Атакующий защитник

Бак ушел сразу, как только сделал все объявления, оставив после своего визита очень довольного рыжика, который просто не знал, куда себя деть от счастья. Он едва не прыгал на стуле. Баскетболист достиг пика своего баскетбольного счастья. Канде даже пришлось пару раз ткнуть его в бок, чтобы не вопил от восторга слишком уж громко. Когда они садились в машину, чтобы отправиться домой из отеля, на мобильник Лави пришло смс-сообщение. «Лави, это папа Канды. Можно позвонить?» - Юу? – позвал рыжик азиата, пристегивавшего ремень безопасности, - Тут твой папа… - И? – удивленно вскинул брови школьник. - Он спрашивает, может ли позвонить. Ты же в школе еще, да? – заводя мотор, проговорил спортсмен, продолжая буквально светиться изнутри. - Ты как раз едешь меня забирать, - пробурчал Юу, поудобнее устраиваясь в кресле. Лави подключил гарнитуру к телефону и набрал номер Канды-старшего, одновременно с этим трогаясь с места. Машина мягко зашуршала протекторами по асфальту. Полминуты – и Nissan на дороге, набирает скорость. Сердце у Юу замерло, когда рыжик произнес, что его отец требует звонка, однако, если бы были проблемы – то он звонил бы лично ему, а не его парню. - Алло, да, здравствуйте, - вежливо проговорил Лави, сворачивая по направлению к хайвэю, - Нет, что вы, конечно не побеспокоили. Еду забирать Юу из школы, - рыжик рассмеялся какой-то шутке родителя и притормозил около пункта оплаты проезда, - Да, понимаю… Но… о, хорошо… Я думаю, что смогу, - спортсмен глянул на школьника подозрительно сосредоточенно, - Да, вечером. Договорились. Будем ждать. Да. До встречи, - баскетболист отключил мобильник и бросил его на торпеду. - Что? – спросил Канда, - Что такое? - Твой отец просил поговорить с тобой, - как-то подозрительно издалека начал Лави. - А ближе к делу? – саркастично произнес Юу, - Я это понял. На счет чего? - Насчет того, чтобы ты помирился с матерью, - отчеканил зеленоглазый и расплатился за проезд по скоростной трассе. - И речи быть не может, - начал возмущаться художник. - Выслушай то, что я тебе сейчас скажу, - Лави нажал на педаль газа, прибавляя скорость ровно настолько, на сколько Юу будет не страшно, - Они сегодня приедут к нам на ужин. - Нет! - Юу, они приедут, - с нажимом повторил баскетболист, - Твоя мама сама идет на примирение. Канда-сан сказал, что это ее инициатива. - Мне все равно, - хладнокровно бросил японец, хотя сердце предательски защемило, все-таки она не последний человек на земле для него. - Он просит лишь о том, чтобы ты не воспринимал все в штыки, - не обращая внимания на реакцию любимого продолжил Лави, - Я, конечно, не знаю всей сути конфликта… - Она выставила меня из дома из-за ориентации. Назвала выродком, гомосеком и вообще сказала, что я не ее сын, - коротко объяснил Юу, - Прекрасно. И теперь я должен пойти навстречу. Насколько я ее знаю, от меня потребуют извинений. - Из-за ориентации? – удивленно переспросил рыжик, - Эээ… Видимо она тебя приняла… раз решила пойти на контакт. - Да черта с два! – горячо воскликнул азиат, - Нет. Не приняла она меня, точно тебе говорю. - Ну откуда ты знаешь? Я вот тоже думал, что дед меня такого никогда не примет, а он только усмехнулся, - произнес баскетболист, обгоняя серебристую тойоту. - Кстати, а как так случилось, что твоему деду это… Как бы пофиг? – решил пока увести беседу в сторону школьник. - Да никак. Я у него один, понимаешь? И он у меня один. Других родственников во всем белом свете ни он, ни я не имеем. Поэтому и живем так… мирно, - проговорил рыжик, - Он же у меня профессор