Полет феи

Через два дня после того странного сна и необычной девушки Милоры, Алевтина сидела дома и размышляла, чем бы ей заняться. Конечно, ей обязательно надо было заболеть сразу после того, как она узнала, что она фея воздуха. И вот, теперь она лежала дома с высокой температурой и размышляла, что бы сделать, чтобы голова болела не так сильно. Потирая больную голову рукой, Алевтина встала с кровати и пошла за водой. Голова заболела еще сильнее, от слабости девушку мотнуло обратно на кровать, но, в общем и целом, добраться до кухни представлялось вполне возможным. Аккуратно, готовясь при любом ухудшении самочувствия опереться на стенку, Алевтина дошла до кухни и нашла себе кружку с уже налитой водой. Спокойно, хотя, пожалуй, не слишком спокойно, так как самочувствие Алевтины оставляло желать лучшего, попивая воду, она размышляла о своей чересчур злобной судьбе. Как вдруг, в соседней комнате раздался грохот, какой бывает от падения чего-либо стеклянного на пол. По спине Алевтины сразу же побежали мурашки, а в животе появилось стойкое ощущение пустоты, какое обычно возникает при падении с высоты. Дома Алевтина была одна, она знала это совершенно точно, но готова была поклясться, что услышала тихие шаги в соседней комнате. Как раз в той, из которой донесся грохот. Тишина вмиг стала абсолютной, Алевтина затаила дыхание и прислушалась, надеясь найти хоть какой-то ответ о том, кто же сейчас беспрепятственно разгуливает по ее комнате. С той стороны тоже затихли, но Алевтина точно знала, что показаться ей не могло. Вообще, людям очень редко мерещатся падающие стекляшки и шаги кого-то несуществующего. Собравшись с духом, девушка сделала несколько шагов в сторону комнаты, притаившись у самых дверей. Признаться, у нее возникло желание взять с собой кухонный нож, но шаги повторились и времени размышлять уже не осталось. За пару мгновений разработав дальнейший план действий, Алевтина сделала быстрый резкий выпад, готовая при малейшей необходимости отскочить в сторону, но отскакивать было не зачем: прямо перед собой она увидела рыжеволосую девушку с небесно-голубыми задорными глазами. — Блин! Мила! Ну и умеешь же ты пугать людей! — вздохнула Алевтина, морщась от резкой головной боли. — Прости, я не знала. — серьезно сказала Милора и вдруг рассмеялась. — Эй, ты чего? Это вообще-то не смешно. — обижено выдохнула Алевтина. — Да, ты права. Не смешно. Просто, ты бы видела свое лицо, когда сюда прибежала… — Милора продолжала смеяться, а Алевтина со своим чрезвычайно живым воображением живо представила себе лицо, с которым напуганный человек может вбегать в комнату, полную тайн и опасностей, и тоже засмеялась. — Так зачем ты пришла? — наконец, отсмеявшись, спросила Алевтина. — Просто я подумала, что тебе скучно и решила зайти. — Спасибо, Мила, ты развеяла мою скуку и заставила меня смеяться! — с некой саркастической нотой в голосе произнесла Алевтина. — Кстати, Аля, ты не обижаешься на меня? — поинтересовалась рыжеволосая. — Почему я должна на тебя обижаться? — напряглась девушка, к которой уже начали возвращаться слабость и головные боли, временно перекрытые адреналином, из-за которого, как известно, забываешь обо всем на свете. — Ну-у, это же была твоя ваза? — смутившись, поинтересовалась Милора. Взгляд Алевтины сразу упал на осколки маминой любимой вазы. Эту вазу ей подарила ее мама, бабушка самой Алевтины. Ваза действительно была красивой и необычной, хотя немного и не в ее вкусе: узоры из изящных прозрачных роз переплетались с обычными ничем непримечательными ромашками, которые, тем не менее, поражали своей необычностью. Единственное, что совершенно не нравилось Алевтине в этой вазе, это то, что