Атакующий защитник

- Он не звонит мне уже неделю, - обреченно вздохнув, проговорил рыжик, - Я не знаю, что с ним… - Да не нервничай, - произнес Тикки, протягивая Лави бутылку с водой. Баскетболисты сидели на лавочке игроков около площадки. Вся команда отдыхала, так сказать, брала второе дыхание, чтобы дальше продолжить тренировку. - Совсем плохо? – пробасил Иваки, - Может помочь тебе? - Да чем тут поможешь?! – в сердцах воскликнул рыжий, расплескав немного воды на пол и на Микка, который даже не возмутился, понимая, что Великану сейчас не до того. - Ну там прийти к нему под видом почтальона, - усмехнулся блондин, но потом на полном серьезе посмотрел на своего друга, - Ты просто ждешь звонка и ничего не предпринимаешь? - Да я возле школы даже дежурил, - сказал Лави, почесывая затылок, - Но там его не было, одноклассники вообще говорят, что он выбыл… - Выбыл? Перед экзаменами? – удивленно произнес португалец, подтягивая на колене фиксирующую повязку, - Что за фигня с ним творится, - уже и Микк начал беспокоиться, – Ты отцу его звонил? - Звонил. Он в Китае еще неделю будет, - вздохнул Великан, - Говорит только, что с ним все хорошо и бла-бла… Больше он сам ничего не знает. - Да что за хрень у них в семье творится?! – подключился Шизуно, - Никогда не буду так со своими детьми обращаться… - Слыш, нам сейчас не до твоих бед, - произнес Микк, - Мы тут думаем, что делать дальше, а ты… - А у меня в "Опеке" знакомый есть, - перебил его счастливый семьянин, - В смысле, через него можно попробовать пробиться к нему в дом. - Слушай, кстати, а почему бы тебе просто не прийти в гости к нему? – спросил Ямадзаки, - Чего так все усложнять? Никто же тебя за это не арестует… - Да я приходил… меня Араши-сан послала на три веселеньких… - рыжик отдал, наконец, бутылку воды Тикки, - И сколько я не бродил вокруг, его нет совсем… - Ну… он, наверняка, еще жив, - ухмыльнулся Иваки, - Не совсем же она психопатка, в конце-то концов. - Типун тебе на язык! – воскликнул Лави и отвесил товарищу по команде подзатыльник. - Иваки, он на взводе, лучше не доводи, - предупредил португалец, - Так, на чем мы остановились? - Что у меня в "Опеке" есть знакомый… - пробасил Шизуно, - Можно попросить его хотя бы дать информацию… - Да что мне информация? Мне нужно его увидеть… - все тем же обреченным голосом проговорил рыжий. - Так… - вздохнул Ямадзаки, - Как самому старшему, мне уже надоел ваш детский лепет… Что за знакомые в "Опеке"? Разве есть подозрения в нарушении прав? Разве есть доказательства того, что с ним плохо обращаются? У нас нет, фактически, ничего. - Но ведь можно… - Не-а, - Ямадзаки вздохнул, - Я когда с женой разводился, с этой "Опекой" все девять кругов Ада прошел, пока мне разрешили быть с сыном вместе… Так что лучше меня все их механизмы знает, наверное, только министр… - Что ты конкретно предлагаешь? – спросил весьма заинтересовавшийся Тикки, - Сначала собрать доказательства? - Ну, соберем мы доказательства? И? Ее лишат прав, допустим, но по отдельности супругов не в разводе, прав не лишают… так что, наверняка, и папане его достанется по самое не балуй… - усмехнулся великомудрый Ямадзаки. - Да говори ты уже… - сквозь зубы процедил португалец, глядя как все обреченней и обреченней становится выражение на лице лучшего друга. - Ну, предлагаю… разведать обстановку… - усмехнулся Ямдзаки, - Устроить театр… - Чего? – переспросил Иваки, - Какая опять неадекватная идея в твой дурной мозг пришла? - Ну, слушайте… *** План был разработан в соответствии со всеми нормами и правилами голливудских боевиков. Спортсмены чертили на бумаге приблизительный план дома Юу, писали пошаговую инструкцию и даже прорабатывали все скользкие моменты. Загвоздка получалась только одна – никто не знал дома ли, собственно, художник. Но выяснить это было чисто делом техники. Лави и Тикки подъехали к Морикаве-сенсею и вкратце, без подробностей, обрисовали ситуацию. Так, мол, и так