Адронитис

Главный вход токийского госпиталя университета Татсухара. - Кенма, ну как тебя угораздило повредить запястье за неделю до нашей встречи с Карасуно, – Куро в шутливой манере ворчал на своего друга, который выглядел, как самый несчастный человек на земле. - Это последнее, что я бы хотел услышать и ты последний человек, от которого я хотел бы услышать. – Пробубнил Кенма и с сожалением посмотрел на свою приставку. - Это все из-за твоих игр. – Куро не унимался. – Уткнешься в нее и сидишь часами, а знаешь какое это напряжение для суставов? Вот заработаешь туннельный синдром и все. Конец нашей великолепной команде Некома! – Куро театрально схватился за свою черную шевелюру. - Ты преувеличиваешь. – Буркнул Кенма. - Это ты недооцениваешь себя. – Хмыкнул Куро. Парни неторопливо шли к главному входу в госпиталь. - Ну, сейчас тебя подлечат, и через неделю будешь в строю, как новенький. – Куро изобразил черлидершу и подмигнул. - Не очень-то мне и хотелось. – Протянул Кенма. - Врешь и не краснеешь. Ты же с десятым номером Карасуно подружился, я же вижу, что ты с нетерпением ждешь встречи с ним. – Прищурился Куро. - Ничего подобного. – Тихо возразил Кенма, но посмотрев на кривляния своего друга, понял, что это бесполезно. – Думай, что хочешь. - Буду! – Брякнул Куро и толкнул друга в больницу. Медсестра на ресепшене добродушно поприветствовала ребят. - По какому вопросу обратились в наш госпиталь? – Поинтересовалась она. - Да вот, у нас профессиональная травма у спортсмена, пришли подлатать – Куро включил свое подростковое обаяние, на что Кенма лишь закатил глаза. - Думаю это небольшое растяжение, но через неделю у нас тренировочный матч, так что хотелось бы перестраховаться. – Промямлил он. Избегая зрительного контакта с медсестрой. - О, спортсмены! Это хорошо, пожалуйста сообщите мне ваше имя, дату рождения и номер страхового полиса. – Медсестра начала быстро печать под диктовку Куро. Кенма молча стоял рядом, задаваясь вопросом: Откула Куро знал номер его страховки? Но потом просто пожал плечами и не стал ничего спрашивать. Главное ему не нужно самому разговаривать с медсестрой. Поэтому Кенма без зазрения совести уткнулся в приставку, играя в тетрис здоровой рукой, и перестал обращать внимание на округу. - Все, мы закончили, сейчас спрошу доктора, сможет ли он вас принять в данный момент. Травматолог в западном крыле сегодня принимает в порядке живой очереди, но насколько я помню сегодня к нему мало пациентов. – Сказала медсестра и набрала номер на стационарном телефоне. - Алло, доктор Кисараги, это Аяко с приемного покоя. Вы сейчас сможете принять мальчика на осмотр, возможно растяжение запястья. Да, он спортсмен и ему нужно быстрее разобраться с этим до следующего матча. Да, старшая школа Некома. Да-да, хорошо, благодарю Вас. – Седсестра положила трубку. – Доктор ожидает вас в 236 кабинете, это на лифте поднимаетесь на второй этаж и поворачиваете на право, а там уже разберетесь по нумерации кабинетов. – Сказала медсестра, которую зовут Аяко и указала на лифт. – Если потеряетесь, на каждом этаже есть справочная, администратор вас проводит. - Не нужно мы разберемся – Ответил Куро, все это время, наблюдая за игрой Кенмы. – Спасибо! - Не за что. – Улыбнулась медсестра и занялась следующим пациентом. - Шевелись Кенма, доктор ждет! – Куро стал толкать Кенму к лифту. - Не спеши так, зачем нестись сломя голову? - Заворчал Кенма, но позволил своему другу дотолкать себя до лифта. - Быстрее начнем – быстрее