Атакующий защитник

- Нет, все верно, - проскрежетал дедушка Лави, - С правовой точки зрения мы ничего не сможем поделать. - Точно? – переспросил Лави. Все присутствующие сосредоточили свое внимание на трубке телефона, лежащей на едва подрагивающей ладони рыжика. - Чем ты меня слушаешь?! Я же сказал, что Канда-кун пока несовершеннолетний, его родители имеют над ним полный контроль. Если бы я вдруг уперся рогом, то не поехал бы ты ни в какую Америку, - произнес старик, - Я все сказал. Если только вы договоритесь с Араши-сан… а пока она против, извините, тут и пресс девятитонный не поможет. - Спасибо, дед, - пробормотал Лави и положил трубку. Вся португальская мафия угрюмо молчала. Шерил вертел в руках стакан с виски, Лулу уставилась в пол, Скин созерцал потолок, Тикки положил голову Кроссу на плечо и закрыл глаза, даже Дебито с Джасдеро притихли и не отсвечивали. Канда же просто стоял в углу, скрестив руки на груди. - Шерил, есть идеи? – пробормотал Микк, открыв свои не совсем трезвые глаза. - Нет, что я на нее якудза что ли натравлю? – ответил Камелот, - Это дело тонкое… - А ты, Уайзли? – Тикки перевел взгляд на другого своего брата. Лави в это время подошел к Юу и обнял его. Канда положил голову ему на плечо и тяжко вздохнул. Возвращаться домой юноше вовсе не хотелось. - Я могу посоветовать только не накалять ситуацию, - произнес блондин и сел рядом со Скином. - Ясно, - вздохнул громила, - Великаш, я того же мнения. Тут действительно лучше просто подождать. Время покажет какую тактику лучше выбрать. - Спасибо, мужики… - произнес рыжик. - Слушайте, как-то скисла наша вечеруха, - бодрячком произнес Шерил, желая разрядить обстановку. - Да, давайте не будем умирать, - поддержал его Тикки, - Не всегда же вместе все живут… - Подумаешь, придется, как всем нормальным малолеткам, таскаться на свиданки, - усмехнулся Камелот. - Ха-ха, очень смешно, - проговорил рыжик, - Просто чертовски. - Что? К хорошему быстро привыкаешь, да? – сострил старший брат Микка, - Ты вот не спеши, я когда с женой начинал вместе жить тоже радовался… Оказалось, зря. - Ты их-то с собой не сравнивай, - пробубнил Уайзли, - Они-то поадекватней будут. - Че? Уайзли, ну разве так можно о братьях говорить? – укорил его Шерил, хотя заметно присмирел, - Наверное, нам пора домой, да? - Да вы пьяные все, включая тренера, - произнес Лави, - Дом большой, находите себе кровать и располагайтесь. - И вот откуда такие правильные малолетки? – риторически проговорил Уайзли, - Не такие уж мы и пьяные, кстати говоря. - Разницы никакой. В своей Португалии гоняйте сколько хотите и пейте при этом сколько хотите, сейчас я вас за руль не пущу, - не отступился от своего рыжик. - Че сказал? – Дебито достал револьвер. - Я тебе его сейчас в задницу засуну, - подал голос Канда и смерил убийственным взглядом взбесившегося Ноя, - Понял? - Понял, - понуро ответил Деби, - Пошутить уже нельзя. - Деби, ах, какой Канда, да? – произнес Шерил, - Слыш, Юу… - НЕ надо НАЗЫВАТЬ меня ЮУ! – воскликнул азиат, - Сколько раз мне это повторить?! - Ладно, Канда-сан, не будете ли вы так любезны, научить меня так же усмирять моего братишечку? – театрально вздохнул Камелот. - Эй, Шерил, не нарывайся, - с видом знатока проговорил Тикки, - Серьезно. Кросс недоуменно посмотрел на Микка, почти уже задремавшего на его плече и усмехнулся: - Что? Уже попадало? - Угу, - кивнул капитан и зевнул, - Тренер-сама, пойдемте спать, а? Лави фыркнул, Шерил кашлянул, и после этого вся комната разразилась громким хохотом, так как история о бензине уже стала своеобразной фишкой: только ленивый не пересказал ее и не приукрасил. В конечной версии Лави не только поджег белье, а еще и Тикки побил немного. - Вы только сильно громко не спите, хорошо? – проговорил Уайзли, и всех сразил еще один приступ смеха, уже на почве того, что пошловатые