выручайте, сенсей, без вас пропадет невинная душа отличника. В итоге, первый тренер рыжика позвонил в дом одного из лучших учеников школы. - Алло, здравствуйте, с кем я говорю? – спросил он тоном наитипейшего педагога, - Араши-сан, здравствуйте, это учитель вашего сына, мое имя Морикава-сенсей, могу я поговорить с Юу? Через пару минут в трубке послышался недовольный голос Канды-младшего, а Морикава-сенсей, не теряя времени, принялся объяснять то, что требуется от Юу. - За тебя волнуются друзья, пожалуйста, будь у окна своей комнаты, - едва слышно проговорил мужчина, предварительно убедившись, что его слышит только его ученик. – Ну, можешь не приносить свой доклад! – громко добавил он. Канда положил трубку и уныло поплелся обратно в свою комнату, маскируя свое приподнятое настроение от пристального взгляда маминых глаз. Стены родного дома уже давили на него, но стоит ему только подумать о том, чтобы снова устроить бунт на корабле, на столе у полицейского тут же окажется заявление. Короче, заперли его дома, как девицу на выданье, и не оставили ни единого шанса на спасение и избавление от кошмара. Мама, как только он продинамил ее с ужином, самолично заглянула к нему в комнату и доходчиво объяснила, что если он ее слушаться не станет, то плохо будет не только ему, но и его обожаемому Лави, которого Араши-сан во всем и винила. Потому что ее мальчик тут явно ни в чем не виноват, просто это возрастное помутнение рассудка, от которого его еще можно излечить, ведь раньше-то он был самым хорошим на свете ребенком. Мама была уверена в том, что сможет изгнать из сына все «противоестественные желания», совершенно забыв о том, что все эти «желания» живут в нем уже не один год. Юу не повысил голоса на мать, только покивал головой и смирился с предначертанной ему судьбой. Он просто еще не знал, что утром у него исчезнет телефон, и его переведут в другую школу. Впрочем, ему все еще было невдомек, что его действительно отрезали от всего мира. Потому что, в школу его отвозили и забирали, а интернет остался только в воспоминаниях. Так и сидел он дома целыми днями, просто тупо уставившись в учебники и невидящим взглядом изучая однотипные строчки. Иногда он рисовал, рисовал картинки из памяти: Лави, жующий огурец, Лави, катающийся на плечах Микка, Лави сладко спящий, Лави в душе. Но вот недавно пришла мысль в голову, попробовать нарисовать их портрет. Юу долго выбирал, какой именно момент он хочет изобразить, долго сидел у окна, разглядывая черепичные крыши соседских домов, телевизионные антенны и провода, тянущиеся от дома к дому. Канда думал о рыжике каждую минуту своего заточения. Его беспокоило то, как спортсмен среагирует на его пропажу. Обидится или поймет? Может, догадается, что ему тут кислород перекрыли? В итоге за основу группового портрета был взят эпизод поцелуя на стритбольной площадке за домом рыжика. Почему-то именно этот момент очень глубоко запал художнику в душу. Хотелось нарисовать море зелени, высокие, гигантские деревья, небо, облака, кольцо и их фигуры. Возможно, едва узнаваемые. И почему-то Юу был абсолютно уверен, что даже если он обрисует поцелуй в двух чертах – рыжик непременно узнает этот момент. И вот, сейчас он снова сидел у окна, только преследовал теперь другую цель – он ждал неизвестно чего и когда. То, что Морикава-сенсей действует по науськиванию баскетболиста, догадаться было нетрудно. Но что именно задумал рыжик, оставалось тайной за семью печатями. Юу мучался в ожидании, пока, наконец, дверной звонок не заставил его подпрыгнуть на месте. Снизу донесся голос Иваки… Иваки? Интересно, какого хрена? - Здравствуйте, вам посылочка пришла… - очень меланхолично, даже для самого себя, проговорил Иваки, когда ему открыла дверь Араши-сан. - Какая посылка? – удивленно проговорила женщина, выходя на крыльцо и подозрительно оглядываясь. - Почем я знаю? – Иваки достал из сумки какую-то коробчошку, протянул ее маме Юу, - Сейчас