Асунская академия магии и лекарства, или Нежданная невеста

Невысокий крепко сбитый тариец замахнулся клинком, загнутым на конце в виде крюка, зацепил сурийца, выведя его из равновесия, и коротким лезвием полоснул по шее — голова суррийского воина отлетела в сторону. Победитель даже не проследил за ней, улыбка не осветила его лицо. Взмах — и следующий воин, прикрывающийся воздушным щитом, лишился руки. Стервятник пассивно планировал над окровавленными телами, ожидая конца боя. Птица шарахнулась от луча, светящегося зелёным. Чёрное крыло в развороте чиркнуло стену ущелья— птица пересекла пульсирующую искажающую пространство преграду и обмякшим комком упала на землю , остервенело взмахнула крыльями у самой земли, ещё раз, набирая метр высоты — и тут лезвие отсекло ей оперение крыла и отшвырнуло в кучу, где латными грудами валялись тела и бесхозное оружие искрило магией. Гудение обелисков усиливалось, отражаясь от отвесных стен, а внутри молельных камней пять сурийских магов держали воздушное плетение, защищая своего короля от тарийцев, без устали кромсающих защитное плетение. Падающий камешек выбил дробь об отвесные скалы — и боевые маги Сурии, заметив добавившиеся на утёсе чёрные балахоны, влили ещё энергии в защитное плетение — воздух вокруг плетения задрожал. Портал разросся, оттолкнув часть вражеского войска, и из него шагнул Дариан Криастэ. Король впервые за последние несколько часов позволил себе торжествующе усмехнуться и повелительно махнул рукой, подзывая магистра. Магистр вскинул руку ладонью вверх — над ней, шипя мраком, проявлялись древние символы и, теряя очертания, вплетались в сеть подчинения. Третья часть тарийского войска слаженно потекла в проход между высоченными худющими людьми в белых мантиях. Поочерёдно вскидывали посохи иемийские Верующие Стера и покрывали пульсирующими лучами сурийцев: тянули энергию из их воздушного плетения. Размеренно бОльшая половина Верующих Стера направила накопители на Криастэ, вытягивая энергию из сети подчинения. Хотя каждый на Либерайе знает, что безумие — пытаться истощить мага с запасом, хватающего и на огненную защитную стену вокруг заселённых земель, и на такие спонтанные порталы, когда вздумается, но отвлечь на себя — да, вполне, и дать тарийцам время. Гремя латными наплечами, воины окружали Криастэ. Магистр скептически оценил угрюмые лица наступающих. Катерина вылетела из портала, врезалась на всей скорости в мага, нарушая его концентрацию, пошатнулась и обхватила его. Сеть подчинения развеялась. Краем глаза Криастэ заметил движение, вскинул руку и крутанул развернувшийся над головой огненный щит. Мчащиеся с краёв ущелья сгустки магии разлетелись и вспенили стены пышущей мраком очередью. — Что тебе было неясно из моего приказа?! — процедил Дариан. — Вы не поверите, но я не виновата! Совершенно! Это всё эти мелкие тва… — Катя выглянула из-за спины мага и побледнела: бородатые воины, словно вырванные из фантазийного мира, атаковали воздушное плетение над королём. Плетение дрожало. Угрюмые воины совсем по-настоящему наступали не только на короля, но и на них с Криастэ. —… твою дивизию… — закончила девчонка и ошарашенно выдохнула. Встрепенулась: «Со мной же супер-Рию! Что им воины, если даже пятитонного монстра разобрали на атомы за мгновение». — Магистр! Я попрошу «мелких» нам помочь! Криастэ оглянулся и сжал кулак — огненное защитное плетение лизнуло землю и побелело от избытка энергии. Сверкающие шарики всё катились и катились, наползая друг на друга и захватывая свободный периметр, агрессивно скапливаясь на границе огненного плетения. — Не трогать! — Катя имела в виду защитное плетение: обожгутся, ведь, её нахальные спасители! — Мамино не трогать! — поняла Катерина из переливов Рию. Магистр посматривал на насекомых, обычно панически боящиеся огненной магии при любой другой ситуации, сейчас же скачущих на границе огненного плетения второго уровня. — Кровавое сдерживание! — отдал приказ верховный некрос Рассаху Ворин и с воткнул витой посох в камень. Его угрюмое лицо потерялось в тени чёрного капюшона. Белоглазые служители культа слаженно полоснули ладони серебряными кинжалами и вскинули руки. Их богине постоянно требовались