истории, знает, что гомосексуализм существовал во все времена, всегда, поэтому вполне лояльно отнесся к моим склонностям. Да и не убивать же меня за это, в конце-то концов! - Везет… а в меня вазами кидались… - пробормотал Юу. - Знаешь, Кандочка, - задумчиво произнес Лави, - Если вы не помиритесь нормально, поговорив между собой, давай натравим на нее деда. Он быстро объяснит, почему гомофобия – это очень плохо, - ухмыльнулся спортсмен. Художник немного расслабился. Действительно, кто знает, может в этот раз судьба повернется к нему лицом, а не задницей. - Лави, а что у тебя с глазом? – задал давно мучавший его вопрос школьник. - С рождения ничего не вижу им, - ответил баскетболист, - Точнее вижу, но не все, минус восемь на нем зрение. Мне делали операции, уколы в глаза ставили, но только так и смогли восстановить. - А линзы почему не носишь? – удивленно спросил японец, - Разве не правильнее? - Мне неудобно. Я с одним глазом могу сделать больше, чем с двумя. Когда оба открыты – слишком много информации поступает в мозг, мне привычнее только с одним, - заученно ответил спортсмен, - Так ты согласен на разговор с мамой? - Да, - буркнул Юу, - Я посплю? - Конечно, - усмехнулся рыжик, - Какую тебе музыку включить? - Давай System of a Down, - подумав, заявил Канда. - Я тебя обожаю, - произнес Лави, - Ты идеален. - Что? – удивленно спросил азиат. - Любишь мою любимую музыку, - проговорил спортсмен, и его голос потонул в Chop suey. *** - На тебе уборка, на мне – готовка, - заявил два часа назад рыжик. На возмущения Юу о несправедливости отмахнулся, что мол, ему лучше знать, чего лучше не видеть его матери. В итоге Канда согласился на поставленные условия и поплелся прятать весь компромат по углам. Точнее стаскивал все в дальнюю комнату. Потом выяснилось, что это библиотека. Визита через два-три. На четвертый раз пришествия в эту замечательную комнату, школьник оттуда не вышел, найдя замечательную книгу и погрузившись в нее целиком и полностью. - Халтурим? – раздался тягучий голос Лави от двери. - Угу, - на автомате проговорил Канда, - Что? - Ничего, ничего, читай. Уайльд прекрасен, - сказал рыжик и удалился обратно на кухню. Юу пожал плечами и продолжил чтение Оскара Уайльда. Он даже уже почти дочитал до середины, когда снизу раздался вопль баскетболиста. - ПРИЕХАЛИ! – заорал спортсмен, и Канда чуть не подпрыгнул на месте. Только годы тренировок не позволили ему показать свои истинные чувства. Но все же он едва ли не бегом понесся вниз, чтобы ни на секунду не оставлять своего портативного баскетболиста наедине со своими родителями. Успел как раз вовремя. На крыльце послышался стук каблуков – мама идет. - Я с тобой, - шепнул рыжик, за две секунды до того, как в прихожую вошел сначала Канда старший, а потом и его жена. - Здравствуйте, - поприветствовал Лави всех прибывших, - Канда-сан и… - Араши-сан, зовите меня так, - откликнулась темноволосая женщина довольно прохладным тоном. - Привет, пап, привет, мам, - спокойно поприветствовал родителей Канда, - Добро пожаловать. Пойдем кушать, - монотонно проговорил азиат и направился в сторону столовой. Все происходило по старой схеме. В тот раз, когда приезжал только Канда-старший, Юу точно также свинтил в столовую. Лави хотел уже запаниковать, как сзади его несколько слишком демонстративно обняли за талию и поволокли за стол. Рыжику идти было не удобно, но он не жаловался, полагая, что так надо. На вопросительный взгляд отца Юу, он только пожал плечами, показывая, что сам не понимает, какого черта тут творится. Мама школьника только как-то