мыслишки озвучили. - Да пошли вы, - буркнул Микк, поднимаясь с дивана, - Мы уходим, Мариан, - гордо проговорил он. Кросс усмехнулся, хотел было что-то возразить, но глядя на довольные мордашки близнецов, решил не спорить со своим подопечным и, опасно косясь на кобуру, прикрепленную у Джасдеро на ремне, пошел вслед за едва сдерживающим хохот Микком. Нет, тренер, конечно же, нисколько не слабак, но против пистолета не попрешь с голыми руками. А учитывая, что Мариан, все-таки законопослушный гражданин и никогда в жизни с представителями черного бизнеса отношений не имел… То да, основания опасаться за свою шкуру у него были. Ну, согласитесь, кто ж мог знать, что Тикки – сынок какого-то бандитского босса, и что вся семейка у него пристроена в этот бизнес, вдобавок вооружена и опасна. Знал бы, точно бы никогда не стал связываться с португальцем… Но теперь уже как-то поздновато размышлять над этим – ничего сделанного не перекроить. И нет, Нои не стали причиной того, что Кросс величественно согласился принять чувства молодого баскетболиста, скорее уж, это чисто его внутренние заморочки, в которых он сам до сих пор не разобрался. Как только Микк и Мариан покинули большую гостиную, стало очень уж тихо. Лави не отходил от Юу и молча смотрел в противоположную стену, Шерил тоже о чем-то о своем задумался. В итоге, не выдержав, тишины и спокойствия вновь заговорил Деби. - Лави, ты там что-то про кровати говорил, - напомнил он, - Может, сам проводишь? - Да не переживай, - проговорил рыжик, - Какую найдешь – та твоя. Только в конец коридора на втором этаже не ходи, там мы с Юу ночевать будем. - Окей, - кивнул брюнет и потянул своего брательника за руку, - Пойдем, Джас… Блондин подозрительно молча последовал за ним. - Шерил, они геи? – спросил Лави, не глядя на собеседника. Баскетболист всматривался в задумчивое лицо своего азиата. У него сердце противно ныло, он не знал, как может в этом помочь, но помочь очень хотелось. - Что? Нет. В нашей семейке только один брат из вашей голубой армии, - открестился мигом Камелот, - Остальные все по девочкам, - добавил он, - Включая Лулу, да? Блондинка смерила своего брата непередаваемым взглядом, в котором смешались и презрение, и смех, и легкий намек на ненависть. - Да, - кивнула девушка. Канда потянул Лави за рукав и кивком головы указал на дверь. - Да, мы пойдем, - пробормотал рыжик, - Спокойной ночи. Школьник тут же направился к выходу из гостиной, не смотря идет ли за ним его парень. Рыжий нагнал его уже в коридоре. - Как думаешь, все будет у них хорошо? – спросил Шерил, глядя на Уайзли. - Не знаю, - пожал тот плечами, - Возможно. - Чего-то ты не договариваешь, - с нажимом проговорил Камелот. Скин и Лулу тоже внимательно уставились на блондина. - Я думаю, что в итоге все будет хорошо, - туманно произнес Уайзли. *** - Юу… - позвал рыжик азиата, замершего посреди его детской комнаты. Японец стоял, обхватив себя руками, и смотрел в окно, сквозь прозрачные невесомые занавески, - Юу, - полушепотом повторил Лави. - Что? – откликнулся школьник. Рыжик подошел к нему со спины и нежно обнял, проведя ладонями по плечам японца, скрытыми хлопком школьной рубашки. Канда даже не переоделся сегодня после того, как они вернулись домой. - Юу, не нужно так переживать, - попытался успокоить любимого баскетболист, - Все будет хорошо. Голос Лави едва заметно подрагивал, но совсем не от того, что было так горько отпускать от себя японца. Было горько смотреть на его опечаленные глаза – тот хоть и маскировал свои переживания под маской неприступности и каменности, рыжик чувствовал кожей напряжение, исходящее от него, поэтому сто процентов знал, как Канде сейчас плохо и тяжело. Спортсмен погладил художника по рукам и положил ему на плечо подбородок. - Угу, - кивнул головой Юу и едва ощутимее напрягся. Лави положил руки ему