самец взгромоздился на самодельную лежанку и ослабил крепления скафандра. Грудь и бедро прилично болели, следовало осмотреть повреждения и, при необходимости, принять дополнительные меры. К счастью, на этот раз оказались лишь ссадины — глубокие, но ничего серьезного.       Последнее, что самец был вынужден сделать перед тем, как отойти ко сну — это открыть специальный клапан у себя промеж ног и, брезгливо морщась вытянуть наполненную жидкостью капсулу. Боги, фактически ходить под себя весь период Охоты… Что за унижение… Капсула с презрением полетела в угол. Воина передернуло.       — Ну и лицо у тебя! — не удержавшись, прыснул со смеху Кошмарик. Лишь в этот момент до Сумрака дошло, что напарник созерцал весь процесс от и до. Сын Грозы оскорбленно фыркнул. Ну, ничего, он ему припомнит.       — Что я забыл, так это мусорку сделать, — пожаловался самец.       — Ты что, ты что, такой ценный ресурс выбрасывать! — продолжая покатываться над напарником, прострекотал Кошмар. — Боеприпасы кончатся — будешь во врага кидаться!       Дальше, судя по звуку, младший самец рухнул с кресла. Дите…       — Все, я спать, — недовольно проговорил сын Грозы.       — Да, ладно, а поговорить? — воспротивился напарник.       — Доложить об обстановке! — вдруг рявкнул Сумрак, терпение которого в этот момент окончательно лопнуло.       — На уровне спокойно, — тут же посерьезнев, отчеканил Кошмар.       — Вот и поговорили, — буркнул охотник и повернулся на бок.