странно посмотрела на все то представление, которое развернул ее сын, но промолчала. Все уселись за стол. - Я накрою! – мигом среагировал Лави, как только заметил, что намечается какой-то разговор. Он ушел на кухню так быстро, что никто и пикнуть не успел. «Так, Великан, соберись!» - твердил он себе. Сейчас он раскладывал по тарелкам все, что только мог приготовить за два часа, и молился всем известным богам, включая даже Аллаха, чтобы все прошло хорошо. Или хотя бы сносно. - Сынок, как ты тут? – поинтересовалась мама, - Все хорошо? - Отлично, - отозвался обиженный Канда, - Да. - Уверен? – не уступала женщина. - Да. На все сто, - кивнул головой в знак подтверждения юноша, - Мы каждое утро бегаем. - Во сколько же вы встаете? – заботливо поинтересовалась Араши-сан. - В семь. Не слишком рано, - все еще холодно ответил Юу. - Ясно, - расстроено произнесла женщина. - Юу, как в школе? – спросил отец, расправляя салфетку на коленях, - Милая, кстати, Лави хорошо готовит. - Пап, все как обычно, ничего нового, - усмехнулся художник, повторяя действия отца. - Да? Действительно вкусно? – преувеличенно заинтересованно проговорила Араши-сан. Именно в этот момент, когда все дежурные разговоры стихли, в столовую вторгся Лави, неся в руках поднос с блюдами, тарелками и соусницами. Рыжик глянул на Юу, не уловил ничего тревожного и принялся расставлять перед гостями еду. Разговор за ужином у него дома уже входил в привычку. - Лави, да не суетись. Сядь, - добродушно произнес глава семейства Канда и указал баскетболисту на стул. Сквозь громкие удары сердца, Лави опять стал различать тиканье часов в противоположной комнате. - О, не беспокойтесь. Мне не трудно, - улыбнулся рыжик и, поставив перед матерью Юу ее порцию, занял свое место рядом с любимым. - Как твои дела, Лави? – решил дать ход разговору Канда-старший. - Прелестно! Наверное, скоро станет возможным играть в НБА, - усмехнулся Лави, - Чикаго Булз! - Весьма неплохая команда, - похвалил баскетболиста отец Юу, - Когда контракт подписываешь? - Ох, на самом деле, все вилами по воде, как говорится, - Лави отпил из бокала, - На игре с Испанией, в рамках чемпионата мира, то есть через три месяца, будет присутствовать Том Тилбоу – тренер Булз. Это мой агент с ним договорился. Клуб будет решать, брать ли меня, малолетнего неуча в НБА. - Лави, вы не заканчивали школу? – вступила в разговор Араши-сан, - Кстати, вкусная рыба. - Благодарю. Нет, школу я не закончил, - спортсмен пожал плечами, - Это совершенно не моя стезя. - Как это понимать? – все не унималась жена Канды-старшего. - Весьма просто, - рыжик пожал плечами и глянул на Юу, методично расправлявшегося с овощами на тарелке, - Баскетбол – это моя жизнь, другого я вообще ничего перед собой не вижу. А те знания, которые мне необходимы были, я уже взял. Зачем мне идти в высшую школу, если я уже в средней научился просто до потери сознания? - А как же запасной вариант? - подобно старой герцогине, также чинно и вальяжно, спросила Араши-сан. - Если моя карьера не удастся? Но она уже удается, - улыбнулся Лави, - Я уже в Национальной Сборной, вот скоро стану игроком НБА… - Ясно, - весьма добродушно улыбнулась единственная представительница прекрасного пола из всех сидящих за столом, - А ваши родственники сейчас где? Лави закрыл глаза. - Араши-сан, можно попросить вас не затрагивать эту тему, - юноша улыбнулся и, чуть поджав губы, рубанул ножом по тарелке. - А что такое? – женщина, видимо, сочла что, нащупала слабое место в броне спортсмена, поэтому решила бить туда, несмотря на грозный взгляд