закончим. – Пропел Куро и нажал кнопку лифта. - Если будешь так суетиться, у тебя снова козюлька из носа вылетит. – Фыркнул Кенма и увернулся от подзатыльника. - Ты мне вечно это припоминать будешь?! – Прошипел Куро, сверля друга сердитым взглядом. – Это было сто лет назад и я был тогда ребенком! - Ну факт то, остается фактом. Козюличный рэйлган. – Хихикнул Кенма. - Ах ты!.. – Куро не успел договорить, так как лифт приехал в этот момент. – Я тебе это припомню. - Не волнуйся, я в долгу не останусь. – Бросил в ответ Кенма и зашел в лифт. На второй этаж друзья поднялись в полной тишине. - Так и куда нам теперь? – Спросил Кенма. - В двести тридцать какой-то кабинет. – Задумчиво протянул Куро, силясь вспомнить слова медсестры. - Ты все прослушал? – Спросил Кенма. - Как и ты со своим тетрисом. - Тогда надо спросить у администратора. – Просто сказал Кенма, проигнорировав подколку в свою сторону. - Так, и где он? – Куро огляделся вокруг, но никого не увидел. С левой стороны доносились голоса. – Пойдем спросим. Куро не колеблясь направился в левую сторону. - Подожди, нам вроде в другую сторону! – Кенма засеменил за другом. - Да пофиг. Мы только спросить, я слышу людей только с левой стороны. – Бросил Куро и вальяжно пошел вперед. За первым поворотом показались люди. Медперсонал суетился и что-то громко выкрикивал. - Мне кажется нам не стоит здесь быть. – Промямлил Кенма и зашел за спину друга. - Не парься, сейчас посмотрим, какие тут номера на дверях и сориентируемся, куда нам идти. – Хмыкнул Куро и пошел дальше. - Блин. – Кенма решил не отставать. Весь шум был у одной палаты. До нее были лишь двери в комнаты персонала, склад, ординаторская, нумерации пока не было замечено. Парни прижались ближе к стене коридора, чтобы никому не мешать и подошли ближе к палате, которая являлась причиной переполоха. - Ну и ну, видимо кому-то совсем плохо. – Задумчиво протянул Куро. – Такой шум поднялся. Кенма боязливо поежился. Но парни резко напряглись, услышав громкий голос врача из палаты. - Циклофосфан в 207 палату, срочно! И принесите все для переливания крови, у него сильное кровотечение! – Медперсонал засуетился еще яростнее. – Хината, постарайся не терять сознание! Начинайте интубацию! Куро и Кенма ошарашено стояли на месте. - Мне не послышалось? – Тихо спросил Кенма, не веря своим глазам. - Возможно, мы не правильно все поняли. – Пробормотал Куро и подошел к листу с информацией о пациенте возле палаты. «Хината Шоё.» - Да ладно. – С неверием пробормотал Куро. Кенма так же подошел ближе и шокировано уставился в палату. Куро проследил за его взглядом и заглянул в палату . Среди снующих туда-сюда работников больницы, отчетливо мелькала рыжая шевелюра. Исхудавшее, бледное тело, почти сливалось с белизной простыней. Безвольный, угасший и совсем не похожий на то рыжее Солнце, мелькавшее на площадке, привлекая к себе взгляды и поражая воображение своими навыками и рефлексами. Сейчас Хината выглядел еще меньше. Забрызганная кровью пижама, мешком висела на тощем теле. В багровых синяках на бледной коже, было множество капельниц, на пальцах были датчики, даже в ключицах были иглы капельниц. - Это же, Хината? – Пораженно спросил Кенма. - Похоже, что так. – Так же шокировано прошептал Куро. Невозможно, чтобы человек на площадке с десятым номером Карасуно и человек, что сейчас лежал на кровати в кислородной маске - это был один и тот же человек. - Показатели пришли в норму. Кризис миновал, но продолжайте наблюдение. По