подношения, предпочтительней всего была человеческая кровь, но результат всегда оправдывал средства. Кровавые брызги вспенились в исходящих из посоха лучах чёрного хрусталя и истончились в алые опечатывающие ленты. — Командир, король уходит! — сообщил юный воин, указывая мечом на отступающих к выходу из ущелья суррийцев. Данко Терриеш поправил шлем, оставив на нём кровавый отпечаток, пригладил перетянутые стальными кольцами косички на бороде и положил руку в латной перчатке на плечо взволнованному безбородому новобранцу. Отвечать не хотелось, но привычка взяла своё — и он гаркнул: — Им, как и нам, теперь бежать некуда. — Терриеш вскинул покрытую красной изморосью секиру, и застыл, блестя карими глазами. Новобранец разрубил прыгнувшее на командира насекомое Башни Силы — половинки упали тряпочками, медленно заполняясь мутью. Пульсирующие лучи иемийцев попадали на насекомых — те мгновенно тускнели и замирали ртутными каплями. «Память дырявая!» — в сердцах ругнулся Криастэ. — Их берёт только огонь! — Не подсказывайте! – воскликнула Катерина и дёрнула мага за руку. — Рию за нас! Защитное огненное плетение, слепяще ярко вспыхнув, над ними пропало. Полусфера сцепленных насекомых подхватила девушку и понесла её прямо в пекло боя. — А-а-а-а! — визжала упирающаяся девчонка. — Только не опять! А-а-а-а! — Тариец взмахнул клинком, за которым тянулся огненный след — полусфера Рию захлопнулась — и купол прорезала высыпающаяся пеплом полоса, которая тут же восполнилась живыми Рию. Криастэ удовлетворённо кивнул, когда насекомые проскальзывали мимо него, словно он стал для них материальным объектом типа камень или скала, и висли на рьяном тарийце. Дариан посмотрел на короля, а затем страдальчески а-ля «Мне, что, разорваться?» — вслед куполу. Купол плёлся явно к молельным камням и магистр просветлел. Останавливаясь на доли секунды для очередного скачка и опять расплываясь тенью, он в пару шагов оказался возле королевской гвардии и раскрутил огненный купол над королём и его хранителями, сетчатая структура слилась во вращении в едва заметные рыжие блики. — Что творишь? Мы не сможем передвигаться! — выкрикнул глава отряда, отвечавший головой за короля Сурии. Мимо них, увешанный переливающимися гроздями, проковылял тариец — граница «Кровавого сдерживания» проявилась в воздухе бледными в свете дня розовыми лентами. Латные доспехи воина облетели рыжей фольгой. Розовое облако крови на секунду зависло вокруг содрогающегося носителя и впиталось в опечатывающие ленты. Насекомые тухли и вскипали, разнося на куски и так расползающееся тело. В немом крике захлебнулся тариец, его челюсть на секунду зависла, болтаясь на полоске кожи, и упала в розовую жижу под оседающим телом. — Разве они достойны такой смерти? Поговорите с ними ещё раз!— Криастэ склонил голову перед Люциусом. Люциус помнил о том, как он, будучи ещё простым воином, в лекарне приметил неразговорчивого мальчонку-мага, которого только иемийским Святых Сунима удалось удержать на пороге жизни. Знал Люциус и о безмерном уважении Дариана к мастеру клинка Терриушу, обучавшего его. Как и о том, что теперь, под защитой Криастэ, у них появилась возможность выжить не только самим. Вина нападающих была непомерна, и король застыл в хмуром раздумье. Кольчужная рубаха Люциуса эсо Аргос проглядывала сквозь прорехи парадного позолоченного доспеха, он поднял ледяной взгляд на командира тарийского полка. — Я помню, Терриеш, как в бою с Тварями Хаоса, будучи ещё простым воином, ты стоял рядом со мной, как вытащил меня с поля боя.— По лбу неприкрытой головы короля бежала кровавая дорожка. — Я дарую тебе право выбрать правильную сторону! Магистр, развернувшись к молельным камням, ускорился. Тарийский воин вставил сапфир в рукоять меча, зашептал — лезвие замерцало, и воин рубанул по предполагаемому месту скачка магистра. Криастэ замер, прикрывшись от удара предплечьем с преобразовавшимися латами. На Дариана накатила слабость — никогда ещё сапфировый накопитель магии, рассчитанный на сотни жертв (огромная редкость и довольно дорогое удовольствие), не переполнялся за секунды. Огненное защитное плетение, созданное магистром над королём, бледнея, остановилось. По сапфиру