Полет феи

Киора стояла посреди зала в Школе магов. На часах было без пяти семь. Только что девушка вбежала в этот зал и теперь в некоторой растерянности оглядывала всех пришедших. Она и так прекрасно видела, что Алевтина до сих пор не пришла, хоть собраться все должны были еще сорок пять... Киора взглянула на часы на стене. Нет, сорок шесть минут назад. Разумеется, Киора волновалась. Полчаса назад с ней связался Вельиор, сказавший ей, что собрались почти все. Наконец, немного пришедшая в себя Киора отправила Вельиора и Лумину искать ученицу по всему замку, а сама спустилась в парк около школы. Девушка прошла весь парк вдоль и поперек, на улице стало холоднее. Ни для кого не секрет, что в мире магии по ночам гораздо холоднее, особенно тогда, когда в обычном мире царствует старушка-зима. Киора мерзла, но продолжала пробираться по самым заросшим дорожкам с колючими кустами, даже не замечая этого факта. Ступала она неслышно, на всякий случай, чтобы не потревожить магических существ, дремлющих в парках по ночам. Одна из колючих веток хлестнула директрису по щеке. От неожиданности та коротко вскрикнула и отскочила, дотронулась рукой до щеки, убедившись, что ощутимых повреждений нет, Киора продолжила дорогу. Понемногу на небо взошла луна, освещая мир сквозь ветви деревьев в парке. Пройдя еще немного, девушка вышла на просторную поляну. Вдали горело яркое фиолетовое пятно. Решив, что это может быть ключом к разгадке, Киора бросилась туда. Добравшись до самого края поляны, она замерла. Ее взору открылась необычная картина: Алевтина лежала с закрытыми глазами рядом с каким-то парнем, их обнимал крыльями огромный фиолетовый дракон. Как только Киора подошла, он приоткрыл один глаз и выпустил тонкую струю дыма. Киора замерла, не рискуя шевелиться под настороженным взглядом фиолетового дракона. Злить магических существ было зачастую слишком опасно для собственного здоровья и здоровья окружающих. Бессмертной же Киора, увы, не была. Дракон внимательно изучал девушку, чуть сузив свои темные глаза. Наконец, определившись, дракон стал медленно подниматься и тянуть голову к директрисе Школы Четырех Стихий. Потревоженные движениями огромного ящера, Алевтина и лежавший рядом с ней парень вскочили. Дракон отчаянно заревел и взлетел, хлопая тяжелыми кожистыми крыльями. Он незримой нитью заскользил над лесом и вскоре исчез. Киора серьезно смотрела на Алевтину, которая, взглянув на часы, опустила голову, пряча глаза. По директрисе было видно, что она очень хочет сказать что-то очень нелестное, но, к удивлению Алевтины, она промолчала и развернулась, молча призывая идти за ней. Алевтина бросила хмурый взгляд на Артура, который, похоже, собирался под любым предлогом остаться здесь. Пока Алевтина строила своему новому другу умоляющие глаза, Киора очередной раз развернулась. — Молодой человек, вас я попрошу пройти за мной, — холодно сказала она, разглядывая Алевтину и Артура. — С чего бы мне идти за вами? — пряча волнение за наглостью поинтересовался он. — С того, что драконы редки в наше время. Их запрещено держать в неволе, а тем более, в магической школе! А вы старательно нарушили эти правила, — коротко прокомментировала она. — Подождите! — окликнул Артур Киору, видя, что та снова собирается отвернуться, — Не говорите никому, прошу вас! Он сам ко мне прилетел! Не говорите! Он мой друг! Я вас прошу, нам ведь придется навсегда с ним расстаться! Вы не понимаете! — почти кричал он. Киора замерла, задумчиво пробежала взглядом по деревьям, за которыми скрылся дракон, а потом опустила взгляд обратно. Какое-то время девушка задумчиво вглядывалась в лицо Артура, будто пытаясь что-то определить, затем кивнула: — Ладно, — выдохнула она и пошла вперед. Алевтина и Артур последовали за ней. Алевтина всю дорогу невольно чувствовала себя виноватой, она прекрасно осознавала, что виновата перед всеми, потому старательно смотрела в пол. Когда они вошли в огромную мраморную залу, в которой собирались полдня назад, там уже не было никого из учеников. Посреди зала за круглым столом сидел Вельиор, как только в помещение вошла Киора, тот хмыкнул и расплылся в довольно приветливой улыбке. — Кирочка, милая... — начал было он, но Киора быстро его прервала: — Первое: я тебе не Кирочка. Второе: я тебе не милая, — холодно отозвалась Киора. — Как скажешь, — откликнулся Вельиор, — Ты ведь нашла всех, кого хотела? — со зловещей ухмылкой поинтересовался он, глядя прямо на Киору. — Да, спасибо, за меня можешь не волноваться. Вельиор мудро промолчал в ответ, перевел взгляд на фею и мага, которые стояли за спиной директрисы и смущенно жались друг к другу и продолжил говорить: — Раз ты всех нашла, можешь идти обратно, — спокойно объяснил он и отвернулся. Киора развернулась, скользнула взглядом по Алевтине, стоящей позади, и пошла к зеркальному порталу.