на талию и прижал тело азиата к себе. Юу недовольно забурчал, но вырываться не стал, ему было приятно чувствовать тепло любимого так близко. Нет, ему просто безумно нравилось находиться с любимым так близко. Канда не понимал, почему так болезненно среагировал на то, что его просят вернуться домой. Он же с самого начала знал, что сказка долго не продлится. Однако жить в этой сказке оказалось так прекрасно и замечательно, что расставаться с этой жизнью не хотелось совершенно. Тем более, что он понимал, что в родных пенатах ему явно не светят райские условия проживания. Насколько он знал свою маму - точно не светят. Да, школьник злился. Злился на нее за непонимание, за отвержение, за острые слова. Очень злился, и сейчас внутри у него все бурлило. Он представлял себе баталии с родительницей, в красках расписывал в уме то, как хлестко будет отвечать на оскорбления в свой адрес. Юу уже до мелочей продумал свое триумфальное возвращение домой, но это нисколько не утешало, скорее наоборот, только распаляло. В голову то и дело возвращалась противная мысль: «Несправедливо». - Юу, - Лави уткнулся носом ему в шею и шумно втянул воздух. - Ну что? – несколько раздраженно спросил азиат. - Я тебя люблю, знаешь? – проговорил кролик, - Очень. - Знаю, - кивнул брюнет и расслабленно откинул голову рыжику на плечо, - Лави, а вдруг… - Никаких «вдруг», - произнес баскетболист, догадываясь, что там мог себе напридумывать японец, - Ничего не случится. Все будет хорошо, - он резко развернул Канду лицом к себе и посмотрел в глаза, - Слышишь? - Слышу, - прошептал Юу и осторожно провел ладонями по груди спортсмена, - Слышу… - повторил он и положил руки на плечи Лави, - Но все-таки, что если… - Юу, - баскетболист снова поймал взгляд Канды и твердо и уверенно посмотрел в его глаза, - Что такого, собственно происходит? Думаешь то, что тебе придется жить в отдалении от меня, что-то изменит? Канда помотал головой, но как-то очень уж неуверенно, и рыжик нежно улыбнулся. Лави взялся пальцами за резинку, держащую волосы Канды в хвосте, и плавно стянул ее. Рыжик провел рукой по длинным черным прядям и тихо произнес: - Ты самый красивый на свете человек… - баскетболист снова уткнулся носом в шею японца, вдохнул его запах и снова заговорил, - Я никогда не встречал таких, как ты… Канда фыркнул, но продолжал обнимать своего парня. Лави поцеловал основание шеи азиата, отчего Юу вздрогнул и втянул воздух сквозь зубы. Рыжик осторожно расстегнул первую пуговицу на рубашке, которая еще не была расстегнута, и провел языком по нежной коже школьника. - Ты самый замечательный… - Слушай, прекрати, а? – попросил художник, который вовсе не любил подобного рода телячьи нежности. - Нет уж, слушай, - уперто проговорил баскетболист и толкнул любимого к кровати. Канда, не удержавшись упал, но не стал лежать – сел. Спортсмен уже расположился у его ног, он обнимал его колени и молча, пока, созерцал лицо японца снизу вверх. - Лави, ты чего? – удивленно спросил брюнет и провел рукой по щеке рыжика. - Я хочу, чтобы ты ни минуты не сомневался во мне, - твердо произнес спортсмен и провел ладонями по бедрам Юу. - Да я и так не сомневаюсь… - усмехнулся японец. Лави поцеловал острую коленку, скрытую грубой тканью школьных брюк, потом прижался к ней щекой и закрыл глаза. - Нет, Юу, ты сомневаешься, - произнес рыжик и заглянул азиату в глаза, - Точно я в этом не уверен, но я чувствую, что ты о чем-то умалчиваешь. - Брось… - выдохнул Юу. - Неа, - усмехнулся спортсмен. Он поудобнее устроился и принялся расцеловывать Канде коленки. Юу пытался отбросить Лави, но тому, что танку, было все равно. - Да щекотно же мне! – воскликнул японец. Канда демонстративно отвернулся и сложил руки на груди. Он не понимал, почему сейчас злится на рыжика, он хотел прекратить, но никак не получалось это сделать. Раздражение