I'm in love with my baby sitter

...очевидно ведь, что я не хорош в этом! Когда Бэкхён сказал Чанёлю, что позаботится о нем, последний не ожидал, что старший так поглотиться своими задачами. Бэк забросил универ - хотя Ёль был уверен в том, что он никогда не будет прогуливать пары - и помогал ему абсолютно во всем. Да… На третий день Чанёль понимает, что старший со всей этой помощью перегибает палку. Эта помощь уже начала пересекать все границы, и Пак больше не может это выносить. Где тот Бэкхён, который говорил, что заставит Чанёля снова влюбиться в него? Сейчас младший раздражен… Так раздражен, что собирается при первой же подходящей возможности выразить Бэкхёну все свои мысли вслух. Но как-нибудь так, чтобы его не расстроить… - Вот, подложи под голову, - приказывает Бэкхён, подавая ему подушку. - Что-то болит?.. Может, хочешь съесть чего-нибудь? Чанёль вздыхает и швыряет пульт от кондиционера куда-то в сторону. Повезло, что тот не влетел в стену и не разбился, иначе от родителей бы попало по полной программе. - Можешь прекратить это? - раздраженно спрашивает Чанёль. - Что именно? - не понимает старший, поправляя подушку под головой Ёля. - Ты ведешь себя, как моя мать или сиделка… Я не инвалид… Перестань заботиться обо мне, как о ребенке. - Чанёль немного поднимает свой голос, удивив Бэкхёна и заставляя его отступить. Бён не может понять причину внезапной вспышки агрессии, ведь он здесь, чтобы заботиться о гиганте, и просто пытается сделать всё правильно. - Извини, если я слишком остро реагирую и перегибаю, просто я чувствую себя виноватым в том, что с тобой случилось, - признает Бэкхён. Чанёль это уже прекрасно знает, потому что всё буквально написано у Бэка на лбу. Старший заботился о нем так, будто Чанёль - хрупкий фарфор, с которым надо быть предельно аккуратным. И, на самом деле, это очень раздражает младшего, ведь он скорее человек, вечно ломающий этот самый фарфор. И если вы спросите его, он с уверенностью ответит, что, да, поведение Бэкхёна абсурдно. - Не надо! Давай просто забудем об этом. Я сам решил напиться, а не ты заставил меня, - Чанёль пристально смотрит на него, - Ну, теперь я разочарован... ты говорил, что влюбишь меня в себя, но этого, как-то, не случилось… Ты слишком скучный. Можешь просто делать то, что обычно?.. Не стоит за меня так сильно волноваться и опекать, потому что, ты сам знаешь, что я не один. - Он смотрит на Бэкхёна так, чтобы тот точно понял его слова. Бэкхёну было трудно всё это время… Ему было больно видеть страдальческое лицо Ёля, когда тот не мог нормально повернуться, чтобы не испытывать боли, ему было трудно обрабатывать шрам и каждый раз даже просто смотреть на младшего. Он не мог перестать винить себя. Но сейчас он решился. Решился собрать в себе все силы и сыграть по правилам Пака. Бэкхён кашляет в кулак, прочистив горло, и говорит: - Ну, тогда мы могли бы поговорить о том, что произошло на прошлой неделе. К слову, она была просто ужасна. Чанёль кивает на предложение старшего, потому что им есть в чем объясниться. - О, кстати, я хотел поздравить тебя со сдачей экзамена. В тот день я, правда, был очень рад за тебя… просто не мог показать этого… Слишком злился, чтобы выражать вообще хоть что-то, но я реально горжусь тобой, я знал, что ты справишься. - Хорошо, я твой должник, - улыбается Бэкхён. - Если бы тогда не помог мне, я бы, наверное, провалился. - Да, Бэк бы блестяще справился, позорно провалившись. - Позже подумай, как ты можешь меня отблагодарить… когда мне будет лучше… если ты понял, о чем я, - ухмыляется Чанёль. Бэкхён не может сдержать смех каждый раз, когда Ёль намекает на нечто непристойное. Это слишком смущает и одновременно смешит, учитывая состояние младшего. Но если Чанёль хочет поиграть подольше, Бэк вовсе не против. Но пока он просто стягивает одеяло и берет коробку, стоящую недалеко от кровати Пака. - Думаю, пора сменить повязку и обработать. - Он поднимается на кровать и седлает Чанёля, который подобного не