Атакующий защитник

Канда сидел за своей полюбившейся за годы учебы партой. Перемена была в самом разгаре и, кажется, только ленивый не обсуждал, что творится на личном фронте у рыжего баскетболиста. Школьник откровенно недоумевал. То ли в классе все такие тупые, то ли просто наивные, но, почему-то, никто даже не погрешил на Канду. И это бесило. Неужели он так похож на девушку, что даже собственные одноклассники не в силах его отличить на фотографии. Ладно – первый снимок – там виден только его силуэт, но на втором-то… - Эй, Канда, дай химию списать, - заныл Фудживара, опускаясь перед ним. - Это уже традиция, - пробурчал Юу, - Нет. - Да, блин, чего тебе стоит-то? – обиженно произнес недобаскетболист. - Мне – ничего, тебе – мозгов, - отшил опять художник. - А я… я… я за это никому не расскажу твой маленький секретик… У Юу глаз невольно, но дернулся. Неужели этот тормоз узнал его на фотографии? Именно в этот момент Канда осознал всю прелесть того, что никто не знал об их с Лави отношениях. Азиат ухмыльнулся, Фудживара, оказывается, не промах, хотя, оставалось загадкой, почему он не стал играть по-крупному? Почему не стал просить денег, а только лишь предметную тетрадь с задачами… - Держи, - буркнул японец, кинув свою тетрадь перед носом спортсмена-недоучки. - Э? – радость Фудживары проявлялась как-то медленно. - Че сел? – спросил Юу, - Времени много? Обед скоро кончится – вали писать. Чтобы через двадцать минут моя тетрадь лежала на моей парте целая и невредимая, ясно? - Спасибо… - ошарашено пробормотал капитан школьной команды и, как чумной, поднялся, - Два года прошу, а тут раз – и дал… - пробормотал он себе под нос, - Надо же… - Чего ты там лопочешь? – грубо решил уточнить Канда. - Говорю: Надо же, как земля-то носит. Обед, а он не кушает… Действительно. Сейчас перемена, обед, а из-за чертова Микка, с его гребаной статьей, Юу так торопился, что совсем забыл про свой бенто. Желудок, в подтверждение того, что он голоден и очень-преочень недоволен, заурчал. Степень ненависти возросла. - Эй, Юу, - раздался голос Лави от дверей. Ну конечно, этот день просто недостаточно испорчен, рыжик видимо решил, что надо добить азиата. Весь класс зашумел, приветствуя баскетболиста, а Канда даже не обернулся, демонстративно игнорируя появившееся недоразумение. Он просто старался привести в порядок нервы. Пытался дышать и не врезать наглой рыжей морде прямо в нос при первой же попытке приближения. - Ребята, не сейчас, - проговорил Лави уже совсем близко к парте Юу. - Свали… - прошипел художник, почти не разжимая губ. Боже, как неловко-то. Юу совершенно не хотелось, чтобы одноклассники, не считая, конечно, Фудживары, который уже все знал, начали что-либо расспрашивать. Спортсмен то ли не расслышал, то ли специально сделал вид, что не расслышал, но как ни в чем не бывало продолжил свой монолог. Рыжик оперся рукой о спинку стула Канды и, наклонившись вперед, произнес: - Юу, мы с утра забыли… - перед японцем опустился сверток, - Вот твой обед. И тишина. Звенящая, такую ножом можно резать. Ни один человек из класса не пошевелился. Громко кашлянул Фудживара, сломал карандаш Чоджи, и как-то подозрительно хрюкнула та девушка, что вручила Юу журнал с интервью от Лави. - Спасибо, - выдавил из себя школьник, - Ты очень любезен, - азиат наконец-то повернулся, - Съебись на хуй отсюда, что б глаза мои тебя не видели, какого хуя ты творишь, крольчатина безмозглая, а? – одними губами, так что слышал весь класс отколол художник. - Ээээ… обед принес… другу своему… - озадачено произнес Лави в ответ на громогласную тираду японца, - Проблемы? – Юу прекрасно видел, что рыжик откровенно наслаждается сложившейся ситуацией и ловит кайф от его, Юу, замешательства. - Что ты, милый, какие проблемы? – наидобрейшим голосом произнес Канда, взведенный с самого утра. Раздражение, долго копившееся, решило выплеснуться наружу и отомстить всем окружающим, - Надеюсь, ты не отравить меня решил, нет? А то такая забота… а мы встречаемся-то всего ничего. Теперь уже Лави задохнулся от неловкости. В планах у рыжика было всего лишь чуть-чуть поиграть на нервах у Юу, балансируя на грани опасного момента. Но своенравный азиат решил все по-другому. Баскетболист резко выпрямился и налетел спиной на Чоджи, отдавив при этом ему еще и ногу. Несчастный потерпевший взвыл и отскочил вбок, снеся парту, за которой