все никак не желало униматься, и на душе было противно-препротивно, не хотелось ничего делать, хотелось замереть в одном положении и не шевелиться. Лави криво ухмыльнулся и обнял колени японца. - Юу, я тебя люблю… - снова заговорил он, - Я никогда, слышишь, никогда никому не позволю тебя обижать. Канда недоуменно глянул на спортсмена, но рук не расцепил, продолжая все также угрюмо сопеть. - Если что-то произойдет – звони, я всегда буду на связи. И если не произойдет – звони, просто не пропадай, пожалуйста. - Лави, ты чего? – сипло произнес Юу, осторожно положив руку на рыжую голову баскетболиста. - Юу, - Лави поднял на него свои изумрудные глаза и улыбнулся, - Я не знаю, что сказать… Мне… столько всего в голове, и вся эта информация просто не может прийти на язык… - Кроль, ты что? – повторил свой вопрос Канда, почти незаметно перебирая мягкие волосы рыжика. - Просто ненавижу чувствовать себя слабым и беспомощным… - Иди ко мне, - прошептал школьник и забрался на кровать. Лави без колебаний нырнул в объятия Канды и тяжко вздохнул. Так они пролежали в тишине минут пять, просто обнимая друг друга и осторожно касаясь губами чужих губ. Молчали, наслаждаясь тишиной и думали. - Юу, мы будем вместе, - твердо произнес рыжик, - Сейчас или нет, но будем. Канда хмыкнул и взъерошил волосы баскетболисту. - Не загадывай, дурень, - произнес он и ухмыльнулся, - Мало ли… - Никаких «мало ли». Я всегда добиваюсь того, чего хочу, - уверенно произнес спортсмен, - А это сейчас приоритет. - И даже НБА отходит на второй план? – поинтересовался Канда, чуть отстранившись и удивленно глядя на почти скрытое в полумраке лицо Лави. - Это совсем другая история. НБА, скорее ключ от двери, за которой мы вместе, - проговорил рыжик и ухмыльнулся, - К тому же, еще ничего неизвестно, может Том и не захочет меня брать в команду, в конце концов, это будет нарушать устав и правила Ассоциации. - Ясно, - отстраненно пробормотал японец, - Спать-то будем? Лави прижал к себе любимого и тяжко вздохнул. - Да, пожалуй, завтра тяжелый день, - произнес он. Но вопреки этой реплике оба пролежали без сна почти всю ночь. Обнимались и шумно дышали, порой болтая ни о чем, или даже кусая друг друга. Лави что-то лепетал под утро про любовь и про то, что Канда самый-самый лучший, красивый, милый, славный. А Юу молча слушал, хотелось все это запомнить навсегда: темную комнату с детским рисунком на обоях, небольшую кровать, на которой довольно проблематично уместится вдвоем, луну, едва пробивающуюся сквозь густую листву яблони, шелест листьев за окном, запах рыжика, его дома. Запомнить все так, чтобы это навсегда отпечаталось в его памяти. *** Школьный день пролетел очень быстро. Быстрее, чем хотелось бы. А час икс все приближался. И чем ближе часовая стрелка подползала к шестерке, тем нервознее становился Канда. Даже одноклассники заметили его плохое, по сравнению с обычным, настроение. Но как-то пронесло, и никто не посчитал нужным лезть под шкуру с глупыми вопросиками. Когда Юу вышел из школы, напротив уже стоял красный “Nissan”, за рулем которого, печально уставившись на светофор, сидел Лави. Канда улыбнулся и выдохнул. На самом деле, тревога и тугой узел негодования несколько поослабли за прошедшую ночь, и даже не выспавшийся азиат уже более четко сознавал, что, собственно, происходит. А происходила обычная мамина истерика, и если слишком не доводить (хотя кого мы обманываем) то вполне все может разрешиться. Юу молча сел в машину и стал ждать, когда на него обратят внимание, которого пришлось ждать минуты три, Лави продолжал лежать на руле и пялиться вдаль. - Чего там такого интересного? – произнес школьник. - Там Артур с Джеком, - ответил Лави, - Нас заметили. - Может, просто свалим? Скажем, что мы их не видели? – предложил Канда, но в этот момент мобильник рыжика заверещал