***

При одной мысли о том, что им надо будет возвращаться в замок таким опасным методом, Алевтина содрогнулась, но, к ее собственному удивлению, переход сквозь портал прошел без каких-либо происшествий. То ли ведьмы со всей нечистью решили отдохнуть, то ли еще что-то, но Алевтина, ожидавшая очередных приключений, даже немного огорчилась этому факту. Киора молчала всю дорогу, будто даже не замечая, что движется по темному коридору не одна. Алевтина тоже не решалась начинать с ней разговор, по-прежнему не понимая степень злости директрисы Школы Четырех Стихий. Когда обе феи без приключений добрались до здания Школы, Киора устало вздохнула: — Свободна, — холодно сказала она, вновь лишь скользнув по Алевтине взглядом темных, почти черных глаз. Алевтина несколько мгновений в нерешительности переминалась с ноги на ногу, а потом тихонько произнесла: — Извините... Киора задумчиво взглянула на нее, только в этот раз куда более осознанно. — Извините, пожалуйста. Я не хотела. Просто дракон был такой теплый... — вновь попыталась оправдаться Алевтина, а Киора неожиданно очень тепло улыбнулась. Алевтина с непониманием смотрела на директрису, которая неопределенно качнула головой. Вдруг Алевтина совершенно точно почувствовала, что не дождется ответа и развернулась к лестнице, ведущей на нужный этаж. — Со всеми бывает. Спокойной ночи, — услышала она фразу, брошенную почти в никуда.

***

На утро Алевтина проснулась куда раньше обычного и долго разглядывала потолок над собой. События прошлого вечера особенно четко отпечатались в сердце. Только Алевтина все еще чувствовала себя виноватой перед другими. Закончив созерцать потолок и забивать голову странными мыслями по поводу вчерашнего, фея поднялась с кровати и решила наведаться к Милоре, с которой не виделась со вчерашнего утра, в соседнюю часть комнаты. Алевтина надавила на ручку. Дверь легко отворилась, открывая перед собой просторную комнату, совершенно пустую. Алевтина в изумлении замерла на пороге. Она прекрасно понимала, что раз Милоры тут нет в такое время, то она в комнате не ночевала. Постояв еще несколько минут на пороге, девушка, все же, решила отправиться искать свою соседку. Часы в замке тихо отбивали секунды, Школа, еще с самого вечера погрузившаяся в тишину, продолжала упорно молчать, издавая лишь тихий стук часов на стенах. Только-только посеревший горизонт подмигивал в окно поднимающимся рассветом. Алевтина шла по зданию Школы Четырех Стихий, пытаясь найти выход. Она немного волновалась за Милору, которая, хоть и любила сидеть вечерами в самых непредсказуемых местах, она всегда возвращалась до поздней ночи. Вскоре девушка перешла на бег. Она сама не знала, откуда такая уверенность в том, что она может не успеть. Выскочив на улицу, Алевтина поежилась: на улице было холодно, а она выскочила из школы даже без куртки. Покинув здание, Алевтина в нерешительности остановилась, понятия не имея, что ей делать дальше. Холод дышал со всех сторон, заставляя фею дрожать. В груди по-прежнему пульсировало чувство того, что Милора в опасности, только вот Алевтина совсем не знала, где ее искать. Решив наконец что-то для себя, девушка быстрым шагом двинулась по саду, окружавшему Школу Четырех Стихий. Понемногу занимался рассвет, из-за деревьев и огромного поля за территорией школьного сада выкатывался круглый розово-желтый мяч солнца. Алевтина приобнимала себя руками за плечи и терла их, пытаясь согреться. Она прошла гораздо больше половины сада, замерзла, но чувство того, что случилось что-то страшное, до сих пор не покидало и без того встревоженное сознание девушки. Алевтина уже настолько замерзла, что вот-вот готова была вернуться назад в теплую комнату и не заниматься какой-то несусветной ерундой, ведь она даже не знала, куда могла пойти Милора. Вполне возможно, что ее рыжеволосая хранительница просто пошла гулять по Школе Четырех Стихий. Но откуда же тогда это ощущение, что ничем хорошим отлучка подруги не кончится? Вдруг спереди вынырнуло большое дерево, оно было напрочь лишено листьев, ствол кое-где обуглился от несуществующего жара. На поляне, окружавшей дерево виднелись выгоревшие проплешины травы. Прямо под этим деревом лежал бледно-голубой рюкзак. Алевтина еле удержалась от вскрика: именно с этим рюкзаком Милора ходила почти всегда. Даже приехала в школу с ним. — Мила! Мила! — крикнула Алевтина, пытаясь унять учащенное сердцебиение. Она прекрасно понимала, что эти хаотичные выгоревшие пятна очень похожи на следы тяжелого неравного боя. А рюкзак Милоры под деревом ни о чем хорошем не говорил. На крик феи никто не отозвался. Девушка еще несколько раз отчаянно крикнула в пустоту, потом подошла к дереву, провела рукой по обугленной коре, опустилась на колени и, стряхнув с рюкзака осевшую на него золу, открыла его. Внутри ничего необычного не оказалось, стандартный набор, который обычно берут на прогулку: фонарик, книга, судя по всему, для чтения на свежем воздухе, тетрадь, в которую Милора обычно записывала всю информацию с уроков, и бутылка воды. Холод продолжал окутывать Алевтину, пытался помешать той сосредоточиться и принять какое-то разумное решение, но она не чувствовала холода. Через несколько мгновений девушка уже подхватила рюкзак Милоры и кинулась было обратно в школу, но из рюкзака выпала не замеченная прежде записка, надпись на которой гласила: "Никому не говори, что увидела. Иначе она умрет. За оградой школы. Завтра. В полночь".