строчил Фудживара, который к своему счастью, успел поймать тетрадку Канды, и на нее не наступила только что пришедшая в класс девушка, неизвестная Юу. - Эм, кхм-кхм… Ладно, я пошел… - пробубнил баскетболист, - Еще увидимся, сладкий! – крикнул он напоследок у самой двери, решив выровнять свое положение. - Поиграем в догони меня катана, пупсик? – осведомился Юу, с деланно спокойным лицом разворачивая еду. Внутри все кипело. Созданного бардака было слишком мало, нужно было еще хотя бы чуток избить наглого рыжего несносного спортсмена. - Если только страстно и долго… - вздохнув, сказал Лави, взяв себя в руки. Он даже не представлял, как может отреагировать класс на парочку голубков, поэтому решил обратить все в фарс, - На меньшее я не согласен. - Катись уже на тренировку, пиздюк, - ласково произнес Канда и сразу оттяпал большой кусок сандвича с ветчиной. Настроение улетело далеко и на долго. Однако еда была очень вкусной. Подумать только, как хорошо можно себя чувствовать, вынеся мозг всем окружающим и сломав напрочь их психику. Еще пятнадцать минут назад девчонки из класса обсуждали кто из них больше всего когда-то нравился Лави, а теперь молча стоят и смотрят на Канду. - Фудживара? – позвал Юу, с удовольствием жуя приготовленный Лави сандвич. - Да? - Тетрадь верни. - Я не дописал! - Пф! Мозги себе так растратишь последние. На стол тетрадь! - Несу… *** Физкультура. К моменту, когда наступил этот богом проклятый предмет, степень ненависти к окружающему пространству, немного поубавилась. Класс не решался спрашивать о правдивости слов, произнесенных баскетболистом и Кандой. В конце концов, Лави всегда слыл порядочным балагуром, так что все вполне могли и не поверить, а счесть это очередной шуткой. Школьник опустился на скамью, чтобы завязать шнурки на кроссовках. Сегодня у них по плану, Морикава-сенсей предупреждал, должны быть прыжки. Прыжки то ли в высоту, то ли в длину. Разницы-то никакой, Юу терпеть это не мог, лучше бы кросс заставили бегать. - Канда… - робко позвал Фудживара. - Че те надо? – добродушно отозвался японец. - Ты это… - Нет, я – человек, представляешь? Вопросов больше нет? – весьма терпеливо попытался отвязаться Юу. - Ты гей? – сорвалось с губ спортсмена-любителя. - Да, проблемы? – уточнил азиат, выпрямившись. Впрочем, помогло это мало, он все равно был намного ниже Фудживары, лицо которого замерло в безмимичном положении, и хозяин этого лица явно пытался что-то обдумать. - Проблем нет, - выдал бугай, - Так ведь, мужики? – с нажимом произнес он, оглядывая остальных парней, столпившихся у входа. - Нет, Канда! - Какие проблемы? - Ты что? - А если кто обидит, ты только скажи! - Мы ему таких щей навешаем! - Точно-точно! - Ты ж наш Канда! - Угу… - Мы тебя в обиду ни-ни! Юу замер. Весь его привычный мир только что рухнул. Оказывается, не такие уж и плохие личности ошивались каждый день возле него. Он даже улыбнулся и смущенно пробормотал что-то вроде «Спасибо». Парни начали что-то весело обсуждать, совершенно забыв о том, что только что произошло признание века. Все юноши класса обсуждали видеоигры, девушек, технологические новинки прогресса, в общем, у представителей мужской половины класса налицо были все признаки тяжелой психологической травмы после встречи с человеком нетрадиционной сексуальной ориентации. Канда находился где-то за пределами досягаемости человеческого восприятия мира. Все стереотипы, которые он тщательно возводил вокруг себя, внезапно рухнули. Юу машинально одернул майку, подтянул носок и сковано встал посреди раздевалки, не решаясь сдвинуться с места. Он был словно столб, единственный ясно соображающий человек в странном обществе. Прозвенел звонок и юноши стали проявлять гораздо больше активности в движениях. Юу чувствовал себя ну просто до крайней степени неловко. Фудживара, заметив уход азиата из мира сего в далекие полеты фантазии, решил несколько развеять тревожные настроения на душе художника. - Это мы… к этому-то делу привычные. Еще Лави приучил. Хе-хе, - проговорила шпалина, своими длинными ногами меря расстояние от школы до стадиона. - Лави? – недоуменно переспросил Канда, - Вы давно, получается, знали, что он того… гей? - Ну… Да… А ты разве не знал? – удивленно произнес одноклассник, хлопая своими глазищами. Позади них раздался взрыв хохота – там шли остальные юноши класса, от общей кучи которых