голосом Сержа Танкиана, а на дисплее высветилась надпись: «Зайчик». У художника скрипнули зубы, - Кто это? - Джек, - обреченно выдохнул спортсмен и потянул руку за телефоном. - Почему он у тебя не по имени записан? - Потому, что я не чистил список контактов с того момента, как мы… - Чего трубку не берешь, дубина? – раздался голос Джека, доносившийся из-за открытого окна Лави, - Не подбросите гастарбайтеров? Рыжик глянул на Канду, как бы спрашивая его на то согласия. Юу фыркнул и возвел очи к небу. - Подбросим, чего нет-то? – произнес школьник, насколько возможно дружелюбнее. Лави вылез из машины и откинул свое кресло, пропуская своих нежданных пассажиров внутрь. Первым пролез Джек. - Привет, - произнес баскетболист, когда с ним поравнялся высокий блондин, со шкаф размером,- Ты – Артур, да? - Он не понимает, - проговорил Джек, - Он только на английском умеет. Артур тем временем пролез в салон и удобно устроился на заднем сидении, по собственнически положив руку супругу на колено. - Вы все еще здесь? – спросил спортсмен, заводя мотор своей красавицы. - Да, вот улаживаем последние дела, - улыбнувшись, проговорил Джек, - Мы с ним перебираемся из старого света на дикий запад… - Чего? – недоуменно произнес Лави, - Зачем? - Надоело там, - положив голову на плечо Артуру, сказал Джек, - Хотим во Флориду туда, где жарко. - Далеко же вас понесло, - вставил свою лепту в разговор японец. - Слыш, ты че его сегодня не удовлетворил? – удивленно произнес Джек, - Че он у тебя такой злой-то? - Не спрашивай, - посоветовал Лави, - Нет времени объяснять. - Угу, - подтвердил азиат. - Поругались? – предположил англичанин. - Нет, - рассеял Лави его сомнения, поворачивая на перекрестке. - Не поделили что-то? – снова произнес Джек. - Нет! – рыкнул Юу, в зеркало заднего вида рассматривая Артура. - Приревновали? – вновь выдал гость столицы безумную версию. - Нет! – воскликнул рыжик. - Да! – буркнул Юу. - Да? – удивленно проговорил Лави, глядя на Канду, даже позабыв про светофор. - Да, - подтвердил азиат. - К кому? – не менее удивленно произнес Джек. - К зайцу. - К какому зайцу? Лави, только не говори, что ты любишь зайца, - недоуменно и укоризненно одновременно проговорил англичанин. - Да идите вы. К тебе, идиот, - пояснил рыжик. - Что ко мне? – еще более недоуменно сказал Джек. - Ревнуют к тебе, - раздраженно произнес Лави. - Так я ж не заяц, - пошел на попятную кондитер. - А кто мне забил твой номер под таким именем?! – полу восклицательно спросил баскетболист, глядя на собеседника через зеркало заднего вида. - Ну извини, не женат был, не ведал, что творил, - пожал плечами Джек. - What’s going on? (Что происходит?)– подал голос Артур. Голос у него был грубым и низким, такими басами только самые низкие арии в опере петь. - Nothing, sweetie. It’s alright (Ничего, сладкий. Все хорошо), - по сравнению с голосом супруга, Джеков голос был вообще жалким тенором. - But I see… (Но я вижу) – не унимался Артур. Блондин по сравнению с Джеком, да и всеми присутствующими тут, был просто образцом мужественности. Да и был он старше всех тут, на таких как раз и западают большинство девушек. А что? Мускулистый голубоглазый блондин, обеспеченный, профессия серьезная. Именно о таком зяте и мечтают все мамочки на планете. - Honey, not now. It’s just their family problems (Дорогой, не сейчас. Это только их семейные проблемы) – попытался его успокоить супруг. - Are they married? (Они женаты?) – с нажимом спросил Артур и пронзил мужа непередаваемым взглядом, от которого мурашки по коже побежали не только у объекта его изучения, но даже у Канды. - No, but… (Нет, но) – слабо пискнул Джек. - So, Can I help you, Lavi? (Так могу ли я тебе помочь, Лави?) – добившись своего произнес блондин и пристально уставился на спинку кресла, на котором восседал водитель. - No-no, I’m fine, (Не-не, все