Иллюзионистка

      Вайпер пролетела сквозь стену, поставила на стол два бокала вина. Она освоила этот трюк совсем недавно и теперь перемещалась, напрочь игнорируя любые подобия дверей. С ростом тела, как ни странно, росла и сила, хотя иной раз Вайпер казалось, что это доставляет ей скорее дискомфорт, чем удовлетворение.       – Итак, – она уселась на диванчик, разгладила длинную черную юбку и коротким движением заставила бокал взлететь и качнуться, – ты струсила?       Фонг громко фыркнула, поджимая губы и складывая на груди руки. Она только что рассказала Вайпер невероятно занимательную историю и теперь выглядела обиженным котенком, взобравшимся под самый потолок и не знающим, как спуститься.       – Это не трусость, – буркнула Фонг, подхватывая второй бокал и покачивая его перед лицом.       – Значит ты согласилась? – Вайпер склонила голову набок, сделала крошечный глоток.       Она никогда особенно не увлекалась алкоголем, но сейчас у нее было тело подростка, а в этом возрасте нужно было попробовать все. Или по крайней мере все то немногое, что она еще не пробовала.       Фонг стрельнула в нее обиженным взглядом, тоже сделала глоток и рвано выдохнула:       – Я не отказалась.       Вайпер присвистнула и покачала головой. Не то чтобы она была на стороне Реборна, но тут даже ей самой становилось как-то обидно. Реборн был знатным тормозом в любовных делах, а Фонг, оказывается, являлась для него самой что ни на есть идеальной парой.       Сладковатый привкус пылал яркими искорками на языке, красный в бокале плескался кровью, а по горлу вниз и обратно разливалось покалывающее тепло. Фонг смотрела на нее хмурым взглядом, и только из-за этого Вайпер решила, что стоит сменить насмешливое выражение лица на какое-нибудь другое.       – Выйдешь за меня?       Хрупкое стекло разлетелось осколками, вино растеклось красным пятном по полу. Спрятавшаяся в уголке Фантазма громко квакнула, приоткрывая такие же ярко-алые колдовские глаза. Вайпер усмехнулась, ловя целую волну эмоций, в основе которых стояло негодование.       Фонг подалась вперед, хлопнула себя ладонями по бедрам и шумно выдохнула. На ее ботинках и краях штанов расцветали красные пятна, впитывались в ткань и стекали, капая на больше не белоснежный пол.       Вайпер прищурилась, покачала бокал и облизнулась, прикрывая глаза:       – Ты не отказалась.       Фантазма снова квакнула так, что заложило уши, и Вайпер взмахнула рукой, впечатывая ее в стену. Еще одно красное пятно растеклось и закапало на пол.       Глаза Фонг яростно мерцали, она, казалось, готова была сорваться с места. Но отчего-то продолжала сидеть, сжимая в кулаки ладони, и кусать до кровавых капелек губы.       С потолка светила ярким сгустком белесая лампа. Белый некогда пол покрывался расползающимися по нему красными пятнами, хрустело, будто таяло от света, стекло. Где-то вдалеке, на самом краю сознания играла музыка, и очень сильно хотелось танцевать.       – Я поняла, – наконец каркнула Фонг, рывком поднимаясь.       Она выскочила прочь стремительно, как будто тоже умела чуточку больше, чем ходить сквозь банальные двери.       Вайпер фыркнула, щелкая пальцами, и разбитый бокал собрался воедино, заполняясь до краев кроваво-красным. Она откинулась на спинку диванчика, вытягивая ноги, допила вино залпом, и ее пустой бокал стукнулся о стенку полного и мелодично зазвенел.       – И почему именно я вечно делаю всем предложения?       Фантазма у стены громко раздражающе квакнула, и Вайпер закатила глаза, заставляя ее замолчать.