Полет феи

С чего начинается утро? У всех оно начинается по-разному: у любителей кофе — с Nescafe, у поэтов — с ласковых солнечных лучей. Алевтина не относила себя ни к тем, ни к другим, посему, она, как все нормальные люди, по крайней мере, ее возраста, боролась с собой, пытаясь выползти из теплой кровати под холодный промозглый дождь, и, одновременно с этим, поспать «еще пять минуточек». Когда Алевтина, наконец, переборола себя и поднялась с кровати, ее кожа покрылась мелкими «мурашками». Через два месяца лето, даже меньше, чем через два, а погода не то, что оставляет желать лучшего, но и не позволяет мечтать о лете. Девушка наскоро оделась и сложила рюкзак. Конечно, в десятом классе все нормальные люди носили с собой лишь несколько тетрадей, но Алевтина вечно сидела одна на последней парте, а потому, никак не могла даже делить учебники на двоих. Выходить под дождь не хотелось, но другого варианта у Алевтины не было. А когда, выйдя на улицу, девушка осознала, что случайно оставила дома зонтик, относительно нормальное настроение активно помахало Алевтине ручкой и скрылось в неизвестном направлении. Ветер на улице хлестал Алевтину по лицу, кидая в нее россыпи ледяных капель, завывал, скрадывая все окружающие звуки, полностью растворяя в себе весь шум улиц и немногочисленных людей. Даже несмотря на то, что дождь был несильный, скорее, простая морось, порывами срывавшаяся на дождь, Алевтина вмиг промокла и замерзла. Наконец, дойдя до школы под этим злосчастным дождем, девушка вбежала в нужный кабинет. — Из-з-звините з-за оп-поз-з-з-здание, Анастасия Игоревна! — простучала зубами Алевтина и быстро опустилась на последнюю парту. Видимо, из-за такого жалкого вида девушки, ей за опоздание даже замечание не написали. — Ну и погодка на улице! — темно-карие глаза Анастасии Игоревны чуть расширились от удивления. — И вид Алевтины это только подтверждает. Несмотря на то, что у каждого из учеников десятого «А» появилось жгучее желание рассмеяться, при Анастасии Игоревне, учительнице русского языка и литературы, никто никогда себе этого не позволял, было в ней что-то такое, что перекрывало всякое желание смеяться. Далеко не весенний дождь барабанил по стеклам весь день, дожидаясь момента, когда ученики пойдут домой, а взрослые с работы. Алевтина вернулась домой примерно в том же мокром и промерзшем виде, в каком пришла утром в школу. Возможно, даже в несколько худшем из-за проезжающих мимо машин, разбрызгивающих грязную воду. Мокрые волосы казались темнее обычного светло-русого оттенка и липли к лицу. С одежды девушки, как и с волос, текла вода. В общем, дождь постарался на славу. Алевтина грустно посмотрела на себя в зеркало и выжала на ковер длинные волосы, как бы ставя точку в своих сегодняшних путешествиях под дождем. Переодевшись и закутавшись поплотнее в плед, Алевтина углубилась в чтение учебника химии. Честно признаться, девушка очень не любила химию, но учить ее все равно приходилось. Наверное, химия была самым нелюбимым предметом Алевтины, хотя она очень не любила точные науки, наподобие алгебры, физики и информатики. Девушка была скорее гуманитарием. Вообще, если разобраться в характере и жизни Алевтины, то она была не самой заурядной девушкой, даже несколько сумасшедшей и странной. Друзей у Алевтины не было, она много раз пыталась с кем-то пообщаться, подружиться, но все убегали от нее при первом же разговоре, так что, скоро Алевтина оставила все попытки и стала неким волком-одиночкой. Гуляла одна, ни на какие кружки не ходила, в свободное время очень увлекалась мифологией и астрономией, читала книги. При этом девушка терпеть не могла всякие книжки про любовь, считая, что хороший детектив или фантастическая книга куда лучше всех этих «розовых соплей», которые всегда наматывали на кулаки герои любовных романов. Когда Алевтина закончила делать домашнее задание, уже начинало вечереть. Даже несмотря на то, что было уже начало апреля, темнело еще очень рано. К тому времени, как родители Алевтины пришли домой, девушка уже сидела за компьютером и быстро переключала