Английские розы

Том смотрел на синее море, такое спокойное и тихое у берегов и полное опасности, едва отойдешь от них на десяток миль. Сегодня оно было особенно красивым. Волны ластились о песчаные пляжи и гранитные осколки скал, облизывали их, как послушная собака – руку хозяина. Солнце светило ярко, несмотря на раннее утро, было понятно, что день выдастся жарким. Ветер доносил до Тома гомон города, крики чаек и запах распускающегося жасмина, сплетавшегося, но не соперничавшего с ароматом роз в их маленьком садике. Где-то там, за тысячи миль от его пасторального счастья, боролся с волнами или покорял их крепкий и быстрый клипер Лиама, а Эмма, не отпускавшая мужа в плавания одного, наверное, стояла сейчас на борту корабля и смотрела вдаль, тщетно пытаясь увидеть там брата. Том ждал их возвращения, едва парусник отошел от причала на половину мили, и сейчас, когда прошло уже два месяца, тоска его стала только сильнее. Он скучал по сестре и по Лиаму. Да и не он один. - Никого не видно? – с плохо скрытым смешком спросил подошедший Крис, прижал спиной к груди и обнял, горячо дыша в ухо. Том улыбнулся в ответ. - Нет. - Ты рано начал ждать. Они вернутся не раньше, чем через неделю. - Откуда ты знаешь? Том почувствовал, как Крис пожал плечами. Ему – морскому волку – словно сам Нептун нашептывал всю правду о море. И Том ему верил. - Тогда пойдем завтракать, - решил он, развернулся в руках Криса лицом к нему и легко коснулся губами щеки. Большего они себе сейчас позволить не могли. Звонкие даже спросонья детские голоса донеслись от террасы их дома, и это точно означало начало нового, неугомонно-радостного дня. Сидя за столом и отчитывая Себастьяна за то, что он чавкал, Том подумал, что с радостью отправит близнецов с отцом и матерью в следующее плавание. Роль ментора при двух непоседливых и шумных детях иногда утомляла его. Но смотря в преданные и прозрачно-синие глаза маленькой копии Эммы, снова сдался. Себастьян и Роза вили из него веревки. С Крисом такое никогда не проходило. - Сиди ровно, - специальным, «капитанским» тоном приказал Хэмсворт, и завороженный Себастьян немедленно успокоился. Он трепетал перед дядей, таким сильным и смелым, а Томом помыкал, как и Роза, кстати. Том чувствовал себя среди них настоящей мамочкой. Дети успокоились, вели себя чинно и воспитанно, как всегда требовал от них Том, доедали завтрак, а сам он, рассеянно жуя, все смотрел на море. Когда Крис успел заразить его своей страстью, Том не знал. Но подозревал, что примерно тогда же, когда и любовью. Близнецы уже умчались по своим несомненно важным детским делам, а Том, допивая кофе, щурился на солнце и не замечал, как хитро улыбается наблюдавший за ним Крис. - Тебе очень идет эта рубашка, - сказал он, отвлекая Тома от его мыслей. - Что? – не сразу понял тот, но Крис не стал повторять, а по его довольному виду было понятно, что он задумал нехорошее. У Тома подвело в животе. Иногда в Хэмсворте просыпался он прежний – жестокий и грозный пират, собирающий дань и захватывавший добычу, и Том себя сейчас именно ей и почувствовал. Как тогда, в первый раз. - О чем бы ты ни думал, забудь, - отрезал он, пытаясь на корню пресечь поползновения Криса. Но, как и всегда, впрочем, ничего не вышло. Крис взвалил его на плечо, и Том мимолетом подумал, что уже привык к такому способу передвижения, унес в дом, а уже там заставил самостоятельно подниматься в спальню. Том шел вверх по лестнице, а Крис, явно вошедший во вкус, щипал его за зад сквозь брюки, ловко уворачиваясь от тумаков. - Минутка спокойствия, что может быть лучше? – бормотал он, выпутывая Тома из одежды. Хиддлстон не мешал и не помогал, ему слишком нравилась эта игра и наблюдение за нетерпеливым Крисом. – Дядям тоже надо отдыхать. С этим Том не мог поспорить. С близнецов сталось бы ворваться ночью в их спальни, а потом бегать по всему дому, разыскивая одного из отсутствующих дядей. О том, что могло бы быть, обнаружь их дети вдвоем в одной кровати, было даже страшно думать. Крис же, воспользовавшись моментом, успел раздеть его и уложить на кровать, а