Иллюзионистка

      Мукуро готов был признать, что дело плохо. Фран все еще беззастенчиво дрых, а из всех оставшихся разве что Тсунаеши-кун и он сам могли хоть что-нибудь противопоставить размахивающим цепями Вендиче.       Мукуро не сказал бы, что боится, но каждый раз от взгляда на их разлагающиеся тела холодок пробегал по коже. В конце концов он не способен был забыть своих тюремщиков и судей.       Он уже привык быть в своем собственном теле после того, как Тсунаеши-кун выторговал его из тюрьмы, но, стоило ему закрыть глаза, на веках возникала намертво отпечатавшаяся картинка сковывающих его цепей и парализующей жидкости, в которой невозможно дышать.       Мафиози сами по себе являлись преступниками, и Мукуро искренне считал, что судить кого-то за убийство других убийц попросту глупо. Но эти парни в черных плащах и с забинтованными лицами взяли на себя обязанность, исполнять которую их никто никогда не просил.       Вендиче, являвшиеся ему в кошмарах слишком долгое время, стояли перед ним и теперь не собирались сажать его в клетку. Теперь они были настроены куда как серьезнее, сражались, чтобы отнять их жизни и оставить после себя разъедающие внутренности тьму. И Мукуро не признался бы даже себе, что ему не хватало ставшей отражением тени, слишком глубоко пробравшейся в его мысли.       Тьма, выделяемая Вендиче, напоминала пламя, но какое-то слишком неправильное, извращенное, будто вывернутое наизнанку, от прикосновений которого мутило перед глазами и ожоги появлялись на коже. Его атака смогла слегка потрепать их, но все еще была слишком слабой даже с потрясающим изобретением доктора Верде.       Для победы Мукуро не хватало разорванной в клочья половины его собственной души.       - Позвольте мне помочь, – тихий голос едва не потонул в выкриках, но был слишком сильным, чтобы позволить им стереть себя.       Маленькая милая Хром, девочка, отказавшаяся от его помощи, теперь предлагала ему свою. Едва стояла на ногах, опиралась на искусную иллюзию, но смотрела прямо и уверенно. Так, как маленькая Хром никогда не смотрела прежде.       Ядовитый смешок смешался с его собственными мыслями, и Мукуро даже не смог сказать, что против этой затеи. Он слишком долго использовал эту маленькую девочку, зависевшую от него по стечению обстоятельств, но Вендиче все еще стояли напротив и как будто ждали его решения, и от их неживых взглядов волосы поднимались на затылке.       Она ведь была даже ни капельки на похожа на облаченную в утренний туман Белоснежку.       - К тому же, – Хром смущенно улыбнулась, глядя на него из-под пушистых ресниц, – я тоже хотела бы увидеться с сестренкой.       - Сестреночка-а-а! – заорал проснувшийся на мгновение Фран.       Доктор Верде рассмеялся, прикрывая рукой рот, а Реборн покосился на него удивленно. На руке Хром чернели часы с его именем, но ведь все понимали, что малышка пришла сюда не ради него.       Еще один смешок, на этот раз куда более мягкий, вновь смешался с его мыслями. Холодные мурашки, бегающие по загривку, пропали, и даже ощущение цепей на руках, преследовавшее его с самого детства, исчезло, уступая место приятному теплу где-то внутри живота.       - Оя, – Мукуро прищурился, крутанув наконечником трезубца, – так милая Хром подслушивала?       Хром покраснела, смущенно жмурясь, но уже мгновение спустя тряхнула головой и уверенно посмотрела ему в глаза.       - Разве подслушивать – не любимое занятие иллюзионистов? – иронично спросил доктор Верде.       Мукуро, потеряв в мыслях еще один смешок, не смог с ним не согласиться.