найдем ваше имя… - парень выудил из сумки листы, полные каких-то надписей и таблиц, - Вы распишетесь… и я уйду… - Юноша, но я ничего не жду, - начала возражать женщина. - А моя семья хочет кушать, - деликатно напомнил Иваки, - Так что просто позвольте мне сделать свою работу… Канда прыснул в кулак и снова прилип к окну. Он долго всматривался вперед, пока не увидел, как через соседский забор лезет рыжик. Юу усмехнулся и по-доброму посмотрел на свое недоразумение, которое пыталось снять майку с гвоздя. В итоге недоразумение плюнуло и решило, что ему и с порванной майкой хорошо. Короткими перебежками спортсмен добрался до угла дома Юу и, по стеночке, стал подбираться к окну. Школьник открыл створку окна и глянул вниз, встречаясь глазами с баскетболистом. Лави широко улыбнулся и помахал рукой, хотел было что-то крикнуть, но передумал. Рыжик оглядел обычную стену дома в поисках хоть каких-нибудь зацепок и, наконец, решил, что полезет по водостоку. Сердце Канды глухо ударялось о грудную клетку. Ему верилось и не верилось одновременно. Ему было страшно, но это вовсе не мешало становиться все счастливее с каждым преодоленным спортсменом сантиметром дистанции, отделяющей их друг от друга. Юу прислушался к происходящему внизу. - Так как, вы говорите, ваша фамилия пишется? – растягивая слова, уточнил Иваки, едва сдерживая смех над реакцией матери Канды. - Я уже говорила… - почти сквозь зубы процедила она. - Да-да… - усмехнулся баскетболист и захлопнул списочек, - Начнем сначала… Аикава, Аизава… - Давайте уже на «К», - едва сдерживая ругательства, рвущиеся наружу, произнесла Араши-сан. - Я плохо читаю, - оправдался «почтальон» и продолжил, - Аири, Биучи, Ба… - Молодой человек! В этот момент рыжик как раз влез в окно и абсолютно счастливыми глазами оглядел Юу. Канда хотел заговорить, но Лави просто сгреб его в охапку, почти до хруста стискивая его в своих объятиях. Спортсмен тяжело и шумно дышал в шею азиату, который только спустя мгновение осознал, что именно происходит. Он осторожно положил руки рыжику на плечи и погладил их. За неделю он уже отвык от его прикосновений. Отвык от тепла чужого тела настолько близко, отвык от запаха, дыханья, рыжины волос и улыбки. Лави прижался к нему всем телом, гладил пальцами его шею и шептал: - Юу... как волновался… Что только не передумал… как только не… - Тш-ш-ш, - перебил Канда поток бессознательной речи спортсмена. Японец немного отстранился и посмотрел рыжику в глаза. Тот не врал. Когда ловишь на себе подобные взгляды: честные, добрые и открытые, не можешь не верить этому человеку. - Я знаю. Рыжик тяжко вздохнул и провел пальцем по губам Канды. Школьник прикрыл глаза, а в следующий миг почувствовал прикосновение требовательных, чуть суховатых губ спортсмена, к своим губам. Юу ни минуты не задумываясь, ответил. Поцелуй получался скомканным, торопливым, но таким долгожданным, что ни Канда, ни Лави не задумывались над изысками. Они сталкивались носами, прикусывали друг другу в спешке губы и беспорядочно касались друг друга руками. - Пошел вон! – донесся снизу вопль Араши-сан. Парни дружно вздрогнули и, словно разом вспомнив, что тут происходит, отпрянули друг от друга. - Распишитесь тут, - пробубнил Иваки, и спустя полминуты послышался звук закрываемой двери - Я люблю тебя, - прошептал Лави, уткнувшись носом в волосы японца. - Тебе пора, - также неслышно произнес Канда, - Она может… Но тут раздался новый звонок в дверь. Юу недоуменно уставился на довольно улыбающегося Лави, который и не думал отпускать от себя художника. Рыжик посмотрел азиату в глаза, улыбнулся. - Как ты тут? – спросил Лави, когда радость от встречи отошла на второй план. - Курорт… - подшутил Юу. - Вы кто? – донесся снизу удивленный голос мамы азиата. - Лошадь, корова, собака, какашка, овсянка, гулять, болт, аптечка, суслик? – спросил на португальском Микк. - Что? Я вас не понимаю… - растеряно проговорила