сына, с которым пришла мириться, и предупредительное покашливание мужа, - Вы с ними не в ладах? - Мама, прекрати, - вступился школьник за своего парня, - Это действительно не тема для разговора сейчас. - О, Юу, брось, - вымученно ухмыльнулся рыжик, - Думаю, не стоит это скрывать, - баскетболист глянул на Канду-старшего, который весьма четко дал понять, что он тут не при чем, - Когда мне было восемь лет, они погибли. Я уже рассказывал об этом вашему мужу. - А с кем же ты тут живешь? – все тем же тоном продолжила женщина. - С Юу, - Лави пожал плечами. - И дедом, - добавил школьник с нажимом, - Мам, давай закончим на этом допрос моего парня. - Но я же должна знать, с кем ты тут живешь, - все не унималась женщина, - Я где-то слышала, что ты, Лави, помолвлен… - Это ложь, - серьезно произнес рыжик, - Никогда и ни с кем не заключал подобных сделок. - И не собираетесь? - Милая.. - Мам! - Что? Я просто спросила, - Араши-сан была совершенно спокойна, - Ничего в этом страшного нет. - Действительно, Юу, Канда-сан, не нужно так паниковать, - рыжик обвел всех примирительным взглядом, а потом, глядя матери Юу в глаза сказал, - С женщинами точно нет. - То есть ты намекаешь на заключение брака с мужчиной? – округлив глаза, спросила мама Юу. - Родная, хватит… - Мама! Ты пришла сюда говорить со мной! - Да, сынок, - женщина кивнула, - Я пришла поговорить с тобой. Наедине. - Мам, думаю, что наедине не получится, если ты хотела что-то мне сказать, то мне нечего скрывать ни от папы, ни от Лави, - проговорил школьник и сложил руки на груди, показывая, что с места не сдвинется. - Чт… Хорошо… - Араши-сан набрала в легкие побольше кислорода, - Ты не изменил своего решения? Канда-сан сжав кулаки, посмотрел на свою жену. - Мы с тобой не об этом говорили, Араши! Ты обещала помириться! – воскликнул он. - Я пытаюсь! - отмахнулась женщина, - Так что, Юу, ты не изменил своего решения? - Боюсь, что нет, мама. Я так и остался голубым сыном порядочной женщины, - Юу почувствовал, как под столом его ладони коснулись теплые пальцы Лави. Канда-сан глубоко вздохнул и принялся с остервенением резать рыбу. - Юу, Араши, только не заводитесь. Спокойно, - попросил он спустя тридцать секунд тишины и обмена взглядами между сыном и матерью. Женщина внимательно посмотрела на художника и сквозь зубы выговорила: - Почему? - Что «почему», мама? Я просто люблю Лави, и все, - спокойно ответил Канда-младший, а под столом стискивал руку спортсмена так, что рыжику стоило огромных усилий, чтобы не выдать ничем боль в правой ладони. - Ну как ты можешь любить мужчину! – воскликнула Араши-сан. - А как ты можешь любить папу? – спросил в ответ Юу, - Точно также я люблю его, - юноша кивком головы указал на рыжика, который сидел с непроницаемым лицом и пытался общаться со вторым адекватным человеком, присутствующим за столом – Кандой-старшим. Однако сам отец семейства точно также, как и он замер со статичным выражением лица, и ничего не произносил. Лави решил выбрать его тактику поведения. - Я – это другое дело! Я женщина! - А я – мужчина. И что? - Ты должен был жениться и завести детей, как это положено! - Я – не твоя собственность! То, как я хочу прожить свою собственную жизнь не должно касаться никого, я уже не ребенок! – вспылил Канда. - Ах ты! – вскочила мама Юу. - Араши! – басом прикрикнул Канда-старший. - Что?! – взвилась она. - Прекрати ссориться, мы не за этим приехали, - напомнил папа Канды. - Все было бы хорошо, если бы не он! – спустя пару мгновений воскликнула Араши-сан, указав пальцем на Лави, - Это он виноват в том, что