Путь к сердцу папочки!

Нога Бакуго ступила на территорию парка и тут же со всех сторон поступили звуки детского смеха, разговоры родителей, мелодия из магазинчика мороженого, а еще вдобавок играли какие — то знакомые песни, которые Катсуки когда-то слышал в детстве. Остановившись на месте, он поднял взгляд наверх и увидел вдалеке огромное чёртово колесо, которое нехило манило к себе и даже самому парню хотелось туда сразу же попасть и истратить все деньги. Но… опомнившись, Бакуго полез в кошелёк, который положил в маленькую сумку на плече и заглянул в него, увидев нехилое количество денег. — Она даже… положила мне денег? — удивившись, тот нахмурился и вскинул бровь, слегка не ожидая такого « подарка «, ну, по крайней мере, это уже радует, что Катсуки при деньгах. Наконец то придя в себя, блондин поплёлся вальяжной походкой дальше, осматривая парк, тем самым прислушиваясь ко всему, что слышал. Мидория тем самым бежал впереди и звонко смеялся, тоже осматривая все то, что было вокруг него. Как же он был счастлив оказаться в парке развлечений и при чем, вместе с Катсуки. Да, отец, да, жёсткий, но всё же отец, тот, кто согласился его воспитывать и давать правильное направление по жизненному пути, хотя, чему же может научить уголовник? — Изуку, не убегай далеко, слышь? — отозвал парень мальчика и сняв очки, повесил их на ворот футболки, вновь засовывая руки в карманы и чуть ускорил шаг. Изуку услышав голос своего отца, сразу же развернулся и побежал на встречу, распахнув руки дабы намекая на то, чтобы Катсуки поймал его. Вместо того, чтобы наклониться и подхватить мальчика, уголовник лишь приподнял руки на уровне плеч и не знал что делать дальше после того, как к его ноге прилип мальчишка, который так её обнимал и так пищал от радости, что был бы он постарше, сломал бы к чёртовой матери ногу Бакуго. « Так вот она, детская радость и… » — не успев порассуждать, парень увидел как два больших глаза, словно два зелёных изумруда смотрят на него, а из краёв глаз стали литься блестящие слёзы. — Спасибо, папа, спасибо! — стал мотать головой Изуку и отпустив несчастную ногу Катсуки, взял его за руку и повёл к ларьку со сладкой ватой. Удивлению Бакуго не было предела. Так давно не видел этой детской наивной радости и улыбку во всё лицо. Была бы его воля, он сам бы расплакался, ибо видел в Изуку прошлого себя. Радостного, дружелюбного ребятёнка… Он был таким же, но… наступил момент, когда его просто сломали. Катсуки резко помотал головой и послушно поплёлся за Мидорией, тем самым немного отставая. — Изуку, спокойнее, — сказал тот довольно серьёзно и нахмурившись, мальчик сразу же стал спокойно идти и улыбаться своему отцу. — Можно одну вату? — Бакуго протянул деньги девушке и та, сразу же встав, стала накручивать большую, розовую вату, которая была больше собственной головы мальчишки. Накрутив, девушка протянула Мидории белую палочку с вкусностью и приняла деньги, пожелав хорошего дня. — У вас очень милый сын! — проговорила она вслед и Катсуки странно смутился от такой фразы и нахмурившись, словно как старый дед, пробурчал что — то вроде «Он не мой сын, он вообще, бла-бла-бла». С того момента, когда они пришли в парк, прошло где — то пару часов. Оба парня успели побывать везде! Покатались на американских горках, где естественно стошнило Изуку случайно, поиграли в тире, где мяч отлетел прямо в глаз Бакуго, покатались на водяных больших скутерах, где оба свалились в воду, съели множество сладостей, накричались в комнате страха, нафоткались в фото-будке... Бакуго наверно потратил весь свой бюджет ещё на год вперёд, ведь, в один момент ему действительно не стало жалко денег ради мелкого парня. Вся загвоздка была в том, что он хотел порадовать Мидорию, даже не смотря на всё свое отвращение к нему, на все слова, которые он говорил про него, не смотря на все оскорбления и удары. Он покупал ему всё, что вздумается, да даже рюкзачок с Микки-Маусом, где лежали все остальные подарки. То, что Катсуки не дарили в детстве, он решил подарить именно этому мальчугану, потому что... скорее всего, он заслуживает этого, верно? Бакуго вложил все деньги, которые у него были и он не пожалел. Мидория был переполнен детских восторгов, съев кусочек сливочного мороженого, который сразу растаял на языке. Он не смог устоять на месте, взглянув на Бакуго и протянул ему свое мороженое, святясь от счастья. Ему хотелось разделить такую вкусную штуку со своим папой. Если говорить об Изуку, ему казалось, что он попал в рай, хоть и не знал что это такое. У него множество эмоций, множество подарков, множество