отделился Чоджи и принялся догонять спортсмена и художника. - Нет. Не знал, - лаконично ответил японец и смерил кучерявого парня, уже вышагивающего рядом с ними, нечитаемым взглядом. - Так он ж с Чоджи вон… как-то вроде… - кивнул головой Фудживара. - Ничего не как-то вроде! – возмутился новый собеседник, - Не было у нас совершенно ничего! Сколько раз уже говорить, орясина? – прикрикнул он, - Рыжий же сох все ходил по кому-то, а по кому – непонятно. - Ну… теперь-то понятно по кому, - хитро улыбнулся Фудживара. - Да… - закинув руки за голову, произнес Чоджи. - Э? – глубокомысленно изрек Канда. - Да по тебе, дубина! – воскликнул парень-220 вольт. Юу замер посреди дороги. Чего-то в голове не укладывалось. Ладно, с этим можно и вечером разобраться, наедине… - Класс, стройся! – скомандовал Лави. Лави? Лави! Художник посмотрел вперед, а не в пол. Перед ним действительно стоял рыжик во всей своей красе. Правда в тренерской форме и со свистком на шее. - Нежданчик… - пробормотал Юу. - Давай, шевелись, - произнес Чоджи и подтолкнул одноклассника вперед, - Не дрейфь. - Сказал бы… - Да что? – с вызовом спросил Чоджи, смотря в спину удаляющемуся Фудживаре. - Иди на хуй, - душа японца требовала насилия и отмщения. Урок вести, значит будешь, Лави, да? Юу усмехнулся и с гордо поднятой головой занял свое место в строю. *** Лави дулся. Причем дулся конкретно и не смотря ни на что. Канда даже не представлял, что можно сделать, он просто смотрел на Лави, сидящего в углу гостиничного номера. - Лааави, - позвал Юу. Баскетболист не отреагировал, только еще больше насупился, - Рыженька! – спортсмен скрестил руки на груди и хмыкнул. Юу встал с кровати, подхватил сверток и осторожно, шаг за шагом стал приближаться к злобно шипящему рыжику. - Отвали! – воскликнул Лави, когда Канда почти подошел, - Нет! - Ты обещал, - укоризненно произнес школьник. - Ничего я не обещал! - Ну да, ну да, - улыбаясь, проговорил Юу, - Конечно. Тебе напомнить? - Но Юу! - Что? Уговор дороже денег, или ты отказываешься от данного обещания? - Юууу, это несправедливо! – плаксиво произнес баскетболист, - Я же не знал! - Все-то ты знал, рыженька, все. *Flashback* - Я не буду бегать, - произнес Канда, демонстративно отойдя в сторону от класса, готовящегося к пробежке. - Почему еще? – удивленно спросил Лави. - Я морально не готов отдаться спорту в сегодняшней обстановке. У меня стресс,- шмыгнув носом, сказал художник, - И это слишком тяжело для моего хрупкого организма, не привыкшего к ежедневным спортивным нагрузкам, влияющим на психическое и физическое состояние. Иными словами говоря, я просто не способен осилить километровую дистанцию для разминки. Весь класс удивленно уставился на Канду, несущего полный бред. А вот рыжик повис, как целерон первой версии сборки. - Что? – переспросил спортсмен. - Не могу я! Не буду! – воскликнул японец. - Ладно-ладно, - пошел на попятную баскетболист, - Можешь не бегать. Постоишь тут со мной. Класс, на старт! – Парни моментально направились к стартовой полосе, удивленно переговариваясь друг с другом. Юу с довольной моськой уселся на скамейку. Азиат нацелился на то, чтобы довести рыжика до белого каления за сегодняшнюю пару физкультуры. - Юу, что с тобой? – озадаченно произнес баскетболист, приблизившись к Канде. - Ничего, Лави, все в порядке, - ответил художник, отвернувшись. - Точно ничего не болит? Почему тогда не бегаешь? - Ну я же встречаюсь со своим учителем, чего мне напрягаться-то? – резонно возразил Юу, ухмыльнувшись про себя. - Эм… Думаешь поблажки будут? – спросил Лави, наблюдая как толпа школьников пробежала первый отрезок пути. - Будут, - уверенно проговорил японец, - Точно будут. - Нет. Не будут. - Да, будут! - Нет! - Да! - Нет! - Ну Лави! – Юу состроил умоляющую мордочку и поджал губы. А в душе у него смеялся дьявол, видя как вытягиваются лица всех присутствующих на стадионе. *End of Flashback* - Вот видишь! Все было не-чест-но! – снова запричитал рыжик. - Лави! Ты. Обещал. Не. Обсуждается! – воскликнул японец. - Но ты… ты же меня обманул, - отчаянно произнес Лави. - Нисколечки я тебя не обманул, ты сам ничего не видел. И потом, это бизнес, детка! *Flashback* - Смеешься, что ли? – возмущенно произнес Канда, пятясь назад, - Какие растяжки, я же не гибкий совершенно! - Ну мы с тобой оба знаем насколько ты НЕ гибкий! – ухмыльнувшись, проговорил рыжик, по