планировал. Пак пытается сосредоточить свой взгляд где угодно, но не на парне перед собой, который бесстыдно сидит на его паху и приподнимает рубашку, чтобы убрать старые повязки. - Может, я просто вызову медсестру, чтобы она… сделала это нормально, - кашлянул Чанёль и попытался скрыть свое смущение. - Это просто пластырь и бинтики, Чанёль. И я смогу без проблем справиться с перевязкой, если ты прекратишь ерзать! - Бэкхён, ты сидишь на моем паху, как я могу не двигаться? Бэкхён ухмыляется, но предпочитает проигнорировать комментарий Чанёля. Он тщательно обрабатывает рану с точностью так же, как показала в первый раз медсестра, когда приходила к Чанёлю домой. Убрав использованные бинты и пластырь, Бэкхён осторожно наклеивает чистый и просит Чанёля немного приподнять торс, чтобы всё забинтовать, но перед этим проводит кончиками пальцев по покрасневшей вокруг раны и пластыря коже. Он сглатывает ком в горле и всем нутром ощущает, как растет чувство вины, в то время как Чанёль мягко улыбается уголками губ, явно оценив нежное прикосновение бэковских пальчиков к своей коже. - Больно? Чанёль отрицательно мотает головой. - Не похоже, что это была тяжелая операция, - пожимает плечами он, пытаясь убедить Бэкхёна, что с ним все в порядке, и старший не должен так переживать. - Но все же… - Бэкхён заканчивает перевязку, завязывая бинт на пару крепких узлов. - Я закончил, - говорит он, прежде чем убрать коробку на место и убрать использованные повязки на пол рядом с кроватью. Он осторожно снимает рубашку Чанёля и нависает над младшим так, чтобы не прикасаться к его ране. Бэкхён оставляет между их лицами считанные сантиметры и заглядывает в глаза напротив. Чанёль тоже неотрывно смотрит в глаза Бэкхёна, замечая в них этот невероятный блеск и мерцание. - Ну, я должен помочь тебе еще с чем-нибудь, или всё в порядке? - спрашивает Бён. - Я знаю, с чем именно ты можешь мне помочь, но, учитывая мое состояние, сам я сделать ничего не смогу… так что нет, не все в порядке. - Ты можешь прекратить и остановить свои извращенные мысли? Чанёль улыбается, заметив, как покраснело лицо Бэкхёна. - Так, для заметки, это ты тут меня дразнишь… Если не собираешься мне помогать в этом плане, может хотя бы обнимешь? Обними меня или поцелуй… Как думаешь, перетрудишься, если сделаешь это? Бэкхён чуть наклоняет голову вправо и раздувает щеки, о чем-то думая. Чанёль залип, наблюдая за таким милым парнем и его щечками. - Думаю, это сделать я могу, - улыбается старший. - Иди сюда, - расплывается в улыбке младший, и Бэкхён поднимается с его паха и ложится под бок парня, когда тот пригласительно выставляет правую руку в сторону. Бэкхён осторожно обнимает его, так, чтобы не касаться раны, и укладывает голову на грудь парня, чувствуя, как на его талию ложится теплая рука. Чанёль наконец вздыхает от облегчения, потому что ничего не хотел так сильно, как быть с Бэкхёном. Он прижимает парня к себе обеими руками и немного вздрагивает от боли. Бэкхён, заметив это, не ждет ни секунды, отстраняясь от Ёля. - Это была плохая идея, - паникует Бэкхён, пока Чанёль жестко не тянет его за руку, укладывая обратно. - Бэкхён, успокойся! Ты слишком остро реагируешь. Просто останься рядом и заткни рот. - Эй, не разговаривай так со мной, - предупреждает Бэк, но напрасно, потому что Чанёль тут же смотрит на него с лицом “или что?”. Старший закатывает глаза и решает отступить, пряча лицо в изгибе шеи парня. Чанёль массирует голову Бэка, играя пальцами с мягкими волосами, пряди которых беспорядочно лезут ему в лицо. Бэкхён быстро привыкает к этим нежным прикосновениям и теплу, разливающемуся в груди, молча слушая сердцебиение Чанёля. До сих пор он не понимал, насколько сильно эти звуки важны для него, и сейчас он невероятно счастлив слышать этот стук и чувствовать умеренное дыхание. Тем не менее, Бэкхён чувствует, как напряжено тело младшего. Бэкхён понимает, что его что-то беспокоит, поскольку гигант теряется в своих мыслях, уставившись в потолок и скорее