она казалась слишком громоздкой, хоть и на самом деле была стандартного для вазы размера. Алевтина молча подняла глаза на Милору, ничего не говоря. — Вообще, это любимая ваза моей мамы…была. — вздохнула она. — Аля, пожалуйста, не обижайся… — как-то слегка жалобно попросила девушка, умоляюще глядя на девушку. — Да ладно, но перед этим надо подумать, что мне соврать маме. Если я скажу, что вазу разбила фея воздуха, которая по своему желанию появляется в моем доме и пугает меня, то, скорее всего, попаду в психушку. — Ага, — рассмеялась Милора. — Это реально необычно будет, если ты так скажешь. — Да успокойся, не буду я говорить, что это была ты. У меня на ближайшее будущее нет планов, связанных с психушкой. — Знаешь, мне пора. Я вообще только на минуту зашла. Просто, хотела спросить, как ты. Ты же не обижаешься? — Нет, Мила, все хорошо. Удачи тебе. — спокойно ответила Алевтина. В глазах Милоры отразилось нескрываемое облегчение. Она попрощалась с девушкой и, как обычно, вылезла в окно. Алевтина даже не волновалась, так как хорошо понимала, что Милора не разобьется. «Эх, поскорей бы уже с другими феями познакомиться! Хотя, я, возможно, вовсе и не фея», — такие не очень оптимистичные мысли в голове очень быстро сменились размышлениями о том, что же делать с вазой. Не найдя ничего лучше, чем просто поднять с пола осколки и попытаться собрать из них некое подобие вазы, Алевтина сидела на корточках и складывала в фигуру самые большие куски вазы, попыталась их снова разнять, с изумлением обнаружив, что они соединены между собой будто под влиянием какого-то суперклея. «Может, мне это кажется?», — подумала девушка, соединяя очередные два осколка, которые тоже мистическим образом слились воедино. Решив еще раз проверить свою догадку, она подняла куски вазы и посмотрела их на свет. Так и есть, на них не было ни то, что трещины или раскола, а даже маленькой царапины. Казалось, что кто-то просто отмотал время назад и ваза восстановилась. Удивляясь тому, что Милора даже не попыталась восстановить вазу сама, Алевтина заправила выбившиеся из прически пряди за уши и принялась аккуратно, по кусочкам собирать вазу. Работа над вазой шла очень долго, может, даже несколько часов. За это время Алевтина заметила кое-что странное: во-первых, осколки, сложенные неправильно, не срастались, так что, пришлось довольно легко, а во-вторых, во время «сращивания» вазы Алевтине становилось лучше с каждой секундой. Это казалось несколько необычным, но разве Алевтина не мечтала о приключениях? Наконец, работа над вазой была завершена, и девушка в полном здравии поставила ее на стол, с которого она упала. Любуясь проделанной работой, Алевтина отошла к стене, задела спиной стену и почувствовала, что мир куда-то уплывает. В глазах девушки резко потемнело и ее сознание отключилось. Адская боль пронзала не только спину феи воздуха, но и все ее тело, может, в какой-то степени даже душу. Алевтина дрожала, каталась по полу, но не чувствовала и не видела всего этого. Ужасная боль ослепляла ее, выкидывала из реальности. Сколько Алевтина пролежала в беспамятстве, она не знала. Ей казалось, что прошла целая вечность, хотя, в действительности, не прошло еще и десяти минут. Боль ушла так же резко, как и появилась, только теперь на спине возникло небольшое ощущение чего-то чужеродного. Спина жутко чесалась, но почесать ее Алевтина была не в силах. Этот приступ ужасной боли выкачал из Алевтины все силы, которых из-за болезни у нее и до этого было немного. Она заползла на кровать и устроилась поудобнее в надежде заснуть. Заснуть ей удалось. Родители пришли с работы, увидели спящую дочь и легли спать, а Алевтина, уставшая за день