классу пошел шепот. Все молча наблюдали за тем, как парочка препирается. Лави – заставляя Канду начать готовиться к сдаче прыжков, а Канда – всеми доступными и недоступными способами отпираясь, попутно изводя рыжика. Что называется – семейная идиллия. - Я абсолютно не гибкий, зато вчера ночью ты мне показал просто чудеса гибкости! – поиграв бровями, произнес азиат. - Хе-хе, ну показал же, - ослепительно улыбнулся спортсмен, - Так что попытайся повторить хотя бы часть, - от души посоветовал рыжик и ухмыльнулся, торжествуя. Он не понимал, что происходит, но то, что до него нагло докапываются, не заметить было сложно. - Эй, мужики, ну ни при всех же, а! – возмущенно пробасил Фудживара, смущенный такой откровенностью. Он был готов к тому, что в непосредственной близости с ним учится гей, но к открытому проявлению подобных чувств его психика приспособлена не была, - Я, конечно, все понимаю, но может быть как-нибудь… - Заткнись! – хором произнесли Лави с Кандой, обрывая все мыслительные процессы в голове у несчастного Фудживары. - Нет, милый, я не буду делать эти упражнения, и ночные тоже не буду, - мило сказал Юу, покачиваясь на скамейке, - Я устал и вообще… - Солнышко, тебе правда стоит растянуться перед самым тяжелым, - в тон ему ответил спортсмен, мило улыбаясь и подозрительно косясь на девчонок, разглядывающих их маленькую перепалку с противоположного конца поля. - Заинька, я не могу, мне лень становится, - продолжил Юу, глядя огромными глазами снизу вверх на рыжика. Фудживара и Чоджи потянули на себя парней из класса, уводя их в сторону. Ну и правильно, нечего им пялиться на его персонального объекта издевательств. - Рыба моя, я настаиваю, - подойдя ближе, проговорил Лави. Весь класс тактично ретировался к шведской стенке, чтобы начать комплекс упражнений без особых распоряжений «учителя». Парни были удивлены такому поведению всегда сурового Юу, пусть близко с ним никто и никогда не общался, но все привыкли видеть его беспрекословно следующего распоряжениям со стороны преподавателей. Да и на физкультуре одноклассник всегда показывал неплохие результаты. - А что мне за это будет? – вполголоса произнес Юу, все также прожигая Лави взглядом пай-мальчика, нашкодившего по мелочи. - А что попросишь? – заносчиво ответил рыжик. - Три желания, - скрестив руки на груди отчеканил Канда в миг преобразившись из милого создания в адского сатану. - Хорошо… будут тебе три желания, - обреченно проговорил баскетболист, мигом сообразив, что иначе от японца ничего не добиться. *End of Flashback* - Давай! – устало произнес Канда, протягивая рыжику сверток, - Ну отделаешься зато от меня. - Нет, Юу! Ты, наглый провокатор! – воскликнул Лави, теряя всю уверенность в себе и своих действиях. - Какой уж есть… - картинно вздохнул японец и с удовлетворением почувствовал, как спортсмен наконец забирает из его рук злосчастный сверток только что купленной одежды, - И поторопись, сладкий, - ухмыльнулся Канда, - С тебя еще два желания и отведенное мне время. - Вот насчет времени полная лажа! Его точно из меня не выбьешь! – воскликнул спортсмен, скрываясь за дверью ванной комнаты. - Угу… - кивнул Юу, - Тебе и это напомнить? – прикрикнул он, чтобы рыжик точно услышал его сквозь дверь. - Ну и? – несколько приглушенно донеслось до ушей школьника, - Вот это чистой воды обман. - На который ты с большим удовольствием повелся, дорогой, - ехидно добавил художник, - Скажешь - нет? Из-за двери донеслось неясное бульканье и недовольное ворчание. Юу уселся на кровать и стал ждать, когда его жертва выйдет из своего укрытия. Сегодня азиат провел просто огромнейшую работу, коэффициент полезного действия которой был равен ста процентам, как у идеальной машины. Японец ухмыльнулся и прислушался к звукам, доносящимся из ванной. Рыжик там явно матерился, явно не на японском и явно грязно. От этого у школьника настроение поднялось еще больше, все-таки он такой молодец, такой умный и коварный. - Ну ты скоро там? – крикнул японец в пустоту. - Почти все! – злобно донесся ответ рыжика. - Я жду свою девочку, - произнес азиат и рассмеялся, когда услышал, что ему сейчас по тыкве настучат и зубы повыбивают. Наконец, дверь открылась и из недр кафельной комнаты на свет божий вышел Лави. Очень недовольный Лави, просто дико недовольный Лави. На его лице читалась вся ненависть к миру и жизни в целом. Юу