вкладки, что-то отстукивая на клавиатуре и периодически пробегая глазами по монитору. Родители знали, что их дочь не переписывается с одноклассниками, а, как обычно, строчит какие-то выводы об астрономических телах или древних мифах, читает или узнает для себя что-то новое. — Аль, ты уроки сделала? — спросила мама Алевтины, Виолетта. — Да, мам! — быстро откликнулась та. — Ты снова ничего не ела? — Ну, мам, ты знаешь, я не хочу. Потом все съем. — ответила Алевтина. Виолетта вздохнула и пошла ужинать, хотя прекрасно знала, что Алевтина ничего не будет есть. Знала, потому что так было каждый день. Было и есть, ничего не изменилось. Пролистывая очередные описания мифических существ, Алевтина всегда оставляла небольшой отзыв. Иногда этот отзыв отправлялся на какой-нибудь форум, а иногда просто оставался в папке личных документов в качестве аннотации для самой себя. Но, тем не менее, такой отзыв существовал по каждому мифу, по всем астрономическим телам, по которым Алевтина успевала его писать. Родители предлагали создать свой блог, но девушка пока считала это излишним. Просидев за компьютером до самой глубокой ночи, потом, даже не выключая компьютера, она переползла на подоконник, включила там специальную лампу, укуталась в одеяло, достала термос с горячим чаем, который всегда пила по ночам, читая книгу на подоконнике. Сегодня она тоже углубилась в чтение. Заснула Алевтина уже под утро, когда из-за долгих туч выглянули первые ночные звезды. Заснула девушка прямо на подоконнике, и сладко спала там до самого утра.

Два дня спустя.

Это было обычное утро обычного дня, хотя, для Алевтины день выдался на редкость необычным. Еще с самого раннего утра родители Алевтины собрали вещи и, в дикой спешке, уехали на дачу. Обычно Алевтина, которая очень любила свежий воздух и прогулки на природе, ехала с ними, но в этот раз у нее просто не оказалось настроения куда-либо ехать и что-то делать, так что, она осталась в кровати и вновь заснула. Алевтина находилась в старом городе из серого камня. Все в этом городе было унылым и печальным, на улицах стояла несколько зловещая тишина, но Алевтина не чувствовала одиночества. Определенно, она была здесь не одна. Девушка каким-то шестым чувством ощущала, что в этом городе не пусто, что какие-то люди (люди ли?) наблюдают за ней. Она чувствовала на себе отовсюду почти материальные взгляды, со всех сторон к ней приглядывались, проверяли. Вдруг весь город вмиг переменился, заиграла веселая музыка, город ожил, а вокруг простерлась поляна, разделенная на четыре равных треугольника. В одном из треугольников, ровно по всему его периметру располагалось озеро. На поверхности этого необычного треугольного озера блестели кувшинки, водная гладь же сияла и переливалась. На другой части, противоположной водной, пылал огонь, языки пламени взметались высоко вверх. Самым странным у этой части поляны было, так же, то, что огонь, хотя и пылал очень ярко, не заходил на другие стороны, будто сталкиваясь с невидимой преградой. На третьей части был небольшой, невысокий, но очень темный лес, в котором щебетали невидимые людскому глазу птицы. Четвертая сторона поражала Алевтину больше всего: на ней не было ни леса, ни огня, ни воды... Да вообще ничего не было. Максимум — большая яма, дыра в земле. Алевтина просто стояла около этой поляны, не заходя ни на одну из треугольных частей. Она чувствовала, что что-то одно выбрать ей придется, но никак не могла определиться. Больше всего девушку манили озеро и яма, но их влияние ощущалось примерно одинаково. Вдруг подул сильный ветер, такой, что Алевтина чуть не упала в огонь, но она вовремя откинулась назад. Решив, что порыв ветра — это какой-то знак, девушка поползла к сектору с ямой. Ветер подталкивал ее в спину, отчего ползти было гораздо легче, но казалось, что прошла целая вечность, прежде, чем Алевтина, наконец, добралась до треугольной ямы, хотя прошло не больше нескольких мгновений. Яма оказалась куда более глубокой, чем сперва казалось девушке. Она уходила глубоко вниз, туда, докуда даже свет уже не долетал. Алевтина