наш сын стал таким. Баскетболист удивленно захлопал глазами, но руки любимого не отпустил, и рта тоже не раскрыл. - Мама! О чем ты? Ты бредишь! – пылко закричал Юу, вскакивая с места отпуская ладонь рыжика, - Я – это я. Никто в этом не виноват! И это вовсе не вина! - Лави! – женщина не обратила никакого внимания на гневную тираду сына, - Отстань от него, зачем он тебе нужен? Ты себе еще тысячу таких найдешь. Лави глубоко вдохнул и задержал воздух в легких. «Главное не нервничать» - проговорил он про себя и попытался успокоиться. Сначала она доводила Юу, теперь на него перекинулась. Нет, главное – успокоиться. - Араши, сядь! – воскликнул Канда-старший, но его успешно проигнорировали. - Лави, не нужен он тебе, оставь его в покое… - Мама! Он нужен мне! – сжав кулаки, проговорил Юу. - Помолчи, - шикнула на сына мать. - Лави, ты же типичный бабник, ты же бросишь его, как только он тебе наскучит. Лучше сейчас, понимаешь… я уже не говорю о том, что вы оба мужчины… Баскетболист встал, прерывая поток оскорблений в свой адрес, обошел стол вокруг и приблизился к стоящей женщине, повернувшейся к нему и немного попятившейся. Она натолкнулась коленями на колченогий стул, схватила его рукой и замерла. Лави же низко поклонился и опустил голову. - Прошу прощения за то, что так ужасно поступаю с вашим сыном, Араши-сан, - тихо произнес он. - Лави, не… - начал Юу. Рыжик, не обращая внимания на его возглас, продолжил: - Но иначе я не могу. И я его не оставлю. Спортсмен круто развернулся и вышел из столовой, оставив позади себя все еще молчавших людей. Юноша направился на террасу, где намеревался остыть, чтобы не наговорить глупостей и не усугубить и без того накаленную ситуацию. Свежий ветер приятно коснулся волос Лави, который облокотился о резные деревянные перила, ограждавшие выход в сад. Баскетболист глубоко вздохнул и без сил рухнул в плетеное кресло, он закрыл глаза и сжал кулаки, злость все еще кипела внутри. Довольно сильная, такая, чтобы крушить все вокруг. Он смотрел на заходящее солнце, задорно поблескивающее ему сквозь кроны деревьев, и считал про себя до десяти. *** - Мама, уезжайте, - хрипло проговорил художник, как только вышел Лави. - Мы не договорили… - Нам не о чем говорить! – воскликнул он, - Ты только оскорбляешь меня и моего любимого человека. Поэтому уезжайте. - Сын, - сказал Канда-старший, - Пожалуйста, дай … - Пап, увези ее отсюда! – Юу обогнул стол, - Я люблю вас обоих, спасибо за попытку, правда, но вам, похоже, все равно. Араши-сан печально посмотрела на своего отпрыска и, развернувшись на каблуках, вышла вон из комнаты в дверь, ведущую в кухню. - Юу, - снова пробасил отец, - Мне жаль… - Я знаю, пап, - юноша отступил в сторону двери, которая должна была вывести его из столовой в коридор, - Просто уезжайте. В этот момент из кухни вернулась его мама, явно недовольная своей промашкой. - Провожать не буду, - напоследок произнес Юу и вышел из комнаты, отправившись на поиски сбежавшего Лави. Канда ясно слышал, что рыжик наверх не побежал – отправился куда-то вглубь дома, а там всего два пути – либо в гостиную, либо в сад. Приоткрыв дверь гостиной, и не обнаружив там никого, Юу направился в сад, будучи абсолютно уверенным в том, что рыжик там и нигде больше. Японец вышел наружу – на террасе не было никого, только лежащее на боку кресло. Юноша спустился по ступенькам вниз, и по натоптанной тропинке пошел по направлению баскетбольной площадки. Деревья мерно шумели кронами, в саду было, как обычно тихо. Баскетболист не зря выбрал именно это место для уединения. Трава сгибалась