уже по инерции играя с его волосами. - О чем ты думаешь? - спрашивает старший, обеспокоенный серьезным лицом Ёля. Тот вздыхает, выигрывая немного времени, и отвечает: - Бэкхён… Прости, что не помог тебе тогда… в бассейне. Ты неправильно меня понял… - Чанёль много думал и понял, что его добрые и хорошие намерения приняли за грубые и глупые. - А как я должен был понять? Зачем ты это сделал? Я до смерти перепугался. Но то, что ты не собирался помочь мне, пугало еще больше. В тот момент мое доверие к тебе просто испарилось. - Бэкхён сжимает руку на талии парня, вспоминая злодеяние младшего. - Так, ладно… Помнишь, я рассказывал, что говорил о тебе с моим хёном? Он сказал, что, наверное, тебе необходимо испытать шок. Что-то, что заставит тебя бороться с объектом твоих страхов. Тогда я не помог тебе выбраться, потому что думал, что ты, возможно, поймешь, что там нет ничего страшного и что ты сам себя накручиваешь из-за смерти Бэкбома. Бэкхён ничего не отвечает, просто слушая Чанёля. - Ну, не знаю, сработало это или нет, но я нырнул в тот бассейн, не думая ни о чем, потому что единственная цель была - достать тебя оттуда… В тот момент только ты был важен. Я так боялся тебя потерять… Я был так напуган тем, что могу потерять кого-то еще. Я не готов снова, второй раз переживать это… не так скоро и не с тобой. - Я здесь, Бэкхён; я в порядке и я жив. Всё хорошо, и я готов еще очень долго тебя преследовать… если ты, конечно, этого хочешь, - слышит Бэкхён, после чувствуя, как чужие губы целуют его в лоб. - Зачем тебе преследовать меня, если я и так уже твой? - Старший поднимает голову и с особой нежностью заглядывает в глаза гиганта. Чанёль не сдерживается, кладя руку на шею парня, притягивая ближе к себе и впиваясь в его губы, при этом просто не давая ему шанса отстраниться. Бэкхён пойман в чувственном поцелуе, от которого подгибаются пальцы на ногах, и старший в полную меру наслаждается им, не желая вспоминать эту неприятную неделю, за которую он ни разу не почувствовал нежных и теплых прикосновений Чанёля. Бён пытается найти место, куда можно положить руку, не потревожив рану Чанёля и не сделав ему больно, и в итоге выбирает его затылок. Сердце Бэкхёна трепещет, и он охотно принимает поцелуи младшего, который губами спускается к его шее. Парень закусывает губы и запрокидывает голову, пытаясь сдержать рвущийся наружу стон удовольствия. Плавясь от прикосновений и поцелуев, Бэкхён чувствует себя самым счастливым человеком на планете, непроизвольно начиная задыхаться. Остальная часть недели проходит для Чанёля гораздо лучше, потому что Бэкхён перестает относиться к нему, как к ребенку. Он перестает так сильно заботиться о младшем и вместо этого постоянно грубит и дразнится, и Чанёлю, если честно, это нравится куда больше. Он с удовольствием принимает все маленькие гадости, которые готовит для него Бэк. Ёль также подробнее узнал две стороны старшего: безгранично заботливый и безгранично наглый и игривый. Но найти баланс между этими двумя чертами оказалось легко. - Можешь почистить? - Чанёль протягивает старшему тарелку с фруктами, свободной рукой держась за живот и кривя лицо, пытаясь показать, что у него еще всё болит. Но Бэкхён успел хорошо изучить игру гиганта. - У тебя две руки, и рана твоя уже заживает, так что давай сам. Чанёль дуется и фыркает, принимаясь самостоятельно снимать шкурку с апельсина. - У меня спина болит, постоянно только и делаю, что сижу и лежу в этой долбанной кровати, - снова жалуется Чанёль. - И? От меня-то ты что хочешь? Я думал, пострадала твоя селезенка, а не спина, - говорит Бэкхён. Но все же, даже будучи упрямым, он начинает массировать плечи гиганта, и невинный сеанс массажа постепенно превращается в нечто более бурное. Вот оно, то, чего так долго не хватало. Наглого Бэка. Он так привык к тому, что Бэкхён боится сделать что-нибудь неправильно, что, когда Бён начинал делать всё по собственной воле, это казалось странным. Чанёль не ставил под сомнение его искренность