***

Выйдя из комнаты Киоры, Милора отправилась прямиком к себе. Оставаться здесь, в комнате, в которую в любой момент могла зайти Алевтина, не хотелось. Этого рыжеволосая фея не могла объяснить и самой себе. Она быстро собрала вещи в светло-голубой рюкзак и решила пойти прогуляться по саду около Школы Четырех Стихий. Набросив легкую куртку, девушка плотно прикрыла за собой дверь, надеясь, что ее недолгого отсутствия не заметят, и вышла из комнаты. Проблуждав немного по запутанным коридорам, Милора быстро добралась до выхода из замка. На улице было еще светло, вероятно, остальные феи еще не вернулись со Школы Магов, но Милору это практически не волновало. Так, простая мимолетная мысль. Она шла по дороге из обычного камня, в высоких кронах деревьев шумел ветер, перекликались между собой птицы. Опустившись на землю около одного из деревьев, Милора расположила рядом свой рюкзак. На душе по-прежнему слишком яро скреблись кошки, ветер легко трепал ярко-рыжие волосы девушки, уютно сидящей в тени раскидистого дерева. Милора достала книгу из рюкзака, на миг прикрыла глаза, а потом открыла нужную страницу книги по истории магического мира. Минуты перетекали в часы, ветер по-прежнему тихо свистел над головой то затихая, то вновь усиливаясь. Понемногу солнце стало заходить за деревья, перестало греть землю и сидящую на ней девушку. Небо красилось в красивый закатный цвет, облака отливали теплыми тонами розового и оранжевого. Милора вздрогнула, вдруг осознав, что солнце уже зашло, причем сделало это совершенно неожиданно для самой девушки. Весь сад погрузился в легкий полумрак, незаметно начало холодать. Милора поднялась с земли, положив книгу обратно в рюкзак. Ей захотелось размяться и пойти гулять по саду. — Эй! — крикнул сзади какой-то знакомый голос. Милора почувствовала смутную опасность, попыталась кинуть огненный шар, но не смогла даже повернуться. Шар сорвался с руки и улетел в дерево и осыпался снопом искр, выжигая траву и опаляя и превращая в пепел все, что попадалось на пути. Какие-то невидимые ледяные путы окутали девушку, не давая ей даже сдвинуться с места. Милора замерла, прислушиваясь к звукам сзади, пытаясь понять, кто решил на нее напасть и отчего-то не пытается ее убить. Испугалась ли она? Да, было немного страшно, неожиданно, нечестно. Нападение со спины — самое ужасное предательство вместе с гигантской трусостью. — Боишься? — будто наждачкой по ушам рассмеялись сзади. Милора попыталась что-то ответить, но с ужасом осознала, что даже губы ее не слушаются. Неизвестная девушка поняла, что переборщила с магией оцепенения и завозилась. Сзади раздался щелчок пальцев, и губы феи обожгло невыносимой болью. — Что тебе надо?! — хрипло воскликнула Милора, когда боль прошла и возможность говорить вернулась. Сзади снова противно рассмеялись. — Ничего, — коротко отозвалась девушка сзади, чуть дергая Милору за волосы. — Тебя не учили, что нападать со спины нельзя? — зло поинтересовалась Милора и попыталась что-то еще добавить, но ее перебили, даже не прислушиваясь к репликам, на которые она сейчас тратила слишком много жизненных сил. — Нам можно. — Вам? Это кому? — неожиданно растерялась фея, в спешке вспоминая, что на территорию Школы Четырех Стихий может проникнуть только фея. — Нам — это нам, — резко оборвала ее незнакомка, продолжая стоять сзади. Милора мысленно восторжествовала. Судя по всему, девушка сболтнула что-то лишнее, только вот она не знала пока, каким образом это можно применить для собственного спасения. Пока же Милора пыталась пошевелить хоть пальцем ноги, но ничего не выходило. — Все, надоело с тобой болтать. Ты скучная! — услышала Милора и почувствовала резкую боль в затылке. Что происходило дальше, фея не запомнило, так как вокруг все поплыло, а в глазах потемнело.