под ногами, немного замедляя продвижение. На душе у Юу кошки скребли, почему-то было совершенно плевать на то, что он снова поругался с матерью, но вот бегство рыжика – вызывало беспокойство. Наконец, деревья расступились, и Канда смог увидеть носящегося по площадке Лави. Баскетболист с каким-то остервенением долбил мячом о покрытие, а затем раз за разом забивал его в кольцо. Глухие удары мяча эхом отдавались в голове у школьника. - Лави, - позвал он, - Они уехали… Рыжик кинул мяч в щит, а затем направился к Юу, словно танк. На долю секунды, Канда даже испугался, но чувство тревоги схлынуло, как только его сгребли в объятия. Спортсмен тяжело дышал и цеплялся за рубашку брюнета, как будто боялся потерять. - Лави, все хорошо, - произнес художник и провел рукой по волосам баскетболиста. - Я тебя люблю, - порывисто прошептал Лави, прижимая к себе юношу еще ближе, - Не верь ей, слышишь? - Господи, Лави, сдурел? – прошипел Юу, от недостатка кислорода в легких, - Ты чего так запереживал? Канде даже стало стыдно за свой последний вопрос, стоило ему увидеть огонек укора в зеленых глазах баскетболиста, который чуть отступил от него. Лави уставился на Юу и поджал губы. Художник в ответ всматривался в лицо рыжика. Рыжик ткнулся лбом в плечо азиату и вздрогнул. - Когда погибли родители я где-то три месяца сидел безвылазно дома, - зашептал спортсмен, не поднимая глаз на собеседника, однако, держа его за руки, - Но однажды, выглянув из окна дома дедушки в Токио, я увидел, как играют дети во дворе. Я вышел к ним. Канда внимательно слушал, напрягая слух настолько, насколько это было возможно – шепот Лави заглушали шелестевшие листья. - Среди них был один мальчик, - продолжил баскетболист, - С которым я сразу захотел дружить. Я подошел, поздоровался со всеми, познакомился со всеми, а когда подошел к нему, мне сказали, что с такими, как я, дружить не будут. Юу усмехнулся, тот мальчик из рассказа явно ему нравился – он сам так… э? Лави поднял глаза на Юу и улыбнулся: - С тех пор я из шкуры вон лез, чтобы этот мальчик меня заметил. Но даже когда я стал капитаном школьной команды по баскетболу – меня не замечали. Художник задержал дыхание. - Сначала я считал, что пытаюсь отомстить за детскую обиду, но чем старше я становился, тем очевиднее был тот факт, что я просто втюрился в человека, с которым даже ни разу не разговаривал, - рыжик закусил губу и обнял опешившего Канду, - Он всегда был холоден, не давал никому к нему приблизиться, и я тоже боялся подходить к нему. Он был очень умным – самым лучшим в школе учеником, учился в «А» классе, отличник. Он был такой красивый, что каждый раз, когда я смотрел на него, у меня дыхание перехватывало, но он даже не подозревал о моем существовании, - Лави почувствовал на своей спине руки Юу, и чуть погодя продолжил, - Точнее подозревал, но так ни разу и не дал возможности с ним поговорить. В итоге, я не выдержал и сдался – ушел из школы. Брюнет отстранился и заглянул Лави в глаза, баскетболист улыбался. - Так что… Я имею право переживать. Я ведь так долго ждал того момента, когда смогу вот так, по-свойски, обнять тебя, Юу, - проговорил спортсмен и наклонился за поцелуем, на который тут же ответили. Канда обнимал крепкое тело, нежно водил пальцами по спине рыжика и отвечал на нежный тягучий, как патока, поцелуй. И ничего было больше не нужно, и ничего было больше не важно. Только так. Так правильно. За спиной у Лави, видимо, от сильного порыва ветра, зашуршали кусты, но обоим парням было все равно. Просто они были друг у друга. И это было прекрасно.