и честность, но всё же, это было странно. В последние дни учебы Бэкхён начинает думать о том, чтобы вернуться в универ и нормально доучиться. Он знает, что Чанёль идет на поправку, и что на следующей неделе врач соглашается отправить младшего на учебу. Бэкхён всего неделю провел, привязанный к Чанёлю в неком вакууме, где только они двое, и ему становится немного не по себе от мысли, что придется делить Чана с другими людьми, в то время как ему самому достаточно будет одного гиганта. Иногда он смотрит на Чанёля и взвешивает собственные чувства. И, на самом деле, то, как Чанёль на него влияет, очень пугает. Он еще не знал, какие именно чувства окутывают его или, может быть, просто пытался отрицать очевидное, но одно Бэкхён знал точно. Слово, описывающее чувства к Чанёлю, начинается на “Л”. - Нужно подготовить тебя к экзамену. Знаешь, как сложно было убедить препода дать тебе еще один шанс? Поэтому, пожалуйста, будь серьезнее, - говорит Бэкхён, кинув книгу на кровать Пака. Младший неохотно берет учебник и открывает его под угрожающим взглядом старшего. Сейчас учиться вот вообще не хочется, но Бэкхён заставляет! - Кстати, как ты его уломал? Он никогда не дает второй шанс, ну-ка, что ты там ему сказал? - Ну, знаешь, я использовал свои навыки убеждения. - Чанёль поднимает одну бровь, не веря ни единому слову старшего. - Навыки убеждения? Может, ты и можешь убеждать преподов, но вот меня хренушки… Я разочарован, - дразнит он. - Заткнись и готовься к пересдаче, Чанёль, - закатывает глаза Бэк, надеясь закрыть тему, но у младшего на это другие планы. - Нет, серьезно... В смысле... Ты живешь здесь, в моем доме, уже неделю, пропускаешь пары… но до сих пор нифига не произошло, поэтому я разочарован… Представь, вот будем мы жить вместе через несколько лет, разве не будет скучно? - шутливо спрашивает Чанёль. Бэк нервно рычит и ударяет его книгой по руке. - Серьезно, я сомневаюсь в твоих способностях быть няней. - Младший трет руку, озадаченно хмурясь и смотря на Бёна. Его слова эхом раздаются в ушах старшего. - Думаешь, мы будем вместе жить? - тихо произносит обескураженный парень. Гигант фыркает, потому что абсолютно серьезно говорил насчет этого, ведь видит свое будущее только с Бэкхёном, и ни с кем другим. - Нет, я просто приводил пример... Я ведь не могу жить с кем-то, кого не люблю, - дерзко играет Чанёль, убежденный в том, что сумеет позже справиться с нервами Бэкхёна. - Определись уже, придурок! В прошлый раз ты утверждал, что уже любишь меня, и нет смысла мне стараться влюбить тебя в себя снова, - Бэкхён внимательно смотрит в его глаза, пытаясь прочесть по ним хоть что-нибудь. - Да, но это было до того, как я заметил в тебе мелочи, которые моментально возненавидел… - продолжает дразнить Ёль, и Бэк чувствует, что из ушей вот-вот повалит пар. - Ты шумный, эгоистичный, упрямый, слишком низкий. Ты делаешь всё это только из-за чувства вины, не умеешь нормально водить машину, няня из тебя дерьмовая, как и медсестра, потому что эти повязки слабые и пластырь приклеен криво. Бэкхён закусывает губу и ухмыляется глупому идиоту перед собой. - Какое совпадение, потому что я тоже недавно понял, что ты жуткий и слишком настойчивый осел, что ты не можешь сказать “нет”, у тебя слишком много зубов, ты ведешь себя, как ребенок, у тебя повреждена селезенка, ты слишком громкий, ты храпишь и пускаешь слюни, это просто отвратительно! Ты слишком высокий, и ковыряешь в носу. Постоянно подвергаешь себя опасности, а еще ты сталкер! Но, знаешь, ты нравишься мне таким. - Бэкхён перечисляет всё на одном дыхании, загибая пальцы. Чанёль закрывает учебник и резко хватает парня за руку, заваливая его на кровать и навалившись сверху. Он рад, что быстро поправился и теперь может свободно двигаться, как раньше. - А, так я просто нравлюсь тебе? И это всё? - рычит парень в шею парня, и Бэкхён кривится от горячего дыхания. Чанёль достаточно зол, чтобы немного поиздеваться над ним. Бэк теряется, когда Пак начинает