поползли трещины, золотясь огненной магией. Время замерло, сине-белая капля оторвалась от накопителя и обожгла раскалённым светом. И ничего, кроме пепла и Криастэ, не осталось в радиусе десяти метров. Иемийские Святые Сунима дружно вскинули посохи и покрыли выживших тарийцев зелёным свечением. Стервятник взвился, набирая высоту, и взвились в воздух семь ртутных капель — и упали на землю Твари Хаоса и пепел. И растекалась серебряная волна. Магистр подхватил накопитель — и сила, брызжа искрами и гудя пламенем, вернулась к зависшему над землёй владельцу. В полном молчании Криастэ опустился на землю и призрачной тенью пронёсся до молельных камней. Его голос облетел поле брани: — Советую перейти к переговорам! Купол насекомых остановились в молельных камнях, весьма точно воссоздавая полусферу. Маг повёл рукой — мутная дымка вгрызлась и раздвинула насекомых, которые сомкнулись сразу же за ним. Катерина уцепилась за руку магистра. Дариан заметил стол с картой Либерайи и прикрыл на секунду глаза, повёл шеей, скрывая своё раздражение. Наклонился — и карта, подсветившая его подбородок фиолетово-красным, тут же приобрела объём, края стала подъедать тьма, а ножки стола стали резными деревянными. Криастэ отдёрнул руку. — Видели такое? — Катерина шустро выделила Асунскую академию и приказала: — Восстановление. «Обработка. Обработка. Обработка. Восстановление произведено. Синхронизировать?» Катерина дождалась, когда значок зданий академии засветился зелёным и обнадёжила: — Но это ещё не всё! Оглядев карту, Катерина чётко выговорила: — Системная ошибка. – Поднялся лес красных точек. — Тебя жизнь ничему не учит?! – сквозь зубы процедил Криастэ и отдёрнул её руку от стола. — Видите фиолетовое пространство заселённых земель? Дариан кивнул. — А вот это огромный фиолетовый участок у моря? Магистр прикрыл глаза, словно от головной боли. — Я кратко, — Катерина настойчиво потянула за руку отворачивающегося мага,— раньше здесь всё горело красным, и светилась системная ошибка, а я её исправила. И, если подтвердится, что все эти земли восстановлены, то, как считаете, может, стоит воспользоваться возможностью? — Магистр скривился, и она торопливо добавила: — Имейте в виду, всё вот это, — девушка указала на сенсорный стол, — появляется и действует только при Рию. — При насекомых? Девчонка кивнула. — Никуда не уходи. Магистр выскользнул из купола и позволил насекомым сомкнуть прореху. Земля под Катиными ногами дрогнула. — Магистр Криастэ… — возмутилась девушка. — Маленькие мои, — она заискивающе попросила,— выпустите меня! — … или, Иемийцы, вам придётся сильно постараться, чтобы старые договорённости остались в силе! — Король вскинул голову. — Рассаху Ворин, этим порталом мы должны были прибыть на званый обед по случаю заключения соглашения о помолвке наследника Суррийского королевства и принцессы Береи Алессы! Как собираешься ты отвечать перед Берейским советом за подрыв всех дипломатических соглашений?! Атакующие же были заняты созданием бреши в обороне. Тарийцы разделились на два фронта: воины с огненными клинками крошили «Тварей Хаоса», остальные защищали иемийцев. Святые Сунима, просунув посохи сквозь прорехи огненного щита над королём Сурии, пили энергию защитного плетения стражей короля — плетение дрожало, и тогда, когда оно становилось прозрачным, обрушивали удары тарийцы. Некрос, спустившийся на дно ущелья, целенаправленно двигался к уцелевшему скоплению мёртвых тел. Магистр помрачнел. — Я, так понимаю, переговоры никому не нужны! — констатировал Дариан — и сама тьма в глазах дала кровавый отблеск. Широкая отмашка – и ударная волна, высекая камнепады, слизнула за алую ленту периметра и нападающих, окруживших купол из насекомых Башни силы, и «Тварей хаоса», теснящих их, вплоть до стражей не успевшего испугаться короля. Землю прорезала глубокая трещина. На дне ущелья воцарилась тишина и стылый сумрак. Криастэ посмотрел на некросов. Трещина поползла по полу и надорвала металлический лист молельных камней. Катя подскочила к куполу и со всей силы ударила кулачком, потом разбежалась и ударила плечом – купол привычно пружинил. От бессилия хотелось кого-нибудь побить и поплакать. Бить было некого, Рию