Иллюзионистка

      – Вы опоздали, – Реборн махнул рукой, указывая сначала на один, потом на другой стоящие в противоположных концах стола стулья.       Еще один стоял как будто в стороне, то ли предназначающийся для их стола, то ли просто болтающийся в проходе.       Вайпер хмыкнула, широко ухмыльнулась, демонстрируя зубы, и в это же время Верде улыбнулся уступившей место Юни, уселся рядом с Реборном и похлопал по соседнему месту ладонью. Стоящий в проходе стул вдруг оказался по другую сторону от него, а Вайпер зачем-то подтащила еще один, хотя никаких дополнительных гостей не ожидалось. Откровенно говоря, было чудом уже то, что они вот так собрались вместе полным составом.       Сам Реборн был чрезвычайно раздражен, потому что Нинчэн сидела далеко от него, окруженная излишне болтливым Колонелло с одной стороны и улыбающейся Юни – с другой. С ним рядом сидела слишком уж взрослая для собравшейся компании Лал Мирч, мирно сложившая на груди руки, и стояли теперь восьмой и девятый пустые стулья, хотя лично Реборн никого больше не ждал.       – Скалл еще не пришел? – оглядываясь по сторонам, спросила Юни, и Реборн неприязненно поморщился.       Не то чтобы он совсем уж не переваривал этого мальца, просто…       – Привет, Скалл! – заорала Вайпер, принимаясь размахивать руками до тех пор, пока упомянутый, красный как спелый помидор, не сел, сложив руки на коленях, рядом со вскинувшим брови Верде. – Твоя спутница тоже сядет?       Она указала на соседний с Реборном, последний оставшийся пустым стул, и волна холодных липких мурашек прошла по его загривку. Глаза Вайпер, обманчиво яркие в искусственном свете, сверкали озорством и жадностью, а Скалл, казалось, от ее слов сделался еще более красным. В уголках глаз его скопились капельки слез, тушь расплылась черными пятнами, тем не менее, прекрасно вписывающимися в его странный образ.       – Эй, Вайпер! – взревел Колонелло, когда Скалл только раскрыл рот, чтобы что-то сказать. – О какой такой спутнице ты говоришь? Скалл ведь как обычно пришел один!       Наверное, это должно было звучать смешно, потому что сам Колонелло расхохотался, принявшись хлопать по столу ладонью. Лал Мирч отвесила ему подзатыльник, а Юни примирительно вскинула руки. Нинчэн пристально вгляделась в лицо Вайпер, будто видела там что-то непривычное, и, точно после долгих раздумий, приветственно кивнула смущенному Скаллу.       Если бы Реборну не казалось, что рядом с ним стоит сама смерть, он бы велел всем заткнуться, вот только Реборн привык доверять собственной интуиции и потому молчал и лишь разглядывал всех троих опоздавших по очереди.       – Да, спасибо, – Скалл вдруг расправил плечи, и с лица его мигом слетели смущение и неловкость, – она сядет.       Реборн буквально чувствовал, как все взгляды скрестились на пустом стуле рядом с ним, но сам он смотрел в сверкающие алчностью глаза Вайпер, будто мог увидеть там ответ на свои вопросы. Один на все, словно опускающаяся на шею гильотина. Окутавшая их тишина вовсе не казалась неловкой или подозрительной, однако Реборну страшно хотелось, чтобы хоть кто-нибудь ее нарушил.       – Я раньше никогда об этом не думала, но, – Вайпер опустила щеку на ладонь, завалилась на стол, – если я подружусь с тобой, она спишет мне долг?       Верде, будто был единственным, кто понимал каждое сказанное здесь слово, хохотнул, и глаза его сузились. Он, не отрываясь, глядел на пустой стул, а Реборну вдруг показалось, словно холодная рука на мгновение схватила за шею, а черная вуаль накрыла глаза.       Он поймал Вайпер, когда все уже почти разошлись, и один только Колонелло продолжал болтать, перекрикивая ропот роящихся в голове мыслей. Верде понимающе осклабился и направился в сторону ускользающей за дверью Нинчэн. Скалл давно ушел, оставил их первым, вот только ощущение душащей черной вуали никак не желало отпускать Реборна.       – Ты хочешь спросить, что я имела в виду под долгом? – Вайпер вскинула руку, заставляя его закрыть рот, и Реборн впервые послушно заткнулся.       Его вовсе не интересовало, кем была невидимая спутница, единственный вопрос, бившийся у Реборна в голове, постепенно оформился в единственное слово «долг». Реборн просто-напросто не мог даже представить, чтобы Вайпер была кому-то что-то должна.       – Это прозвучит немного философски, – Вайпер театрально взмахнула руками, будто извинялась за собственный насмешливый тон, – но каждый из живущих, можно сказать, берет жизнь напрокат. Рано или поздно долг придется вернуть. Пожалуй, в каком-то смысле ЕЕ, – она произнесла это слово с нарочито благоговейным придыханием, но насмешка все равно разлеталась капельками в ее голосе, – можно назвать коллектором.       – Ты не хочешь умирать, – понимающе кивнул Реборн, и Вайпер щелкнула пальцами у себя над головой.       Он смотрел на болтающую о чем-то с Верде Нинчэн и думал, что срочно должен на ней жениться.       – Собираюсь хотя бы поторговаться, – Вайпер хлопнула его по плечу, подтолкнула в сторону выхода, – раз уж представилась такая возможность.       Реборн сожалеть и торговаться за собственную жизнь не собирался. У него снова была куча времени, чтобы ее прожить.