прыснул в кулак. - Как же тебе идет, дорогуша! – воскликнул он, - Ты просто бомба! - Вот… вот! – задохнулся баскетболист от возмущения, - Я как трансвестит, причем самый плохой! Весь наряд действительно смотрелся на натренированном чисто мужском теле баскетболиста довольно комично. Черное платье горничной, отделанное всевозможными белыми рюшами и кружевами совершенно не сочеталось с выглядывающими из рукавов-фонариков руками, мышцы которых перекатывались под кожей рыжика. Лави одернул кринолин под подолом из-под которого виднелись не менее накачанные ноги профессионального спортсмена, помимо прочего, еще и одетые в белые гольфы с рюшами. Лицо самого хозяина ног и рук было полно ненависти ко всему окружающему пространству, еще более увеличившейся со сделанным шагом – туфли на пятисантиметровом каблуке сорок пятого размера явно мешали его передвижению по комнате. - Красотка, чепчик поправь, - ехидно посоветовал японец. - Ща втащу! – грозно произнес Лави, но все-таки выполнил просьбу школьника руками, одетыми в белые перчатки все с теми же проклятыми рюшами, - Я тебе отомщу. - Я знаю… но сейчас я имею право делать с тобой все, что захочу целых два часа… - бархатным голосом проговорил Юу. - И что же ты собираешься делать? – предвкушая, произнес Лави, делая еще шаг навстречу кровати, с которой уже встал японец. - Что? – Канда обнял спортсмена за талию, и притянул к себе, - Мы сейчас… - опаляя горячим дыханием шею баскетболиста, добавил художник. - Да-да… - выдохнул рыжик, вцепившись в плечи школьника. - Идем гулять! – жизнерадостно воскликнул Юу. - Что, прости? – в ужасе прошептал Лави, - Гулять? - Да, совершенно точно, - подтвердил Канда. - Нет! – истошно возопил рыжик. - Мое время, мои желания, хозяин тут я, - ухмыльнулся Канда, и совершенно не важно, что на каблуках баскетболист был его выше, у школьника было преимущество – он выглядит как мужчина. - Юу, я серьезно! – уперев руки в боки, проговорил спортсмен. - И я серьезно! – передразнил художник, - Сходим в кафе, покатаемся на аттракционах! - У-у-у-у! Не хочу! – захныкал Лави. - Ответ неверный, тебе нужно было сказать: «Как скажете, мой господин!» - поправил некорректную фразу азиат. Лави замолчал и угрюмо уставился в пол, показывая свое отношение ко всему происходящему в комнате. - И не надейся на то, что просидишь тут все два часа. Я их честно у тебя выиграл. Отсчет времени начнется только тогда, когда мы покинем этот прелестный номер, - обворожительным голосом произнес школьник, - Ты понял? Рыжик посмотрел на Канду глазами, полными отчаяния, но пользы это не принесло ровным счетом никакой – Юу стоял с каменным выражением на лице и казался абсолютно непрошибаемым. Баскетболист собирался что-то возразить, но точно был уверен, что уговоры тоже никаких плодов не принесут. - Да, - выплюнул спортсмен и отвернулся, почувствовав, как юбка несколько запоздало повторила его движения. - Вот и умничка… - хитро ухмыльнулся Юу. *** - Юу, они на меня смотрят… - сжав зубы процедил Лави, дефилируя по коридору гостиницы. - Брось, никто на тебя не смотрит, - поспешил его разуверить азиат. - Я что, слепой, по-твоему? – возмущенно спросил баскетболист. - Не знаю, как и сказать, - возведя очи к небу, вздохнул Юу, - Иди, давай! - Юу, давай вернемся, - попросил рыжик, - Я все что угодно сделаю, только не выгоняй меня в холл! - Я сказал – иди! – раздраженно произнес Канда, - Все решено. - Ну Юу! Хочешь… хочешь… блин, - отчаянно пытался придумать выход рыжик. - Не хочу. Шагай, - угрюмо проговорил школьник. Мимо прошла какая-то влюбленная парочка. - Смотри, это же он, - произнесла девушка, - Лави. Глаза баскетболиста в ужасе расширились, и он остановился посреди коридора, как вкопанный. - Не пойду, - отчеканил он. - Куда денешься! – ехидно сказал художник. - Не сдвинешь меня с места! Хоть что ты делай! – Лави топнул ногой и поменял положение на более устойчивое. Канда хмыкнул и подошел к рыжику, который в панике не знал куда броситься. - Не сдвину? – уточнил школьник. - Не сдвинешь! – запальчиво воскликнул спортсмен. Юу пожал плечами, а потом подхватил маловесящую тушку спортсмена на руки. - Ну как? – поинтересовался он. - Поставь меня, - потребовал баскетболист, - Немедленно! Художник просто молча пошел дальше по коридору, игнорируя попытки рыжика вырваться – в висящем положении это довольно трудно сделать, не правда