целовать его шею и скользить по ней языком, но тут же берет себя в руки, вспоминая, что младший все еще не до конца вылечился, и они просто не могут продолжить. Когда младший начинает терзать губы Бёна, последний, затаив дыхание, заставляет его отстраниться. - Тебе напомнить, что сказал врач? “Две недели никакой физической нагрузки и упражнений”, - цитирует парень. - И? - Чанёль, очевидно, ждет другой аргумент, считая этот не таким весомым. - И никаких физических нагрузок и упражнений две недели. - Упражнения - это усилия и напряг… Занятие любовью - не напряг и не нагрузка… Так что всё, - закатывает глаза Чанёль и снова пытается поцеловать парня, но тот быстро реагирует и кладет ладонь на зубатый рот младшего. - Че, умный такой что ли? Угомонись и лучше подготовься к экзу. Он уже на следующей неделе! - Блин, вот реально, ты совсем не веселый. - Чанёль берет учебник и снова открывает его на нужной странице. И перед тем, как младший серьезно взялся за учебу, Бэкхён шепчет ему на ухо кое-что мотивирующее и заставляющее вмиг взять себя в руки и заняться делом. Чанель ничего не может поделать после того, как Бэкхён обещает позже поцеловать его грубо и страстно, а пока просто кусает его за мочку уха. Младший связан по рукам и ногам и не хочет освобождаться от очарования старшего. Пак наконец оценил преданность Бёна, и его любимой частью дня было то, как Бэк, после заслуженного душа взбирается на кровать, укладывается у него под боком и целует в области сердца, прежде чем заснуть после тяжелого дня в качестве няньки. Когда Бэкхен закрывает глаза, Чанель водит подушечками пальцев по его лицу и понимает, насколько ему повезло, раз он может засыпать со своим ангелом. Спустя две недели Бэкхён сопровождает Чанёля в больницу на обследование и чтобы узнать результаты анализов. Слава богу, с гигантом всё хорошо, просто ему нужна еще одна неделя на некую акклиматизацию, но универ он снова может спокойно посещать, как и заниматься спортом. Ну, хоть какая-то хорошая новость для Чанёля. И пока последний беседует с врачом, Бэк идет к административной стойке, чтобы забрать некоторые справки и документы, необходимые Чану для универа. Тщательно изучив бумаги глазами, Бэкхён понимает, что Пак утаил от него нечто очень важное. Судя по данным на справках, у младшего через неделю день рождения. Когда Бэкхён и Чанёль наконец возвращаются в колледж, они понятия не имеют, как вести себя друг с другом у всех на виду. В конце концов, они провели столько времени наедине (не считая маму Пака и его сестру), что Бэкхёну просто трудно вернуться в учебную реальность. Быть с Ёлем каждую минуту в течение двух недель было очень поучительно, и просто невероятно романтично, на самом деле, поскольку Чанёль - единственный человек, который ему нужен. У них было много времени, чтобы поговорить, и все их разговоры приводились к одному итогу. Они любят друг друга и не могут быть порознь. Теперь, когда все ясно, как день божий, Бэкхён не хочет, чтобы Чанёль был кем-то другим для него, кроме как любимым парнем, и сам младший полностью с этим согласен. По пути на этаж юридической кафедры, Чанёль машет парню, которого Бэкхён, если ему память не изменяет, видел три недели назад. - Чанёль, ты как? Я слышал о твоей травме, - говорит Хэджин, похлопывая парня по плечу. - Да, мне уже лучше. Провалялся две недели на койке… Живот немного побаливает, но я переживу. - Чанёль не может перестать улыбаться своему хёну, который заставляет Бэка чувствовать себя не в своей тарелке. Если Чанёлю нужно напомнить, что Бён всё еще здесь, то он с радостью сделает это пинком под коленную чашечку, но он не делает этого, он просто не успевает. - Ты случайно не Бэкхён? Я имею в виду Бён Бэкхён? - Старший тянет руку для рукопожатия. Бэкхёна это немного обескураживает, потому что он не может понять, откуда этот парень его знает. - Ну, приятно познакомиться… - Бэкхён нарочно останавливает себя на полуслове, желая, чтобы он представился. - О, Я Пак Хэджин, сонбэ Чанёля. Мы учились в одном универе. Чан был одним из моих подчиненных и единственным знакомым корейцем, поэтому я взял его под свое крыло. Должен сказать… Я наслышан о тебе, у Чанёля с губ постоянно твое имя слетает, когда мы встречаемся. Рад, наконец, встретиться с тобой. Бэкхён краснеет от комментариев парня, и Чанёль только ухмыляется, заметив это. - Ну… я тоже рад встретиться с тобой, - бормочет Бэк, опуская взгляд в пол. - Ладно, мне бы хотелось еще поболтать с вами обоими, но сейчас начнется собрание, так что я пойду. Бэкхён, буду рад, если ты как-нибудь посетишь мой кабинет. Хочется обсудить с тобой кое-что, если ты согласишься. Ну, ребята, увидимся, я побежал. Бэк не успевает спросить, о чем именно он хочет поговорить, потому что доктор быстро уносит свои длинные ноги. - Видишь? Хён классный… Я же говорил, что не надо волноваться, - улыбается Чанёль, и Бэкхён скрещивает руки на груди. - Я совсем не волнуюсь и не ревную, - вздыхает старший. Ну, в принципе, как и предполагал Пак. - А я говорил что-то про ревность? - усмехается Ёль, и Бэкхён снова вздыхает. - Кстати, почему он хочет со мной поговорить? - Может, для его исследований. Хён изучал психологию близнецов, и думаю, что он поражен сложностью этого типа братства. Когда я рассказал ему о тебе, он очень внимательно выслушал помог с вопросами, которые я задавал сам себе. - И что это за вопросы? Почему ты не спросил меня напрямую? - Потому что для тебя, Бэкхён, это слишком чувственно. Мне нужны были ответы, и я хотел знать, что могу сделать для тебя и как мне вести себя рядом с тобой, учитывая смерть Бэкбома. Я не мог открыто идти к тебе и прямо спрашивать об этом. - Как ни странно, но то, что говорит Чанёль, имеет смысл. Бэкхён бы, очевидно, отказался говорить об этом, судя по тому, сколько он тянул с рассказом о Бэкбоме и о том, что они делали с чувствами Чанёля. - К твоему сведению, я не подопытный. - Я никогда не говорил подобного… Думаю, нам пора. Не хочу опоздать на пересдачу. Чанёль тянет Бэкхёна за руки и ведет его в нужном направлении. Они идут рядом друг с другом, в то время как Бэкхён задумчиво хмурится и чешет затылок. Он хочет вынуть другую свою руку из хватки младшего, но не осмеливается этого сделать. Поэтому старается отвлечься и просто не думать об этом, наблюдая за проходящими мимо людьми. Когда они проходят небольшую группу студентов, которая, к сведению, не обращает на них никакого внимания, Бэкхён собирает все свои силы и старается забыть о своей неуверенности и трусости. Чанёль чувствует, как старший немного напрягся. Для него это было ново, и Пак моментально понял, что Бэкхён не хочет показывать свои отношения перед всеми. Тем не менее, он чувствует, как влажные пальцы сильно сжимают его руку. Младший продолжает спокойно идти, будто не замечая ничего, даже того, что Бэкхён не осмеливается на него взглянуть. Старший просто переплетает их пальцы и отлепляет глаза от пола… наконец-то. Чанёль усмехается, прежде чем резко дернуть Бэка за руку, заставляя уткнуться в свою грудь лицом, и обнять за шею, притянув ближе к себе. Бэкхён решает обойтись без комментариев, в конце концов найдя это милым, в объятиях Чанёля тепло, и он чувствует себя в безопасности. Парень перестает заботиться о том, что могут подумать люди, он просто забил на их мнение, потому что Чанёль куда важнее. Постояв так еще немного, Чанёль выпускает его из объятий и снова берет за руку, подходя все ближе и ближе к нужной аудитории. Бэкхён последний раз дает младшему какие-то советы, на что тот закатывает глаза и безучастно смотрит на него. Пак несколько раз вздыхает, потому что ему не нужны наставления и лишние беспокойства, он и так без проблем справится с пересдачей. Но волнение Бэкхёна только возросло, когда Ёль зашел в аудиторию. К сожалению, ему присутствовать не позволили, поэтому он остался снаружи, туда-сюда шагая по коридору. Но, решив не тратить время зря, он пишет сообщения Хане, Чондэ и Кёнсу, потому что нуждается в их