больше, чем уставала в школе, даже не проснулась от всего шума, что устраивали ее родители. Темная ночь. Часы тихо отстукивали мгновения. Весь дом ночью жил одной лишь тишиной. За окном тускло светили звезды. Почти во всех окнах дома, в котором жила Алевтина с родителями, свет уже не горел, так что вокруг была темнота, лишь немного перебиваемая светом звезд. Именно в этот прекрасный ночной час Алевтина проснулась. Ей не снились страшные сны, больше ничего не болело, но проснулась, скорее, в предвкушении. Чего именно она ожидала, она не могла сказать, да и не смогла бы, наверное, еще долго, если бы не услышала тихий шепот. Сначала Алевтина решила даже, что ей это только показалось, но нет. — Аля! Аль! Ты спишь? Вставай! — тихо прошептал кто-то из дверного проема. Несмотря на то, что Алевтина никогда не слышала шепота рыжеволосой феи воздуха, она все равно его узнала. Конечно, кто еще мог заявиться к ней ночью, как не Милора? — Привет, Мила, что ты тут делаешь? — так же тихо прошептала в ответ вторая фея воздуха. — Я к тебе зашла. Просто сегодня днем я очень спешила, а сейчас вполне могу с тобой пообщаться. Хочешь посмотреть на звезды с крыши? Там сейчас такой прекрасный вид! — воодушевленно прошептала Милора, чуть не перейдя на свой обычный голос. — Ну, ладно, давай. Только я переоденусь. Хорошо? Не хочешь выйти, там, нет? — Да чего здесь стесняться? Все свои! — прошептали из прохода и завозились. Алевтина вздохнула и встала с кровати, оглядывая шкаф в поисках одежды. Джинсы и какую-то белую майку с рисунком девушка нашла быстро. Стараясь не смотреть на Милору, она сняла с себя ночнушку, оставаясь в одном нижнем белье, и принялась одеваться. Положение осложняло то, что Алевтина чувствовала на себе почти осязаемый взгляд Милоры. — Мила, может, ты все-таки отойдешь? Мне как-то некомфортно. — Алевтина развернулась к рыжеволосой и сразу же наткнулась на величественный взгляд, осматривающий ее с ног до головы. — Знаешь, ты очень даже ничего… — несколько странно ухмыльнулась она, но тут же ее лицо приняло вполне нормальное выражение. — Собирайся быстрее. Я тебя подожду на балконе. Милора совершенно спокойно и очень быстро скрылась на открытом балконе. Алевтина просто смотрела на свою подругу, понимая, какая странная была у той ухмылка. «Но блин! Как же Миле идет то выражение лица! Она, кажется, даже красивее, чем во все остальные моменты!», — отгоняя эти мысли, которые ужаснули ее саму, Алевтина спешно натянула на себя джинсы и сбегала в коридор за курткой. Уже в куртке Алевтина выбежала на балкон. — А как мы поднимемся? — тихо спросила она у Милоры. — Аля, включи дедукцию, или как там это называется, — рассмеялась в ответ Милора. — Мы феи воздуха. Ничего не напоминает? — Полетим? Попросим ветер нас туда доставить? — попыталась угадать девушка. Рыжеволосая фея прекратила смеяться. На ее лице появилось некоторое удивление и озадаченность. — Ты что, действительно не пробовала еще колдовать? — Э-э, нет… То есть, немного. Я собрала ту вазу. — замялась Алевтина, но спешно продолжила свою фразу. — Ты восстановила вазу?! Из осколков?! — изумленно воскликнула Милора, вскинув брови вверх. — А что не так? Милора полностью проигнорировала вопрос подруги. Она вытянула руки вперед и аккуратно ими всплеснула, раскидывая по сторонам яркие серебристо-голубоватые искры. За спиной у девушки появились красивые почти прозрачные крылья, как у бабочек, только с еле заметным узором. Конечно, цвет крыльев трудно было разобрать в темноте, лишь при свете бледно-голубых звезд, но форма и узор были довольно необычными даже для стандартных бабочек. — Ва-ау! — выдохнула Алевтина, с замиранием сердца разглядывая красивые