ли? Лави брыкался, как бешеный, в следствие чего удивленных взглядов в их сторону стало еще больше. - Юу! Ну пусти! - Неа. Баскетболист вцепился руками в косяк двери, ведущей в холл, как за последнюю соломинку, держащую его на краю пропасти. - Лави-сан, можно автограф? – подошел какой-то парень к рыжику, едва ли не зубами пытавшегося схватиться за косяк. - Нет! – воскликнул спортсмен, - Я занят! Тогда парнишка достал фотоаппарат и начал фотографировать все происходящее. Лави взвыл раненым динозавром и подтянулся к косяку, пытаясь вырваться из хватки азиата, но Юу только ухмылялся, молча наблюдая за пантомимой. Отпустить спортсмена и отобрать у мальчишки фотоаппарат – дело пяти минут, но наблюдать за истерикой веселее. - Юу, пусти, гад! Не хочу!!! Уууу! – завывал баскетболист, парень фотографировал, собиралась толпа. - А что мне за это будет? – хитро произнес азиат. - Все, что угодно! – горячо воскликнул рыжик, - Все, что хочешь! Только обратно в номер! - Все-все? – не унимался Канда. - Да! Азиат поставил рыжика на пол и обратил свое внимание на юношу, держащего в руках фотоаппарат. Взгляд японца говорил сам за себя, парнишка сглотнул. - Я все удалю… - пролепетал он, - Честно! - Ну-ну, - хмыкнул азиат и подтолкнул Лави к спасительному для последнего номеру. Рыжик бежал туда, как ошпаренный, выворачивая ноги на каблуках, спотыкаясь, падая, поднимаясь опять, по стеночке, лавируя между постояльцами, перепрыгивая чемоданы, некоторых нерасторопных собачонок и даже некоторых маленьких медленных детей. - Мама! Смотри, тетя! - Это дядя, сынок! – именно в этот момент ошалевший рыжик перепрыгнул через маленького ребенка, по приземлении чуть не сломав себе ногу. Канда шел позади, согнувшись пополам и иногда заглядывая под юбку. Баскетболист ввалился в номер и, задыхаясь упал на кровать. Школьник подошел чуть позднее, все еще хохоча. - Лави – ты спринтер! – отсмеявшись, произнес японец, - Чертов спринтер… - Спринтер? – угрожающе воскликнул Лави, - Спринтер, да? – рыжик дотянулся до телефона и набрал номер Микка. - Тик? Ты у меня? Да, ну покушать там найдешь. Мы с Юу в городе сегодня, - коротко поговорил он с португальцем, после чего повесил трубку. - Лави? – осторожно позвал Канда. - Что? – сделав невинные глазенки спросил рыжик, - Так чего ты там хочешь? - Уже ничего, - поспешно проговорил школьник. - Прекрасно! – баскетболист скинул туфли и стянул гольфы, - Замечательно! Спортсмен подошел к художнику, попутно стягивая с себя чепчик и дико ухмыляясь. - Юу, я тебя сейчас отымею, - доверительно прошептал Лави замершему на месте Юу. - Мы так не договаривались! – попытался возразить азиат, но его быстро заткнули грубым поцелуем. Лави кусал его губы, подминал их, не давая Юу даже вздохнуть. Художник пытался вырваться, но у него ничего не получалось – спортсмен включил функцию тарана. - Мф… Лави! Прекрати! Рыжик рыкнул и укусил школьника в шею, он стянул с себя надоевшие перчатки, и свободными от оков руками принялся ласкать Юу под рубашкой. Канда подавился воздухом и вцепился в широкие плечи бывшего одноклассника. Колени стали подкашиваться от грубых и незатейливых ласк одичавшего и разозленного рыжика. Оказалось – доводить его до состояния кипения просто опасно для здоровья. Руки спортсмена, казалось, действовали отдельно от мыслей хозяина – Лави неосторожно истязал открытые участки кожи губами, кусал шею, зализывал места, куда укусил, а вот руки, наоборот – нежно и бережно поглаживали торс брюнета, сводя с ума. Все, что оставалось несчастному Канде – стонать и поддаваться, тем более, что останавливать рыжика с каждым мгновением хотелось все меньше и меньше. - Х-хаа… - выдохнул школьник и прогнулся в пояснице, прижимаясь плотнее к своему истязателю, - Лави! Баскетболист молчал, просто продолжал с остервенением целовать своего любовника. Художник беспорядочно водил руками по спине спортсмена, обтянутой тонкой материей платья. Юу пытался расстегивать молнию на одежде рыжика, освобождая того от мешающего тонкого слоя ткани и жадно глотал воздух, которого в комнате становилось все меньше. На улицах зажглись фонари, один из которых освещал неровный круг на полу их номера, кроме этого освещения, других не было. Силуэт Лави был четко очерчен на фоне яркого неонового света фонаря, а вот черты его красивого лица в темноте были почти не видны, но Канде это даже