женщина. - Мошка, дуб, моль, шушера, Дамблдор?! – возмутился Тикки, увлеченно жестикулируя. - Что? Здесь нет Дамблдора, - услышала знакомое слово Араши-сан, среди непонятной и невнятной речи чистокровного португальца. - Проспект, Дон-Жуан, бурито, дом?! – еще больше стал возмущаться баскетболист, - Э-э-э, ло-о-ошадь! - Что? – напряглась мама Юу, чуть отстраняясь. - Ло-о-о-шадь! – повторил Микк, как бы показывая, чего именно он хочет, - Ло-о-о-шадь! - А? – до несчастной женщины, ни капли не знавшей португальского языка, и ни одного языка из одной с ним языковой группы, все никак не могло дойти, чего именно от нее хочет этот умалишенный. - Пф-ф-ф, - тяжко вздохнул Тикки, - Порше! Ло-о-ошадь! - Дамблдор? – в надежде на лучшее спросила женщина. Микк отчаянно замотал головой и поднял руки, призывая ее остановиться. Дальше он изобразил руками некий прямоугольник и посмотрел на японку. Та кивнула головой. Микк поднял одну ногу, и как бы перелез через несуществующий прямоугольник. - Конь? – на японском спросила Араши-сан. Тикки громко фыркнул. Он повторил все свои предыдущие действия, только теперь еще и попрыгал на месте. - Ло-о-шадь! – на португальском воскликнул он, - Лошадь! Лави прижал любимого к стене его комнаты и уткнулся носом ему в шею. Канда судорожно вдохнул и попытался отстранить от себя рыжика, но тот только лишь плотнее прижался к нему. Баскетболист провел руками по бокам школьника и прикусил ему ухо. - Что ты делаешь?! – зашипел Юу, вцепляясь спортсмену в плечи и решительно отталкивая его от себя. - Обнимаю любимого человека, - прошептал баскетболист и чмокнул Канду в висок, - Я же страшно скучал… - Ну не здесь же! – воскликнул азиат, извиваясь, как уж на сковородке, в попытке освободиться из сладкого плена объятий своего парня. - Бу-бу, - вздохнул Лави и провел языком по шее художника, после чего резко отстранился, – Люблю тебя. - И я тебя… - произнес Канда, проводя рукой по щеке рыжика, - Небритый… - констатировал он факт. - Все-таки они меня заразили своей бородатостью, сволочи… - притворно вздохнул баскетболист. - Да уж, конечно… - усмехнулся Юу и взъерошил торчащие в разные стороны рыжие волосы спортсмена. Лави усмехнулся, а потом снова прилип к японцу, запечатывая тому рот горячим поцелуем. Канда на этот раз ответил. Они оба не знали, когда им снова доведется увидеться вот так близко, поэтому ловили каждый момент этой короткой встречи. Парни, как сумасшедшие, с неповторимым упоением и рвением обнимали друг друга. Не было никаких намеков на пошлость, ничего непозволительного, просто они наслаждались близостью как могли. Рыжик прижал Юу к себе, держа его за бедра, школьник держал его за плечи. Им обоим уже не хватало воздуха от длительного поцелуя, но остановиться, значит бездарно потратить лишние пару минут. Снизу раздался грохот захлапываемой двери, а потом торопливые шаги матери Канды, все ближе раздающиеся по коридору. Юу отчаянно стал вырываться, но рыжик только еще сильнее прижимался к нему, не отступая ни на миллиметр. Сердце японца забилось раненой птицей, еще чуть-чуть, пара секунд и все, их обнаружат, но Лави был спокоен, как никогда. В это время Ямадзаки бежал по улице около дома Канды, ведя возле себя свой мотоцикл. На подходе, он с разбегу впечатал его в стену так, что все пластиковые детали просто поразлетались в разные стороны. Баскетболист впечатал рядом с обломками байка мотоциклетный шлем, царапая его глянцевую антрацитово-черную поверхность об асфальт. Араши-сан замедлилась, услышав грохот около дома. Женщина осторожно спустилась обратно на первый этаж. Она выглянула в окно и увидела недоуменно озирающегося Ямадзаки в порванной рубашке и таких же разорванных джинсах. Мужчина перемазался в земле и сейчас каким-то умоляющим взглядом уставился на маму школьника. Его грудь тяжело вздымалась, он провел рукой по своим волосам и облизал губы, делая вид, что пытается найти ориентиры. Мама художника вышла на улицу и помахала