Адронитис

Сквозь прикрытые занавески пробивались первые лучи восходящего солнца. Хината лежал на руке Кагеямы, любезно ему предоставленной, а сам Тобио мирно сопел в его рыжую макушку, что-то мурча себе под нос. От воспоминаний и осознания всей ситуации, по телу прошлись блаженные мурашки. Было так тепло и уютно. И весь мир казался таким прекрасным. Но счастье такое…эфемерное. Легкие сдавило спазмом, сводя судорогой горло. Боль лизнула языком пламени по груди, поднимаясь все выше. Едва сдерживая дрожь от боли и удушения, Хината медленно сполз с кровати, молясь о крепком сне Кагеямы, и пополз в ванную, попутно захватив свою сумку. После прошлой ночи, ноги совсем не слушались, поясницу простреливало от каждого неосторожного движения. Но это было совершенно не важно. С большим трудом, выйдя в коридор и бесшумно прикрыв за собой дверь, Хината поплелся к ванной. Перед глазами все плыло, и чтобы найти дверь в ванную пришлось идти на ощупь по стене. Липкий горячий ком уже подкатил к горлу, вызывая тошноту. Боль становилась все невыносимей, шум в ушах заглушил все посторонние звуки, отрезая от внешнего мира. Ванная встретила мраком и прохладой кафеля. Нащупав выключатель, Хината запер дверь и включил воду. Мгновение и на пол вновь хлынула кровь. Темная, вязкая с резким запахом железа. Шоё надрывался от кашля, отхаркивая все больше крови. Тело сводило судорогами и ознобом. Боль разрывала сознание, словно осколками стекла, врезаясь в легкие. К кашлю добавилась еще и рвота от спазмов в животе. К крови примешались желчь и желудочный сок, источая прогорклый кислый запах. Голова начала кружится от нехватки кислорода. Кровь и рвота стали проходить тяжелее, обжигая горло и выбивая всякий вдох. Хината дотянулся до шланга душа, из лейки которого хлестала прохладная вода. Недолго думая, парень стал вливать в себя воду, заполняя желудок до края. Глотать он не мог, следовательно и сдерживать рвотные позывы тоже. Вновь возобновив рвоту, Хината вымыл вязкий ком из горла, выкашливая остатки крови. Он, наконец, смог нормально вздохнуть. Сил совсем не осталось, и Шоё упал в лужу крови на грани сознания. Воздух был таким сладким и желанным. Он проникал в каждую клеточку изможденного тела, дарил чувство легкости, как наркотик. Каждый рваный вдох, давался с большим трудом и отдавал резонанс боли по телу. В этот раз, кризис затянулся. Хината с трудом приподнялся на локтях и дотянулся до сумки. Выпотрошив содержимое, он взял внушительную пластиковую коробку. Внутри были шприцы с ампулами, ингалятор и таблетки при обострении кризиса. Кортикостероиды, витамины и кислоты, циостатики, антикоагулянты, антиагреганты, гормональные препараты. Все это, лишь малый список необходимых лекарств Шоё. С каждым приходом в больницу, список лекарств только растет. А бесконечные процедуры? Их Шоё уже не мог сосчитать. В основном лечение было экспериментальным, так как разновидность болезни Хинаты была весьма необычная и редкая. В мире еще не было зафиксировано подобных случаев. Пациенты с его диагнозом долго не живут, но Шоё умудрился как-то пережить поставленный врачами, прогноз. И даже профессионально занялся спортом, не зная особых проблем до определенного момента… Дрожащими руками, Хината надломил ампулу из темного стекла и набрал содержимое в шприц. Инъекции были болезненными и неприятными, но они давали более длительную ремиссию заболевания. Обработав спиртовой салфеткой локтевой изгиб, Шоё профессионально вогнал иглу в кожу, морщась от боли. После укола – горсть таблеток. После таблеток – горсть витаминов. После витаминов – протеиновый коктейль. На вкус как кошачий корм с молоком… После рвоты, тошнота от такого коктейля только усилилась. Но ничего не поделаешь. Неприятно поморщившись, но таки допив эту дрянь,Хината стал прибирать следы преступления за собой. На ногах стоять было трудно из-за анемии и прошедшей ночи, поэтому парень ползал на четвереньках, собирая содержимое сумки и смывая лужи крови. Закончив все-таки с уборкой и наскоро приняв душ, Хината тихонько проскользнул в комнату, в надежде, что Каеяма все еще спит. Так и было. Кагеяма все еще спал, раскидав подушки и одеяло по сторонам. Только сон его стал несколько беспокойным. Холодная кровать не сильно его радовала. Хината слабо усмехнулся. Он присел на край кровати, лаская взглядом своего любимого. Легонько откинул мешающую прядь темных волос со лба, нежно провел ладонью по щеке. Такой теплый. Недовольная гримаса мгновенно улетучилась с лица Кагеямы и он теснее прижался к руке Шоё. Как ребенок, честное слово. Болезненное чувство бескрайней любви затопило сердце Хинаты. Горькая усмешка, колкая тоска… Шоё нежно поглаживал Кагеяму, прогоняя неприятный сон. Желание погрузиться в вечность стало каким-то необъятным. Но вечность дана лишь вселенной. Длинные ресницы Кагеямы задрожали, и парень с трудом открыл глаза, прикрываясь рукой от раздражающих лучей восходящего солнца. Сонный Кагеяма – запредельный уровень моэ! - Доброе утро, Кагеяма. – Прошептал Хината, осторожно убирая волосы с его лица. - А ты что-то слишком бодрый. – Незлобно буркнул Кагеяма, охотно поддаваясь ласкам. Он бы многое хотел сказать, но не хотелось рушить эту сонную уютную атмосферу. Тихое утро, родной дом, замечательная погода и любимый человек рядом. Тепло. Вдруг Кагеяма резко подскочил и схватил Хинату за руки. - Боже, да ты ледяной совсем! – Он нетерпеливо провел рукой по мокрой шевелюре коротышки. Хината только сейчас заметил, что его немного потрясывает от холода, а пальцы немного посинели. - Дурак совсем?! А если простудишься?! Вчера только домой шли, разве, что Фудзияма не тряслась от того как ты дрожал! – Причитал Кагеяма. энергично вытирая волосы рыжему чуду. И без того непослушные волосы превратились в нечто отдаленно напоминающее волосы. А Шоё молчал. Молчал и тихо радовался такой неуклюжей, но искренней заботе. Кагеяма был теплый. Он был живой.