нравилось. Он снова застонал, когда рыжик провел большими пальцами по его соскам. Спортсмен нетерпеливо начал расстегивать пуговицы на белой форменной рубашке японца, но не выдержал подобной пытки сосредоточенностью и просто рванул полы в стороны, отчего пуговицы с оглушительным для тишины номера стуком покатились по полу. - Эй! Ты чего творишь! – возмутился Юу, но тут же томно застонал, стоило рыжику коснуться языком его соска. В глазах стали плясать радужные круги, ноги стали подгибаться и возбуждение накатывало волнами, то в мозг, то в пах, Канда снова громко застонал и прижался к рыжику, наконец-то избавленному от платья. Лави толкнулся бедрами навстречу школьнику, отчего у обоих перехватило дыхание. - Дааа, - выдохнул художник, - Черт! Баскетболист вышагнул из платья, раздраженно отпихнув его ногой в сторону. Он напоследок горячо поцеловал Юу в губы, и развернул художника лицом к стене, буквально припечатав его к ней своим мускулистым телом. - Лави! – воскликнул брюнет, задыхаясь от нахлынувших ощущений. Спортсмен только тихонько хихикнул и расстегнул ширинку на брюках Юу. Он запустил руку школьнику в боксеры, обхватывая эрегированный член, заставляя любовника расставить ноги шире. Лави откинул длинные черные волосы азиата у того с плеч и принялся вылизывать шею Юу. Рыжик делал все со смаком, наслаждаясь каждым мгновением и каждым касанием. Он потер рукой головку члена Канды, с непередаваемым удовольствием впитывая в себя стоны любимого. - Лави! – жалобно позвал Канда, предоставляя спортсмену больше простора для маневров с его телом. Баскетболист опять не ответил, только принялся стягивать со школьника мешающиеся брюки. Художник шипел от прикосновения казавшейся сейчас грубой материи боксеров к нежной кожице члена. Спортсмен довольно ухмылялся и только еще медленнее действовал. Спустя долгие три минуты школьник был освобожден и от форменных брюк, он прогнулся в пояснице, давая понять, что неплохо было бы уже и как-то действовать, но вот рыжик не спешил. Он сбавил обороты и теперь чересчур медленно поглаживал стоящий член азиата. - Боже, Лави! – снова подал голос Канда. Лави засунул ему в рот два пальца и тихо, на грани слышимости прошептал: - Советую облизать их тщательнее, смазки у нас нет. Эта фраза, сказанная таким эротичным голосом побудила Канду к активным действиям – он стал облизывать и посасывать пальцы рыжика, заставляя того дышать все тяжелее и тяжелее. Юу провел расслабленным языком по подушечке указательного пальца, лаская ее как можно аккуратнее и нежнее, но вот баскетболисту этого, похоже, было мало – он стал двигать пальцами у школьника во рту. - Молодец… - выдохнул Лави на ухо Канде, - Умничка… Юу задержал дыхание, когда пальцы исчезли от его лица, но все равно прикосновение к сжатому колечку сфинктера стало полной, пусть и желанной, неожиданностью. Брюнет что-то неясно простонал, когда внутрь толкнулись сразу два пальца, но подался навстречу, увеличивая контакт и глубину проникновения. - Давай, расставь ножки пошире… - проговорил рыжик, лизнув основание шеи брюнета, который незамедлительно подчинился просьбе любимого. Баскетболист начал двигать внутри азиата пальцами, массируя тонкие стеночки изнутри, готовя их к проникновению своего члена. Он сводил и разводил пальцы, растягивая напряженные мышцы ануса. Юу прогнулся в пояснице, пытаясь почувствовать внутри себя пальцы еще глубже, чем сейчас. - Что, Юу, не терпится, да? – поинтересовался спортсмен. Канда что-то одобрительно простонал и вильнул бедрами. Лави хихикнул и вытащил из него пальцы. Художник уперся руками в стену и попытался вспомнить то чувство расслабленности, как в прошлый раз, но как бы он не старался, полностью подготовиться он все равно не мог. Головка члена легко скользнула внутрь, отчего школьник громко застонал. - Лаави!.. - Что, родной? – откликнулся рыжик. - Двигайся! Рыжик резко толкнулся бедрами внутрь любовника и облегченно застонал в унисон с Юу. Лави стал двигаться сначала осторожно, чтобы не причинить больших повреждений, и только убедившись, что все в полном порядке, ускорился. Канда царапал ногтями бежевые гостиничные обои, он прислонился горячей щекой к прохладной стене и упоенно стонал, подаваясь бедрами навстречу. Лави вцепился в волосы азиату и резко потянул на себя, заставляя Юу максимально выгнуться, чтобы получился удобный угол