рукой, привлекая внимание спортсмена. - Что-то случилось? – произнесла она, - Вам нужна помощь? - Mam? Oh… Да… - выдохнул Ямадзаки на ломанном японском, - Кажется, я сломать пару ребер… Shit… Как же больно… - Проходите, проходите, - засуетилась японка, - Давайте, давайте… - Я потеряться… - прибеднился баскетболист и почесал затылок, показывая Шизуно, караулящему во дворе соседнего дома, что мама попалась на крючок, – Я не знать, где моя отель… Damn! - Юу, все времени совсем мало… - прошептал Лави, делая шаг назад, - Минут пять, дольше он не сможет. Канда кивнул. - Я принес тебе телефон, - рыжик выудил из кармана джинсов какой-то навороченный аппарат, - Зарегистрирован на Тикки, проблем возникнуть не должно. Пополнять баланс буду я каждые два дня, или когда попросишь. - Угу, - Юу снова кивнул, принимая в руки белый мобильник. - Я там уже все настройки сделал, все сообщения автоматически удаляются по достижении двадцати входящих. Звонки вообще не сохраняются. Сейчас на нем режим «без звука». В телефонной книге есть мой номер, номер Тикки, Иваки, Шизуно и Ямадзаки. Еще моего деда, твоего отца, Кросса и Шерила. Ну так, на всякий случай. Если что-то случится, звони всем подряд, - четко проговорил спортсмен, глядя на любимого. - Хорошо, - произнес школьник, пряча аппарат под матрас кровати. - Да, и… вот гарнитура и зарядное устройство… - снова проговорил баскетболист, протягивая японцу провода. - Нет, ЗВОНОК… - донеслось снизу подчеркнуто громко. - Все, пора, - протараторил Лави. Он в последний раз обнял Канду, чмокнул его в щеку и направился к окну. Юу остановил его за миг до того, как рыжик уже собирался взбираться на подоконник. Азиат чувственно поцеловал спортсмена в губы, держа того за майку. - Удачи, - прошептал Канда. Лави широко улыбнулся, последний раз обнял любимого и взобрался на подоконник. Солнце ярко светило прямо в окно комнаты Канды. Юу стоял и молча смотрел, как рыжик мнется перед прыжком. Наконец, спортсмен сиганул вниз. Японец пошел закрывать окно и увидел удаляющегося Лави. Баскетболист почему-то едва-едва ступал на правую ногу. Юу с тревожно замирающим сердцем глазами проводил фигуру любимого до того момента, пока тот не перелез через соседский забор к что-то маячившему Шизуно. Азиат осторожно, стараясь не шуметь, закрыл окно. Потом достал с полки учебник истории и открыл его на странице про реформы Мейдзи. Школьник тяжко вздохнул, но потом счастливо улыбнулся и провел рукой по губам. - До свидания, - донесся снизу голос Ямадзаки. Канда догадался, что баскетболист пытается в последний раз дать сигнал к отступлению, видимо еще не знал, что лазутчик уже покинул дом. Юу знал, что мама обязательно придет проверять его, не могла не вызвать у нее подозрение такая активизация сумасшедших. И действительно, как только все стихло, через минуту в комнату вошла Араши-сан. Ее глазам предстало совершенно умилительное зрелище. Канда спал за рабочим столом, держа в расслабленных руках учебник истории. - Ну вот, опять, - прошептала женщина, всплеснув руками. Она стянула с кровати покрывало и накрыла им сына, попутно убирая на полку книгу. Чуток поразмыслив, мама подложила Юу под голову еще и подушку. А потом почти неслышно вышла из комнаты, оставив сына в одиночестве. *** - Прости за байк, - произнес рыжик, сидя в кафе. - Да все хорошо, я все равно хотел его продавать, - отмахнулся Ямадзаки. - В форме почтальона неимоверно жарко! – воскликнул Иваки, - В следующий раз почтальоном будет Тикки! - Да счаз. Я и так там как мог скакал, - пробубнил португалец. - Но это было смешно, я чуть не уписался там с биноклем, - проговорл Шизуно. - Спасибо, парни, - сказал Лави, – Даже не знаю, что бы я без вас делал. - Да брось, Великаш, на то мы и существуем, - усмехнулся Иваки. - Да, это просто мужская дружба, брат, - протянул Тикки. *** - Папа, когда ты приедешь? – сипло проговорил художник, сидя на крыше. На небе уже расцвели пышными бутонами