помощи. Через час Чанёль, наконец, выходит, и его лицо, к ужасу Бэкхёна, ничего не выражает. Старший тут же забеспокоился, думая о худшем. Он знает, что если Пак не сдаст этот экзамен, он особо не повлияет на его дальнейшую учебу и успеваемость, но блин, они так усердно к нему готовились, будет печально, если окажется, что это время они потратили зря. - Как все прошло? - Он сцепляет две руки, надеясь на чудо. Чанёль, наконец, улыбается, потому что дальше не в силах сдерживать своих эмоций перед Бэкхёном. - Ну, жаль, что нет оценки выше, чем “A+”, иначе я бы получил ее. - Бэкхён качает головой. По крайней мере, Чанёль хвастается, а значит точно поправился. - Не волнуйся, я сдал экзамен, и если бы из-за тебя на меня не нахлынула апатия, я бы сдал с первого раза. Старший со вздохом кивает и подталкивает Чанёля, чтобы тот шел вперед. - Я и не волнуюсь, - говорит он. - Я знал, что ты сдашь. Я просто не мог ожидать чего-то меньшего от бывшего ученика Гарварда. Может, тебе не следовало бросать его. - Бэк знает, что эта тема напрягает младшего. И улыбка исчезла с лица Пака моментально, когда старший начал эту тему. - Если бы я пережил всё заново, я всё равно приехал бы в Корею и сделал бы то же самое. И если ты думаешь, что я вернулся только из-за тебя, ты ошибаешься. - Так ты можешь сказать, почему вернулся? Ты должен был остаться там и получить лучшее образование. Я просто не понимаю, как можно потерять такую прекрасную возможность. - Я просто хотел вернуться в Южную Корею. Я устал быть вдали от своей семьи. Плюс ко всему, я не смог получить стипендию на год вперед, а оплату за учебу сильно повысили. Не мог же я брать столько денег у отца. Поэтому я принял решение вернуться сюда и поступить в один из лучших университетов Сеула, и я не разочарован. Можно подумать, что мне все равно, но здесь все реально по высшему разряду, так сказать. Родители пытались отговорить меня бросать Гарвард, они говорили, что деньги - не проблема, но всё же… Я не был до конца уверен в своем решении, пока не погуглил этот универ и не увидел фотографию с четырьмя людьми, стоящими перед главным входом. Одним из них был ты, и в тот момент я понял, что должен перейти в этот университет. Бэкхён задумывается на минуту, потому что не может вспомнить ничего об этой фотографии и как она попала на сайт университета. Но у него есть логическое объяснение своему непониманию, имя которому - Бэкбом. Старший предпочитает смолчать, но теперь ему ясна причина Чанёля. Да и в любом случае, он не может прокомментировать. Если бы Чанёль не перешел сюда, они бы не встретились и Бэкхён бы не испытал такой сильной любви. Младший замечает, что Бэкхён никак не реагирует на его слова, и говорит: - Ну… Мне нужно идти на лекцию… Спасибо за поддержку. Это многое для меня значит. Бэкхён качает головой и до минимума сокращает расстояние между ними. - Не стоит, всё нормально, - Бэкхён немного кланяется и поправляет ремешок своей сумки на плече. - Встретимся в столовой в обед? Бэкхён медленно кивает на вопрос Чанёля, не зная, почему реакция сейчас такая заторможенная. Младший же замечает, что Бэк где-то летает. Возможно, это из-за их разговора о Гарварде. Во всяком случае, не стоит сейчас лишний раз напрягать его, поэтому Пак машет парню рукой и собирается уйти. С другой стороны, они ведь пара… Разве можно попрощаться просто вот так? Даже если они в обед встретятся снова… - Знаешь, я помираю от желания обнять и поце- Бэкхён обрывает его на полуслове, хватая за шею и впечатываясь в его губы, и Чанёль просто не может не углубить невинный поцелуй, превращая его в страстный. Когда они отстраняются друг от друга, Бэкхён оглядывается вокруг, проверяя, не смотрят ли на них люди. - Отлично, теперь ты не умрешь, так что…. увидимся за обедом, - последнюю фразу Бэкхён быстро тараторит и быстро уносит свои ноги, пока не скрывается за углом, и Чанёль слышит лишь топот его ног. Пак не может перестать думать о том, что его парень - самый милый человек в мире.