решительно не годились на эту вакансию, а плакать было бессмысленно, потому что некому жалеть. Взгляд выхватывал то с металлическим скрежетом ползущую трещину в полу, то шипящие дыры в куполе, тут же залатываемые Рию, правда, купол становился всё меньше и ниже. Катя побежала к столу и выкрикнула: — Системная ошибка. – Поднялся лес красных точек. Она оглянулась в поисках советчика, но потом, решившись, выдохнула: – Исправить. Красные точки перестали моргать, иероглифами высветилось: «Файл восстановления открыт – вернуть к настройкам 227?» — Да. «Обработка. Обработка. Обработка. Восстановление произведено. Синхронизировать?» — Да. Часть металлического диска молельных камней со скрипом оторвалась и упала во тьму. Катя заглянула в прореху и поняла, что под диском — непроглядная пустота. Катерина ещё как-то держала себя в руках, но стоило оттуда услышать шебуршащее царапанье — она пулей влетела на стол. Под ногами множились надписи. Металлический лист прошивали трещины. «Синхронизация произведена». Остатки диска молельных камней мгновенно заволокло дымкой, и проявился, серебрясь, целый диск. «Сто два новых проекта. Пункт первый — дематерилизация острова с координатами…» Катя спрыгнула и выкрикнула: — Отмена. «Отмена операции. Второе — увеличение в биосфере метана». — Отменить все операции! «Отмена всех не запущенных операций. Запущенна операция увеличение метана в биосфере». — Отменить! «Прикоснитесь к проецирующей поверхности». Страх наполнял тело тяжестью, и немели руки. Катя оглянулась. «Готовность три… два…» — Нет слов. — Катя прижала ладонь к столу-монитору. Усталость навалилась и как-то сразу разлилась по телу. Тело немело, виски ломило, и её даже немножко затошнило. Катя дёрнула ладонь и поняла, что ладонь не поднять. В ужасе она дёрнула сильнее, ещё сильнее. «Изменение биосферы остановлено». Катя уперлась коленом в монитор, но рука неожиданно легко оторвалась. Она раз, другой махнула руками, пытаясь удержать равновесие. Купол Рию недовольно пропустил мага и тут же захлопнулся. Магистр подхватил падающую девицу и склонился над её ухом. — Не стоит падать всякий раз, когда я рядом. Иначе… Я решу, что ты без ума от моих объятий. Катя задумалась. — Так что ты там хотела изменить? Девчонка вскочила, её глаза увеличились вдвое, и она взвизгнула: — Не стоит! Криастэ вздохнул, подтолкнул адептку в портал, угрюмо проследил за утекающими туда же насекомыми, и шагнул следом. Налетевший ветер принёс тяжёлый металлический запах потревоженной земли. Солнце, выскользнув из-за туч, осветило обновлённую Асунскую академию: шпили учебной части стремились к небу, стрельчатые окна были красиво забраны коваными решётками, как и точно такие же стрельчатые проёмы входных дверей. Дворик теперь полностью покрывала брусчатка. У стен красовались кованые лавочки. Парк был виден почти до границы академии, хотя меж Земных сосен зелень чуть разбавляли редкие мазки фиолетово-красной листвы. Дариан зачесал пятернёй непослушные волосы. Катерина засмотрелась в спокойные серые глаза. – Магистр, не могли бы Вы перенести… — неуверенно начала она. — Домой? – предположил он, не отрывая взгляда от насекомых, жмущихся к Катиным ногам. — Это, конечно, да, — ответила девушка, тяжело вздохнула — но не сейчас. Хотела попросить Вас перенести их куда-нибудь в северные пустоши, — и, подхватив упирающегося Рию, она протянула Криастэ. Рию потекли нервной змейкой вокруг Катерины. Магистр задумчиво пригляделся к дрожащему шарику. — Их необходимо выпустить возле Башни силы, — закончила Катерина. — Но потом домой? – уточнил Криастэ. Катя вспомнила ведьму, поспешно покидающую дом, бабушкин надсадный кашель и рваную ауру энергоцепи её лёгких и попросила: — Я бы хотела, но, – Катя сжала кулаки добела, – мне необходимо кое-чему научиться в академии. Магистр, нахмурившись, отслеживал игру огоньков. Катя перевела: — Ну, если вкратце, он просит его отпустить. — А если не вкратце? — Умоляет, — серьёзно ответила девушка. Губы магистра слегка дрогнули, но глаза так и остались ледяными. К Дариану Криастэ бочком приблизился королевский курьер, с ужасом косясь на насекомых, и зашептал ему на ухо. Магистр кивнул и перевёл ледяной взгляд на девчонку.