проникновения. Спортсмен толкнулся снова, попадая точно по простате. - Да! – воскликнул брюнет – Еще! Баскетболист ускорил темп и положил одну руку на поясницу школьнику. - Юу! - Да? - Я тебя люблю… - И я тебя-а-а! Ч-черт! *** Тикки положил трубку и устало откинулся на спинку дивана. На душе скребли кошки, закапывая нагаженное. В моменты своих запоев он предпочитал отсиживаться у рыжика в доме, тут как-то меньше было напоминаний о том, что он безответно любит своего тренера, да и напоминаний о самом тренере тоже было мало. Микк включил телевизор и глотнул пива. Именно в тот момент, когда он собирался закинуть в рот чипсы, раздался звонок в дверь. Баскетболист поморщился и поплелся открывать – это мог быть почтальон, или дедушка Букмэн, или… Кросс. - Тикки, я знаю, что ты тут, - раздраженно донеслось с той стороны двери, и как только этот хромой преодолел ворота? У Микка выбора не осталось, кроме как отворить дверь. - Здравствуйте, тренер, чем обязан? – учтиво произнес спортсмен, пропуская внутрь красноволосого мужчину. - Да вот поговорить пришел, - пожал плечами Мариан и опустился на пуфик, поставленный специально, чтобы было удобно обувь снимать, - Какого лешего ты мне истерики закатываешь, а потом Иваки спаиваешь в гей-клубах. Тикки рассмеялся и прислонился к стене. - Потому что я вас люблю, неужели не понятно? – проговорил он. - Ну это-то я знаю, просто не понимаю, почему ты ведешь себя, как девица влюбленная? – пробасил тренер. - Потому что я и есть девица влюбленная… - меланхолично проговорил разыгрывающий защитник, - Бегаю за тобой, бегаю… а тебе насрать. - Я тебе с самого начала сказал, что ничего не получится, - подметил Кросс и уставился на Микка, увлеченно считающего квадратики паркета на полу, - И прекрати вести себя как малолетка, тебе уже двадцать шесть лет, как никак! Тикки глубоко вздохнул и прикрыл на пару минут глаза. - Мариан… - сглотнув, произнес португалец. - Да что ж ты впился-то в меня, а? – не выдержал Кросс, - Тебе что, здоровых мужиков мало? Иди Иваки соблазни, или Ямадзаки, от меня-то тебе чего надо? - Только тебя и ничего больше… - проговорил баскетболист, - Но и не меньше. - Заведи себе девушку или парня и трахайся с ними сколько влезет, - хлестко ответил тренер, - Ко мне не лезь. - Разве я сказал что-нибудь про секс? – спросил Микк, - А если и сказал бы, то вообще такое чувство, что ты – импотент. - Чего? – Кросс вскочил, - Импотент? - Я не утверждаю, я предполагаю, - усмехнулся спортсмен, - Хочешь доказать обратное? - Нет, - остудил свой пыл Мариан. - Вот и все… А лучше бы доказал… - мечтательно произнес баскетболист. - Слушай… - Нет, ты послушай, - перебил Тикки, - Я уеду. Доиграю сезон и уеду к чертовой матери из этой страны. И больше никогда не вернусь. Пожалуйста, Мариан, только одну ночь. Я тебя… я… большего не попрошу. Хотя бы дай прикоснуться к мечте. Микк замолчал, ожидая вердикта. Кросс молчал, ожидая продолжения фразы. Дурацкая ситуация складывалась во всех смыслах. Но с другой стороны, он мог раз и навсегда отделаться от навязчивого португальца, достававшего его уж не один год с этой своей великой любовью. - Черт с тобой. Одна ночь, - отчеканил тренер, - Я в твоем распоряжении, можешь делать то, что посчитаешь нужным. Тикки ушам своим не поверил, он оторвался от стены, снова к ней прислонился, провел рукой по лицу. - Правда? – переспросил он. - Ну че встал? Действуй, маньяк озабоченный. Баскетболист приблизился к тренеру, который попытался отстраниться, но вовремя вспомнил, что дал согласие на все дальнейшее. - Все, что считаю нужным? – еще раз спросил португалец. - Ты глухой? – вопросом на вопрос ответил Мариан. - Отнюдь… - прошептал Тикки у самого лица Кросса. Он осторожно коснулся маски на красивом лице мужчины. Тренер перехватил руку своего подопечного, но напоролся на уверенный взгляд последнего и нехотя отступил. Спортсмен откинул красную челку и осторожно стянул мешающую маску, - Ну вот, теперь я тебя вижу, - он провел большим пальцем по застарелому шраму, а затем поцеловал его. От Мариана не было никакой реакции. Тогда Микк стал покрывать поцелуями все лицо своего любимого человека. Через пару мгновений его губы вовлекли в поцелуй, подобного которому он раньше никогда не получал. Все-таки губы любимого – самые лучшие. Ненужная маска громко стукнула об пол, выпав из расслабившихся пальцев Тикки.