Вот так целуют покойников

      Травяные стебли и алые бутоны колыхались над головой, источая приятный аромат. Джинджер раздула ноздри, шумно вдыхая его, и повернула голову. Рэд лежала рядом, закинув руки за голову и рассеянно жуя жёлтую тоненькую травинку. Её спокойный взгляд был устремлён вверх, к верхушкам деревьев и проводам, по которым, как и обычно, скакали ослепительно чёрные вороны. До чего же здорово было, набегавшись, валяться на мягкой нагретой земле, выпадая из реальности и давая отдых уставшим ногам! Джинджер вот уже почти месяц приходила сюда, чтобы поговорить с Рэд, поиграть с ней и просто так полежать. И в этих нехитрых занятиях было больше приятного, чем, наверное, во всей прежней жизни, поскольку здесь она могла быть собой. Никто не требовал от неё серьёзности и не нагружал обязанностями. Девочка просто наслаждалась компанией милой и весёлой подруги с забавной причёской. Хотя Рэд волосы Джинджер нравились гораздо больше, чем её собственные. Она могла часами перебирать их, расчёсывать пальцами и любоваться оттенками, которые дарил красным прядям солнечный свет…       А однажды она нашла в траве два небольших вороньих пера и воткнула в причёску Джинджер, которая была очень довольна: перья действительно подходили ей и придавали ещё более дикий и задорный вид. С тех пор она только так и ходила, не обращая внимания на знакомых, которые, завидев её издалека, начинали вопить «вождь краснокожих идёт!» и издавать какие-то дикие звуки. Ведь что ей мнение окружающих! Эти перья — подарок от Рэд. Доброй, жизнерадостной, красивой и умной… подруги.       Честно говоря, девочка уже сомневалась, что Рэд является ей просто подругой, и ей было с чем сравнивать: раньше у неё было много хороших друзей, но она ни к кому так не привязывалась. Что такого особенного было в этой Рэд? Да, у неё много хороших качеств, их можно перечислять бесконечно. Да, она появилась и поддержала в трудную минуту. Да, она единственная на данный момент подруга… Но Джинджер чувствовала на уровне интуиции, что дело было совсем не в этом. Рэд вызывала в ней какое-то чувство. Слабое, смутное, абстрактное, которое ей никогда не доводилось испытывать. Чуть сильнее, чем дружеская привязанность. Возможно, ему можно было бы дать имя, вот только слишком нечётким оно было. Но это не казалось проблемой. Наоборот, это чувство было довольно приятным, разве что… как будто чуть более взрослым и серьёзным, чем другие. В чём именно была его взрослость, Джинджер сказать не могла, однако она чувствовала себя немного посерьёзневшей и выросшей. Неужели с появлением Рэд всё стало только хуже, и Взрослость всё быстрее настигает её? Неужели во всём этом виновата девочка в красном? Нет, этого не могло быть! Рэд ведь такая хорошая… Впрочем, люди часто бывают лживы и коварны. Но не Рэд! Джинджер не хотела, нет, просто не могла в это поверить и решила просто продолжать радоваться моментам, которые они переживали вместе. В конце концов, возможно, ей просто показалось…       Рэд незаметно подобралась вплотную к Джинджер и, приподнявшись на локте, заглянула ей в лицо. Несколько секунд девочки неотрывно смотрели друг другу в глаза, пока уголки их губ не начали сами собой ползти вверх. Несколько секунд спустя они уже покатывались со смеху. Это был тот самый неловкий беспричинный смех, когда ты смотришь человеку в глаза, но не можешь сказать ничего толкового. И взгляд отвести не можешь, хотя и хочется. А щёки начинают пылать от выступающего румянца. Это происходило уже не раз и не два, так что девочки очень быстро успокоились и снова устроились на изрядно примятой траве и цветах, притиснувшись друг к другу. Было тепло, мягко, беззаботно. Рэд протянула руку и привычным жестом запустила пальцы в недавно подкрашенные волосы Джинджер. Девочка не возражала, ей были приятны прикосновения подруги, ведь она делала всё как надо — не тянула, но и не дотрагивалась раздражающе легко. Сразу становилось ещё уютнее, ещё легче на душе, цветы казались ещё красивее, а карканье ворон напоминало пение райских птиц.       Внезапно она почувствовала, что ладонь Рэд мягко скользнула по её щеке, и заметила лицо подруги, снова нависшее над ней. Это озадачило её — чего это девочке в красном сегодня неймётся? Да ещё и вид у неё какой-то серьёзный…       — Джинджер, — голос девочки прозвучал неожиданно глухо. — Я сейчас скажу кое-что бредовое, но, пожалуйста, послушай меня.       Это было как-то странно, но Джинджер кивнула, показывая, что готова слушать. Девочка в красном сделала глубокий вдох и выпалила:       — Ты мне нравишься, Джинджер. Сначала я не была в этом уверена, но прошло столько времени, и я поняла, что это действительно так. Меня с самой первой нашей встречи потянуло к тебе. Ты красивая, весёлая, смелая девушка. Я хочу находиться рядом с тобой, прикасаться к тебе и… — тут она вдруг замялась, прикусила губу, но спустя секунду продолжила ещё более сбивчиво и торопливо: — если ты не против, я бы очень хотела поцеловать тебя!       Произнеся эту тираду, Рэд замолчала, смущённо глядя на Джинджер. Её лицо по красноте могло соперничать с её же платьем. И немудрено: делать подобные признания трудно, особенно в первый раз. А что, если Джинджер разозлится? Что, если оттолкнёт её, убежит и никогда больше не вернётся? Но Джинджер молчала, пытаясь осознать произошедшее. Рэд, её лучшая подруга, только что призналась ей в любви.       И внезапно она поняла природу абстрактного чувства, беспокоившего её. Это была если не любовь, то влюблённость точно! А ведь это уже что-то более взрослое, чем дружба. Взрослое. И осознание этого поразило девочку даже больше, чем слова подруги. Действительно, то, от чего она убегала и пряталась на этом поле, здесь же её и настигло! И, что хуже всего, в этом всё ещё не было ничего неприятного. А ведь она зареклась взрослеть! Что же происходит? И почему желание Рэд не кажется ей таким уж странным или страшным?       Рэд между тем молча смотрела на Джинджер и ждала ответа. Любого, пусть он только разрушит эту зловещую тишину. Джинджер заметила это, опомнилась и выговорила наконец заплетающимся языком:       — Знаешь, я… не знаю, что сказать. Это так неожиданно. Но… ладно уж, целуй. Хуже ведь от этого не станет.       Последняя фраза прозвучала не слишком уверенно — всё-таки поцелуй это часть того, чему она так долго противилась. Но что ещё ей оставалось? Рэд смотрела так испуганно, так ждала ответа, а в глубине её глаз было столько надежды…       Девочка в красном мялась ещё несколько мгновений, а после внезапно подалась вперёд, и её губы столкнулись — иначе не сказать — с губами Джинджер. Та даже не знала, что делать и молча таращилась на Рэд, которая сделала ещё пару неумелых движений губами и отстранилась. Вид у неё был виноватый.       — Джинджер, ты извини, пожалуйста. Это была глупая просьба, такого больше не повторится! — сказала она и, как бы подтверждая сказанное, помотала головой и отодвинулась.       Над поляной повисло неловкое молчание. Девочки, которые минуту назад абсолютно доверяли друг другу, сейчас сидели, отвернувшись в разные стороны и опустив головы, в которых кипела бурная мыслительная деятельность. Джинджер никак не могла прийти в себя после случившегося. Лучшая подруга только что поцеловала её, и она сама позволила! Да ещё и так… так до ужаса по-взрослому, в губы! Почему, почему именно в губы?!       — А? — послышался за спиной голос Рэд.       «Я что, это вслух сказала?» — пронеслось в голове у Джинджер, и девочку прошиб пот. Она не отважится повторить свой вопрос, нет! Но в этом не было нужды, Рэд услышала всё с первого раза.       — А куда надо было? В руку, как даму в средневековье? Или в лоб, как покойника? — она явно хотела перевести всё в шутку. Как известно, это помогает сгладить конфликт. Джинджер решила подыграть.       — А чего сразу как покойника? Меня родители в детстве так целовали. Или ты хочешь сказать, что они заранее меня хоронили?       — Нет конечно. Просто это первое, что каждый раз приходит в голову. Ну так… ты не сердишься на меня?       Джинджер попыталась прислушаться к своим чувствам. Сердилась ли она? Нет, даже мысли не было. Смущение, смятение, шок — она испытывала всё что угодно, но не злость. На самом деле это сбивало с толку, ещё сильнее запутывая клубок сегодняшних мыслей. Но разберётся она с ними потом, сейчас не до этого. Нужно что-то ответить Рэд.       — Ни капельки. Почему я должна злиться, если сама позволила тебе это сделать? Да и ты не виновата в том, что я тебе нравлюсь, — последняя фраза прозвучала несколько глупо, и девочка тут же решила ввернуть не менее глупую шутку: — Ведь кому может не нравиться такая красотка как я? — и она скорчила рожицу.       Рэд прыснула.       — Не много ли вы о себе мните, сударыня? — поинтересовалась она.       — Не-а, — просто ответила Джинджер, снова падая в траву.