впечатлений об этом парке и теперь, в его голове будет множество воспоминаний, а главный их герой это был Бакуго Катсуки. Мидория был уверен в том, что как будто он с ним был с самого рождения, будто он действительно его настоящий отец, а не приёмный, как ему сказали в детском доме. Сердце маленького мальчишки всегда трепетало, когда он шёл рядом с Катсуки, его глаза были готовы налиться слезами, слезами счастья, именно ими. Чувства Изуку, если заглядывать в его душу с головой, можно было понять только то, что он любит Бакуго настолько сильно, что даже не заметил дни, сколько провёл с ним. На часах было где - то семь вечера, на улице было всё так же тепло, воздух приятно ласкал локоны волос и приятно забивался в нос. Этот запах чудесного лета, запах свободы для Катсуки и запах счастья для Изуку. Мидория идёт рядом, пиная камушки в припрыжку. — Приходите на фейерверк в половину восьмого, порадуйте вашего сына! - сказал местный консультант из ларька с мороженого. Бакуго опять же смутился от "вашего сына". За день ему сказали около 10-ти раз, а может даже и больше, ему даже показалось, что он и впрямь его отец. — Какой нахрен вашего сына, если мы даже не похожи, - нахмурился тот, пробурчав себе под нос и опустив голову, посмотрел на мальчугана, который тут же взял того за руку. Слава богу, что Изуку это не слышал, Катсуки думал, что тот расстроится и опять распустит нюни. — Папа, папа! - провизжал мальчишка и отпустив руку Бакуго, пустился на утёк, направляясь к девушке, которая раздавала ободки с ушками и Изуку схватив белого цвета ушки, сразу же убежал обратно к уголовнику. — Наклонись, пожалуйста! - Катсуки встал на одно колено и глядя алыми глазами в глаза мальчишки. Вот этот спокойный зрительный контакт. Спокойствие, никакой агрессии. Зеленоволосый протянул и встав на мысочки, надел ушки тому на голову и теперь - то, перед мальчуганом был никакой то там опасный уголовник, а самый настоящий большой кот. — Ты теперь бофой-бофой котик! - спрятав ручки за спиной, Изуку наклонился и коснулся кончиком носа с носом Бакуго и широко улыбнулся. — Пошли салют смотреть! - поправив в последний раз ушки на голове Катсуки, Мидория взял того за руку и побежав вперёд, повёл за собой, дабы успеть на салют. Послышался грохот, взрыв и тут же, в небе показались огромные большие сферы, которые разлетались в стороны разными цветами. Бакуго и Мидория стояли возле моста, почему то одни, весь народ столпился почему то возле другой стороны, но это их не волновало. Подняв на руки ребёнка, Катсуки прижал его к своей спине, придерживая тем самым за попу, а Изуку крепко держал того за шею и смотрел наверх, за салютом, широко открыв рот и не пропуская ни один взрыв и сферу. Вот он, момент, когда Бакуго и Мидория одновременно посмотрели на друг друга и застыли, слушая лишь взрывы наверху. Алые глаза столкнулись со взглядом изумрудного цвета и Изуку тут же покраснел. Всё его лицо вспыхнуло, а в глазах расширились зрачки, маленькое сердечко было готово выпрыгнуть из груди мальчишки, ведь, он так близко с Катсуки, настолько близко, что... Мальчик медленно и аккуратно, вовсе не торопясь, положил руки на щёки Бакуго. Ведь, с ним так и надо. Катсуки - зверь, с которым нужно вести себя совершенно аккуратно и медленно, иначе, любое не нужное движение и тебе крышка. Его пальцы дрожали, ладошки мгновенно запотели, он не мог сосредоточится, он настолько боялся сделать какое либо движение, что знал, за этим последует наказание. Он резко закрывает глаза, журится. Мидория всё таки решается и... маленькие губы соприкасаются с губами Катсуки... Изуку открывает глаза, смотрит на того и видит на его лице лишь удивление, большое удивление, что аж его зрачки сузились до нефеерических размеров и он вновь понял, что сделал это зря. Блондин опускает мальчика на землю и присев на корточки, сначала смотрит на того серьёзным взглядом, Изуку уже успел расплакаться. Бакуго понимает, что это неправильно, но против воли не попрёшь. Его мощные, со вставшими венами руки, аккуратно обвивают мальчишку за ноги, а после, средний палец одной руки медленно сползает чуть ниже, тем самым оказываясь между половинками маленькой попки и резким движением, прижав к себе, Катсуки впивается в губы ребёнка и первым делом целует его аккуратно, не торопясь, а Изуку, как ни странно, подыгрывает мужчине и неумело пропускает свой маленький язычок внутрь рта Бакуго. Он понимает, что нужно остановиться, это же ребёнок, он не может, но что делать, если сердце воет совсем о другом? Вокруг стало всё отдаваться эхом, громкие взрывы не слышны.