ништяк) – мигом открестился Лави, начиная чуток побаиваться за свою шкуру. - And what about you? (А что насчет вас?) – Артур, видимо уже окончательно настроился на то, чтобы непременно оказать свои услуги кому-то из присутствующих в автомобиле. - Yuu fine too. Jack … (Юу тоже в порядке. Джек…) – начал объяснять рыжик. - Oh, you can, you just must kill my mother and your husband, (О, вы можете. Только убейте мою маму и своего мужа) – проговорил раздраженный Юу и пристально глянул супругу Джека в глаза. Не ведомо, что там прочел Артур, но принял все за чистую монету и воскликнул: - What?! Why? (Что?! Зачем?) - Honey, he is joke, isn’t it, Yuu? (Дорогой, он шутит, не так ли Юу?) – поспешил его успокоить второй присутствующий в машине англичанин. - Of course… (Конечно…) – немного успокоившись проговорил Юу. - Oh, it is strange Japanese humor… (Ох уж этот странный японский юмор…) – облегченно выдохнул Артур и отвернулся к окну. - Джек, а Артур знает про то, что у вас с Лави было? – спросил школьник, повернувшись к англичанину. - Конечно знает, - улыбнулся Джек, - Ему на зло и делал. - Что за ужасный способ отомстить? – риторически проговорил художник и глянул на рыжика. - Что? – мигом поспешил оправдаться спортсмен, - Я не из таких… Ну, блин, не-е-е-е, я тебя нашел… Тьфу ты, не смотри на меня так… Канда хрипло рассмеялся и откинулся на спинку своего кресла. - Джек, а тебе сколько лет? – внезапно задал он вопрос, - Двадцать-то есть? - Есть, - ухмыльнулся англичанин и поправил на плече майку, - Давно уже есть, лет одиннадцать как. - Так… Эм… - замялся азиат, а рыжик чуть не врезался во впереди стоящий Landrover. - Да, ребятки, тридцать один мне уже, - улыбаясь во все тридцать два зуба, произнес Джек,- Неплохо сохранился, да? - Да уж… - пробормотал японец, - А ты, Кролик что по старикам угораешь? - Я не знал! – возмутился рыжик, перестраиваясь в другой ряд и краснея, как рак. - Ой, да ладно оправдываться-то, - подзудил Канда, - Ну признай уже… - Я думал ему восемнадцать… - удрученно проговорил баскетболист, - А ты что молчал? – обратился он к Джеку. - Да что об этом говорить-то? Все фигня, да Арти? – произнес он, глянув на супруга, который уставился на токийскую телебашню. - А Артуру тогда сколько? – ошеломленно спросил Лави, поражаясь не столько тому, как хорошо сохранился Джек, а на сколько старше его выглядит супруг, - Лет сорок? - Ему? Хе-хе… Darling, how old are you? (Дорогой, тебе сколько лет?)– обратился за помощью к мужу англичанин. - Me? Twenty seven… is it really important? (Мне? Двадцать семь… Это так важно?) – мигом откликнулся Арти на родную речь. - No, Arthur, we have a small discussion about age… (Не-не, Артур, мы просто поспорили…) – объяснил Джек. - O, I see… and Lavi, how old are you? (О, ясно… Лави, сколько тебе лет?) – решил поучаствовать в разговоре блондин. Он для этого даже отлепился от окна. - Eighteen… (Восемнадцать) - My congratulation … you became adulthood! (Мои поздравления… Ты стал совершеннолетним!) – искренне порадовался за баскетболиста Арти. - I’m afraid, no. In our country I’ll be emancipation, just in twenty (Боюсь, что нет. В нашей стране я освобожусь из-под родительского контроля только в двадцать) – печально проговорил рыжик. Затронули именно ту тему, которую не следовало трогать пока. - It’s stupid! (Это глупо!) – в сердцах воскликнул Артур, - How it’s possible! (Как это возможно!) - Oh, it’s simple, that you think, (О, это проще, чем ты думаешь…) - пожал плечами баскетболист и притормозил около обочины, - Сюда, Джеки? - Да-да, - мигом спохватился Джек и засобирал свои вещи, - Go, go sweetie, we should go… (пойдем, пойдем, сладкий, нам следует идти…) Артур все не сводил глаз с Канды и Лави: он внимательно оглядел обоих, потом ухмыльнулся и пробасил: - If you’ll need help in future, you can