крылья подруги-феи. — Неужели и у меня такие будут? — Будут, но, скорее всего, не цветные. У фей одной стихии они чаще прозрачные, как и у многих фей воздуха, а у фей двух сил, что случается реже, крылья имеют цвет второй дополнительной силы. — улыбнулась Милора, изящно махнув прозрачными крыльями, — Кстати, с ними я могу видеть крылья других фей даже в нематериальном виде. У тебя они тоже есть, правда пока еще маленькие. — продолжила она. — А они могут выдержать двух человек? — с легким недоверием спросила Алевтина. — Мои могут, но я все равно надеюсь, что ты весишь не очень много. — хихикнула рыжеволосая. — Давай руку. Алевтина с некоторым подозрением протянула Милоре руку. Девушка легко сжала запястье Алевтины. Крылья за спиной Милоры затрепетали. Зрелище это было незабываемое. Крылья были окутаны перламутровым розово-фиолетовым сиянием и трепетали, как листья на ветру. Рыжеволосая фея, волосы которой, впрочем, в темноте, казались не рыжими, а темно-коричневыми, почти черными, устремилась вверх, делая легкие взмахи крыльями. Лететь пришлось недолго, но за это время у девушек успели сильно заболеть руки. Времени подумать о том, что завтра на запястьях, вероятнее всего, будут следы, о том, что Алевтина вообще чуть не вывихнула руку, не было. Приземлившись на крышу, Милора сложила крылья. Было видно, что та очень устала, пока тащила свою знакомую. На крыше дома было очень красиво. Россыпи звезд в небе сияли и создавали прекрасную романтическую атмосферу, давали девушкам по-другому смотреть на мир. «Эх, если б с парнем каким… — мечтательно подумала Алевтина. — Хотя, и так очень даже нормально…» Девушки сидели на крыше и смотрели на звезды. Алевтина, очень любившая астрономию, понемногу стала рассказывать про звезды Милоре, которая, на удивление, почти ничего не знала о ночном небе. — Знаешь, я до сих пор не могу понять, почему у тебя получилось собрать вазу. — вдруг произнесла Милора. — Понимаешь, Аль, для этого надо было каким-то образом отмотать время назад. Это обычно не дано феям. Знаешь, я ведь за это время должна была навестить тебя только один раз, просто ты уж очень мне понравилась своей необычностью. — Я не мешаю вам? Милора, ты ведь знаешь, что все должны находиться в школах по ночам. А прогулки по этому миру вообще запрещены! — раздался резкий голос за спинами девушек. Алевтина и Милора повернулись на голос и увидели высокую женщину с темными волосами. Милора, увидев эту особу, вся сжалась и прижалась сильнее к Алевтине. — Мешаешь. — серьезно ответила Алевтина на вопрос этой странной женщины, которая полностью отталкивала своим видом и, судя по всему, характером. Темноволосая женщина с изумлением вскинула брови, глаза той почти в прямом смысле полезли на лоб. — Где ваше уважение ко мне? — почти крикнула женщина. — Какое уважение? Хотя да, возможно, я ошиблась с возрастом. Не мешайте нам смотреть на звезды, — не обращая внимания на толчки локтем, которые она получала от Милоры, спокойно сказала Алевтина, по-прежнему не отворачиваясь назад. — Да как ты смеешь?! — почти взвизгнула темноволосая женщина. — Только феей стала, а уже оскорбляешь меня! Меня! — продолжала взрываться она. — О, так вы тоже фея, а я думала, феи только добрые бывают… — Милора! Как только она попадет в школу, вызову вас к себе! У тебя ненормальная подопечная! — Простите, Игнесса Федоровна… — тихо прошептала Милора, бледнея. — Я вам двоим такую жизнь устрою! Вы у меня еще узнаете! Все узнаете! — закричала женщина и начала окутываться золотым сиянием. — Припомню вам это! Когда женщина полностью растворилась в воздухе, Милора вздохнула и посмотрела на Алевтину. — Что ты наделала? — В смысле? — не поняла