в нерешительности замерла, склонившись над гигантской ямой, опираясь руками об ее край. Надо было решать, что ей делать дальше. Прыгать в неизвестную и пугающую темноту было страшно, но Алевтина не была бы собой, если бы не сделала этого. Собравшись с духом, девушка встала, не обращая внимания на порывистый ветер, и сделала шаг. Ветер взвыл в ушах, Алевтина была уверена, что она сейчас упадет. И она действительно упала, но не вниз, как падают все, а вверх. Она почувствовала упругий толчок воздуха, в груди на миг возникло ощущение страшной свободы. Краем глаза Алевтина уловила движение, а потом, сразу же, даже не успев заметить, что же там двигался, проснулась. Точнее, проснулась она от того, что в квартире в этот момент определенно что-то происходило. Алевтина резко вскочила на кровати, ее комната была гораздо темнее, чем обычно. Но даже не это напугало Алевтину, а то, что комната вдруг резко начала увеличиваться, вырастая до таких размеров, что девушка казалась на ее фоне не больше яблока. Мгновения тянулись, а Алевтина вдруг осознала, что не комната выросла, а она сама непростительно уменьшилась. Вдруг руки девушки обожгла боль невиданной силы, Алевтине на миг стало настолько больно, что упала на пол, окончательно выпав из реальности. Несмотря на то, что боль в ладонях длилась мгновение, девушке очень тяжело было прийти в себя. — Ну, ты и слабенькая! — рассмеялся кто-то рядом женским голосом. — Как же ты будешь ждать, пока вырастут крылья? — спросил тот же голос, уже не смеясь, но, видимо, еще улыбаясь. Когда у Алевтины в глазах прояснилось, она увидела девушку с огненно-рыжими волосами по плечи. Небесно-голубые глаза смотрели на нее уверено, но, между тем, еще и с нескрываемой искрой смеха. Казалось, что эта девушка улыбается не только губами, но и глазами. — Кто ты такая? Что ты здесь делаешь? Какие крылья? О чем ты вообще? — завалила незваную гостью большим количеством вопросов Алевтина. — Я Милора, можно просто Мила. — улыбнулась рыжеволосая, — Ах, да, ты ведь еще не в курсе… Теперь ты фея воздуха! — Я Алевтина, можно Аля. — пробормотала девушка, а потом ошалело добавила: — Кто я? — Приятно. Ну, фея. Существо такое с крылышками и с магией. Я не знаю, как тебе еще объяснить. — Милора мотнула головой, раскидав по лицу рыжие волосы. Именно в этот момент Алевтина впервые поймала себя на том, что ей очень нравится внешность и голос Милоры. — Фей нет. Глупый розыгрыш, — пробормотала Алевтина, поднимаясь с пола. — Эх, все вы одинаковые! Ни во что не верите! — вздохнула Милора и вдруг резко выкинула вперед руки, ее открытые ладони напряженно испускали какую-то странную, еле видимую энергию. В комнате резко поднялся сильный ветер, светло-русые волосы Алевтины трепетать на ветру, который без влияния магической помощи никак не мог появиться в закрытом помещении. — Я верю, верю! — поспешно крикнула Алевтина, ловя разлетающиеся по комнате тетрадки. Милора сразу же убрала руки и ветер прекратился. — Ты тоже фея? — зачем-то спросила новоиспеченная фея воздуха, поправляя торчащие во все стороны светло-русые волосы. — Да, я тоже. — Если я фея, то что мне надо делать? — наконец, спросила Алевтина, на полном серьезе поверив этой рыжеволосой девушке, которая без разрешения мистическим образом попала к ней в квартиру и устроила тут мини-ураган. — Пока ничего. Хотя, тебя иногда может перекидывать в состояние феи и обратно, но пока тебе лучше учиться и вести себя как обычный человек. — вздохнула Милора. — Мила, а почему я не могу полететь с тобой в какое-то магическое измерение? — грустно спросила Алевтина, которой давно уже до дикости надоели эти уроки. — Знаешь, сама спросила — сама ответила. Летать ты действительно не можешь, но только пока крылья у тебя не вырастут. Сказав это, Милора помахала рукой и, легко взобравшись на подоконник, вылезла в открытое окно, оставляя после себя аромат розовых духов. — Мила, а как же… — хотела что-то спросить девушка, оставшаяся в полном одиночестве, но понимая, что спрашивать уже не у кого, махнула рукой в пространство и пошла делать уроки.