call me, or Jack, and we do everything, that should from us, (Если вам понадобится помощь в будущем, позвоните мне или Джеку, и мы сделаем все, что требуется от нас) - Thanks a lot, but… (Спасибо большое, но…) – решил вступить в разговор Канда. - No, guy, you must call me… (Нет, парень, ты должен мне позвонить…) – горячо произнес Артур и буквально всунул Юу в руки визитку. - Джек, чего это он? – спросил рыжик полушепотом. - Да кто его знает, может, просто проникся к вам, но вы не отказывайтесь. Если уж предлагает – берите, - проговорил Джек и глянул на школьника, который тут же принял визитку. Скомкано попрощавшись, супруги покинули “Nissan” и вальяжно пошли в сторону высотного здания. - Чего хоть там написано? – поинтересовался баскетболист, выворачивая на дорогу. - Эээ, что-то про терапевта… и какую-то клинику… Dr. Arthur Bond… Слыш, а у него фамилия Бонд, - ответил Канда и спрятал визитку под козырек от солнца. - Бонд. Доктор Бонд. Доктор Артур Бонд, - усмехнулся Лави. - Миссия выполнена. Пациент спасен! – продолжил Юу развивать тему. Парни получили долгожданный повод просто так посмеяться, не напрягаясь. Мотор машины мерно гудел, на улице светило солнце, суетились прохожие, и просто кипела жизнь. А их мало по малу отпускало. Становились видимыми границы и очертания того, что им предстояло пережить. *** - Я позвоню, - произнес Юу, глядя на свой родной дом. - Я буду ждать, - ответил рыжик, - Помочь с вещами? - Не стоит, сам уж справлюсь… Парни стояли на улице напротив дома номер тридцать и все никак не могли попрощаться друг с другом. Лави наклонился вперед и едва ощутимо коснулся губами губ Канды и резко отодвинулся. - Ну все, езжай, - проговорил школьник и отвернулся, чтобы не растягивать момент прощания. На сердце было не очень легко, но менее тяжко, чем вчера. Рыжик сел в машину и повернул ключ зажигания. Канда медленно, шаг за шагом стал отходить в сторону родных пенатов. Юу вдруг понял что такое идти на эшафот, да, это тяжело. Он чувствовал, что скорее всего не справится с тяжкой ношей под названием «не накаляй ситуацию». Скорее всего, все будет только хуже. - Я тебя люблю, - донеслось до него, когда он уже открывал ворота, и художник не смог сдержать идиотской улыбки, предательски расползшейся по лицу. Через мгновение послышался рев мотора, и мимо него пулей пронесся красный Nissan Skyline, ставший уже почти родным. - Здравствуй, мама, - произнес школьник, поставив сумки на землю, - Вот он я. Лицо Араши-сан вытянулось, она явно не ожидала публичного проявления чувств, но тем не менее, она ничего не сказала по этому поводу, просто молча ушла вглубь дома, пропуская и своего сына внутрь. Канда насколько можно быстрее разулся, схватил все свои сумки и сразу же отправился наверх, в свою комнату. - Добро пожаловать, сын, - окликнула его мать. - Угу, - буркнул Юу и, не оглядываясь, прошлепал мимо. Не накалять ситуацию? Хорошо, ведь очень сложно ее накалить, если будешь все время молчать, да? Школьник застал свою комнату в образцовом состоянии. Все было идеально вычищено, на столе, как обычно, лежали чистые листы бумаги и карандаши. Все вещи были на строго определенных им местах, но это даже как-то стало напрягать после захламленного дома баскетболиста. Канда абсолютно четко понял, что ему будет жутко не хватать утреннего бедлама и всяких непонятных личностей, вращающихся на ближней орбите. - Сынок, пойдем кушать? – раздалось снизу. - Мы с Лави поужинали в ресторане. Я сыт, - ответил художник и плюхнулся на кровать. Они действительно с рыжиком покушали на славу. Закатили пирушку сразу же, как только высадили компашку супругов. Главным лозунгом стало: «Даешь свободу сексуальным меньшинствам и иже с ними!» В итоге голодным он в отчий дом не вернулся. Канда закрыл глаза и расслабленно выдохнул. Весь кошмар еще только начинается.