сам, коротко целуя, куда придется, встал на колени между раздвинутых ног Тома и быстро, заводя и разжигая страсть, облизал его член. - Я очень скучал, - заявил Крис, глядя на Тома снизу вверх, взял в рот головку и начал ее легонько посасывать, понемногу впуская глубже в горло. Том глубоко выдохнул и полностью отдался власти Криса. Он чувствовал, как мокрые пальцы скользят в нем, растягивая и массируя изнутри, поднял ноги и прижал их к груди, придержав под коленями, чтобы полностью открыться. За эти короткие четыре года, что прошли с того вечера, как два дикаря просто выкрали их с сестрой из дома отца, Том окончательно потерял стыдливость и отдавался Крису с равной, если не превосходящей страстью, от чего суровый Хэмсворт просто млел. Том коротко застонал, когда Крис вошел в него, замер, пережидая первые секунды ощущения невероятной наполненности, а потом выдохнул с уже глубоким стоном и вцепился ему в плечи. - Еще, - уже не попросил, а потребовал он, и Крис снова сбросил маску приличного человека, превратившись в ненасытное животное. Тома распластывало под ним, под силой толчков он сползал к изголовью кровати, а Крис, крепко держа под бедра, дергал на себя, заставляя забывать даже собственное имя. Том боялся кричать, чтобы не услышали близнецы, но Крис требовал от него этого, и вскоре, пусть и заглушенные, стоны и вскрики наполнили комнату. - Еще, еще, - без устали требовал он и немедленно это получал. Крис брал его жадно и быстро, успевал коротко и кусаче целовать – в щеки, плечи и грудь, заставляя кожу гореть. У Тома сводило ступни, он подгонял Криса ударами пяток по спине, и Хэмсворт рычал, злясь на это, но не сбавлял темп. Том вцепился в его снова отросшие волосы, сжал пальцы на затылке, надавил, чтобы лицо Криса оказалось возле его, и только когда их взгляды встретились, позволил нарастающему удовольствию окончательно подчинить себе тело. Крис, не сводя с него глаз, замер, вжался в него, спуская все скопившееся напряжение и желание. Они лежали, едва дыша, горло перехватывало эхом оргазма, а тела лоснились от пота. У Тома не было сил даже поднять руку, не то, что встать, и не было такой силы, что заставила бы его сейчас это сделать. Крис привалился к нему сбоку, шумно дышал в ухо и бормотал что-то непонятное, касаясь губами чувствительной кожи, а Том просто лежал, пытаясь собрать себя по кусочкам. Но звонкие голоса, раздавшиеся на первом этаже, заставили их отпрянуть друг от друга и начать одеваться. Себастьян и Роза бегали по дому, ища их, и громко звали по именам. До времени их появления в спальне Криса оставались считанные мгновения. Так и случилось. Том едва успел натянуть рубашку, а Крис и вовсе еще сражался с брюками, когда расшалившиеся близнецы ворвались в дверь. - А что вы делаете? – осведомился Себастьян, пока заалевшая от смущения Роза, отвернувшись, ожидала, пока дядя Крис оденется. - В прятки играем, - ответил Том, не зная, что еще придумать. Уловка, однако, сработала. – Теперь вы прячьтесь. Близнецы, воодушевившись, умчались в свое тайное убежище – в кладовку под лестницей, - о которой, как они думали, никто не знает, а Крис, переведя дух, наконец, оделся полностью. У Тома отлегло от сердца. - Больше так не делай, - отчитал он Криса, выскочил из спальни и, преувеличенно громко считая, начал спускаться по лестнице, давая детям фору в прятках. Хэмсворт поспешил за ним. Все еще считая, Том указал ему на выход в сад и сам пошел туда же, оставляя детей в полной уверенности, что их не найдут. Они сидели в саду, смотря на море уже вдвоем, слушая, как к привычному шуму примешивается детский смех, а аромат роз и жасмина уступает место запаху готовящегося ужина. Все было спокойно и привычно, и Том, вздохнув, порадовался этому. - А ты не скучаешь? – в тысячный, наверное, раз за все время их сухопутной жизни, спросил он Криса. - Скучаю, - привычно ответил тот. – Хочешь, можем поменяться с Лиамом и Эммой? В следующее плавание пойдем мы. И Том неожиданно согласился. В конце концов, у них же с Крисом теперь все было общим – и дом, и дети, и любовь, и море.