звезды. Часы в комнате показывали три часа ночи, а японец уже устал от скандалов и оскорблений в свой адрес. - Юу, милый, - своим спокойным баритоном произнес отец в трубку телефона, - Только через неделю. - Я уже очень устал. Возвращайся скорее, - почти прошептал Канда-младший. - К черту. Послезавтра буду! – воскликнул Канда-сан, услышав в голосе сына столь непривычное отчаяние. - Спасибо, пап, - облегченно выдохнул японец. - Жди, - бросил отец напоследок и отключился. Юу выдохнул и посмотрел наверх, на луну, и тяжко вздохнул. Экран мобильника засветился, оповещая о пришедшем сообщении. «От кого: Атакующий защитник Текст: Спокойной ночи, Юу-тян. Пусть луна охраняет твой сон. И мне все равно, что прочтешь ты это только утром. Даже днем тебе будет приятно это прочитать. Я вот сижу и пялюсь на эту бесполезную блямбу. Она просто так ярко светит в мое окно, ну не дает она мне уснуть. Я, кстати, сплю на той самой кровати (если ты понимаешь, о какой именно я говорю). Мне кажется, на подушке остался запах твоих волос. А, нет. Не кажется. Знаешь, весь мой дом пропах тобой, я везде натыкаюсь на твое присутствие. Честно говоря, я привык к тебе в своей обители портативных кошмаров :D Без тебя тут реально стало пусто, любимый мой человечек. Ну да, развел тут соплежуйство, хотел же просто пожелать тебе самых приятных снов во Вселенной. Кстати, о вселенной…» Юу ухмыльнулся и, поддавшись порыву, прижал к груди мобильник, который тут же засветился. Канда недоуменно глянул на дисплей – там опять пришло сообщение. «От кого: Атакующий защитник Текст: А представь, что где-то в далекой галактике, сейчас точно также кто-то сидит и строчит любимому точно такое же послание. Он, наверное, так же как и я путает клавиши, мажет по ним, потому что на тренировке выбил себе пару пальцев баскетбольным мячом. Хотя, наверное, там у них эта игра называется по-другому. Например, Мячекольц или там Корзинабол… вариантов ведь много, да? Вот он выводит (выпечатывает, вымысливает) строчки: Я тебя люблю. Ну, наверное, мы с ним делаем это синхронно. У него, того меня, другого, точно также бьется сердце, потому что он волнуется. И вроде все как всегда, но что-то по-иному, не так. Господи, я так рад, что ты ворвался в мою жизнь, Юу Канда. Это, наверное, самое счастливое мгновение, когда я поцеловал тебя в душе :D хотя ты первый начал, шалунишка :D Хотя, если бы не Тикки…» Канда быстро застрочил по клавишам телефона. «Кому: Атакующий защитник Текст: Спи, давай, фантазер хренов (>_<)`` Тебе же завтра на тренировку. И да, спасибо Тикки. И да, я тебя тоже люблю. И да, я тоже скучаю. И смотрю на луну, ее сложно с крыши не заметить. У меня-то завтра выходной, буду делать то, что захочу, поэтому и не ложусь спать. Кстати, неплохая мысль насчет далекой галактики, но с научной точки зрения, она маловероятна. Все-таки существование жизни еще не доказано на других планетах» Не успел Юу отправить смс-сообщение, как ему тут же пришел ответ. «От кого: Атакующий защитник Текст: Сплю, все, уговорил. На ночь поцелуешь? (Обломщик, я тут уже просто представил, как там они, другие мы встречаются и горячо любят друг друга)» Азиат едва в голос не засмеялся. Рыжик был в своем репертуаре. «Кому: Атакующий защитник Текст: Все. Вот тебе горячий поцелуй на ночь. \(^з^)/ (А я специально, чтобы ты там сильно не натер руку)» «От кого: Атакующий защитник Текст: О, какой крутой поцелуй. Все, веки сами собой закрываются. (-_-) zzZZ (Коварный и изворотливый гад) ЛЮБЛЮ ТЕБЯ!!!» «Кому: Атакующий защитник Текст: Ну все. Иди спать, Кролич. (ДА! МУА-ХА-ХА-ХА)» После этого Юу сразу отправился спать. Совершенно забыв, что смертельно морально устал от всего происходящего. После разговора с отцом и Лави на задний план отошел очередной скандал с матерью. И, закрывая глаза, укрывшись одеялом, он уже не думал о тяжком, он думал о рыжике, который сейчас точно также засыпал. А жизнь, оказывается, не так уж и плоха.