результатам сегодняшнего обследования будет решено, стоит ли его переводить в палату интенсивной терапии. – Облегченно вздохнул доктор Сакаки. – Вы позвонили его родителям? - Да. Они скоро будут. – Ответила медсестра и вышла из палаты. Куро и Кенма стояли неподвижно, прижавшись к стене. Подождав, когда все выйдут из палаты, они вновь заглянули в палату. На этот раз они встретились с потухшим взглядом Шоё. Он внимательно смотрел на них спокойным взглядом. От такого взгляда у ребят прошлись мурашки по всему телу. Он совсем не похож на себя прежнего. Хината слабо улыбнулся и слабым жестом пригласил их зайти. - Кажется мы не вовремя. И кажется, мы видели то, что не стоило. – Пробормотал Куро, но все же зашел в палату. Следом за ним вошел шокированный Кенма. - Мы это…ну, не собирались поглядывать. Мы вообще случайно здесь оказались. – Затараторил Куро, посмотрев в глаза Хинаты, замолчал. Он понял, что нет смысла что-либо говорить. - Я знаю. – Едва слышный голос без намека на прежнюю силу, заставил сердце сжиматься. – Я видел вас. - Кенма подошел ближе к кровати и нервно закусил губу. - Хината, что ты… - Не успел он договорить. - Умираю. – Тихо ответил Хината. – И нет, никто в команде еще не знает об этом. – Шоё устало прикрыл глаза. Кенма и Куро вздрогнули от его слов. - Не шути так. – Проблеял Куро, в данный момент вся его сила и уверенность улетучились, и он не знал как себя вести в такой ситуации. - У меня не настолько ужасное чувство юмора. – Усмехнулся Хината и посмотрел в окно. Солнце перекатилось через свой зенит и вскоре оно начнет клониться к горизонту. Столько времени потеряно сегодня. В палате воцарилась тишина. - Куро-сан. – Тихо позвал Шоё. Куро встрепенулся и посмотрел на него. - Что такое? - Там рядом с тобой лежит мой телефон, посмотри нет ли пропущенных. – Тизо сказал Шоё. Куро не стал ничего говорить и подошел к тумбе, на которую медсестры положили телефон Хинаты и проверил. - Нет, никто не звонил. – Сказал он. - Хорошо. – Хината заметно расслабился и посмотрел на Кенму. - Что-то случилось? Почему вы здесь? - Запястье растянул. – Тихо ответил Козуме. - Вот как. – Хината посмотрел на руку Кенмы. – Болит? - Нашел о чем спрашивать, дурак.- Голос парня дрожал. - Ах-ха-хах, возможно. – Посмеялся Шоё. – Ходил к врачу? Скоро ведь тренировочный матч, ты должен быть здоров к тому времени. - Тебя это тоже касается. – Кенма грустно посмотрел на Хинату. - Да, я хочу сыграть. В последний раз. - Не говори так! – Кенма отчаянно замотал головой, сжимая кулаки. Левое запястье прострелило болью. – Ты был рожден, чтобы играть в волейбол, не делай из меня своего последнего соперника! Кенма смотрел на Хинату и слезы стекали по его щекам. - Прости, если расстроил. – Хината мягко похлопал по кровати, подзывая его сесть. Кенма послушно присел. - Вот ведь, какая штука получается! Не думаю, что с таким телом смогу продолжить играть. – Хината старался добавить своему голосу силы и беззаботности. – Будет чудом, если я доживу до конца этого года. Игроки Некомы вздрогнули от этих слов. - Все настолько серьезно? – Спросил Куро. - К сожалению. – Кивнул Хината. – Поэтому прошу вас, никому не говорите об этом. – В глазах Хинаты загорелось мрачное пламя. – Время еще не пришло. Давайте сыграем в последний раз. 69696969696969696969 В тот день, небо заволокло тучами. Двое старшеклассников молча шли по дороге, держа пакеты из аптеки. Один тихо всхлипывал, другой – молча позволял слезам катиться по щекам, не издавая ни звука.