Алевтина. — У нас будут большие проблемы в «Воздушной Школе»… И не смотри на меня так, будто ты не знала, что феи тоже обучаются в школах. Даже, если ты действительно не знала. — Ладно, получится выкрутиться, может. — попыталась успокоить подругу Алевтина. Рыжеволосая фея намотала прядь своих волос на палец и задумчиво посмотрела на них. На улице было уже не так темно, как ночью, но небо понемногу затягивалось тучами. Девушки еще довольно долго сидели и молчали, глядя на серые тучи, скрывавшие уже основную часть неба. Тучи явно собирались пролиться на землю дождем, но девушки на крыше все еще сидели. Даже когда первые капли дождя упали с небес, обе воздушные феи еще сидели на крыше здания и молчали. Им было хорошо даже без слов, как очень часто бывает настоящим друзьям, ну или, влюбленным. Хотя, в этом случае, скорее, все же, друзьям. Около шести утра Милора попрощалась с Алевтиной, предварительно перенеся ту на балкон, и на крыльях улетела в неизвестном направлении. Алевтина же постояла еще несколько минут на балконе, а потом вошла в комнату и легла спать. Сон пришел очень быстро, но поспать девушке дали лишь час, так как после этого ее разбудили родители. Померив температуру, и получив слегка пониженный градус, видимо, из-за того, что она очень долго посидела ночью на холоде под открытым небом, родители решили оставить Алевтину дома еще на один день. Но все это произошло потом, а пока Алевтина спала и смотрела сон, в котором та злая женщина, которая имела какое-то отношение к школе фей, ставила им двойки и злилась на них с Милой по любому поводу. *** Утром, точнее, как утром? Утром это было только для Алевтины, так как у нормальных людей день был в самом разгаре. Просыпаться в час было плюсом всех болеющих школьников. Кое-как расчесав светло-русые волосы, девушка включила компьютер и стала читать мифы. Перечитывая свой любимый миф про Прометея, Алевтина не замечала течения времени. Да и торопиться ей было некуда. Если Милора постоянно куда-то спешила, то Алевтина не спешила даже в школу, когда выбегала из дома за минуту до начала занятий. Смысла куда-то вечно торопиться она не видела. Но не успела девушка дочитать миф, как ей снова заболела спина. В этот раз она болела не настолько сильно, насколько в прошлый раз, но все равно терпеть эту боль было почти невозможно, так что, Алевтина снова лежала на полу и тяжело дышала в момент, когда увидела перед собой свою рыжеволосую подругу. — Это твои крылья растут. Они, кстати, уже довольно большие. Завтра-послезавтра сможем лететь с тобой в мир фей. — улыбнулась Милора. — Мила, а почему вы все так боитесь эту Изольду… Агнессу… Как ее? Ну, ты поняла. — спросила Алевтина, поднимаясь с пола. — Просто, она может сделать с тобой что угодно. То есть, — Милора запнулась. — С любым учеником. — И что? Ну, мы же справимся? — Хотелось бы в это верить. — пробормотала Милора, — Я заскочила ненадолго. Собирайся там, понемногу. Завтра летим. — наконец, уверено сказала она. Удачи тебе, короче. Они наскоро обнялись, и рыжеволосая фея побежала по своим делам. Алевтина осталась одна. Она дочитала миф про Прометея, а потом стала собирать вещи. Она не представляла, как они полетят с чемоданами, но вскоре это отошло на второй план, так как девушка никак не могла определиться, что именно впихнуть в такой маленький чемодан. Уже к вечеру, когда родители Алевтины открывали ключами дверь, возвращаясь с работы, фея воздуха затолкала чемодан под кровать и включила компьютер. Сидела за компьютером Алевтина до поздней ночи, и только в часа три легла спать. Мало того, она еще довольно долго лежала в кровати и в мельчайших подробностях представляла завтрашний полет в мир фей.