***
Тэхён приходит домой уставшим и подавленным. Сердце его разбито и сжато до мизерных размеров. Он сделал больно Хёджу. Собирался сделать самую большую ошибку в своей жизни… Тэхёну тошно от самого себя. Как он мог? Как он мог даже подумать о подобном? Но собирался ли? Смог бы он так просто отдать Хон? Сейчас Ким понимает, что нет. Что не смог бы. Даже если бы все его возненавидели за это. Даже если бы он возненавидел самого себя. Всё равно бы не смог. Телефон в кармане брюк оповещает о звонке и парень лениво его достаёт, видя на экране номер Чонгука. — Хён, я всё ей рассказал, — на прямую говорит Чон, а в его голосе слышаться нотки вины. — Прости, что ввязал тебя во всё это. Я не должен был. — Ничего, — безразлично отвечает Тэхён, опускаясь на диван. Сейчас ему хочется лишь одного — чтобы Хёджу его простила. На всё остальное ему глубоко плевать. — Ты любишь её? — осторожно спрашивает Чонгук, после минуты молчания. — Да, — он не видит смысла скрывать очевидное. С него достаточно лжи. — Тогда сделай всё, чтобы она была счастлива. Прошу, — искренне улыбается брюнет, желая чтобы у этих двоих всё было хорошо. — Хорошо, — подавленно отвечает Ким и сбрасывает. Ни хочется ни с кем говорить. Ни хочется что-то делать или о чём-то другом думать. Сейчас в мыслях Тэхёна плачущая и обманутая Хёджу, в глазах которой горит угасающее доверие и нарастающая обида. — Какой же я идиот, — Ким запускает пальцы в волосы и ложиться на диван головой вниз. Нужно срочно всё исправить, но как? Что ему теперь делать, когда никаких преград почти не осталось на пути? Конечно же, до последнего добиваться Хон. Во чтобы ему это не стоило.***
Тэхён подумал. Тэхён произнёс свою мысль в слух. Но в итоге ничего не сделал. Стоило ему увидеть на следующий день Хёджу, как смелость тут же пропала, словно её никогда и не было. Парень лишь совестно и с полными вины глазами смотрит на неё из далека, улыбаясь, когда она улыбается в компании подружек и изредка встречаясь мимолётными взглядами. Но и их было вполне достаточно, чтобы каждый из них начал дрожать от волнения и неровного дыхания. Каждому хотелось сорваться с места и подойти, крепко прижимаясь друг другу, но что-то не позволяло это сделать. В случае Тэхёна — вина и ненависть на самого себя, в случае Хёджу — обида и боль. Такая игра в гляделки продолжалась ровно три дня, пока Тэхён не начал сходить с ума от ломки и мучительного притяжения. Ему срочно нужно было хотя бы коснуться Хёджу. И он это сделал. Поймал её в коридоре и завлек в какую-то аудиторию, прижимая к стене и нависая сверху. — Остановись, — сразу же просит Хон, когда Ким прижимается губами к её лбу и трепетно обнимает за плечи. — Не могу, — повторяет её когда-то сказанные слова блондин, опуская глаза к губам брюнетки и мягко в них впиваясь. Хёджу позволяет целовать себя пять секунд, не больше, и начинает нехотя отрываться от тёплых губ, упрямо смотря в глаза. Тэхён тоже смотрит в глаза, но ничего не спешит говорить, наслаждаясь её присутствием и близостью. Он поднимает кисть и нежно касается пальцами щеки девушки, слыша её раздосадованный выдох и видя, как её голова льнёт к его ладони. Тэхён видит, что она не может сдержать себя, когда он так делает и ему становится безумно приятно. Потому что как бы сильно Хёджу не обижалась, она не может устоять перед ним. Это выше её сил. Сам Тэхён и её чувства к нему стоят намного выше гордого сопротивления. Но как бы то не было, обида берёт свое, и Хон разворачивается и уходит, получив свободу из клетки сильных рук. Ким отпускает её, потому что знает что в следующий раз он не обойдётся одним словосочетанием и поцелуем. В следующий раз он сделает всё возможное, чтобы она не ушла также как и сейчас, низко пустив голову.***
— Я же сказал, что не пойду никуда, — шипит Тэхён, сверкнув гневными глазами. — Нет. Ты пойдёшь. Тебя никто не спрашивает, вообще. Вставай, — нагло произносит Сокджин, хватая парня за руку и поднимая его с дивана. — Иди и развейся, герой-любовник. — Ты тоже всё знаешь? — ничуть не удивляется Ким, лениво надевая длинное чёрное пальто. — А то. Мы все уже знаем, друг мой, — улыбается Джин, сверкая хитрыми глазёнками. Тэхён лишь фырчит себе под нос и открывает дверь, выходя в подъезд. Парни спускаются к автозаправке и садятся в машину блондина. — Куда едем-то? — спрашивает парень, садясь за руль. — Ко мне домой. Там уже во всю идёт вечеринка и меня очень жалуют там видеть, так что жми скорее, — как какой-то богатенький отпрыск говорит Сокджин, улыбаясь. — Да-да, господин Ким, — высмеивает он друга, заводя автомобиль. Развеется и вправду не помешает, думает Тэхён, смотря на дорогу. Но когда они с Джином доходят до шумного и светящегося со всех сторон дома, резко передумывает и садится за один из барных столиков. — Что желаете, господин? — подходит к нему какая-то официантка с подносом и блондин слегка удивленно поднимает на неё глаза. Да уж, разодетая в развратный заячий костюм барышня — в стиле Ким Сокджина. Девушка улыбается фальшиво и натянуто, и Тэхёна почти воротит от её притворства и пошлого взгляда. Ни грамма стеснения. — Я всё возьму, — он берет поднос из её рук и взглядом просит уйти, видя в ответ недовольное фырканье. Тэхён не знает что в бокалах и даже не принюхавшись толком, выпивает всё сразу. Хорошо становится только после четвёртого захода, поэтому в мыслях появляется лёгкая туманность. Время проходит, а Тэхён уже совсем не понимает что творит. Он танцует в толпе людей и расслабленно улыбается, смотря на всех невидящим взглядом. Джин смотрит на всё это со стороны и довольно ухмыляется. Его план сработал. — Алло? Хёджу? — вежливо спрашивает Ким, стырив телефон Тэхёна из пальто. — А? Да, а с кем я говорю? — также вежливо спрашивает девушка, поняв что с ней говорит не владелец телефона, а кто-то другой. — Это Сокджин, друг Тэхёна. Тут такое дело, — начинает он слегка неловко, чтобы вызвать волнение и хитро улыбается, услышав слегка испуганное «что случилось?». — Ах, да ничего такого. Просто приходи и забери его, пожалуйста, я пришлю адрес, — и быстро отключается, чтобы не услышать возмущения. — Ну что? Сработало? — улыбаясь, спрашивает Чонгук. — Да, она сейчас приедет, — улыбается в ответ Джин. — Пошли. Надо забрать его, а то он вообще не в адеквате.